Ведьма

— Думаете, стоит его искать? — спросила я как-то настоятеля храма. Мы находились на той же горе, что и в первый наш разговор. Я подставила лицо солнечным лучам, а Чжитун отстранённо наблюдал за природой. — Кого? — Моего отца, — выдохнула я. — Он должен жить в Англии, в Уинчестере. Это все что мне известно. Возможно, он все еще там. — Ты боишься, — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал монах. — Очень. Если моя мать была монстром, так каков отец? Боюсь представить. — Никогда не сравнивай людей, милая. Каждый их них по-своему прекрасен. У каждого из них своя палитра красок. На что я только ухмыльнулась. — Это будет непросто. — Жизнь вообще непростая штука. Мы немного помолчали. Теплый ветер приятно обнимал, а лес подпевал его тихой песне. Всё же решившись, я обернулась к монаху и произнесла. — Хорошо. Я найду его. Чжитун подошел ко мне и мягко сказал: — Помни одно: внешность бывает обманчива, — и развернувшись, отправился обратно в храм.       Через два дня я, с помощью того же заклинания перемещения, оказалась в Англии. Благодаря времени проведенном у монахов я смогла полностью подчинить себе Магию. Теперь даже самые сложные заклинания и зелья не составляли для меня проблемы. Но далось мне это непросто. Бесконечные тренировки, строжайшая диета и физический труд стали моими спутниками почти на тридцать лет. Признаюсь честно, это было нелегкое время. Я никак не могла усидеть на месте несколько часов, а уж про постижение такого искусства как медитация и речи не шло. Но я шла к своей цели несмотря ни на что. И это дало свои результаты. Мой внутренний монстр залёг на дно, оставляя на время меня в одиночестве. И осознание этого доставило мне ни с чем не сравнимую радость. Однако, сердце мое по-прежнему болезненно ныло. И хоть я практически справилась с утратой Рикардо, но иногда, ночь становилась для меня очередным испытанием. Мое подсознание не желало его забывать, заполняя мои сны им. Легче от этого не становилось, лишь больнее. Я продолжала жить несмотря ни на что, хоть это было тяжело, но жизнь продолжается и я не могу похоронить себя за живо. Мне еще нужно найти своего отца.       До этого дня, я ни разу не была в Уинчестере. Хоть город и не отличался особым великолепием архитектуры, но имел свою уникальную историю. В этом городе, мне предстояло найти ниточки ведущие к моему отцу. Итак, что я знаю об этом человеке. Ответ прост: ничего. Даже имени. Это будет нелегко, но где наша не пропадала? Даже если он уже мертв я должна знать.       Денег с собой у меня было предостаточно, чтобы спокойно тратить их на поиски. Перед тем как отправится в Англию, я заглянула к родственникам Рикардо и не заметно утащила приличную сумму. А что? Как его жене мне должно было достаться все имущество и состояние. А в результате — ничего. Только его обручальное кольцо, висящее на цепочке, греет моё сердце. Так что бедной меня назвать было очень трудно.       Первые несколько дней я просто гуляла по городу и слушала разные сплетни. Нужно было найти людей, которые знали мою мать, тогда, они, возможно, смогут сказать, с кем у нее был роман. Помнится, к нам как-то приезжала ее подруга, как раз из этого города. Как же ее звали? Джена? Нет, не так. Меган? Тоже не то. А, вспомнила. Джаннет. Джаннет Картер. Она должна знать, кто мой отец. — Простите, уважаемый, — обратилась я к проходящему мимо старику. Этот город был небольшим, а значит - найти эту девушку не составит труда. — Не подскажите, где я могу найти Джаннет Картер? Старичок нахмурился и настороженно посмотрел в мою сторону. — Не советую ходить к этой ведьме. — Отчего же? — От того, что ведьма, — он сморщился и презрительно сплюнул. — И все же, я настаиваю, — теперь я была уверена. Эта дама мне поможет. — Черт с тобой, — как же ты не далек от истины. — Ступай прямо, до конца улицы. Третий дом слева. Там живет эта ненормальная. Я тебя предупредил, — только я хотела его поблагодарить, как он уже умчался вперед. Забавный какой дед.       