Наследие Ланнистеров

      Колокола всех септ Западных земель звенели день напролёт, извещая жителей о рождении наследницы Утёса Кастерли. Из уст в уста передавалось, как прекрасна и очаровательна маленькая леди с нежной молочной кожей, копной золотых локонов и парой блестящих сапфировых глаз. Санса ни на минуту не отходила от дочери, не доверяя её никому, кроме мужа. Лев и львица ворковали над воплощением своей любви, наблюдая день ото дня, как девочка меняется, растёт и становится всё красивее. Ни одна кормилица и септа не коснулись её, только Санса и Джейме.       Вскоре после рождения маленькой львицы из далёких восточных земель в Утёс прибыл подарок на борту «Озорного свиста», мирийского торгового судна. Два крепких темнокожих мужчины доставили его Ланнистерам вместе со свитком и откланялись, поздравляя западных владык с пополнением и желая всех благ молодым родителям. Зная историю увечья Ширен Баратеон, лорд Джейме с опаской отнёсся к странному и непомерно огромному деревянному сундуку с валирийскими надписями и жемчугом, инкрустированным в него. Он долго осматривал его со всем сторон и наконец острием кинжала решился откинуть крышку на свой страх и риск, однако как только Санса распечатала свиток, она поспешила успокоить мужа, читая письмо, написанное вычурным размашистым почерком. «В этом сундуке лежит единственное, что может подчеркнуть исключительную красоту маленькой львиной принцессы. Я трудился днём и ночью, чтобы успеть к рождению самого прекрасного дитя. Когда ты станешь старше, я надеюсь, мама расскажет тебе историю твоих платьицев, и кто их сшил специально для тебя. Таких больше нет ни у кого, ни у одной принцессы мира, я даю тебе слово. Слово Дариса Рогара. Моя львиная королева, я желаю тебе всего счастья в мире, златогривых львят и столько любви, сколько тебе сможет подарить твой лев-король муж. В моём сердце теплится надежда, что ты носишь платья и вспоминаешь меня.

Невидимый, но ощутимый, твой волшебный портной»

