Брак по расчету

Как только Хонбин в своих вечерних вещах покинул дом и укатил покупать себе новую одежду, я сразу кинулась к телефону. — Алло, Лера, мобилизуйся немедленно! — строго скомандовала я. — Окей, что с собой взять? — весело ответила подруга. — Всего и как можно больше. — Хорошо. Через полчаса буду. Вы наверное хотите узнать, откуда такое взаимопонимание? Дело в том, что ещё в день свадьбы, я детально описала Лере какие каторги ожидают Хонбина. Она не раздумывая меня поддержала, за что я ей была очень признательна. Как и обещала, Лера приехала через полчаса с огромным пакетом. — Нехилый такой домик! Я уже думаю, что зря ты начала эту войну. Он вроде нормальный мужик, по крайней мере внешне так точно… — начала разглагольствовать подруга, заваливаясь на мою кровать. — Эй, ты вообще на чьей стороне? — возмущенно буркнула я, рассматривая содержимое пакетов. Чего тут только не было: супер клей, краски обычные и флуоресцентные, блестки, стразы, перья… -Ты что мне предлагаешь из него попугая сделать? — уставилась я на неё, переминая в руках упаковку разноцветных перьев. — Ну почему сразу попугая. Можно и обычного Зверева, — коварно ухмыльнулась Лера. — Хм, а это идея! — Ну вот, только все равно, смотри не заиграйся… — Все нормально будет, не волнуйся, — успокоила я рыжеволосую. Нас отвлёк звонок моего мобильного, на экране высветилось имя звонившего «Папа». — Привет, пап, — обреченно вздохнула я, приготовившись выслушивать очередную гневную тираду. — Привет-привет, доча! — весело отозвался отец. — Я конечно все понимаю, но побереги ты нервы Хонбина, а? Он хороший малый, к тому же мне он нужен в здравом уме и памяти, не забывай об этом. — Э-э-э? — все что я смогла из себя выдавить. — Так вот, — продолжал тем временем папа. — Я понимаю, что характером ты пошла в маму, но, прошу, не переусердствуй. И помни, у него терпение тоже не железное. — Это что благословение? — где там моя челюсть, ах, вот же она, покоится на полу! Папа — это ты, или тебя подменили инопланетяне? — Да, тебе привет от мамы! Постарайся продержаться хотя бы неделю, а то плакали мои ставки. — Что? Только не говори мне, что вы с мамой поспорили? — рукалицо, ну что за родители? Сколько можно, чуть что сразу спорить и пофиг, что инициатор мама, но папа, ты же взрослый мужик. Ты-то куда? — А то! — весело воскликнул папа. — Все с вами ясно… — Доченька, покажи ему где раки зимуют! — услышала я на заднем плане восклицания мамы. — О, боже! — не хотела больше слушать этот кошмар, поэтому просто отключилась. Швырнув телефон на кровать, я улеглась рядом с подругой, наткнувшись на её любопытный взгляд. — Ну что там? — Да что? Опять поспорили сколько я продержусь, не убив Хонбина нахер! — Ого, я-то думала, они у тебя строгие, все мозги тебе проели этой свадьбой. — Нет, папа поставил перед фактом, а мама как обычно пыталась склонить на сторону зла… Ничего нового. Эх, тяжко живется, когда мама и папа тролли. — Зато не скучно, — улыбнулась Лера. — Это точно. Так мы и провлялись на кровати чуть ли не до приезда Хонбина. Я, как законная хозяйка, провела экскурсию подруге по всем закоулкам дома. От неё поступило предложение взломать кабинет, но я решила оставить это на крайний случай. В семь часов вернулся Хонбин, застав нас с Лерой лежащих на диване в гостиной перед телевизором и ржущих до слез. — Лошадь гималайская, тише, а то соседей распугаешь! — с лицом-кирпичом сказал Хон. Я уже порывалась запустить в него пультом от телевизора, как вмешалась подруга. — Ты знаешь, я наверное пойду, а то Юнги~я меня заждался, — и незаметно подмигнув мне скрылась в прихожей. — Вот, правильно, бери пример с подруги, она, в отличие от тебя, заботиться о своём мужчине, — говорил Хонбин, провожая Леру. — Пф, ты не рассыпишься, если сам о себе позаботишься, — не отрываясь от телевизора, сказала я. — Ты моя жена, это твоя обязанность, — парировал он, проходя в гостиную и усаживаясь на диван. — Может тебе ещё тапки и газету в зубах принести? — Было бы неплохо, — ответил он, развалившись на диване рядом со мной. Только сейчас я заметила, что он в новеньком костюме, а рядом с диваном стоят пакеты с вещами. Не выдержав, я сняла тапок с ноги и запустила им прямо в Хона, который успел расслабиться и прикрыть глаза. Тапок спикировал прямо ему в глаз, медаль мне за точность! Подорвавшись, он гневно уставился на меня, потом резко схватил подушку и запустил в мою сторону. Увернувшись от снаряда, я взяла подушку и запустила её обратно в него, а за ней последовала следующая. Хоть Хонбин