Нужный мне дом нашелся быстро. Он выглядел старым и неопрятным, но это компенсировалось огромными клумбами цветов и разнообразных трав по всей территории. Калитка была не заперта, поэтому я вошла без зазрения совести. Однако меня уже ждали. — Добрый день, Мелисса. Долго же ты, — ухмыльнулась ведьма. — Вы провидица? — Совершенно верно. Проходи, — пропуская меня в перед, произнесла она. Внутри дом был по-настоящему уютный. Везде царила чистота, и витал приятный запах трав. Лишь кресло показало через чур жестким, но после нескольких лет лежания на не менее жестких подстилках монахов — это рай. — Чаю? — любезно предложила хозяйка. — Благодарю, но нет. Я приехала по-другому поводу. Джаннет улыбнулась своим мыслям и села на диван. — Ты ищешь отца. — Именно. Вы единственная, кто точно знал мою мать, а значит, знаете, кто мой отец. Скажите мне, он жив? — Почему ты так хочешь его увидеть? — неожиданно спросила она, чем привела меня в замешательство. — Он бросил нас и мне... — громкий смех заставил меня прервать свой монолог. — Что смешного я сказала? — Ох, прости. Так мать сказала тебе, что он вас бросил? Не верится, что он так её раздражал, — и вот тут моя челюсть встретилась с полом. — То есть отец не бросал меня? — недоверие вперемешку с радостью создали гремучую смесь, заставляющую меня прыгать на месте от счастья и сдерживаться. — Дорогая, он даже не знал о твоем существовании. Твоя мамочка уехала от него, как только узнала, что беременна. Вот стерва. Заставила ребенка думать, что она не нужна отцу. — Так кто он мой отец? — Его зовут Карлайл Каллен. Карлайл… где-то я уже слышала это имя. — Он вампир. От этих слов в груди расползалась боль. Неприятно что-то зашевелилось внутри, бороздя старые раны. ***       Следующие три дня я провела дома под присмотром мамы. Я так и не получила разрешение на приготовление зелья, что очень меня расстраивало. Постельный режим, который прописал мне папа, я старалась не нарушать, хоть и получалось с трудом. Первые пару часов это было круто. Валяешься на диване, уставившись в окно или потолок, а вокруг тишина и спокойствие. Но через два часа такого времяпровождения, я готова была вырывать себе по волоску из головы и считать их, чтобы хоть как-то развлечься. Слава богу, мама пришла мне на помощь и мы продолжили читать «Мастера и Маргариту».       Честно сказать, роман произвел на меня огромное впечатление. Неужели люди наивно полагали, что в жизни так легко можно все получить, не отдавая при этом ничего взамен? Глупо. Очень глупо. За все в жизни нужно платить и иногда эта цена очень высока. Булгаков показал, кто настоящее зло в этом романе. Наверное, из-за этого этот роман так не любят. Здесь злом является сам человек, а вовсе не Дьявол.       Стрелки на часах показывали полдень. Это был третий день моего заключения дома. — Держи, — сказала мама, протягивая мне стакан с водой и таблетку. От чего я скривилась. Ну почему я не могу просто отлежаться несколько дней? Зачем пичкать меня этими отвратительными штуками? Но мне ничего не оставалось как взять эту гадость. — Я принесу тебе обед, — сказав это, мама с вампирской скоростью отправилась на кухню и это был знак с выше.       Вместо того, чтобы пить таблетку я заныкала ее под диван. Пусть лежит там до лучших времен. Осушив стакан, поставила его на столик. Так-то лучше. Нет, ну, а что? Я смогу вылечиться и без всяких лекарств, как-то жила без них. Уже завтра я сварю себе волшебный напиток и буду самым здоровым человеком на свете.       Тут, в комнату вошла мама с подносом, на котором лежала тарелка с мясным пирогом и стакан яблочного сока. — Спасибо, мам, — поблагодарила ее я. Забота этой замечательной женщины не знает границ, как говорит она сама: «Мне приятно заботиться о вас — это доставляет одно удовольствие». — Чем займемся? — поинтересовалась она, присаживаясь рядом со мной на диван.       Ее прекрасные карамельные локоны были красиво уложены, а одежда выглядела как с иголочки. Я всегда завидовала вампирам в том, как они выглядят, а выглядят они всегда прекрасно. Я же иногда напоминаю чучело. Особенно после сна или во время болезни. Спутанные светлые волосы, напоминавшие солому без ухода, бледное лицо и огромные круги под глазами не придавали мне шарма, а скорее делавшие меня похожей на панду. Тощая, блондинистая панда. В окружении семи вампиров это выглядит, как ложка дегтя в бочке меда. Но меня любят за то какая я есть. За мое бунтарство, смелость, верность и чувство юмора. — Не знаю, может, посмотрим какой-нибудь фильм или сериал? — спросила я откусив кусочек лакомства.       