Наемница

      Смеркалось. Ехать дальше не было ни сил, ни желания. Да и четверо наших спутников рисковали попасть в лапы Егерей и магов Ордена, если мы с ними не встретимся. При мысли об Угре я и вовсе приуныла. Нет, я понимала, что отправляюсь не на прогулку, а сую голову в пасть голодного огра. Но не чувствовать присутствия и незримой поддержки этого холодного и уравновешенного воина было… тяжко. Я просила Сагру помочь нашим спутникам побыстрее вернуться. И чтобы все были живы-здоровы.       — Ну где там твоя тропинка? — не выдержал Сурок, нервно поглаживая линга. — Надоело уже в седле, сил нет.       — Да погоди ты, — добродушно отмахнулся Медок, раз, наверное, в десятый спешиваясь и ища следы этой самой тропинки.       Признаться, уже все, кроме невозмутимых эльфов, были на взводе и готовы придушить не только маленького зеленого пакостника, которого вряд ли что-то могло отвлечь от пакостей (всю дорогу от Вишек этот пройдоха кидался какими-то не то ягодами, не то плодами, выводя из терпения всех, включая эльфов), но желтоволосого воина. Я нервно оглядывалась назад, где до сих пор были видны густые клубы дыма.       — Ну хоть приметы бы какие были, — тоскливо сказал Горлопан. И я его понимала.       — Там еще два дерева склонены друг к другу, словно два друга, которые давно не виделись, — сказал воин.       — Верно, было что-то такое позади нас, ярдах в пятистах, — сказал Элл, отбрасывая с глаз густую пепельную челку. Медок улыбнулся и сел в седло. Рядом сдавленно застонал вор, но я подавила усмешку, хотя на самом деле была довольна — не одной же мне испытывать дискомфорт от бесконечной скачки.       — Нашел! — радостно гаркнул Медок и я от неожиданности едва не выпрыгнула из седла. Я понимаю, он рад, но зачем так пугать? Однако пришлось успокоиться. Теперь оставалось самое легкое и сложное одновременно — дождаться, когда нас нагонят наши товарищи по оружию.       — Лагерь, — устало сказала Миралисса, спешиваясь. — Подождем остальных здесь. Не хватало еще, чтобы они угодили в руки магов.       Я с огромнейшим облегчением спешилась. Все тело ныло после бешеной скачки, руки еще немного дрожали, как я думаю, после встречи с неожиданным препятствием под Вишками и страхом, что нас догонят, вернут… если не избавятся.       Уловив эту мысль, я нахмурилась. Что-то здесь было не так. Слишком все гладко. Слишком все… легко. Закусив губу, я посмотрела на эльфийку. Она казалась спокойной, но в янтарных глазах было видно беспокойство. Или, быть может, мне просто показалось? Как бы там ни было, я решилась. Закрепила поводья на луке седла и подошла к принцессе.       — Треш Миралисса, вам не кажется это подозрительным? — спросила я, краем глаза замечая, что Арнх опять не сводит с меня глаз. Ну его в болото. Сейчас другое важнее.       — О чем ты? — она внимательно на меня смотрела.       — Все, что произошло с того момента, когда мы оказались в Вишках, — ответила я, ничуть не смущаясь ее пристального взора. — Как-то это странно. Чума-медянка, маги… в сердце королевства, недалеко от столицы. И нас просто отпускают, вместо того, чтобы сжечь на месте, но не дать уйти.       — Что ты имеешь ввиду, Йорунн? — к’лиссанг Миралиссы снял колчан.       — Только то, Элл, что все это неспроста, — ответила я. — И мне тревожно. Что-то мы упустили. Я привыкла доверять своей интуиции, и сейчас она просто кричит об опасности.       — Ты что-то конкретное чувствуешь? — эльфийская принцесса не спешила поднимать меня на смех.       — Нет, — сказала я. — Просто ощущение близкой опасности. Да и эти маги… почему они нас отпустили? Случайность? Не думаю. Им проще было оставить на растерзание Егерей, чем позволить нам сбежать. Такое чувство, что у них есть запасной вариант.       — Ты предлагаешь не ждать остальных? — спросил он.       — Нет, просто… нужно быть готовыми к любой мерзкой неожиданности, — я покачала головой. — И лучше пока не снимать доспехов.       — Не думаю, что все с тобой согласятся, но ты права, — кивнула эльфийка, немного подумав. — Я тоже думала о том, что неспроста все так сложилось.       Я молча склонила голову и ушла. Что же, я свое дело сделала и теперь стоит позаботиться о коне, не менее уставшим от бешеной скачки, чем я. Кроме того, пока рядом Аркелл, я могу не бояться пристального внимания Дикого со шрамом на лбу. Я понимаю, он восхищается женским полом и любит выражать своё восхищение приятным для обоих способом. Вот только меня он не привлекал. Как воина, я его ценила. Но вот как мужчину… не было даже желания его узнавать.       Я расседлала чалого и стала чистить, убирая с его шкуры слипшиеся комочки шерсти. Что и говорить, этот поход только начался, а уже такой трудный. Что-то будет дальше. И мне не нравилось. Как бы ребята, отправившиеся на разведку, не попали в засаду. И откуда прихвостни Неназываемого знают о нас? У них как будто магическая чуйка на отряд. Странно это. Очень странно. В том, что в отряде не было предателей, я даже не сомневалась. Ну кто из Диких, скажите мне, станет продавать своих? Глупость несусветная. Это все равно, что орки станут мирными землепашцами, а огры вдруг обретут утраченный разум. Ни то, ни другое попросту невозможно.       Почистив коня, я легла на расстеленную попону и стала смотреть на усеянное мириадами звезд небо. Как много загадок и ни одного ответа. Возле костра привычно переругивались гном и карлик, звучали шуточки гоблина, но мне не хотелось к ним присоединяться. Напряжение, которое охватило меня в ожидании неприятностей, только росло, как бы я ни старалась от него избавиться.       Устав бороться сама с собой, я села и посмотрела в сторону костра. Аппетита не было, хотя остальные члены отряда с аппетитом поглощали очередной кулинарный шедевр гнома. Делер, не способный прожить и часа, чтобы не задеть Халласа, сидел красный, как рак, и метал на друга убийственные взгляды. А причина была проста — в результате едва не случившейся между ними потасовки гном вышел-таки победителем в словесной баталии. Вот уж кто не полагается на свои ощущения, а просто вступает в схватку, если нападает враг, так это они. Я же поймала себя на том, что ежесекундно вслушиваюсь в ночные шорохи, пытаясь различить вдали топот конских копыт. Но всё было спокойно, если не считать дружеских перепалок между Дикими, стрекота цикад и шороха колышимой ветром травы. Я вздохнула — пока с Угрëм и Эграссой всё было хорошо. Отчего-то у меня была твёрдая уверенность — случись что с гарракцем и я сразу это почувствую.       — Пошли, послушаем историю, — неподалёку возникла фигура, в котором я узнала Фонарщика. Зная норов Аркелла, воин соблюдал дистанцию, чтобы не получить от норовистого животного на орехи.       — Какую? — спросила я, посмотрев на него.       — Про Харьганову Пустошь, — отозвался он. — Кли-кли решил быть хорошим и развлечь нас. Кроме того, тебе нужно отвлечься. Угорь бы не одобрил того, что ты не стала ужинать.       — Я в порядке, Мумр, — розовея от смущения и надеясь, что ночная темнота это скроет, ответила я. — Просто день выдался не из лёгких.       — Тогда тем более стоит послушать, что там будет вещать наш великий дурак, — улыбнулся Дикий. — Идём?       Немного подумав, я встала и направилась к костру. В какой-то степени он прав — хорошая история может помочь мне отвлечься от переживаний и сосредоточиться на настоящем. Иначе напридумываю себе ужасов, потом буду ходить сама не своя.       — Теперь все в сборе и можно начинать, — торжественно пропищал шут, когда я и Мумр появились в круге света от костра.       — Так! Нам кто-то обещал рассказать историю, — сказал Арнх, когда спустя некоторое время мы все сидели у костра, а жареная зайчатина приятной тяжестью осела в животе.       — Извольте. — Кли-кли отложил в сторону вязанку веревочек и узелочков. — Что бы вы хотели услышать?        — А ты что, знаешь много историй?       — Я же все-таки королевский шут, — обиделся гоблин. — Мне по должности положено.        — Ты обещал рассказать про Харьганову пустошь, если не ошибаюсь, — запихивая последний кусок зайчатины в рот, промычал Фонарщик.        — А… — протянул Кли-кли. — Только неужели никто из вас не слышал про отряд Харьгана?       Все отрицательно покачали головами.        — Короткая же у вас, людей, память, — вздохнул гоблин. — А ведь прошло всего лишь чуть меньше пятисот лет!        — Ну ты даешь, зеленый! — засмеялся Горлопан. — Да за это время можно забыть все что угодно!       — Только не отряд Песьих Ласточек, благодаря которому может, и существует сейчас Авендум.       — Песьи Ласточки? — нахмурился Дядька. — Что-то не припомню я такого отряда. Во всяком случае, в Валиостре его нет.       — Теперь нет и никогда уже не будет, — грустно сказал Кли-кли. — Это произошло во время Войны Весны. Орки хлынули из лесов Заграбы нескончаемым потоком, неожиданно для всех. Несколько тысяч обрушились на Пограничное королевство, но основная сила удара пришлась на Валиостр.       — Не надо твердить нам прописные истины, — перебил гоблина Арнх.       — Кто тут рассказывает, ты или я? — рассвирепел Кли-кли. Я едва удержалась от смеха, глядя на эту картину. И, в общем-то, была рада, что внимание лысого воина переключилось с меня на историю.       — Первыми армию орков встретили пограничные гарнизоны. Они пытались задержать врага, пока гонцы доберутся до столицы. Кто не знает, тогда столицей был Ранненг, это только после войны ее перенесли в Авендум, подальше от Леса. Так вот. — Шут на миг задумался, потеряв нить рассказа. — Орки опрокинули пограничные гарнизоны. Те отступали и огрызались, дожидаясь, когда подойдут основные силы людей. Гонцы успели, Грок двинул армию и на берегах Иселины дал бой. Шесть дней Первые пытались форсировать реку, но люди стояли крепко. На седьмой день, неся огромные потери, орки в четырех местах прорвали оборону Грока и опрокинули армию людей, вынудив ее отступить на север. Весь южный Валиостр был потерян. Из Шамара не приходило никаких вестей, и Грок счел, что Пограничье уже уничтожено.       — Ха! Пограничье просто так не сдается! — бахвальски сказал Арнх, но, наткнувшись на взгляд Кли-кли, замолк.       — Исилия, как всегда, не вмешивалась ни в какие войны, понадеявшись, что чаша войны ее минует, у Мирануэха просить помощи не имело смысла — ваше государство никогда не жило с этой страной в мире. С темными эльфами после того, как наступила Зима из-за нелепой гибели их принца, разговаривать было попросту не о чем, их уже много лет не было видно в Валиостре… Королевство осталось один на один с врагом. Только судьба, боги да армия могли остановить волну орков. Никогда еще Первые не нападали таким количеством. Люди слишком презирали все другие расы, чтобы вести с ними крупные войны.       Я слушала молча, не слишком погружаясь в историю, рассказываемую шутом. Маленький подвиг на одном из полей той войны пятисотлетней давности. И их, безымянных героев очень много. Нет, мне не была знакома история, рассказываемая шутом. Во всяком случае, в таких подробностях. Я знала, что орки всё же прорвались к Авендуму и последние четыреста человек из армии Грока готовились принять героическую смерть, когда им на помощь пришли объединенные силы эльфов Заграбы, ударив Первым в тыл и смяв их. Война была выиграна. Да, если бы не эльфы, никто не знает, как бы повернулась история Сиалы. И сейчас снова один из переломных моментов в истории. Если мы сможем добыть этот проклятый богами Рог Радуги, то избежим войны. И вряд ли орки решатся высунуть носы из Золотого Леса. Хотя, с другой стороны, что им этот Рог? Они и без него способны пустить кровь людям. И не только. Да и есть ли на Сиале такая сила, способная в одиночку выстоять против ярости и жажды крови Первых? Сомневаюсь.       