Король Азкабана

Люди любят выдумывать страшилищ и страхи. Тогда сами себе они кажутся не столь уродливыми и ужасными. Напиваясь до белой горячки, обманывая, воруя, исхлестывая жен вожжами, моря голодом старую бабку, четвертуя топорами пойманную в курятнике лису или осыпая стрелами последнего оставшегося на свете единорога, они любят думать, что ужаснее и безобразнее их все-таки привидение, которое ходит на заре по хатам. Тогда у них легчает на душе. И им проще жить.

      Ненавижу. Ненавижу их. Стереть с лица Земли. Растоптать. Сжечь на медленном огне и любоваться выражением лица тех, кто обрёк меня на такую жизнь. Месть. О да, я большой поклонник мести. Это чувство — одно из тех, в которых мы не хотим признаться даже самим себе, но тайно оно всех нас гложет. Нужно отомстить. Разорвать в клочья. Порезать на кусочки. Убить…       И тут Гарри проснулся, мгновенно осознавая всю абсурдность ситуации, в которой он оказался. Ежесекундно забыв про свой сон, Поттер вскочил на ноги, и от неожиданного подъема у парня забегали чёрные мушки перед глазами, которые почему-то были подозрительно похожи на голову Снейпа. Покрутив сонной физиономией пару раз, юный маг наконец-то смог трезво оценить своё нынешнее положение. Во-первых, он почему-то спал рядом с великаном, засунув руку в необъятные просторы кармана Хагрида. Быстро переведя взгляд на конечность, Гарри узрел довольно противную картину. С пальцев стекала какая-то зелёная жижа, которая попутно издавала такой аромат, что даже кентавры бы сошли с ума от такого запашка. Брезгливо вытерев эту массу об куртку гостя, Поттер перевёл взгляд на настенные часы, которые тихонько тикали над камином. Так как волшебник приучил себя вставать достаточно рано, стрелка циферблата не дошла ещё и до девяти часов утра, я что несомненно радовало мальчика. Быстро натянув на себя кофту потолще, которая свисала на нем, образовывая грушеподобную форму, Гарри решил повнимательнее изучить будущие пособия для обучения в Хогвартсе. На самом деле, маг прошёл обучение первого курса ещё год назад под чутким и строгим руководством ветхого тома. Но, так как Поттер учился самостоятельно, ему было интересно посмотреть на систему образования в незнакомом для него мире. Со скучающим видом перечитав ещё раз список предметов, парень наткнулся на «Магические отвары и зелья». Это было уже что-то. Поттер любил зелья, да и вообще точные науки, где не нужно действовать наобум, ожидая помощи от ближнего своего или с просветленной мордашкой надеется на чудо. Само предсказание следующего шага, будь то свой, или исходящий от соперника, вызывало у юноши дрожь возбуждения и прилив адреналина. Обдумывая свои дальнейшие действия, Гарри не заметил, как в двух метрах от него бесшумно аппатировал сам мастер Зельеварения. Задумчиво взглянув на мальчика, который совершенно не по — детски уставился на простой лист бумаги, Северусу в голову пришла совершенно бредовая идея, на которую мог согласиться разве что Поттер. Снейпу просто захотелось проучить парня и застать того врасплох. И пока декан ехидно посмеивался у себя в голове, Гарри наконец-то отметил присутствие постороннего и незамедлительно включил режим Лиса. Очень натурально вздрогнув, Поттер, а точнее его маска, с дрожью в голосе немного истерично взвизгнул: -Как вы здесь оказались? Снейп мысленно поставил галочку насчёт его затеи, хотя он её даже не осуществлял. Собравшись, и сделав хмурое лицо, которое обычно в миг опустошало коридоры в Хогвартсе, Северус официально произнёс: -Мистер Поттер. Сегодня мы вас проводим в Косой переулок, чтобы вы приобрели всё необходимое для обучения в нашей школе. С предложенным списком вы уже ознакомились, так что попрошу не тратить понапрасну время на глупые вопросы и посоветую вам побыстрей одеться. И эффектно повернувшись на каблуках, зельевар пошёл будить храпящего великана. Гарри мысленно присвистнул. Надо же так уметь давить на психологические изъяны, что после двух минут общения у Лиса ноги подкашиваются. Чем дальше, тем все интереснее и интереснее.