Пирог — одно удовольствие. Нежный вкус сливочного сыра в сочетании с мясом, и из груди вырвался стон наслаждения, от которого мамина улыбка стала больше. — Нет, милая. Папа ясно дал понять - никакого телевизора всю неделю. — Ноутбук? — Мелисса, — мама с улыбкой покачала головой. Да, знаю, я бываю настойчивой и непослушной, но не могу пойти против своей природы. Я всегда была бунтаркой, особенно, когда мне, что-то запрещали. — Ты же понимаешь, что папа не даст тебе пренебрегать своим здоровьем. Тяжелый вздох вырвался из моей груди: — Понимаю, но мне уже надоело сидеть и ничего не делать. Мне всего-то и нужно, что посидеть возле плиты. Совсем недолго. И я буду здорова. А папа мне этого не дает, — застонав, упал лицом на диван. — И вообще, чувствую я себя отлично. — Это уже будет решать папа, милая, — с этими слова она поднялась с дивана. — Отдыхай, а я пойду приберусь, — мама грациозной походкой отправилась прочь из гостиной.       Ну и что прикажете мне делать? Иногда я начинаю жалеть, что не могу стать вампиром. Правда, за такие слова Роуз убила бы меня.       Я сама не до конца разобралась как работает мое тело. Вроде бы я полностью человек. У меня идет кровь, ломаются кости, появляются синяки, но при этом я не могу умереть. Могу заболеть гриппом или подхватить простуду, но при этом не могу иметь детей. Папа не нашел никак отличий в моей крови — она такая же как и у всех людей. Конечно же, здесь дело в Магии. Доставшаяся мне во время ритуала, она помогала мне всегда оставаться молодой, вот только, я до сих пор не могу полностью разобраться последствиях. Такая сильная и сложная Магия не может не пройти для меня бесследно. И я не имею в виду мое бессмертие, тут все сложнее. Книги не дали никакой информации, даже самые темные. Не понимаю, откуда Кэтрин знала об этом ритуале?       Мои размышления прервали вернувшиеся из школы вампиры. Бросив взгляд на часы, я чуть не подавилась воздухом. Они показывали почти пять вечера. Ничего себе задумалась. В комнату зашел Эдвард, а за ним шла рассерженная Розали вместе с остальными. Только папа еще был на работе. — Что случилось? — тут же спросила я, смотря на их взволнованные лица.       Роуз разве что молнии не пускала. Но злилась она исключительно на Эдварда, что было неудивительно. Их ссоры происходили даже чаще, чем Элис меняла на мне одежду. Но в этот раз, это не выглядело как обычная ссора брата и сестры. — Спроси лучше у любимого братца, о том, как он подставил под удар всю семью, — буквально выплюнула Роуз и моментально пропала, а Мишка отправился ее успокаивать, пока она не разнесла весь дом в порыве злости. Первый раз за всю нашу совместную жизнь, я вижу сестру такой злой. Видно, сильно брат накосячил, но меня больше волнуют последние слова Розали. — Что значит подставил под удар всю семью? Эдвард, что произошло? — теперь я была взволнованна и немного напугана. Неужели, он нарушил один из законов? Голос брата был наполнен отчаянием и затаённой обидой: — Я спас Беллу. Никто ничего не заметил кроме нее. Я не мог дать ей погибнуть, — и он, как и сестра минутой раньше, быстро вышел из комнаты. Я даже не успела даже задать ему вопрос или обдумать как следует его слова. — Что? Как? — я походила на рыбу, которую выбросили на берег. Эдвард спас Изабеллу и теперь, она знает о нас? Что? Она цела? Черт! — Может мне кто-нибудь объяснит, что, черт возьми, происходит? — может вампиры и соображают быстрее, но я человек и объяснений Эдварда мне недостаточно для анализа и понимая данной ситуации. Тут Элис решила взять все на себя, подойдя ко мне, она присела напротив меня. — Видишь ли, когда мы были на парковке, Беллу чуть не сбил насмерть фургон Тайлера. Эдвард вместе с нами находился на другом конце парковки, что она, конечно же, заметила. И когда он бросился ее спасать, то использовал вампирскую силу и скорость. Брат остановил фургон на глазах Беллы, тем самым спасая ее. И, конечно же, у нее