От раздумий меня отвлекли тихие шаги. Скосив глаза, увидела Кли-кли. Принесла нелёгкая. Только перепалки с шутом мне сейчас и не хватало. Только я собралась уйти, как он остановил меня неожиданным вопросом:       — Что ты об этом думаешь, Йорунн?       — Смотря что ты имеешь ввиду, — ответила я. Сейчас маленький пакостник выглядел необычайно серьёзным. Даже непривычно.       — О Вишках.       — Честно? — я усмехнулась. — Нас либо отпустили, чтобы перехватить где-нибудь по дороге, либо подтолкнули назад. Опять же задержка. Вот только с какой целью назад…       — Думаешь, маги заодно с Неназываемым? — шмыгнул носом шут.       — Не хочу исключать ни единой возможности получить чем-нибудь острым под лопатку в самый неподходящий момент, — ответила я. — Ты и сам должен понимать, что не просто так сначала Кот и Эграссой, а потом и Алистан с Угрëм отправились назад. Ладно, Кли-кли, ложись спать. Я подежурю, тем более, что моя очередь.       — Я теперь не усну, — вздохнул он.       — Ну так попроси Миралиссу тебе помочь, — пожала я плечами, намекая на сонное заклятие, которое испортил никто иной, как Кли-кли. Шут только обиженно засопел и поспешил уйти, оставляя меня наедине со своими мыслями.        Ночную тишину нарушало только сопение и похрапывание моих спутников, шорох травы, стрекот цикад и треск дров в костре. В голове уже не было мыслей — я слишком устала думать о том, что будет. Устала гадать, что могло произойти с теми, кто уехал назад, чтобы избавить отряд от угрозы. Но страх за одного из них никуда не исчез. Возможно, это было цинично — не волноваться за остальных. Но Угорь как-то сразу стал мне очень близок. Конечно, есть очень большая вероятность, что это не взаимно. Но тут уж я бессильна. Придётся смириться с этим и просто жить дальше.       Было уже далеко за полночь, когда я расслышала далёкий, приглушённый расстоянием перестук копыт. Сначала я подумала, что мне показалось, но, когда звук стал чётче, сердце затрепетало от радости и предвкушения встречи. Я не думала о том, что это могут быть совсем не те, кого мы ждём. Мой разум заткнулся, задавленный силой эмоций. Сердце в груди билось с такой силой, что мне казалось — ещё немного и оно сломает мне рёбра. Я сжала пальцы в кулаки и сделала глубокий вдох, чтобы унять разошедшиеся сердечко. Но когда всадники приблизились, я с трудом смогла удержать себя на месте — несмотря на ночную темноту, разбавленную светом молодого месяца и звёзд, я узнала наших спутников. Они были живы и здоровы, все четверо.       Алистан Маркауз, а с ним Угорь, Элл и Кот, въехали в круг света и спешились. А потом, стараясь не разбудить спящих, расседлали коней. Точнее, это делали трое, потому что Угорь, легко соскользнув с коня, стремительно подошёл ко мне.       — Как ты? — его чёрные сейчас глаза пытливо всматривались в моё лицо, крепкие руки сжали мои плечи.       — В порядке, — ответила я, набираясь смелости и касаясь кончиками пальцев его щеки. — Такой колючий…       — Побреюсь, — сказал Угорь, увлекая меня в сторону от костра. Убедившись, что нас не видно, он прильнул к моим губам в нежном поцелуе.       В первое мгновение я застыла, поражённая его поступком, а потом обняла, неумело отвечая на свой первый поцелуй. От ощущения его губ закружилась голова, ослабли колени и, если бы он так сильно не обнимал меня, я бы, наверное, рухнула на траву.       — Арнх не слишком доставал тебя? — спросил Угорь, когда поцелуй закончился.       Арнх? Причем тут этот прилипала? До меня, всё ещё пребывающую под впечатлением от первого в своей жизни поцелуя, не дошло, о чем спрашивает гарракец. И, похоже, до него дошло, что своей стремительной атакой он выбил у меня все мысли из головы, потому что я услышала его тихий смех. А потом его губы снова накрыли мои. М-м-м… мне начинает это нравиться…