***

Дурсли отпустили Гарри без лишних вопросов и наставлений. Только вот слишком подозрительно быстро ретировались от нашей компашки, но в этом нет ничего удивительно. Поттер сладко потянулся и уже был готов к увлекательному путешествию, как вдруг Северус крепко схватил мальчика за руку, и любимчик Смерти ощутил, будто его протаскивают через узкую трубу. -Аппарация, — мелькнуло в голове у мага, прежде чем волшебник свалился на мокрый асфальт. — Добро пожаловать в Косой переулок, — произнес Хагрид, который тоже воспользовался услугами зельевара, хотя по недовольной мине великана было понятно, что ему больше была бы по душе мирная поездка на автобусе. Мысленно Гарри усмехнулся такой реакции на быстрое перемещение. Слишком уж нелепо смотрелся гигант, сидящий в луже и размеренно почёсывающий свою огромную голову. А вот Лису не поздоровилось. Даже несмотря на то, что он оказался в столь необычном месте, последствия падения давали о себе знать нудящей болью в ноге. Лишь один зельевар стоял с невозмутимым видом, хотя всё его нутро просто разрывало на части от злорадства. — «Когда вернусь в Хогвартс, поставлю это воспоминание на отдельную полочку», — думал Снейп, разглядывая такую необычную картину. Ну, ведь не каждый день увидишь Героя Магической Британии, который ошалелым взглядом разглядывает ближайший магазин, сидя в луже. Лично Гарри ничего удивительного в Косом переулке не видел. Ну рынок, как рынок, такие везде есть. Нехотя поднявшись, Лис принялся крутить головой во все стороны, про себя жалея, что у него только две пары глаз. Он хотел уж было расспрашивать великана обо всем подряд (потому что к Северусу он не питал светлых чувств), но Хагрид опередил его со своей речью. — Гарри, э-э-э, подожди. Сначала надо будет забрать твои деньги, а потом уже будем покупать тебе всё остальное. Лис всё время переводил взгляд с одного предмета на другой, пытаясь увидеть все сразу: магазины, выставленные перед ними товары, людей, делающих покупки. Полная женщина, стоявшая перед аптекой, мимо которой они проходили, качала головой. — Печень дракона по семнадцать сиклей за унцию — да они с ума сошли… Гарри не согласился с этим высказыванием, но что-то противопоставить данной фразе он не мог, да и не хотел. Из мрачного на вид магазина доносилось тихое уханье. «Торговый центр «Совы». Неясыти обыкновенные, сипухи, ушастые и полярные совы» — прочитал Лис. Поттер не любил сов. Слишком громоздкие, они были слишком заметны в небе. Про экстренной ситуации, их мог не увидеть только слепой, что очень осложняет, допустим, незаметную вылазку. Сам мальчик предпочитал больше летучих мышей. Неуловимые, маленькие, а во мраке ночи их можно обнаружить только с помощью заклинаний, которыми никто не разбрасывается направо и налево. Замечательный звук, отточенные рефлексы и скорость — такими словами маг мог описать этих животных. Здесь были магазины, которые торговали мантиями, телескопами и странными серебряными инструментами, каких ни Лис, ни Гарри в живую никогда не видели. Витрины по всей улице были забиты бочками с селезенками летучих мышей и глазами угрей, покачивающимися пирамидами из книг с заклинаниями, птичьими перьями и свитками пергамента, бутылками с волшебными зельями и глобусами Луны… — «Гринготтс», — объявил Хагрид. Они находились перед белоснежным зданием, возвышавшимся над маленькими магазинчиками. А у отполированных до блеска бронзовых дверей в алой с золотом униформе стоял… Снейпа передернуло. Всю дорогу до банка он шёл в сторонке, по пути прикупив пару ингредиентов для зелий, и почти не обращал на себя внимания мальчика и великана. Но Гринготтс он не любил. Дотошные проверки, снующие туда — сюда гоблины, куча народу — всё это вводило Северуса в определённый транс. Гарри с интересом взглянул на самого молчаливого из их немногочисленной компании. Видимо, декану факультета Слизерин не было по душе данное местечко, и мальчик прекрасно его понимал. Как и зельевар, он любил порядок, покой и точность. А тут всё с наоборот, хотя Лису возможно и понравится катание на тележках и горы золота. — Да, это гоблин, — спокойно сказал Хагрид, когда они поднимались по белым каменным ступенях. В ответ Северус не удержался, и с выражением лица, которое отображало его отношение к данному комментарию, закатил глаза. Данное существо было на голову ниже Гарри. У него было смуглое умное лицо, острая бородка и, как заметил Лис, очень длинные пальцы и ступни. Он поклонился, когда они входили внутрь. Теперь они стояли перед вторыми дверями, на этот раз серебряными. На них были выгравированы строчки:

Входи, незнакомец, но не забудь, Что у жадности грешная суть, Кто не любит работать, но любит брать, Дорого платит — и это надо знать. Если пришел за чужим ты сюда, Отсюда тебе не уйти никогда.