      — Я обязательно расскажу Хэйден про Дариса. Но откуда он знал? — с улыбкой на губах спросила Санса.       — Я думаю, что он действительно волшебник, моя любовь, — ответил ей муж, обнимая леди Ланнистер и дочку на её руках.       Это был первый подарок для маленькой леди, а следом за ним проследовали и другие. Все знатные лорды и леди прибыли в Утёс Кастерли, чтобы поздравить новоиспечённых родителей и посмотреть на наследницу. Столы в очередной раз ломились от изысканных блюд и вина, а гости преподносили свои дары и желали Ланнистерам всех благ.       Этим вечером Санса была облачена в рубиновое шёлковое платье с открытыми плечами. На её тонкой шее красовался золотой медальон в виде льва, вставшего на задние лапы. Такой же носил и Джейме. Он надел его девушке в то утро, когда на свет появилась Хэйден.       — Я хочу искренне вас поздравить и пожелать этому прекрасному созданию стать ещё блистательнее, чем она есть. Вы родили чудо, леди Санса, — сказал тучный юноша с жидкими золотистыми волосами и крохотными грязно-зелёными глазёнками, крепко сцепивший пальцы замком на груди. Он отвлёк девушку от воспоминаний, вернув в происходящее.       Леди Ланнистер осмотрела толстяка, задержала взгляд на великолепном белом льве, вышитом на его верхней части одежды. «Воистину храбрый лев» — подумала про себя она, всеми силами сдержав тяжёлый вздох.       — Мы с лордом Ланнистером очень вам благодарны, кузен Лорен, — она ослепительно улыбнулась ему, посмотрев на мужа.       — Но… я Лореон, миледи, — едва слышно возразил не в меру упитанный молодой человек, нервно задёргав глазами.       — Как неудобно вышло, — Санса поспешила скрыть насмешку за невинной улыбкой, держа дочь на руках. — Мои извинения.       Наслаждаясь временным затишьем и отбоем от гостей и их одинаковых искренних поздравлений, она повернулась к мужу:       — Я слышала, что твой отец держал недалёких, калек и уродливых отпрысков Ланнистеров, Ланни, Ланнетов и прочих в подземельях, чтобы они не позорили великий дом.       — Этот сбежал, — сказал лорд Джейме, провожая толстяка взглядом и потянувшись к кубку. — Моя леди устала?       — Я хочу, чтобы они скорее ушли, — ответила ему супруга, осматривая всех присутствовавших в Белоснежном Зале.       — Я думаю, что они сами не хотят задерживаться. Ты видела, как кузен Лонет занервничал и сбежал.       — Боится, что вы и ему глотку вспорете, милорд.       — Стоит убить один раз короля или человека на свадьбе, тебе будут вспоминать это до конца жизни, — Джейме посмотрел на жену, вмиг осознав, как прозвучали его слова. — Простите меня, миледи, я не должен был…       — Всё в порядке, милорд, — тихо ответила ему жена.       — Я не хотел… Робб…       — Совершил ошибку и поплатился за неё головой, — она перестала покачивать дочь, впишись пальцами в подлокотники. — Сколько людей пострадало из-за его ошибки.       — Я скажу, что леди Ланнистер устала. Они все сейчас же уйдут, — произнёс Цареубийца, приподнимаясь из своего великолепного кресла.       — Нет нужды, любимый. Я вижу Бракса и Бэйнфорта, — ответила Санса, отвлекаясь от дурных мыслей.       Через толпы и пиршественные столы к Ланнистерам шли два лорда. Один из них был среднего роста и обычного телосложения с каштановыми волосами и карими глазами, а второй высокий, крепкий с ониксовыми блестящими волосами и тёмными, как морская пучина, глазами. Они оба поклонились лорду Джейме и леди Сансе, преподнеся каждый свой подарок. Лорд Флемент презентовал маленькой львице крохотное ожерелье с блестящими сапфирами и шубку из серебристого меха.       — Это чудесно, — с восторгом сказала Санса, беря в руки одеяние и показывая его дочери. — Смотри, дорогая, это для тебя, — она ласково улыбнулась ей и поцеловала маленькую леди.       — Сейчас она будет ей велика да и нет нужды в мехах, миледи. Но к следующей зиме леди Хэйден сможет её надеть, — Бракс ещё раз поклонился с лёгкой улыбкой на устах.       — Будем носить её с гордостью, милорд, — Санса улыбнулась ему, покачивая дочь.       — Мой дар леди Хэйден, увы, у меня не с собой, — сказал Бэйнорт своим глубоким голосом. — Но если милорд и миледи пожелают, они могут найти его у причала. Я взял на себя смелость и назвал его «Рассветный». Я слышал, она родилась именно на рассвете.       — Корабль для трёхмесячного ребёнка? Лорд Квентин…       — Это всё пустяки, милорд. Ваша дочь достойна тысячи кораблей. Прекрасное, очаровательное дитя. Я всегда мечтал о дочери, — Бэйнфорт с нежностью посмотрел на девочку, но через считанные секунды сдержанно проговорил. — Прошу меня простить за эту лирику, милорд, миледи.       — Вам не за что извиняться, лорд Бэйнфорт, — ответил мужчине Цареубийца.       — Мы не расстроены, что вашему плану не осуществиться. Боюсь, наши сыновья будут не лучшей компанией для леди Хэйден, — с улыбкой сказал Бракс.       — Милорды, я уверяю вас, что рождение моей дочери не отменит нашего договора. Ваши дети будут моими воспитанниками, — Цареубийца поочерёдно повернулся к каждому из мужчин. — Вашему сыну пять лет, лорд Квентин. Вашему столько же, лорд Бракс. К их десятым именинам я буду ждать их в Утёсе. К тому времени, я надеюсь, леди Санса подарит мне сыновей, — он послал нежную улыбку жене.       — Рады это слышать, милорд, — с надеждой в голосе отозвался темноволосый лорд.       — Это честь для нас, — сказал лорд Флемент.

