От сладких снов и до любви.

Услышав отдаляющиеся шаги за дверью, девушка, глупо улыбнувшись, сползла по стене. «Что это только что было?» мысли роились в ее голове, как пчелы. Она не могла поверить в то, что только что поцеловала профессора. Смущенная девушка решила принять прохладный душ, что бы избавиться от все еще горящих щек, сумасшедших мыслей и совсем не внезапной ирритации. Встав под струи едва теплой воды, Гермиону окутало чувство приятной истомы. Ощущение эйфории, которую девушка испытала после приятного времяпрепровождения с зельеваром, стало отступать, а на ее месте появилось осознание и куча ненужных мыслей, которые девушка так не хотела впускать в свою голову. Выйдя из душа, она подошла к запотевшему зеркалу и провела по нему рукой. - Почему он ответил на мой поцелуй? – произнесла она вслух, смотря на свое отражение, - Может быть, что он не так уж меня и ненавидит? Возможно это от чувства одиночества? Брось, Гермиона, Снейп может получить любую девушку, если захочет. Да и ты, наверняка, не так хороша, как ему хотелось бы… – она покрутилась перед зеркалом, придирчиво осматривая свое тело. Она видела в зеркальном отражении хрупкую, юную девушку с орехово-карими глазами. Её вьющиеся густые, каштановые локоны ниспадали на хрупкие бледные плечи. Маленькая, аккуратная грудь вздымалась из-за тяжелого дыхания ее обладательницы. Девушка нежно провела руками по плоскому животику, хрупкой талии и округлым, женственным бедрам. - Ты мила, но не сексуальна, дорогуша, - кряхтящим голосом произнесло зеркало, - но у тебя еще всё впереди. - Напомни мне выкинуть тебя, – девушка обернулась в полотенце, - Что, вообще не сексуальна? Ни капельки? Зеркало предательски молчало.

***

Высушив волосы с помощью заклинания, Гермиона легла на кровать и уснула, как только ее голова коснулась подушки. Она чувствовала, как сладостный туман обволакивает и ласкает ее тело, приятная нега разливается внутри нее. Теплые лучи солнца трепетно, словно самый нежный бархат, касаются ее макушки и пенной, морской волной проливаются по ее телу. Она не чувствует ни рук, ни ног. Только умиротворение, пленительное легкое опьянение. Открыв глаза, Гермиона увидела, что она летит. Невесомость. Счастье. Релакс. Ощутив чуткое касание нежных пальцев на своей коже, вскоре она почувствовала, как кто-то ласково проводит рукой по ее обнаженной спине, она обернулась и увидела его. Перед ней был обнаженный Северус. Гермиона провела ладонями по его рельефному, крепкому торсу. Он, подхватив ее за ягодицы, нежно притянул к себе. Девушка обвила свои ноги, вокруг его бедер, зарыла свои пальцы в его мягкие, нежные, словно шелк, волосы. Она чувствовала, как его возбужденное естество касается ее кожи. Северус своими чуткими, изящными пальцами ласкал ее бархатную спинку, прижимал ее обнаженное, прекрасное в своей женственности тело. Облака, словно мягкие волны бушующего океана, уносили их тела в сторону. Она прильнула к его губам, едва сдерживая тот шторм, что переполнял ее сознание. Они наслаждались друг другом, не сдерживая своей энергии. Они дарили ее друг другу. Его губы блуждали по ее разгоряченному телу, припадали к ее нежной шейке, горячее дыхание опаляло ее нежную кожу, он мягко прикусывал ей кожу, потом проводил языком по месту укуса. Ласково, трепетно, будто извиняясь за причиненную боль. - Северус… - ее голос разлился в пространстве практически мурлыканьем. - Да, моя девочка? – его голос был хриплым, но сладким, словно мёд. - Люби меня. – она посмотрела в его обсидиановые глаза и улыбнулась. Он слегка надавил на ее грудь. Отбросил ее назад, провел рукой по ее шеи, груди, плоскому животику. Освободившись от захвата ее ног, они перевернулись так, что он оказался сверху. Он прильнул к ее губам с жадностью, словно пустынный путник, наткнувшийся на оазис. Он ласкал ее алчно, оставляя на ее теле синяки. Она чувствовала, что она задыхается от крепкого поцелуя, а вдыхаемый через нос горячий воздух обжигает ее легкие. Кислорода оставалось все меньше, на грудь давило что-то тяжелое. Резко открыв глаза, она в темноте увидела очертания своей комнаты и поняла что все это время давило на ее грудь и почему ей так не хватало воздуха. Ее тяжелый, рыжий полукниззл Живоглот величественно лежал, свернувшись в калачик, на груди своей хозяйки. «Сон. Просто приятный, удивительный сон». - Глотик, ты испортил такую приятную ночь, – сказала девушка, схватив кота, - знаешь, наверное, это был самый приятный сон за всю мою жизнь. Она положила его рядом с собой и уткнулась в его мягкую шерсть. Жаль, что уснуть у Гермионы этой ночью так и не вышло.