появились вопросы, — от этой истории мои брови поползли вверх. — Она в порядке? — К счастью, да. Карлайл не нашел никаких травм и повреждений, — с небольшой улыбкой проговорила сестра. Было видно, что она не винит брата в произошедшем. — Так вот почему вы так долго. Вы были в больнице, — немного заторможено прошептала я. Но вампиры, конечно же, услышали. — Да, отец вернется пораньше. Нужно поговорить и обсудить все случившееся, — Элис не выглядела такой встревоженной, а это значит, что ничего плохого в будущем она не предвидела. — Конечно, только для начала мне нужно поговорить с ним, — я положила руку на колено сестры, и та накрыла ее своей. Улыбка, которую она мне подарила, придала мне сил.       Поднявшись с дивана, наплевав тем самым на постельный режим, я отправилась в комнату к брату. Теперь, он точно не отвяжется от разговора со мной. Аккуратно постучав по двери и не дождавшись ответа, вошла. — Мелисса, пожалуйста, только не сейчас, — стоя ко мне спиной, проговорил брат. Его рассеянный взгляд был направлен на пейзаж за окном. — Ну уж нет, — категорично заявила я, закрывая за собой дверь и проходя в комнату.— Мы поговорим. И именно сейчас, — продолжила я, присаживаясь на кушетку, и похлопала по месту рядом со мной. — А теперь - садись, — но Эдвард проигнорировал.       На пару минут в комнате воцарилась тишина. Я пыталась обдумать наш дальнейший разговор и придумать, с чего начать, но не успела я начать, как брат меня опередил: — Это очень странно. Раньше я не испытывал такого. В тот момент я не думал, что делаю. Главная мысль, которая пульсировала в моем сознании, так это не дать ей погибнуть, — голос Эдварда был пропитан нежностью и заботой о девушке, что только больше усилило мое желание разобраться во всем. В груди что-то кольнуло. — Ты должен понимать, все, что мне важно, так это сделать тебя счастливым. Я не виню тебя в том что ты спас человека. Это был правильный шаг и я очень горжусь, что ты не дал ей погибнуть, — тут, он повернул голову в мою сторону и, наконец, посмотрел на меня. —Пойми, никто не будет тебя осуждать и обвинять в произошедшем. Уж я точно не стану, — его лицо смягчилось и тень улыбки пробежала по губам. — Ответь мне только честно: ты ее любишь? — Да, я полюбил ее с первой минуты. Она невероятная. Пусть неуклюжая, но очень добрая и милая. Она переехала сюда, только чтобы помочь матери и не заставлять ее волноваться, — продолжая стоять у окна, проговорил брат.       Было видно, что он откровенен со мной и это грело душу. От чего я не смогла сдержать улыбки, смотря на этого влюбленного. Я так рада за него. Любовь — самое прекрасное чувство на свете. Только оно делает нашу жизнь светлее и счастливее. Не важно какая, главное, что это она. Когда-то и у меня была любовь всей жизни.       В глазах неприятно защипало и я поспешила отогнать печальные воспоминания. Не хватало, чтобы об этом кто-то узнал. Жалость мне не нужна. — Я очень рада за тебя. Только прошу тебя, — тут я поднялась с кушетки и подошла к нему, положив свою руку на его плечо, — если ты ее любишь, и она любит тебя, то будьте вместе. Несмотря ни на что. Пообещай мне это, — уже тверже попросила я. Сейчас моей главной задачей было подтолкнуть его в правильном направлении. Уверена, мама меня поддержит, так же как и папа. А большего ему пока и не надо. — Мел… — начал было он, но был прерван мной. — Нет, обещай, — посмотрев прямо в глаза брату, как можно уверенней произнесла я. Пусть только попробует сказать нет. Придушу. — Хорошо, обещаю, — после нескольких секунд колебаний брат сдался. Не сдержавшись кинулась его обнимать, что он воспринял только с радостью. По комнате раздался наш дружный смех. Спустя пару минут, не выпуская меня из объятий, брат спросил: — А ты не боишься, что Карлайл запрет тебя дома на еще одну неделю, когда увидит, что ты не выполняешь постельный режим? — его голос отчего-то стал предупреждающим, но я не обратила на это внимание. — Нет, — наивно начала я. — Сейчас я пойду лягу на диван и притворюсь, что не вставала оттуда. Он даже ничего не заподозрит. — А если ему кто-нибудь скажет? — Пусть только попробует. Век не буду с ним разговаривать. И тут, как гром среди ясно неба, прозвучал строгий голос папы: — Можешь начинать не разговаривать с собой, — от неожиданности я замерла на месте, стараясь слиться с Эдвардом, что было чисто физически невозможно. Вот это я попала. Черт!       