***

      Мелкий весенний дождь сопровождал этот невероятно долгий вечер. После слов благодарности и окончания пиршества, уставшие Ланнистеры поднялись в свои покои, наслаждаясь тем, что они наконец-то остались наедине. Горячая ванна с лавандовым маслом помогла им расслабиться быстрее, и уже через несколько мгновений Санса и Джейме вместе лежали в постели. Рыжеволосая девушка крепко прижималась к телу мужа, согреваясь и наслаждаясь его неповторимым запахом. Прикрыв глаза, она глубоко и медленно его вдыхала, лаская кончиками пальцев волосы на затылке Джейме. Цареубийца обнимал жену, поглаживая её в ответ, любуясь светлой фарфоровой кожей и разметавшимися по подушке огненными волосами, покрывая мелкими поцелуями лицо девушки. Каждый раз, когда это происходило, губы Сансы невольно расплывались в улыбке, требуя ещё ласки. Глаза Джейме горели любовью и нежностью, он с огромным желанием вновь и вновь ласкал её, наблюдая, как девушка то и дело невзначай оголяет себя, медленно стаскивая с тела шёлковую простынь. Когда лёгкий кусочек ткани оставался лишь на самом сокровенном месте леди Ланнистер, мужчина нырнул вниз, стащил его зубами, провёл губами по тому самому месту, вынуждая Сансу выгнуться навстречу и застонать. К губам добавился язык, умело скользящий по бугорку и доставляя ей ни с чем несравнимое удовольствие. Пальцы девушки путались в волосах мужа, она стонала, когда мужчина прикусывал её чувствительную точку и проникал языком вовнутрь. Неосознанно она двигала бёдрами, но рука Джейме крепко её держала, продолжая одновременно терзать и доставлять наслаждение.       После того, как Санса почувствовала, что вот-вот лишится чувств, а глаза застлала белая пелена, она ощутила крепкую плоть Джейме, осторожно проникающую внутрь неё. Спустя несколько секунд Цареубийца двигался более резко, упираясь локтями в постель и видя, как леди Ланнистер прикусывает от удовольствия нижнюю губу, награждая его томным взглядом, полным желания. Мужчина провёл большим пальцем по губам девушки, немного проталкивая его вовнутрь, на что Санса охотно ответила и полностью поместила его в рот, замычав от удовольствия. Её язык умело скользил по фаланге, а Цареубийца двигался всё резче, со шлепками, ощущая скорую развязку. Девушка прикусила его палец, Джейме излился в неё спустя несколько резких движений и обессилено рухнул на Сансу, горячо выдыхая в её нежную шею.       Лев и львица снова прижимались друг другу, вновь и вновь ласкаясь и наслаждаясь друг другом. Джейме ненадолго покинул их горячую и слегка влажную постель, он принёс графин с вином и два кубка, наполнив кубок жены лишь наполовину и разбавив его водой. Леди Ланнистер вновь прикрыла глаза от наслаждения, осматривая их уютное мраморное убежище.       — Почему Бэйнфорт подарил нашей дочери корабль? — задумчиво спросил Цареубийца, допивая кубок.       — Возможно, он всю жизнь хотел дочку, — Санса сделала глоток. — Но я думаю, что эти грёзы больше похожи на отговорку.       — Он хочет Хэйден, — заключил мужчина.       — У него есть сын. Он рассчитывает на поддержку Ланнистеров, — ответила Санса, отпивая вино.       — Но ведь она ещё ребёнок.       — Сколько тебе было лет, когда тебя хотели обручить с Элией Мартелл?       — Восемь, — устало выдохнул он. — Она только появилась на свет, но её уже хотят отнять у нас.       — Мы не будем бурно реагировать на его подарок. Одной лодчонкой не купишь благосклонность Ланнистеров, — она осматривала их покои и заметила запечатанный чёрным воском свиток, лежащий на столе.       Санса отдала кубок мужу, медленно вставая и беря в руки пергамент. Её глаза быстро скользили по длинному письму, девушке пришлось присесть, пока она закончила чтение. Минуту она задумчиво, как будто не желая верить в написанное, всматривалась в бумагу, потом вновь перечитала его и отложила в сторону, устало потирая глаза и раздражённо жмурясь. Леди Ланнистер вернулась в постель к супругу, собираясь с мыслями и глядя на причудливый танец свечей, тенью пляшущих по стенам.       — К нам летит королева, — произнесла она, бросая на мужа тяжёлый взгляд.