Наследие Ланнистеров

      Когда Таргариены покинули Утёс Кастерли, лорд и леди Ланнистер вздохнули с облегчением. Этот визит королевы оказался неприятным, и Санса отчаянно хотела повернуть время вспять, чтобы того разговора в Башне Рёва не было. Чтобы отпрысков дракона не было в её доме.       Отъезд королевской семьи омрачило событие, произошедшее накануне. Во время прощального пира в двери Львиного Зала постучался один из гвардейцев в ланнистеровских доспехах, держащий в руках небольшой мешок. Он постоянно запинался, едва зайдя в помещение и боясь произнести ужасную правду, не решавшуюся сорваться с его губ, но Джейме понял всё без слов. В мешке лежали обугленные кости служанки, которой Санса поручила смотреть за принцами и принцессой.       — Кто это был? Дрогон? — спросила королева у побледневшего парня.       — Я… Я не видел, ваша милость. Мальчишка конюх прибежал в оружейную, крича что-то о нападении и драконах. Когда мы оказались там, она была… Была уже…       — Видел ли конюх, кто именно это сделал? — продолжала выяснять Дейенерис, сжимая в кулаках столовые приборы.       — Боюсь, что нет, моя королева.       — Мы похороним её завтра, — тихо произнёс Цареубийца. Спасибо, Лэндон.       За ужином Санса не произнесла ни слова об этом происшествии, казалось бы, ей не было дело до прервавшейся жизни одной служанки, но после того, оказавшись в своих покоях, она проплакала почти всю ночь. Джейме всё это время не выпускал её из объятий, вытирая слёзы тыльной стороной ладони, но девушка была безутешна. Её глаза цвета ясного весеннего неба покраснели, веки опухли, волосы разметались во все стороны, не оставив от ещё совсем недавно изящной причёски и следа.       — У неё осталась дочь. Кто теперь позаботится о ней? — спросила она, лёжа на коленях у мужа и мелко дрожа от рыданий.       — Мы позаботимся. Я обещаю, любимая, — прошептал Джейме, поглаживая волосы супруги. — Когда девочка подрастёт, получит место на кухне. Лучше жить служанкой в замке, чем попрошайничать на улицах.       — А если бы на месте Ванды оказалась Хэйден? Или ты? Ох, Джейме, — она вновь задрожала, зажмурившись и сжимая в ладонях клочок одеяла.       — Но этого не произошло, хвала богам, — устало вздохнул Цареубийца.       — Она принесла смерть в наши земли, — внезапно твёрдо произнесла Санса, прекращая рыдать и поднимаясь с кровати, пронзая мужа ледяным взглядом. Джейме хорошо помнил это свирепое выражение лица. Такой же была и леди Кейтилин Старк, когда её детям грозила опасность. — Она приехала отнять нашу Хэйден и по её вине маленькая девочка потеряла мать.       — Она никогда не заберёт Хэйден, ты слышишь меня? Наша дочь сама выберет того, с кем проведёт всю свою жизнь. Если случится чудо, и она полюбит Мейгона, мы не будем стоять между ними, но против своей воли наша дочь никогда не выйдет замуж, — ответил ей супруг.       — Но если она будет настаивать? Если она прикажет? — она замерла, не отрывая взгляд от танца свечей в причудливых серебряных канделябрах.       — Однажды её отец приказал мне принести ему голову моего отца, — сказал Цареубийца, поднимаясь с постели и подходя к жене. Он поцеловал её в лоб, едва заметно улыбнувшись, и обнял Сансу. — Весь Вестерос знает о том, что случилось с Безумным Королём.