Собрав все свое мужество, а оно мне очень пригодиться, я выпустила брата из объятий и повернулась к отцу. Мне кранты. Это все, что приходит на ум. Вид папы напоминал мне разгневанного олимпийского бога, от вида которого тебе одновременно и страшно, и радостно. Радостно от того, что ты увидел такую красотку и страшно от того, что эта красотка в гневе и тебя сейчас кокнет. Хотя, это был скорее не гнев, а очень сильное раздражение и то, он его не показывал. Внешне он выглядел спокойно, но меня-то не провести. — Папочка, ты уже вернулся! — как можно ласковее и невиннее начала я с широченной улыбкой, но наткнувшись на суровый взгляд отца, перестала улыбаться. — А что? Я ничего. Уже иду к дивану, — и опустив голову вниз, поплелась к своему новому серому другу, который на протяжении трех дней не выпускал меня из своих объятий. — Ко мне в кабинет. Быстро, — отчеканил папа и я, с тяжелым сердцем, направилась туда.       Чувствует моя пятая точка, что достанется мне по полной. Может, мой папа и самый добрый вампир и человек, но когда дело касается чьего-либо здоровья, то здесь ему на смену приходит строгий Доктор Каллен. И это не шутка. Если вы думаете, что он не способен привязать меня к кровати, то вы глубоко ошибаетесь. Конечно, до этого не доходит. Моя Магия пока меня спасает, но угроза вполне реальна.       В его кабинете я, как обычно, плюхнулась на диван. Папа же остался стоять. Мне было неловко, но вины за собой я не ощущала. Если бы я чувствовала себя ужасно, то не поднялась бы с постели, как это было два дня назад. Сейчас же со мной все прекрасно. — Пап… — начала я, но была перебита. Черт, ненавижу когда так делают, хотя сама всегда этим занимаюсь. — Мелисса. Я тебя предупреждал. — Но я хорошо себя чувствую! — тут же возразила я и продолжила — Пап, умоляю, не нужно этого. Я и так три дня следовала твоему режиму. Я не могу лежать на диване и ничего не делать. Это сводит меня с ума. Прошу тебя, позволь мне уже сварить это чертово зелье и вернуться в школу. Еще один день дома и начну рвать себе волосы на голове. Или на твоей - для разнообразия, разумеется, — тут я не сдержалась и уронила голову на руки. — Мне все это надоело. Я хочу увидеться с Анжелой, пообщаться с ребятами. Папа ничего на это не ответил, а я не хотела ничего добавлять к уже имеющимся словам. — Обещай мне, что не попадешь в очередные неприятности, — тут я посмотрела на папу.       Что он сейчас сказал? Я не сплю? Для верности ущипнула себя за руку, чем вызвала улыбку на его лице. Волна радости заполнила мое сердце. В целом, я отношусь к школе нейтрально. Мне просто приятно общаться с ребятами там, ну и есть некоторые предметы, на которые я хожу с удовольствием. Поэтому, чувства, которые я испытала от слов папы, были удивительными, но приятными. — Ты правда отпустишь меня в школу завтра? — изумления в моем голосе хватило бы, чтобы окутать весь материк. Не верится. Его кто-то подменил? Неужели это сказал Доктор Каллен? — Да, но следующий месяц - никакой машины. Не хватало тебе еще в аварию попасть, — начал папа, но я уже не слушала его речь. Поэтому вопрос, который он мне задал был неожиданностью. — Все ясно? — Что? То есть, спасибо, пап. То есть, да все понятно. Я хотела сказать тебе одну занимательную вещь, — на лице папы отразился интерес. — Помнишь, когда-то я говорила про красные нити, соединяющие двух любящих людей? — и дождавшись папиного кивка, продолжила. — Так вот. Наш замечательный Эдвард обзавелся такой. И угадай к кому она ведет? — Изабелла. — Именно. — Ты в этом уверена? — Абсолютно. Я заметила это еще в первый день. Она только образовалась, поэтому еще хрупка, — теперь моя миссия была выполнена и я могла отправиться варить уже свое зелье.