***

Когда Снейп пришел в подземелья, он был озадачен. Рассуждения о том, почему мисс Грейнджер решила поцеловать его, терзали ему голову. Решив не омрачать события сегодняшнего дня тяжкими мыслями, он растопил камин при помощи заклинания и наполнил свой бокал хорошим огневиски. Мужчина сел в свое любимое кресло напротив камина, отхлебнул немного алкоголя и, смотря на то, как играют языки пламени, почувствовал, что усталость сегодняшнего дня отпускает его. Уже нет служения, нет Темного Лорда и мальчик-которого-вечно-нужно-защищать не докучает ему на уроках. Воспоминания о Лили, его нежной, чудной Лили растворялись в его сознании сизой дымкой. А на смену ее образу приходил образ смелой, милой гриффиндорки с каштановыми волосами и карими глазами. Он чувствовал, как тает ее тело в его объятиях, ощущал вкус ее губ на своих губах, и запах, ее непередаваемый, приятный запах яблока и оливы, что настырно и бессовестно прилип к его сюртуку. Сидя в своем кресле, он наслаждался своими ощущениями и не заметил, как уснул. Он оказался в совершенно незнакомой ему комнате. Она была теплой, свет, исходящий от огромного камина играл бликами со стенами цвета золота. Северус явственно чувствовал босыми ногами мягкий ворс черного ковра. - Северус, - раздался позади него знакомый голос, - я так рада, что ты пришел. Я очень тебя ждала. Голос Гермионы был томным и мягким, словно нежный весенний ветерок. Он обернулся и увидел ее. Девушка стояла и с ласковой улыбкой смотрела на него. На ней была надета шелковая мантия и больше ничего. Мужчина подошел к ней, провел рукой по ее руке и посмотрел в ее теплые глаза. Гермиона развязала узел на своей шее и мантия пала ниц, к ее ногам. Она осталась стоять в одном кружевном белье. - Не понимаю, почему ты еще одет? – прощебетала Гермиона. Она щелкнула пальцами и одежда мужчины исчезла. Северус не чувствовал себя некомфортно. Ему казалось, что все идет так, как и должно идти. Она прижалась к нему, делясь теплотой обнаженного тела. Его крепкие руки опустились на ее талию, а потом мягко сползли к ягодицам. Она поднялась на носочки, ее горячее, сладостное дыхание опалило его кожу. Гермиона поцеловала его шею, прерывистыми, трепетными поцелуями пробралась к уху. Ее шаловливый язычок поигрался с мочкой, а сладостные стоны, издаваемые ею, побуждали в нем волнительное, прекрасное удовольствие. Он неторопливо ведет ладонью, перебирает ее волосы, целует кончики ее пальцев, улыбаясь, смотрит в карие теплые глаза, в глубине которых читается обожание. Северус касается ее спины, его ладони медленно проходятся по ее животику, поднимаются к груди, к шее. Он проводит пальцами по контуру ее сладких, пухлых губ и жадно припадает поцелуем к ее шее. Мужчина вдыхает ее прекрасный в своей женственности запах, покрывает поцелуями ее ключицы, под аккомпанемент ее томных стонов. - Ох! Да! – ее хриплый голос долетает до его ушей самым сладким звуком. - Тебе это нравится, не так ли, моя славная девочка? – мужчина практически промурлыкал эти слова. - Да! Конечно да! Северус! – ее голос стал более грубым. Мужчина открыл глаза, взгляд был расфокусирован, а лицо Гермионы расплывалось перед его глазами. - Северус… Северуууус… – ее голос становился все более протяжным, но почему то мужским, - Северус, проснись! - Римус!? – это были последние слова мужчины, прежде чем его резким рывком вырвали из объятья Морфея.