и пытался уворачиваться, но я попадала в цель, пусть и через раз. Очнулась я от накатившего на меня азарта, когда сидела у Кима на коленях, а он меня щекотал. Сообразив в каком я положении и как мне нужно себя вести, быстро вскочила на ноги и отшатнулась от него. — Руки не распускай, — резко сказала я, направляясь к себе в комнату. Что-то я стала забывать какие у меня на этого негодяя планы. Хотя, если честно, то это ведь здорово, когда можешь себе позволить дурачится и вести себя как ребёнок с любимым человеком. Эта свобода и лёгкость при общении дорогого стоит, не с каждым ты можешь так себя вести. Так, стоп, любимым человеком? Это я щас о Хонбине в этом контексте подумала? Не-не-не, мы так не договаривались, эй, мозг, слышишь, не покидай меня, ты мне ещё нужен! С такими мыслями я заперлась у себя в комнате. Спустя час, я решила принять ванну, а заодно и промыть голову. Укутавшись в халат, я пошла плескаться. После часа, который я провела нежась в горячей ванне, я выползла на свет божий. И только в комнате, посмотрев на себя в зеркало, заорала как невменяемая. Мои волосы, мои любимые волосы… Они были ядовито-синего цвета! Как, блять, это произошло? Метнувшись в ванну, я обнаружила, что мой шампунь был заменен на шампунь с красящим эффектом. При этом марка шампуня та же! Вооружившись банкой шампуня и расческой, я направилась в кабинет к Хону. Открыв дверь с ноги, я увидела сидящего в кресле мужчину, с ноутом на коленях. Он усердно делал вид, что занят, но его подрагивающие плечи ясно давали понять о том, что он ели сдерживается, чтоб не заржать в голос. И как только Хонбин поворачивает голову в мою сторону, начинает заливаться диким хохотом, сгибаясь пополам. — По-твоему это смешно, придурок? — завизжала я, тыкая свои синие пряди ему в лицо. — Что мозг отморозила? — сквозь хохот спросил он. — Ты издеваешься, — я не выдержала и кинулась на него с банкой шампуня. Но он легко выбил его у меня из рук, все ещё смеясь. — Придурок, имбицыл, кракозябра недоделанная, олень северный, выхухоль подзаборная… — орала я как потерпевшая, при этом со всей дури молотила его расческой. А что самое обидное, что Ким от этого ещё больше начал веселиться. Плюнув на все, я слезла с него и, гордо вскинув подбородок, направилась к себе. Высушив волосы феном, я присмотрелась, не такой уж и плохой оттенок. Если добавить несколько прядей бирюзового, голубого и фиолетового, то получится очень даже неплохая прическа. Успокоив свои нервы, я стала дожидаться, когда Хон уснет. Чтоб наверняка, на разведку я вышла, когда часы показывали три ночи. Обнаружив его спящим у себя в комнате, я быстро вернулась к себе за всем необходимым и опять пробралась к нему. Мужчина мирно посапывал лёжа на спине, раскинув руки — то, что мне нужно! Хонбин выглядел таким милым (как не печально это признавать), когда спал, его лицо становилось юношеским, лет на двадцать пять. А луч лунного света, который одинокой полоской пробивался сквозь щель в шторе, освещал умиротворенное лицо. Временами он что-то мурлыкал и смешно морщил нос, ну прям как ребёнок! Моей ошибкой было пройтись взглядом по его накачанному телу, небрежно прикрытому покрывалом. Я залипла на долгие минут пять, руки так и чесались пройтись пальчиками по рельефным кубикам пресса, очертить контуры мышц на руках, лечь рядом и перебирать руками пряди его волос… Что-то я отвлеклась, я же пришла мстить, а не любоваться, хотя, чего греха таить, выглядел он потрясно, на такого мужчину не стыдно слюнки пускать! Отодвинув штору ещё сильнее, чтобы лунный свет освещал комнату и попадал на спящего Хонбина, я принялась за работу. Раскрутив краску для бровей, принялась аккуратно мазать брови Хона. Я почувствовала себя ювелиром, чесслово! Пару раз меня, правда, чуть инфаркт не схватил, когда он во сне начал что-то бубнить и шевелится, но в целом спал он крепко. Закончив с бровями, я подождала пока краска возьмётся и также аккуратно её смысла, и теперь могла любоваться абсолютно белыми, обесцвеченными бровями мужчины. Дальше по плану был клей и блёстки! Брала я не супер-клей, но достаточно прочный, чтоб держалось минимум дней пять. Выбрав из всего разнообразия розовые, я принялась намазывать бровь и обильно посыпать их блестками. Когда я закончила, то могла наблюдать достаточно экстравагантную картину: брутальный мужик с горой мускул, лежит на кровати в позе звезды, а в лунном свете переливаются его шикарные розовые брови. Давясь смехом, я выскочила из комнаты и направилась в свою, ожидая утреннего представления.