11. Рассветная Львица
25 апреля 2018 г., 01:59
— Пятеро сыновей? Вы сильный мужчина, лорд Флемент, — удивлённо сказала леди Ланнистер Браксу.
— После Великой Войны выжил лишь самый младший, миледи, — ответил ей мужчина, слегка опустив взгляд янтарных глаз. — Старшие сыновья отошли к богам вместе с их леди-матерью.
— Мне жаль это слышать, милорд, — девушка посерьёзнела, слегка нахмурившись, лёгкая улыбка сползла с её лица. — Примите мои искренние соболезнования.
— Всё в порядке, леди Санса. Я уверен, моя жена подарит мне ещё не одного сына, — Бракс улыбнулся ей, не желая омрачать этот незапланированный ужин.
— Я надеюсь, что вы с леди Алин будете очень счастливы.
Джейме неотрывно смотрел на жену. На её едва заметные ямочки на щеках, когда она улыбалась лорду Браксу, на её сосредоточенный взгляд, когда она слушала поочерёдно каждого из присутствующих в зале, на то, как она изящно поправляла волосы цвета осенней листвы, струящиеся по её спине. В любой удобный момент Цареубийца любовался женой, и этот ужин не стал исключением. Тёмно-бирюзовое платье с серебряным кружевом было ей к лицу, подчёркивая северную красоту девушки, а лорд Ланнистер всё никак не мог от неё оторваться, заставляя себя вслушиваться в разговор.
Совсем недавно в Утёс Кастерли прибыл его добрый друг лорд Флемент Бракс и ещё один хорошо знакомый ему мужчина по многим битвам, что они прошли вместе, лорд Квентин Бэйнфорт. Джейме был рад увидеться с товарищами, хоть и не совсем понимал, почему они так неожиданно нагрянули с визитом. В то время как мейстер нашёл его и леди Ланнистер, они по своему обыкновению гуляли по морскому берегу, любуясь красотами Закатного моря. Не смотря на разгар весны, Санса куталась в тёплую шаль и прижималась к мужу, когда мужчина в серых одеждах сообщил о прибытии лорда Хорнваля и лорда Проклятой Крепости. Переодевшись к ужину, лорд и леди Ланнистер радушно встретили гостей и поспешили накормить гостей, ведь путь был вовсе не близок. Слуги подали изумительные блюда: тушёную оленину в ягодах, пирог с ветчиной и грибами и морских ежей в кисло-сладком соусе с шафраном. В честь прибытия добрых друзей лорда Джейме из погребов на стол поставили бархатное арборское золотое.
Лорд Бракс по обыкновению улыбался и шутил. Он был облачён в чёрный камзол с тёмно-фиолетовой брошью в виде единорога, вставшего на дыбы, и сидел рядом с Цареубийцей. Лорд Бэйнфорт был в тёмно-красном камзоле с серебряной эмблемой своего дома в виде человека в капюшоне, приколотой к плечу и державшей его чёрный плащ. У него были чёрные, как смоль, волосы с лёгкой проседью в висках и глубокие тёмно-синие глаза, казавшиеся бездонными в свете мерцания свечей. Чётко очерченные скулы, ровный нос и квадратная челюсть по-прежнему украшали его, не смотря на возраст, долгое пленение во времена Войны Пяти Королей и все битвы, что он пережил. Лорд Квентин сидел рядом с Сансой, от него веяло слегка мрачным очарованием и необъяснимым магнетизмом. Джейме заметил, что оба лорда только пригубили вино, растягивая один кубок на весь ужин. «Значит, визит вовсе не светский» — подумал про себя Ланнистер.
— Я слышал, что вашему сыну уже исполнилось пять лет, лорд Квентин, — обратился он к высокому статному лорду с синими глазами.
— Дети быстро растут, лорд Джейме. Когда выросли старшие сыновья, я и глазом не успел моргнуть, да упокоят боги их души. Казалось, они родились совсем недавно, а я уже протягивал им оружие и учил сражаться. Конор и Карлтон погибли при Битве у Кровавых Врат, — ответил ему лорд Бэйнфорт.
— Много славных мужей погибло тогда, милорд, но их подвиги никто не забудет, — Джейме посмотрел на жену, а затем перевёл взгляд на гостей.
— Милорд, миледи, — Бэйнфорт поочерёдно бросил взгляд на Ланнистеров, складывая приборы, и продолжил. — Мы с лордом Браксом благодарны за ваш тёплый приём. Однако, как вы могли понять, мы проделали этот путь не только ради вкусного ужина.
— Продолжайте, лорд Квентин, — сказала Санса, пристально глядя на черноволосого мужчину.
— Нас с лордом Флементом объединяет общая трагедия. Нет большего горя, чем хоронить собственных детей, но не все из них мертвы. Лорд Джейме, если мы вправе просить, мы просим вас взять на воспитание наших выживших сыновей. Мы знаем, что вы и леди Ланнистер ждёте сына, и если бы вы позволили нашим детям воспитываться вместе…
— Прошу, сир Джейме, дайте нашим сыновьям такой шанс, — вмешался Бракс, напряжённо глядя на своего сюзерена.
— Ты сражался за меня при Битве у Кровавых Врат. Ты сражался за меня при штурме Королевской Гавани. Всю войну мы прошли вместе, — Цареубийца посмотрел на Бэйнфорта. — Вы вырастили достойных молодых людей и отважных воинов, но боги не знают милосердия, — он замолчал взвешивая каждое слово и продолжил после минутной паузы. — Ваши сыновья будут воспитываться, учиться сражаться и охотиться вместе с наследником Утёса Кастерли. Даю вам своё слово.
— Благодарю, милорд, — ответил Бэйнфорт, едва слышно облегчённо вздохнув, и отпил из кубка.