***

Как оказалось, Снейп не только мастерски владеет такой тонкой наукой как зельеварение. Оказывается, Северус может дать фору в знании ненормативного лексикона любому заправскому алкоголику из «Кабаньей головы». Он проклинал ни в чем не повинного оборотня, который появился не в то время, не в том месте, мысленно благодаря Мерлина и свой неподражаемый вкус за то, что предпочитает свободные мантии и сюртуки. Римус молча выслушал поток сознания друга. Он недоумевал, чем же он вызвал такую реакцию, ведь прежде и он, и Сириус частенько заявлялись к злобному зельевару (временами подшофе), когда тот уже спал. Но тогда он только шипел что-то с недовольным лицом, но компанию составлял им не без удовольствия. А теперь, Римус пришел по делу, выдернул его из сна, рассчитывая на адекватную реакцию, но вместо этого получил проклятье на него, всю его семью и иже с ним. - Северус, - обратился к нему оборотень, все еще находясь в замешательстве от эмоционального монолога,- я вообще-то по делу пришел. И кстати, я родился, когда мои родители были в браке. Я не бастард… - с обиженным видом протянул он. - Какому делу, Римус? – Снейп приостановил свое словоизвержение. – Что еще, твою мать, случилось? – лунатику на секунду показалось, что зельевар прошипел это на парселтанге. - Твои слизеринцы нашкодили. – Римус взглянул на Снейпа с опасеньем. – Что-то с заколдованными часами натворили. Томми Бреаст, кажется. Без декана не разберутся… Снейп выпрямил спину и на вид стал тверже, чем гвоздь для гроба. Он открыл дверь из своих покоев и словно ворон, взмахнув мантией, полетел карать провинившихся. Римус, подумал, что сейчас Томми, по кличке «Сиська», молится. А если не молится, то ему, блядь, следовало бы этим заняться.

***

Обратной дорогой Римус и Северус шли в благодатном спокойствии. Зельевар уже не напоминал обезумевшего от гнева вилохвоста, а скорее выглядел очаровашкой. Такой очаровашкой, что краска на стенах сворачивалась. Снейп назначил парню 5 месяцев отработок с Филчем, который, узнав о том, что в его рабство попадает бесправный, отчаявшийся от горя студент, с фанатичным удовольствием и мечтательностью в глазах отправился натирать и без того блестящие, как задница Бэндера, кандалы. (Разумеется, Филч знал, что телесные наказания запрещены, но мечтать и фантазировать ему никто не запрещает). Тяжелое для Римуса и прекрасное для Северуса молчание решил нарушить оборотень. - Северус, - мужчина начал мягко, будто положил палец в рот крокодилу, ожидая, что ему откусят руку, - Есть какие-нибудь продвижения на личном фронте… - Да, - неожиданно спокойно заявил Снейп, - Я собираюсь идти в ресторан с одной очаровательной женщиной. - Что?! Как?! То есть, я хотел сказать… Когда?! – вопросы из мямлящего Римуса сыпались, как из бездонного ведра. - Легче. А то могу подумать, что ты ревнуешь, – зельевар издевательски ухмыльнулся, - Вы ведь сами ныли, что я должен себе кого-то найти. Я пытаюсь. А идем мы на этих выходных. Римус пробубнил что-то по типу: «Да-да, здорово». В мозгах оборотня крутились шестеренки, а легкое чувство паники поселилось в груди. Им с Сириусом нужно срочно что-то предпринимать. Они подарят счастье своему нелюдимому другу, даже если тому это счастье нахрен не нужно.