— Ну я пошла. Моя попытка уйти спокойно не увенчалась успехом. — Можешь не стараться, я знаю куда ты направляешься. Вечером ты сваришь зелье под моим надзором. — Пап, — как ни в чем не бывало начала я. — А может сейчас? Уверена ты придешь в восторг. Карлайл только с мягкой улыбкой покачал головой и указал на огромную стопку документов. Чует моё сердце, не успеет он вечером со мной посидеть. ***       Сегодня я решила понаблюдать за Изабеллой Свон. Оценить ее поведение и понять, догадывается ли она вообще о существовании вампиров. Может ее мозг придумает другую версию происходящего? Оказалось, что она ходит вместе со мной на английский. И как я только раньше не заметила? Хотя, она же здесь недавно. Зайдя в класс, я увидела, что место рядом с ней пока пустовало. Отлично. Я смогу познакомиться с Изабеллой и проведу урок в далеке от Джессики. — Можно присесть? — спросила я девушку и не дожидаясь ее ответа села. — Ам, да, конечно, — неуверенно проговорила она.       Видно, она не ожидала, что я сяду рядом с ней. Что ж, Изабелла это только начало нашей увлекательной дружбы. Возможно, ты даже станешь частью нашей семьи. Так, стоп. Не в ту сторону мысли поплыли. Достав тетрадку и учебник вместе с пеналом, повесила сумку на спинку стула и повернулась в соседке по парте. До урока было еще около пятнадцати минут, поэтому есть время поболтать. — Привет, Изабелла. В прошлый раз мы так и не успели нормально познакомиться и поболтать, — с улыбкой проговорила я. — Да, я помню. И просто Белла. — Точно. Прости, совсем вылетело из головы. Я слышала, вчера тебя чуть не сбил фургон, — начала я, а девушка опустила глаза. — Да, я всегда притягиваю неприятности. — Не ты одна, — со смехом ответила я. На, что девушка улыбнулась. — Так как ты? Папа, конечно, не нашел никаких травм, но, может, они проявились после? — вру и не наглею. Знаю же, что Эдвард не дал бы ей получить даже небольшую травму. Максимум синяк. — Ничего не повредила. Твой отец замечательный врач, — Еще бы. Вампир со стажем 300-х сот лет работы. — Вы с ним очень похожи, — заметила Белла. — Правда? Когда я смотрю в зеркало, то не вижу в нем такой же симпатичной мордашки. А жаль. — Я бы поспорила с тобой, — нас прервал звонок на урок, но я не хотела заканчивать разговор. За столько лет жизни я прекрасно усвоила весь английский язык, так что за оценки по этому предмету я не переживала. — Эсми и Карлайл удочерили меня, когда мне было десять. С тех пор я живу с ними, — и предугадывая ее вопрос по поводу настоящих ответила. — Моя настоящая мать умерла от рака, когда мне было четыре, а про отца ничего неизвестно. — Понимаю. Скажи, а твой брат говорил, что-нибудь о том случае? — как бы невзначай спросила Изабелла. Значит интересно. — Да, это было очень рискованно бросаться под фургон. Родители, конечно же, отругали его, но были горды за его поступок. Я сама была жутко напугана, когда узнала об этом, — начали лить воду в уши. Кажется кое-кто был разочарован моим ответом. Неужели она ожидала, что ей так просто скажут кем является моя семья? Думай, сама. — Он не пострадал? — ого, она уже переживает за него. Это прогресс. — Мисс Каллен, к доске, — послышался раздраженный голос учителя. Черт! Как не вовремя. Я ничего не ответила и прошла к доске, Белла проводила меня взглядом и уткнулась в учебник. Все своим видом демонстрируя непричастность к разговору. Красная ниточка на её мизинце стала толще. ***       Весь день я пыталась поймать Анжелу, но она вечно сматывалась от меня. Ну, что за неугомонная девчонка? Но от меня так просто не отвертеться. Раз не хочет говорить она, то обратимся к другому достоверному источнику. — Что произошло у вас с Анжелой после кино? — напрямую спросила я у Эрика, прижимая его к стенке возле столовой. Он в недоумении уставился на меня. — Не прикидывайся идиотом тебе это не идет, — я уже начинала злиться. Если этот болван, что-нибудь натворил, то я смело откручу ему голову. — Ничего, — с волнением в голосе проговорил Йорки. — Что значит ничего? — То и значит, Мел, — уже более тверже ответил он. — И вообще это не твое дело, —но мой предупреждающий взгляд, заставил ответить. — В машине мы немного поговорили, а потом она спросила, не хочу ли я пойти с ней на бал. Я ответил, что подумаю, — вот эти слова привели меня в шок. Анжела пригласила его? Сама?       