— Я ж тебе говорил: надо быть сумасшедшим, чтобы попытаться ограбить этот банк, — сказал Хагрид, явно отметая возможность хоть какого-то преступного действия в отношении данного заведения. В ответ на данное высказывание, Гарри почему-то посетила совершенно безумная мысль, которую он засунул в глубины своего сознания до лучших времен. Два гоблина с поклонами встретили их, когда они прошли сквозь серебряные двери и оказались в огромном мраморном холле. На высоких стульях за длинной стойкой сидела еще сотня гоблинов — они делали записи в больших гроссбухах, взвешивали монеты на медных весах, с помощью луп изучали драгоценные камни. Из холла вело больше дверей, чем Лис мог сосчитать, — другие гоблины впускали и выпускали через них людей. Вся их делегация, состоящая из трёх человек, подошла к стойке.  — - Доброе утро, — обратился Хагрид к свободному гоблину, который внимательно стрельнул глазами в их сторону— Мы тут пришли, чтоб немного денег взять… э-э… из сейфа мистера Гарри Поттера. — У вас есть его ключ, сэр? — Где-то был, — ответил Хагрид и начал выкладывать на стойку содержимое своих многочисленных и бездонных карманов. Пригоршня заплесневелых собачьих бисквитов, стухшие флоббер-черви и неисчислимая масса тараканов вывалилась на бухгалтерскую книгу гоблина. Работник банка презрительно сомкнул губы, и одновременно с ним данное действие повторил Снейп и Гарри, который мысленно наблюдал за этой адской смесью. Лис же в замешательстве отвёл глаза и стал рассматривать ещё одного представителя данного вида, сидевшего справа и рассортировывающего груду рубинов, огромных, как пылающие угли. — Нашел, — наконец сказал Хагрид, протягивая крошечный золотой ключик, который был измазан в той же жиже, в которую с утра вляпался сам Мальчик-Который-Выжил. Гоблин только изучающе посмотрел на него, и видимо побоявшись брать ЭТО в руки, глубокомысленно произнёс: — Кажется, все в порядке. — И у меня тут еще письмо имеется… э-э… от профессора Дамблдора, — с важным видом произнес Хагрид, выпячивая грудь. — Это насчет Вы-Знаете-Чего в сейфе семьсот тринадцать. И снова зельевар повторил то выражение лица, которое было на нем совсем недавно. — «- "Великий Мерлин, сколько гонора,» — мысленно возмущался декан, наблюдая раздувшегося от важности полувеликана. — «Просто передаёт письмо, а такое ощущение, что победил самого Альбуса Дамблдора в честной дуэли». Гоблин внимательно прочитал письмо. — Прекрасно, — сказал он, возвращая письмо Хагриду. — Сейчас вас отведут вниз к вашим сейфам. Крюкохват! Крюкохват тоже был гоблином. Когда Хагрид запихал всё содержимое своих карманов обратно, они с Гарри и Снейпом последовали за провожающим к одной из дверей. — А что такое это Вы-Знаете-Что в сейфе семьсот тринадцать? — спросил Лис, делая лицо наитупейшего создания на всем земном шаре. — Не могу я тебе сказать, — таинственно ответил Хагрид. — Очень секретно. Это школы «Хогвартс» касается. Дамблдор мне доверяет. А я своей работой слишком дорожу, чтобы секреты тебе раскрывать. Зыркнув глазами в сторону Северуса, Гарри наткнулся на озадаченный взгляд зельевара. Так как на нём была маска, со стороны это выглядело как просьба объяснить, что же там такое. На деле же маг проверял реакцию мага. Хагрид назвал себя человеком, которому доверяет Дамблдор, а судя по тону, каким была сказана данная фраза, великан считает себя чуть ли не преемником Великого светлого волшебника. Но… Снейп заметил. Недаром же он один из сильнейших легилиментов за последнее столетия. Зельевар почувствовал исходящий от парня мастерски скрытый интерес и… знание. От того, что он ощутил, декан на секунду потерял контроль над эмоциями, и на его