Самые яркие стразы - на ночном небе

      Воскресенье. Последний фильм трилогии. Плед и множество печенюх. О да, детка! Окна зашторены, всевозможные раздражители устранены. Я с нетерпением кутаюсь в плед. — Не терпится? — палец Поттера нависает над кнопкой запуска. Тянет, сволота! — Давай уже! — закатывают глаза. Внутри все трепещет от нетерпения. Ещё секунда и… Звонок в дверь?! — Какого хрена, Поттер?! — Подожди, — бросает он, направляясь в сторону двери, — У нас проблемка! — шумно выдохнул тот, посмотрев в глазок. Вот только этого сейчас не хватало! Бью себя ладонью по лбу, даже не заметив, что шрамоголовый куда-то меня тянет. — Что ты делаешь? — я и офигеть не успел, как оказался затянут в соседнюю комнату. — Сиди здесь. Это Рон и Гермиона. Они не должны тебя увидеть, ясно? — Мой день испорчен, Поттер! Меня не волнуют твои дружки, — прошипел я в ответ, но его пальцы слишком больно сдавили мое плечо. — Завались и сиди здесь. Парень скрылся в дверном проёме. Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Бью кулаком о стену, но хуже от этого только мне. — Привет, Гарри, — слышу из коридора возглас грязнокровки. Наблюдаю эту картину через замочную скважину. Эта овца кидается ему на шею, что-то щебечет. Здоровяк тоже обнимает. Не знаю почему, но захотелось убить обоих. Вперлись, Поттера лапают. А, хрен с ним, пусть лапают! Они мне фильмец обломали! — Мы тут тебе подарок принесли, — басит Уизел, — а то ты все один, да один. — Это… хомяк? — Лучше, чем ничего, — снова хохочет Грейнджер. От ее смеха уже тошно. Погодите, что они там сказали? Кажется, я знаю, как вытравить этих нахалов из дома!

***

Из натянутой вежливости Поттер пригласил их на кухню. План свой я продумал до мелочей. Актер из меня хороший. Надеюсь, по крайней мере. — Гарри, почему ты до сих пор один? — рыжему совсем поговорить не о чем? — Не знаю, — хмыкнул Поттер, отпивая, заваренный для моего вечера, чай. Мой выход. Делаю волосы более растрёпанными, хотя сам этого ненавижу. Удачи мне! Размеренным шагом выхожу на кухню. Глаза Уизела и Грейнджер округляются до размера блюдец. А вот Поттер стискивает зубы, чтобы не наброситься на меня. Не надо было мне кино обламывать! — Привет, Герм, Рон, — наливаю себе чай, опираюсь о стол, ловя недоуменные взгляды, — А что, Гарри вам не сказал? Тишину, по ощущениям, можно было резать ножом. Даже хомяк, ползующий по клетке, замер и уставился на меня. Будет Щекастиком. — Мы пойдем, наверное. Нас Рози ждёт. Да, Рон? — К-конечно, Герм. Гарри, мы потом зайдём… — эта парочка удаляется в сторону двери. Кто молодец? — Я провожу, — шрамоголовый шипит и кидает на меня уничтожительный взгляд. Присаживаюсь на диван, наблюдая за Щекастиком, который набивает полные щеки какого-то корма. — Ты что творишь? — меня рывком поднимают и приперают к стене. Мою былую уверенность как ветром сдуло. Полные ненависти зелёные глаза. Чертовски близко. — Я непонятно сказал?! Ты хоть понимаешь, как я теперь выгляжу в их глазах?! Я судорожно втянул воздух. Пожалуй, лучше сейчас молчать. — Может справить тебя на Кингс-кросс? — у него слишком горячее дыхание, которое сейчас обжигает мне щеки. — Поттер, я не хо… — Заткнись! — он отошёл от меня и, кинув последний взгляд, удалился наверх. А я остался стоять, все ещё чувствуя на щеках его дыхание. Твою ж мать!

***

— Гарри? — голос грязнокровки из этого старого телефона звучал почти испуганно. — Здарова, Грейнджер. Это Драко. Вы не подумайте ничего. Поттер мне помог просто, — я пытался правильно подобрать слова, — Мы не встречаемся не подумай. Девушка на другом конце провода замолчала, обдумывая мои слова. — Дай угадаю, Гарри обиделся на тебя, поэтому я все это выслушиваю? Я говорил, что ненавижу ее? — Возможно. Она испустила тяжёлый вздох. — Так извинить перед ним. — Вот так просто? — Можешь ему роз купить, — хмыкнул Грейнджер и положила трубку. Смешно ей! Поттер уже два часа наверху сидит. — Скажи, я в дерьме? Хомяк в ответ лишь фыркнул. — Спасибо. Тоже мне друг называется! Ладно, была — не была! Поднимаюсь на второй этаж. По коридору разливается мягкий свет из окон комнат, но только одна из них была закрыта. Вдох–выдох. Несильно стучу, в ответ молчание. — Поттер, я это… — вхожу, наблюдая, как он даже головы не поднял, смотря что-то в мобильнике, — Ну прости меня! Не хотел я тебя позорить! Я уже объяснил все твоим друзьям. Ну правда, — присаживаюсь к нему на кровать, — Прости меня. Он глубоко вздыхает, закатывает глаза и смотри на меня. — Извинения приняты, — он устало улыбается, — Ты там, кажется, фильм хотел? — Юху-у-у-у! — смеюсь, потом улыбаюсь. Ему? Да, черт меня дери, я улыбаюсь Поттеру, — Я хомяка Щекастиком назвал. Поттер смеётся, вставая с кровати. Он долго ждёт меня в дверном проёме. Пускай будет Гарри.