Отпустив рубашку парня, за которую я держала его, отошла на шаг назад. Молодец, подруга. Что ж, буду наблюдать за развитием сюжета. — Что ж, спасибо за информацию. Но об этом разговоре не должен знать никто. Иначе… — на последнем слове я провела большим пальцем по горлу, намекая на то, что труп я спрятать в состоянии.       Парень поднял руки в примиряющем жесте, что означало его капитуляцию передо мной. С небольшой улыбкой на лице я направилась на ланч. Сегодня определенно хороший день.       А вот последующие были ужасны. Эдвард, после того случая, начал игнорировать Свон. Все мои попытки поговорить с ним и убедить в неверности его действий заканчивались даже не начавшись. Все, что я успевала сказать — имя брата, перед тем как он захлопнет передо мной дверь. Я думала, он решил порвать с ней даже не начиная общаться. Спустя две недели такого игнора, мои руки начали опускаться. Сначала мне было обидно за девушку, которая не сделала ничего плохого. Я видела как ей нравится Эдвард. Каждый день в школе она смотрела в его сторону, стараясь понять в чем дело. Потом, мне стало обидно за себя. Он не хотел со мной разговаривать. И ладно бы на эту тему, так нет же. Он игнорировал меня похлеще Изабеллы. Дома он старался все время проводить в своей комнате и только ночью выходил, когда я спала. Это мне рассказал Джаспер, которому тоже не нравилась данная ситуация. Одно дело чужая девушка, с которой он знаком чуть больше месяца, а другое — сестра. Пусть мы не кровные родственники друг другу, но мы стали одной большой и дружной семьей. Всегда вместе, всегда едины. А тут…       Сначала Роуз радовалась тому, что брат отстал от этой, как она выразилась «неуклюжей простолюдинки», а потом начала переживать за наши с Эдвардом отношения. Да что уж тут говорить. Вся семья это чувствовала.       В ответ на это я начала точно так же игнорировать брата. Что удавалось легко, так как он старался проводить как можно меньше времени в одном помещении со мной. И мы, как два упертых барана, игнорировали друг друга. Спустя месяц такого отношения друг к другу, семья решила нас помирить. И далось это очень трудно.       В школе все заметили наше странное поведение. Особенно, когда я стала либо подсаживаться за столик к Белле и Анжеле или вообще не появлялась в столовой. На перемене мы избегали друг друга. Я хотела показать, как Эдвард обидел меня своим молчанием и безразличием, а он видно не горел желанием извиниться или хотя бы поговорить. Мне было ужасно больно от этого. Мы, обычно, никогда так не ссорились. А все из-за чего? Почему он не мог просто поговорить со мной? Рассказать, что у них с Изабеллой. Почему он решил не общаться с ней, хотя она очень ему нравится? И он ей тоже нравится. Это было заметно по тому как часто она смотрела в его сторону и в ее взгляде проскальзывали отнюдь не дружеские чувства. Может не любовь, но влюбленность была точно. Красная ниточка соединяющая двух влюбленных стала рваться.       Я сидела в своей комнате и делала уроки, когда папа зашел в комнату. Его вид выдавал решимость и желание помирить нас. Он очень переживал из-за обстановки, сложившейся в доме. Для него это было чуть ли не ударом. Ведь мы со старшим братом всегда были не разлей вода. Эдвард всегда заступался за меня, а я поддерживала его. — Мел, пойдем нужно поговорить, — стальные нотки в его голосе порядком удивили меня. — Если это очередная попытка помирить нас, то нет. У меня много уроков, — как можно небрежнее сказала я, чтобы он понял мое нежелание этого разговора.       Эд первый начал все это. Так почему я должна налаживать контакт? Если хочет — пусть приходит сам. Эти мысли я и озвучила отцу. На что он только пожал плечами и на суперскорости подхватил меня на руки и отправился вниз. Для меня это стало такой неожиданностью, что я даже не успела возмутиться, как оказалась в гостиной на втором этаже. В комнате собралась все семья, включая Эдварда, по обеим сторонам от которого стояли Джаспер и Эммет.       