— Благодарю, сир Джейме, — сказал Бракс.
После ужина западные лорды покинули львиную твердыню. Ланнистеры предлагали им остаться на ночь, но они отказались стеснять хозяев Утёса и как только лёгкий закат задребезжал на ясном весеннем небе, они отправились в путь. На прощание они ещё раз горячо поблагодарили своего сюзерена за оказанную им честь. Хранители Запада прогуливались по Нефритовому саду, над которым сгущались сумерки. Джейме бережно придерживал жену за талию, остановившись около плавающих в миниатюрном фонтане белоснежных лилий, и коснулся губами огненных волос Сансы. Они присели на мраморную скамью около воды, леди Ланнистер положила голову на плечо мужа и прикрыла глаза, глубоко вдыхая приятный цветочный аромат, витавший в воздухе.
— Это удивительное место, — сказала она, беря золотую руку Джейме своими ладонями.
— В Водных Садах в Дорне повсюду такие фонтаны и лилии всех цветов и оттенков. Если бы не такой знойный климат и пустыни, чудесное было бы место. Но моя королева зимы может растаять от безжалостного солнца, — Цареубийца коснулся губами лба Сансы, тепло выдыхая.
— Вы были в Дорне, милорд? — с улыбкой спросила леди Ланнистер, поднимая взгляд на супруга.
— Однажды, — с паузой ответил он, вспоминая своё безрассудное путешествие, платье дочери с каплями крови на нём, их последние объятия. Она бы поняла, Джейме знал это. Мирцелла была чудесной девочкой, доброй, нежной, чуткой. За исключением золотых локонов и изумрудных глаз, у неё не было ничего общего с Ланнистерами. Яд убил её так быстро, она даже не осознала, что произошло. На смену этим воспоминаниям мужчине пришёл давно приснившийся кошмар, где Санса в платье принцессы лежит мёртвая на полу, глядя пустыми голубыми глазами в никуда.
— В детстве я мечтала покинуть Винтерфелл. Каждый день в богороще я молилась об отъезде, — голос жены вернул Цареубийцу, отвлекая от раздумий. — Но когда я осталась одна в Королевской Гавани, мне пришлось пожалеть про свои опрометчивые мечты. Оказавшись вновь на севере спустя столько лет, я не думала, что вновь захочу расстаться с ним. Но здесь, в Утёсе, я чувствую, что я наконец-то вернулась домой, — Санса подняла на него взгляд.
— Дом это место, где тебя любят, а я люблю тебя больше всех на свете, моя леди, — Джейме осторожно коснулся ладонью её живота. — Я люблю вас больше всех на свете.
— Всё ещё не верится, что это происходит со мной, — она слегка застенчиво опустила взгляд, как бывало в их первые совместные дни.
— Ты жена Ланнистера, — Джейме коснулся губами её ладони, прошептав. — Самое большое сокровище Западных земель. Я построю для тебя замок, который затмит любой из ныне существующих. Я защищу вас от всего мира, потому что только вы имеете значение.
— Вы балуете меня, милорд, — Санса нежно коснулась рукой щеки супруга. — Мне нравится наш замок. Это наш дом.
— Боги несправедливо наградили меня лучшей женщиной в мире, — сказал лорд Джейме, целуя жену.
***
Уже несколько часов он не находил себе места. Ночью время тянулось медленнее, ни о каком сне не могло быть и речи, его как рукой сняло, когда он проснулся от крика жены. Проклиная многочисленные ступеньки, Джейме добрался до башни мейстера, пытаясь объяснить ему, что происходит, но мужчина и без этого всё понял. Наспех накинув серое одеяние, он спешил в покои к леди Ланнистер, истошно кричащей и зовущей на помощь. Не смотря на все усилия служанок хоть как-то облегчить её участь, Сансе, судя по её плачу и рёву, легче не становилось. Джейме практически вытолкнули из покоев, захлопнув дверь перед самым носом, и хоть и в мягкой форме, но категорически запретили заходить в комнату без разрешения. От волнения рубашка намертво прилипла к спине Цареубийцы, каждый его мускул был напряжён, и стоило ему вновь услышать крик Сансы, он с рёвом бросался к закрытым дверям, пытаясь открыть их, выломать, но был обречён. Ланнистер не знал, сколько прошло времени, лишь когда небо начало светлеть и где-то вдалеке задребезжала розовая полоска рассвета, он услышал очередной крик жены за которым проследовал детский плач. От волнения его сердце стучало так громко, что на мгновение он перестал слышать всё, кроме этого стука в груди. Дверь едва заметно открылась, ватными руками он шире толкнул её, заходя в спальню и ища глазами двух заветных людей. В крови на постели лежала его измученная, но такая же прекрасная, как и прежде, жена. Рыжие волосы разметались по подушке, непослушные пряди прилипли ко лбу, она вспотела, тяжело дышала, прижимая к груди маленький свёрток. Джейме начал различать какие-то звуки, щебет служанок, слова мейстера. Он отмахивался от них, медленно и нетвёрдым шагом приближаясь к Сансе и заветному свёртку. — Я… Я была уверена, Джейме. Мейстер мне так сказал, — расслышал он дрожащий голос супруги. — Но я знал. Всё это время я знал, — медленно проговорил Ланнистер, присаживаясь рядом на кровать и глядя на крохотное лицо с закрытыми глазами. — Я точно знал. — М-м-милорд, — нерешительно произнёс мейстер в окровавленном одеянии, подходя к Цареубийце. — Прошу… — Джейме, это… Я не знаю, скажи… — Хэйден. Её зовут Хэйден Ланнистер. Наследница Утёса Кастерли, — с трепетом, обожанием и невероятной любовью в голосе прошептал лорд Джейме, глядя на дочь.
