Сваха

Морфин выбрался на берег и его тут же окружила толпа. Его вполне добротный дорожный костюм превратился в лохмотья, которые мало что прикрывали. Впереди выступал глава обители Крипи. Морфин чувствовал себя очень странно. Будто разделился на старого и нового. Он-прежний очень хотел рассмеяться колдуну в лицо, сплюнуть под ноги и показать какую-нибудь фигуру из пальцев. А вот новый Морфин почтительно склонился перед пузанчиком. Крипи начал читать мантру-заклинание, выводя над головой парня сложные узоры. Заклинание окончилось гортанным выкриком и Крипи коснулся лба Морфина. — Нарекаю тебя Валином, сыном Шеши — основы вселенной и Ямуны, сестры адского князя. — окинув склонённую фигуру взглядом, степенно изрёк колдун. — Если желание твоё неизменно, мой брат по варне, то принеси же дары обители и начни свой путь брахмачарина под моим наставничеством. — Неизменно. — хрипло ответил Морфин и выудил из чудом уцелевшего кармана шкатулку. Не глядя, он достал из шкатулки несколько драгоценных камней. — За ученье. — В руку Крипи лёг желтоватый алмаз размером с куриное яйцо. По толпе пронёсся дружный вздох, будто ветер зашелестел камышами на берегу Ямуны. — Око Брахмы — от потрясения у главы обители задрожали голос и руки. Двое брахманов помоложе поддержали осевшего на прибрежный сырой песок наставника. Сквозь толпу протиснулся один из давешних участников ритуала, горбун с всколоченной седой шевелюрой. — Юноша, — голос подошедшего был исполнен такой силы, что Морфин поёжился, — откуда у тебя это бесценное сокровище? — Это за сестру мою, — спина уже противно ныла, но Гонт так и не разогнулся, — муж её отдал выкуп. Отцу денег, а мне камнями отсыпал. Сказал, что тут оценят. — Воистину, твой новый родич мудр. — Морфин почувствовал, что чужая сила пытается подчинить его, но он-новый уже выстроил стены, выше и крепче, чем видел в Праяге. — Этот алмаз был похищен полторы тысячи лет назад. Теперь он будет возвращен в храм и Брахма-творец обратит око к нам, чадам своим. Горбун хмыкнул и отошёл. — А с невестой как? — не разгибаясь смотрел Морфин на не пришедшего в себя брахмана. — Две коровы и сегодня же проведём обряд. — Крипи вытер взмокшую лысину. — Коров нет, может это подойдёт? — две большие голубоватые жемчужины переливались в его ладони. — Это же, это… коровы, небесные коровы-близнецы! — шёпот, вздохи, щелканье языком. — Я принимаю твой дар. Невеста твоя. До наступления ночи вы станете мужем и женой. Морфин со стоном выпрямился и огляделся. Прислонившись к резной беседке, поддерживаемая незнакомой девушкой, стояла Сара Пойзен и с улыбкой смотрела на него. Но только он хотел подойти к ней, как тут же его схватили за руку. — Ты теперь брахман, Валин. Эта женщина не одна из нас. Прикосновение к ней замарает тебя. — Эта женщина — моя мать! — взревел парень. — Мать так мать, — покладисто согласился маг, любовно поглаживая драгоценности, — пусть пройдёт обряд очищения и присоединится к нам во время церемонии. Всё, что было потом слилось для Морфина в череду людей, цветов, красок и запахов. Его куда-то вели, что-то говорили, одевали, мыли, умащивали. Он-прежний устал удивляться. Он-новый лишь подмечал порядок действий жрецов, цвет гирлянд и насыщенность благовоний. Лишь раз он отпрянул от молоденького брахмана. — Не чист! — хрипло каркнул жених. Новый Морфин ясно видел уродливое чёрное пятно на ноге юноши. Случившийся рядом горбун поцокал языком и отправил незадачливого ученика совершать омовения. Больше происшествий не было. Обряд захватил и понёс Морфина. Он послушно повторял мантры-заклинания за одним из брахманов, сыпал в жертвенный огонь жареный рис, опускал руки в чан с красной краской и кланялся, кланялся и кланялся всем гостям, что уже заполонили площадь. Он успел вознести все молитвы и подношения древним и матери-магии, когда толпа расступилась перед процессией из музыкантов, следом шли женщины, что вели невесту. Когда девушка вошла в беседку, Морфин сглотнул. Невеста была ослепительно прекрасна. Видение в кристалле и вполовину не передавало того, сколь хороша была Волирани. Сейчас её волосы были заплетены в простую косу и юноша понял, что она едва достаёт ему до плеча. Жениху и невесте поднесли гирлянды из священных цветов, которыми они обменялись. После Морфин зачерпнул из чана красную краску и осторожно, одним пальцем провёл по волосам невесты. Горбатый брахман оттеснил Крипи и запел