Меня поставили на ноги и я тут же сделала шаг назад, надеясь запереться в своей комнате, чтобы меня не достали. Но, наткнувшись на папу, поняла всю неизбежность данной идеи. Поднявшись с кресла, мама обратилась к нам: — Вы двое, ведете себя как малые дети, — начала спокойным голосом, но лучше уж пусть кричит, чем этот спокойный тон, не люблю его, после, всегда что-то случается. — Прошел уже месяц, а вы так и продолжаете не разговаривать друг с другом. Пора это прекращать, — тут мы посмотрели друг на друга. Я не выдержала первая: — Я не собираюсь мириться с этим ослом, который поступает как последний олень, — ух ты, не думала, что умею так шипеть. — Так кто я: олень или осел? — И тот и другой. — Так, — прервала нас мать. — Как вы можете так разговаривать друг с другом. Вы же семья. Своими словами и молчанием вы причиняете боль друг другу, — Тут мама повернулась ко мне. — Мелисса. Отношения Эдварда с Беллой не касаются никого. В том числе и тебя. Эдвард взрослый человек и сам решит, как ему поступать и, что он считает нужным и правильным. Ты не в праве решать за него, — теперь мама перевела свой взгляд на него. — Эдвард. Она твоя сестра и хочет для тебя только лучшего. Ее переживания за тебя и желание помочь продиктованы только любовью к тебе. Ты должен это понимать и принимать это, — мы же с братом опустили голову от маминой речи, а ведь она полностью права. Зачем мы это делаем? Только хуже выходит. — Твое слово, Мел, — произнес папа. Обдумав хорошенько свои слова, я тяжело вздохнула и произнесла: — Вы правы. Прости, Эдвард. Я была слишком настойчива и лезла туда куда не надо. Эдвард не остался в долгу: — Моей вины здесь не меньше. Как я мог обижать свою, малышку? — его глаза говорили мне о большем, чем слова. Он действительно чувствовал себя виноватым за тяжелое молчание между нами, но виноваты мы оба. — Прости меня, сестренка. Надеюсь, это последний раз когда мы ссоримся, — его лицо озарила улыбка и облегчение от нашего примирения. — Аналогично, — и подошла, что обнять этого засранца. — Вот и прекрасно, — улыбнулась мама. — А теперь, нам пора на охоту. Вы вдвоем остаетесь тут. И только попробуйте разругаться вновь. Заставлю драить весь дом, — предупредила мама. — Мы все поняли, — хором сказали мы с Эдвардом и сами же рассмеялись над этим.       Постепенно пропадало напряжение, витавшее в комнате. Все улыбались и было видно, как они рады нашему примирению. Что ж, я тоже была этому рада. Без брата было ужасно скучно эти дни. Но мне не дает покоя его отношения с Беллой. Почему он так поступает? Ну подумаешь, спас ее, показав при этом свои отнюдь не человеческие способности. Что такого? К тому же, раз она ему нравится, почему бы не сказать о своих чувствах и обратить ее? — Чем займемся? — спросил брат, когда остальные члены семьи покинули дом. — Даже не знаю. Может научишь меня новой композиции на клавишных? Брат уже собрался спуститься вниз, но на моих словах замер. — Погоди. Ты сейчас серьезно? — поворачиваясь лицом ко мне, промолвил он. Удивление в его голосе было огромным. Да, что я такого сказала? Ну, да. Это был единственный раз, когда я сама лично попросила его об этом. Но времена меняются, а с ними и люди. — Что бы Мелисса Виктория Каллен сама захотела что бы я научил ее новому произведению. Я наверное сейчас сплю. Ущипни меня. — Эдвард, прекрати. Так научишь? — я подняла бровь в вопросительном жесте, ожидая его согласия. — Хмм… Дай подумать, — его лицо приобрело задумчивое выражение. То есть, как он подумает? Значит, раньше он меня заставлял это делать, а теперь сам думает? Вот мелкий бурундук. — С одним условием, — не нравится мне его взгляд. Ой, как не нравится. — Мне уже страшно, но так и быть. Чего хочешь? Вот опять эта ухмылка, будто он супер злодей и придумал план по захвату мира. — Ты позволишь Элис одевать тебя неделю. — Не-е-ет! Только не это! — закричала я. — К черту уроки! Найду чем заняться и без тебя. — Да, ты права с неделей я переборщил. Один день. Пойдет? — вот тут уже я задумалась. С одной стороны мне эти уроки не нужны, но хотелось бы чем-то заняться, а кино и фильмы мы смотрим вместе с Мишкой. Без его шуток я уже не могу смотреть ни один фильм. В другой — Элис. Этот маленький эльф нарядит меня не пойми во что и будет радоваться. А мне ходи мучайся. Но была не была. Хоть сестру порадую. — Я согласна. Я еще пожалею о своем решении. Чувствует моя задница, Элис оторвется по полной.