лице отобразилось замешательство. Хотя такая реакция явила себя миру только на долю секунды, Гарри всё понял. Всё. — «Так-с, дело пахнет жареным», проговаривал у себя в голове как мантру эту фразу, попутно лихорадочно соображая, что делать. Включить эмпатию? Да, как вариант, ничего другого в воспаленный мозг Поттера ничего не приходило. Через секунду, Снейп перестал чувствовать ту искру умений, которую он почувствовал. Свалив всё на недостаточную концентрацию и на многолюдность данного места, Северус просто отложил данное происшествие до лучших времен. Крюкохват открыл перед ними дверь. Лис, ожидавший увидеть вокруг мрамор, был удивлен. Они стояли в узком каменном коридоре, освещенном горящими факелами. Дорога круто уходила вниз, на полу были тоненькие рельсы. Крюкохват свистнул, и к ним с лязгом подкатила маленькая тележка. Они забрались внутрь — Хагриду это удалось с трудом — и поехали. Сначала они неслись сквозь лабиринт петляющих коридоров. Гарри пытался запомнить дорогу — налево, направо, направо, налево, на развилке прямо, опять направо, опять налево, — но вскоре оставил это бесполезное занятие. Казалось, дребезжащая тележка сама знает дорогу, потому что гоблин ею не управлял. Гарри обдало ледяным воздухом, глаза защипало, но он держал их широко открытыми. В какой-то момент ему почудилось, что он заметил вспышку огня в конце коридора, и быстро обернулся, чтобы увидеть, не дракон ли это, но опоздал — тележка резко ушла вниз. Сейчас она проезжала мимо подземного озера, на потолке и стенах росли сталагмиты и сталактиты. — Знаешь, Хагрид, — громко произнес Лис, пытаясь заглушить шум тележки. — Я никогда не знал, в чем разница между сталактитом и сталагмитом. — В слове сталагмит есть буква «м», — ответил Хагрид. — И больше не спрашивай меня ничего… меня, похоже, сейчас наизнанку вывернет. Гарри внутри сознания сделал жест «рукалицо», и задумался над уровнем интеллекта своего творения. А не слишком ли он тупым получился? Хагрид был весь зеленый. Когда тележка наконец остановилась перед маленькой дверью в стене, он выбрался из нее, прислонился к стене и подождал, пока у него перестанут дрожать колени. В это время Северус элегантно вышел из тележки и с чувством полного превосходства посмотрел на скорченного великана. Крюкохват отпер дверь. Изнутри вырвалось облако зеленого дыма, а когда оно рассеялось, Лис ахнул. Внутри были кучи золотых монет. Колонны серебряных. Горы маленьких бронзовых кнатов. — Это все твое, — улыбнулся Хагрид. — «Да ладно. А я прям в жизни бы не догадался, что в моем сейфе лежат мои деньги. Правильно говорят, что удивительное рядом» — мысленно причитал Гарри, пока ошалевшему от количества золота Лису Хагрид читал вводную лекцию о валюте магического мира. — Золотые — это галлеоны, — пояснил он. — - Один галлеон — это семнадцать серебряных сиклей, а один сикль — двадцать девять кнатов, это просто, да? — Ладно, тебе этого на пару семестров хватит, а остальное пусть тут лежит. — задумчиво проговорил Хагрид, но Гарри был категорически с ним не согласен. Учитывая количество нужных вещей, этой суммы хватит только на дешёвые принадлежности. Видимо, Дамблдор дал точные указания об внешнем виде Героя при приезде в школу. По-ходу, должно быть что-то вроде бедного мальчика, который вырос без родителей и нужного внимания. Хороший способ, ничего не скажешь. Подавить на жалость, чтобы автоматически либо проявить сочувствие к сироте, либо вызвать отвращение. Ну, а вы сами представьте такую картину: Герой Магической Британии заявляется в Хогвартс в поношенной подобии одежды, с нулевыми умениями и полным отсутствием знаний о волшебниках. Если произойдёт такая