заклинание. Морфин взял невесту за руку и тут же их сомкнутые руки опутало золотыми нитями. Нити переливались и исчезали под заходящим солнцем. Вдруг золото нитей стало мешаться с зелёным. Лоб горбуна покрылся испариной, но он успел окончить заклинание. — Ну, ты силён, брат! — утирая пот, воскликнул он — Поздравляю! Здоровья и счастья молодым! Площадь взорвалась приветственными криками и здравицами. Рука об руку покинули молодожёны резную беседку. Пир пролетел, как одно мгновение. К ним подходили, поздравляли, оставляли подарки. Люди кружились и сменяли друг друга. Во всём этом шуме и круговерти жених с трудом разглядел миссис Пойзен. Та хмурилась и делала ему знаки. Поклонившись жене и тестю, Морфин протиснулся среди толпы гостей и подошёл к даме. — Благослови, мама Сара! — голова кружилась и Морфину казалось, что он-новый готов обнять весь мир. Или согнуть пополам и бросить под ноги красавице-жене. — Уже, малыш. — вымученно улыбнулась ведьма. — Скажи, где подарки, что тебе Зара и Тереза сделали? — Кольцо на мне, — удивлённо ответил Морфин, — а зуб тот не знаю, в саквояже был, кажется. — Найди! — в голосе ведьмы причудливо сплелись приказ и просьба. — Пусть будут с тобой даже на ложе! Может это последнее, чем я смогу тебе помочь. Ты теперь брахман и сын богов. — Вы — навсегда мне, как мать! — горячо воскликнул парень и поклонился так низко и почтительно, как никому и никогда не кланялся прежде. Ведьма улыбнулась и опустилась на скамью. Едва жених вернулся, как Волирани взяла его за руку. — Идём. — она что-то прошипела и звуки стали тише, а окружающие маги обходили их стороной. — У нас есть традиция, — не оборачиваясь, сказала девушка, — входя в новый дом, невеста должна вступить в красную краску и пройти так в новый дом. — А у нас есть традиция, — в тон ей ответил он, — что молодую жену нужно вносить в дом на руках. Она обернулась. И Морфин в очередной раз задохнулся от восторга. — Делай, как правильно. — выдохнул он. Волирани сделала шаг, второй, третий, оставляя следы у порога. — Правильно слушаться мужа и радовать его. — она кокетливо глянула через плечо. Хрипло засмеявшись, Морфин подхватил её на руки. Они лежали, разметавшись на ложе. В голове у парня крутилось сотня разных мыслей. — Скажи, — он осторожно притянул к себе жену, — Ты не жалеешь, что стала моей? Я никогда не видел никого прекраснее тебя, а я… Она засмеялась, приподнимаясь на локте. — Ты великий брахман, Валин, сила твоя велика! Но ты пришел издалека и ещё не знаешь всех здешних законов. Говорят за морем, брахманы отказываются от части силы, чтоб обуздать крохи. Этим малым они равняют спины, ноги… Здесь не так. Чем больше силы накапливает брахман, тем сложнее и больнее ему силу подчинить. Хрупкий человеческий сосуд корёжит, сминает и маг или погибает или становится сильнее. Ты видел тех, кто вершил обряд перерождения? Ни один из них не сможет назваться красавцем там, откуда ты родом, но сила любого из них сомнёт каждого из твоих бывших соотечественников, как ты можешь сорвать и смять в руке травинку. Ты видишь внешнее, здесь учат видеть иначе. — А как так, что ты невинна и опытна одновременно? — Нас учат. Гимны Цветочному Лучнику Каме. Изучая веды Любви, девушки и юноши учатся тому, что ждёт их в браке. — Что это за имя такое, Валин? Откуда оно? — Так звали сына Индры-громовержца и обезьяны. — Волирани хихикнула — Сей полубог был весьма волосат. А ещё он был могучим воином и благочестивым брахманом. Это редкое сочетание. Но вот ты тоже такой. Брахман-воин. Я горжусь честью стать твоей женой. Морфин сгрёб её в охапку и счастливо выдохнул. Кто бы мог предположить, что его несуразная гориллоподобная внешность может привлечь такую красавицу. Почти перед самым рассветом кольцо, подаренное Зарой нагрелось. Морфин пытался стянуть его, но обжёгся и проснулся окончательно. Едва Гонт открыл глаза, как кольцо остыло. Парень хотел было повернуться на бок и поспать ещё, как услышал лёгкий шорох. Почти также, может немного тише, ползала его кобра Малышка. Привыкшие к темноте глаза успели разглядеть чудовищную фигуру. Монстр атаковал. Морфин успел отскочить и пара мечей ударили в то место, где он лежал две секунды назад. Голый и безоружный следующий удар он принял на щит. Отметил про себя, что беспалочковые заклятья даются почти также легко, как и с палочкой. Кольцо сверкнуло, осветив и ослепив на миг противника. Перед Морфином был наг. Массивный