***

      Лианна не хотела отходить от леди Ланнистер. Девочка крепко обняла её за ноги, а её вьющиеся серебряные волосы с лёгким золотым оттенком сливались с цветом платья Сансы. Каждый раз, когда она хотела наклониться и попрощаться с принцессой, та ещё крепче впивалась маленькими пальчиками в платье, сжимая в руках его складки и зарываясь в него лицом. Санса поглаживала волосы племянницы, выдавив виноватую улыбку для Дейенерис. Джейме обнял жену за плечо, считая минуты до того момента, пока Таргариены заберут своих тварей с его земель и покинут их.       — Лиа, милая, нам уже пора, — мягко, но с лёгким беспокойством в голосе сказала королева, стоя в нескольких шагах от Ланнистеров вместе с Мейгоном.       — Мы увидимся совсем скоро, я обещаю, — шёпотом сказала Санса племяннице.       — Я говорила ему, что так нельзя, — прошептала девочка, поднимая взгляд фиалковых глаз на Сансу. — Нам нельзя говорить эти слова просто так.       — Что ты говорила, дорогая? — растеряно спросила рыжеволосая девушка.       — Он сказал, что мама и папа делают так постоянно, и нам тоже можно, — вновь сказала девочка.       — Принцесса, я не понимаю…       — Это был Джейгон, — едва слышно пробормотала она, отпустив Сансу, и отлетела от неё, будто ошпарившись. Она быстро забралась на Алирию и больше не оборачивалась.       — Что она сказала? — спросила королева, глядя на Ланнистеров.       В голове у Сансы всё перемешалось и одновременно встало на свои места. Она лихорадочно соображала, стараясь ничем не выдать всё то, что происходило у неё в голове. У неё были считанные секунды, чтобы взять себя в руки и убедительно солгать, иначе будет поздно. Никто не знает, чем может обернуться её ошибка не только для них, но и для всех Западных земель.       — Лианна хочет, чтобы Хэйден поскорее приехала в Красный Замок, — лучезарно улыбнулась леди Санса.       — Мы все этого хотим, дорогая, — она улыбнулась напоследок Сансе и Джейме, забираясь вместе с Мейгоном на огромное чёрное крылатое чудовище. — Мы совсем скоро увидимся.       — Вот уж надеюсь, что нет, — сказал Джейме, обнимая супругу и наблюдая, как несколько рептилий в небе уменьшаются на глазах.       Оказавшись за крепкими стенами замка и зная, что никто их не услышит, лорд Ланнистер решился спросить у жены о загадочных словах принцессы. Руки Сансы слегка дрожали, как и голос, несколько капель кроваво-красного вина пролились на белоснежный мраморный стол.       — Лианна сказала, что это не был несчастный случай.       — Но кто..? — начал было Джейме, но осекся. Он понял ужасную правду, но, будто боясь поверить в неё, произнёс. — Нет. Не может быть.       — Да, милорд.       — Он всего лишь мальчик.       —«Нам нельзя говорить это слово». Мы сотню раз слышали его, слышали эту команду. Принц Джейгон убил Ванду. Это был Огненный Шар, не Дрогон. А Лианна это видела.       — Неудачная выпала монета, — сказал он после недолго молчания, обдумывая слова жены.       — Какой в этом был смысл? Неужели Мейгон тоже будет жесток, — тихо проговорила Санса, делая большой глоток вина.       — Это покажет лишь время, любимая. В любом случае… Корбреи… помолвки уже разрывались и по менее важным причинам… — голос мужа доносился до Сансы приглушённо, голова кружилась, она едва держалась на ногах. Леди Ланнистер затошнило, вино казалось мерзким на вкус и застряло в горле комом. — Санса? Миледи, вы слышите меня? — её колени подкосились, кубок выпал из рук, марая белое убранство комнаты кровавым напитком. Цареубийца что-то спрашивал у неё, неистово кричал на кого-то, но этого она уже не слышала.       Ей снился сон. На белоснежном покрывале она видела каких-то животных. Подобравшись поближе и спрятавшись, девушка едва заметно выглянула из своего укромного убежища, отчаянно желая их внимательно рассмотреть. Великолепную львицу окружали четыре детёныша. Первый не отходил от матери и поглядывал по сторонам, чтобы никто к ним не подобрался. Второй был значительно крупнее, быстрее, и ответственно нёс дозор, будто маршируя из стороны в сторону, и останавливаясь напротив мамы, как будто проверяя, всё ли в порядке. Двое других были абсолютно одинаковыми по расцветке, они сидели по обеим сторонам от матери, недоверчиво глядя вокруг. Пятеро львов кого-то ожидали, кого-то сильного и смелого, но Санса чувствовала, что ждут они напрасно. Когда пошёл снег, и время истекло, львица встала, окружённая своими детьми, устремила полный холодного гнева взгляд вдаль, и они вместе напали на какого-то неудачно подкравшегося к ним зверя. Минуту она слышала рычание, шипение и звук рвавшейся плоти, а когда львы заметили какое-то движение позади, девушка очнулась.       — Ты не перестаёшь меня пугать, миледи.       Побледневший Цареубийца сидел у её кровати. Её губы были сжаты в тонкую линию, на лбу выступили капли пота, а обе руки заметно дрожали.       — К счастью, мейстер…       — Джейме, мне кажется… Я жду дитя, — неожиданно для самой себе сказала леди Ланнистер.       Черты лица лорда Джейме смягчились, дрожь прошла, он ласково улыбнулся жене, облегчённо вздохнув. Санса поднялась повыше, располагаясь удобнее, и улыбнулась ему в ответ. Её рука коснулась живота, мягко поглаживая его, а следом легла рука Цареубийцы.       — Я не понимаю, как ты… Мейстер только что это подтвердил, — ошеломлённо произнёс Джейме.       — Я видела его во сне, — тихо ответила леди Ланнистер. — Он сильный, быстрый, ответственный.       — Ты видела его? — переспросил мужчина.       — Сейчас я не вспомню всего, — она немного нахмурилась, пытаясь воссоздать в памяти свой сон. — Шёл снег… Там был кто-то ещё. Но я точно помню его, — сказала девушка, подняв взгляд на мужа. — Я видела нашего сына.       — Нашего сына, — заворожено повторил Джейме следом за ней.       — В прошлый раз я не была уверена, но сейчас… Я точно знаю, что это он.       — Скоро мне предстоит учить драться и охотиться маленького Неда Ланнистера? — Джейме поцеловал жену в лоб, продолжая поглаживать её живот.       — Я любила моего отца. Он был отважным, верным, справедливым человеком, — проговорила Санса. — И его несправедливо казнили. Я не желаю такой судьбы нашему сыну. Мы не назовём его ни Эддардом, ни Тайвином, любимый.       — Как же тогда?       — У нас есть немного времени подумать, — Санса ласково улыбнулась мужу, а затем устремила свой взгляд на открывшееся от потока солёного морского воздуха окно. — Возможно, русалки западных земель нам подскажут.