ситуация, то большинство аристократических семей просто прекратит общение с мальчиком по двум причинам. Во-первых, даже если Гарри не знал о своей родословной и мире магии, то его провожатый должен был обязательно рассказать об событиях, произошедших одиннадцать лет назад. И если Поттер будет иметь хоть чуточку мозгов, то он смекнет о преимуществах и минусах своего положения, и воспользуется плюсами. Вряд-ли у мальчика малое количество денег, а значит, он в состоянии купить себе приличную одежду, дорогие пособия и дополнительные материалы. Уровень знаний на первых уроках покажет, на сколько волшебник адаптируется к непривычным ситуациям. Если же парень даже не открывал учебники и не интересовался новой информацией, то вряд-ли что-то выйдет из такого мага. А в случае того, если Герой туп как пробка, то обдурить мага не составит труда. Всучив обноски, ему навесят лапши на уши, и разделят его мир на чёрное и белое. А если так, то большинство элиты магического мира автоматически попадает в раздел «чёрное». А вторая причина невероятно проста. Из-за того, что Мальчика-Который-Выжил победил Волан-де-Морта, большинство аристократических семей попали под суд. Многие были посажены в Азкабан и лишены почётных титулов. И если Поттер сразу не зарекомендует себя как волевого человека с трезвым взглядом на жизнь, то статус Героя ничего не будет значить для учеников с нейтральным положением в обществе, а в особенности для детей Лордов. Так что не долго думая, Гарри на несколько секунд перехватил управление своим телом у маски и сунул ещё порядка сотни галлеонов себе в карман. Увидев это действие, в голове Снейпа мелькнула мысль, что у Поттера все-таки ещё есть зачатки ума. — А теперь нам нужен сейф семьсот тринадцать… и… э-э… пожалуйста, нельзя ли помедленнее?  — произнёс Хагрид жалостливым тоном, и по его лицу было видно, что тот готов ради снижения темпа даже встать на колени. — У тележки только одна скорость, — ответил Крюкохват с честным — пречестным лицом, но Гарри показалось, что тот немного привирает. Теперь они спускались еще ниже, а тележка ехала почему-то еще быстрее, чем раньше. Воздух становился холоднее. Когда они проезжали над подземным ущельем, Гарри перегнулся, чтобы разглядеть, что скрывается в его темных глубинах, но Хагрид со стоном схватил его за шиворот и втащил обратно. В сейфе номер семьсот тринадцать не было замочной скважины. — Отойдите, — важно сказал Крюкохват. Он мягко коснулся двери одним из своих длинных пальцев, и она просто растаяла. — - Если это попробует сделать кто-то, кроме работающих в банке гоблинов, его засосёт внутрь, и он окажется в ловушке, — произнес Крюкохват. — А как часто вы проверяете, нет ли там кого внутри? — поинтересовался Лис. — Примерно раз в десять лет, — ответил Крюкохват с довольно неприятной улыбкой, по которой не сложно было догадаться, что доставать грабителей — неудачников никто не будет доставать и через двадцать четыре года. Лис был уверен, что в этом сверхсекретном сейфе лежит что-то ужасно важное, как минимум, драгоценные камни невероятных размеров, и он поспешно шагнул вперед, чтобы увидеть, что там. Сначала ему показалось, что там вообще пусто. Затем он заметил на полу маленький невзрачный сверток из коричневой бумаги. Хагрид нагнулся, подобрал его и засунул во внутренний карман куртки. Северу почему-то задумчиво взглянул на этот кулёк, но промолчал. Маске хотелось узнать, что там, но он понимал, что спрашивать не стоит. Но вот у Гарри заинтересованность никто не мог подавить, так что через несколько минут на улице стояли зелёный Хагрид, невозмутимый Снейп и Лис, у которого в потайном кармане и лежал этот маленький свёрток.