хвост, четыре руки, мощная грудь и почти обычная голова. Разве что лысая и глаза жёлтые, с вертикальными зрачками. Вот только Морфину было не до разглядываний. Он поднырнул под одну из рук и послал заклятье в противника. Тот зашипел от боли и попытался достать Морфина хвостом. Краем глаза Морфин заметил, что жена проснулась и уже завернулась в простыню. «Это правильно» — отстранённо подумал он, принимая на щит очередной удар меча. Нападающий сделал обманный манёвр и сбил Морфина с ног ударом хвоста. Молодой маг не успел и глазом моргнуть, как его ноги были оплетены змеиным хвостом. Морфин извивался, пытаясь освободиться, но наг, усмехнувшись, подёрнулся рябью. С тихим звоном упали на пол мечи. Руки исчезли. Огромный змей сноровисто заключил молодожена в свои смертоносные объятия. Морфин зашипел. Хвост сжимал его с чудовищной силой. В глазах потемнело, а ноги пронзила боль — казалось, их пропустили через мясорубку. Всё, что успел сделать Морфин, это перехватить голову с явно ядовитыми клыками буквально в пяти сантиметрах от лица. Захрустели рёбра, но молодой человек не ослабил хватки. В голове проскальзывали странные, будто чужие мысли. «Он пришёл не за мной, » — думал Морфин — «ему нужна незамужняя МОЯ жена!». Волна ярости смыла усталость и он сжал шею монстра ещё сильнее. — Валин! — сквозь всхлипы шепчет Волирани и достаёт из-под вороха подушек большой зуб в серебряной оправе. Она бочком протискивается к ним. — Не подходи! Опасно! — хрипит Морфин. Перед ним проносится, как в омуте памяти, вся его жизнь. «Ничего интересного, » — мелькнуло в голове — «пока не появилась мама Сара». Локтем Морфин натыкается на что-то холодное и металлическое. «Подарок-зуб» — понимает он. Сам не зная зачем, парень отпускает одну руку и хватает кулон. Зуб оказывается неожиданно большим, почти с ладонь и с тихим чавканьем входит в горло нагу. Волирани кричит, боль в ногах и рёбрах становится нестерпимой, на губах выступает кровавая пена и Морфина накрывает спасительная тьма. — Я молилась, неужели всё напрасно? — голос Волирани дрожит. — Не напрасно, — мягко отвечает ей миссис Пойзен, — всё-таки его травмы были несовместимы с жизнью, а мы его вытащили. И твой многомудрый отец. — Хорошо бабка отказалась от притязаний и виру признала. — Хорошо, — эхом откликается ведьма, — я не целитель, но, думаю, со дня на день он очнётся. Морфин попытался разлепить глаза. Во рту было сухо, как в пустыне. — Пить… — то ли хрип, то ли стон, но его услышали. — Ну вот, — повеселела дама, — как я и говорила. Теперь он быстро пойдёт на поправку. Ещё неделя и будет почти, как новый. Она поднесла к губам парня пиалу с водой. Волирани села рядом и осторожно взяла мужа за руку. — О, Валин, хвала богам! Почти месяц ты был на пороге нового перерождения! — и девушка разрыдалась. — Мы использовали почти все зелья Терезы. Твои раны были нанесены магическим существом, потому ты пострадал так сильно. — Мои ноги, — прохрипел Морфин, — я не чувствую ног. — Не беспокойся, муж мой, — Волирани улыбалась сквозь слёзы, — эта вира от рода Ратхи. Это дар, а не проклятие. Как только ты поправишься, сможешь полностью оценить новые способности. — Что со мной? — прошептал обессиленный Морфин. Жена чуть приподняла покрывало и парень завизжал, как девица, увидавшая мышь. — Что? Что это? АААА!!! Это что такое? Как это? Зачем? Я не хочу! ААААА!!! Я урод! — бился в истерике Морфин — Да лучше б я сдох, чем вот в это вот превратиться! Уууу, проклятье! — Ну что ты, Валин! — пыталась урезонить его супруга — Я ведь тоже наполовину нагайна. — Это как? — шмыгнул носом парень. — Смотри! Она отошла на пару шагов от ложа и стала покачивать бёдрами из стороны в сторону. Контуры её тела чуть дрогнули, будто подёрнулись маревом. На плечах и запястьях появились чешуйчатые узоры, из-под пышной юбки показался змеиный хвост. Девушка улыбнулась и по пухлым чувственным губам прошёлся раздвоенный язык. Морфин сглотнул. — Всё равно, — вздохнул он, — ты — самая красивая. Ответом ему был звонкий смех. — Ты теперь полунаг, сынок. — вмешалась в их разговор Сара — Как только сиятельная Ратха признала поражение и выплатила виру, ты обзавёлся шикарным хвостом и пошёл на поправку. А теперь спи. Завтра твой тесть проведёт несколько ритуалов, глядишь, скоро я смогу отправляться в обратный путь. — Я останусь с тобой, муж мой. — девушка вновь стояла на двух ногах. И Морфин уснул счастливый.