От сладких снов и до любви.

Мистер Фаэтон, невзирая на свой страх, едва ли не в припрыжку шёл в подземелье. В его «светлой головушке», после ночи раздумий возник гениальный план. Великолепный план. Надежный, как швейцарские часы. Ему потребовалось пара дней на осознание того, что не все женщины магического мира тают от его природного очарования, как пломбир под июльским солнцем. План был прост, как «дважды два равно сорок восемь». Если дама твоего сердца не полюбила тебя по своей воле (вот ведь дура, не знает что теряет), то полюбит тебя насильно. Сама же потом скажет спасибо. Наевшись пилюль храбрости, а возможно отключив инстинкт самосохранения, мужчина все же направился к королю зелий и подземелий озвучить (в голове по какой-то причине было слово требовать) свою просьбу, а именно – сварить ему Амортенцию. Подойдя к вратам ада, Парис пригладил курчавые волосы, решительно постучал в дверь и распахнул их с надеждой сразить угрюмого мастера своей прекрасной улыбкой. Снейп сидел за столом и, не поднимая глаз от пергамента произнес: - Стучат для того, чтобы услышать слово «Войдите», - он взглянул на кудрявое бедствие из-под бровей, - и только потом входят, мистер Фаэтон. Вся самоуверенность лжелоконса куда-то испарилась. Он подумал, возможно, стоит выйти, постучать снова, дождаться ответа и потом войти? А может, следует улыбнуться и перейти к делу? Да кто он такой, этот зельевар? - Что вы хотели, невоспитанный? – голос Снейпа был будто стальной канат, перетягивающий глотку Фаэтону. Фаэтон слишком громко сглотнул слюну и, чувствуя себя как провинившийся школьник. Но, собравшись с силами, мистер великолепие с натянутым оскалом произнес: - Сеееееверус! – лицо Снейпа перекосило омерзением, - Я пришел к тебе с просьбой! Он приблизился к Снейпу с разумной долей опасения. - Что вы от меня хотите? – Снейп откинулся на спинку стула и посмотрел на Фаэтона тем взглядом, которым обычно смотрят на Флоббер-червя. - Я хочу, чтобы вы сварили амортенцию, - он подавил чувство страха и унижения, но глаз не поднял, - Для меня. Снейп усмехнулся от мысли, что Фаэтон настолько нарциссичен, раз ему требуется приворотное зелье, что бы возлюбить себя еще сильнее. Глупую мысль он быстро отмёл. Ему было безразлично, как он собирается применить приворотное зелье, потому что варить его Снейп не собирался. - Скажите, мистер Фаэтон, - Снейп посмотрел на него тяжелым взглядом, - какой я, по-вашему, человек? - Эм… Ну… Эээ… - в голове у Париса пробежало стадо баранов, - Насколько я знаю, вы человек волевой…Чужое мнение вас не волнует… Вы умный… - Как вы думаете, я держу данное мной слово? – Снейп перебил его и устало посмотрел ему в глаза. - Думаю да… - Знаете, - Снейп встал со стула и подошел к флаконам с засушенными тварями, - когда-то я сказал, что перегрызу горло тому, кто попросит меня сварить приворотное зелье в личное пользование, - он повернулся и посмотрел холодным взглядом в глаза мужчины, - Вы чертовски, блять, правы. Я держу свое слово. А теперь, - он подошел к Фаэтону вплотную и наклонился над ним, - пошёл нахрен отсюда. Фаэтон с застывшей в жилах кровью и на ватных ногах поспешно ретировался. Снейп отказал ему, но ведь магазины зелий и его таланты никто не отменял. «Сам сварю. Получится еще лучше, чем у некоторых» - думал мужчина. - Скудоумный павиан с тыквенным соком, вместо мозга. – произнес Северус в след трясущемуся от страха мужчине и устало потер переносицу. Как же он устал.