Самые яркие стразы - на ночном небе

В окно заливался яркий лунный свет. Сегодня было полнолуние, если верить тому дешевому календарю из книжной лавки. Я прислушивался к чему-то, но и старался ничего не услышать; уставился в потолок, проведя рукой по волосам, которые в при свете луны отливали серебром. Нить событий уже давно была утрачена мной. Нет, конечно, я знал, что происходило, однако, словно смотрел со стороны. Будто кто-то очень неуместно и криво пересказал очередную школьную байку. Я нервно сглотнул. А каким я вообще помню его из Хогвартса? Зажмурился, пытаясь вспомнить образ, который специально гнал от себя прочь. Перед глазами быстро всплыл мальчишка лет четырнадцати. На голове все то же гнездо, те же руки его, вечно исчерченные какими-то царапинами, и глаза. Большие, зеленые, а искорки в них так и пляшут. Другие за такого бы глотки друг другу грызли, в прочем, был пласт и таких. Я помотал головой из стороны в сторону и открыл глаза, на сей раз увидев очертания привычной комнаты. Наверное, сейчас был тот самый момент, когда по классике жанра нужно было думать о его отношении ко мне и люблю ли я, собственно, его в ответ. Вот только в этом не было ни смысла, ни желания. Сон не шел уже несколько часов. Я, тихо застонав в подушку, все же решил оторваться от нее и проведать нижний этаж. Глаз мне все равно не сомкнуть, а там, может, и найду чай, кофе, или чего покрепче. Проблем с алкоголем у меня никогда не было, но до чертиков хотелось этих самых проблем. От шлепанья босых ног по паркету раздавалось слабое эхо по коридору. В доме была почти полная тишина, не считая того, что хомяк в своей клетке, судя по звукам, всеми силами пытался ее разломать. Кое-как нащупав выключатель, я щелкнул светом в чулане. Этот, кстати, тоже под лестницей, какая ирония. Обворовывать Поттера на алкоголь было не очень правильным, с точки зрения этикета, поступком. Как же прекрасно, что мне все равно. Выбрав бутылочку какого-то мартини, я двинулся в сторону кухни, попутно прикидывая в голове местонахождение штопора. Он нашелся на сушилке для посуды, в самом ее уголке, припрятанный туда хозяином дома. Выходит, что Поттер недавно пил, так еще и без меня. Ну ничего, Драко Малфой сейчас сравняет счет! Несмотря на тот факт, что по мнению отца я всегда оставался костлявым (немощным, как он любил добавлять) ребенком, силенок все же хватило дернуть пробку. Ну и кто теперь немощный? И… это же надо куда-то налить, или… Я кашлянул, дыхнул в сторону и резким порывом отпил сразу четыре глотка. В глазах немного помутнело, горло запершило острейшей болью, когда я отодвинул бутылку в сторону. Я даже не сильно потерял равновесие, оперевшись на диван. Вот тебе и опыт, драконью мать! Чтобы хоть как-то заглушить болезненные ощущения я стремительно потянулся к яблокам. Кислое послевкусие заглушило маленькую неприятность, зато внутри разлилось долгожданное тепло. А я и не думал, что это будет настолько приятно. Чувство было такое, будто внутрь залили кипятка, однако он не обжигал, а довольно щадяще грел. Мысли в голове медленно начинали расползаться в стороны, а ловить их и собирать в кучу не было никакого желания. Я потряс головой. Бутылка приветливо брякнула мне в ответ, и я снова приложился к ней. На этот раз горло жгло и в половину не так сильно, но я предпочел закусить яблоком. Тепло внутри усилилось, почти что заставляя расслабиться. Показалось, или даже в самом помещении стало заметно жарче. Я перестал следить за тем, как часто вливал в себя одурманивающий напиток. Просто третий и четвертый раз слились в одно воспоминание, а пятый и дальше — вовсе провал. А не все ли равно? Я даже не помнил, как мои мысли снова пришли к Гарри. Видимо есть в этом парне что-то такое, притягивающее. Пробежавшись по черным волосам воображаемым взором, я нервно сглотнул. Его хотелось касаться. Изучать. Ласкать… — Твою мать, — сквозь зубы шикнул я, заслышав шаги на лестнице. Соображалось туго. И вот, оперевшись о дверной косяк, скрестив руки, со взглядом надменной жёнушки, мой предмет обожания пялится на меня не то с интересом, не то с укором. Потом на бутылку в моих руках и снова на меня. — Драко, Салазаровы подштанники, ты решил устроить пьянку? — наконец устало выдохнул он, приближаясь ко мне с попыткой выхватить бутылку. Черт-с два он ее получит! Резко подаюсь назад, вытягивая ее над головой. А я и не заметил, что она почти пустая… — Поттер, ты придурок, — злобно буркнул я, отворачиваясь, но затем повернулся вновь. Мои ладони легли на его щеки и я потянул его за мордашку к себе вниз, — Ну вот зачем ты у меня такой прекрасный? Сколько там на тебя Мерлин зелья с красотой потратил? Все, что было? Язык не слушался, из-за чего список слов, возможных к произношению, сильно сокращался. Он резко подхватил меня на руки, я только икнул, бросив мимолетное: «Ой!». — Гарри-и-и-и, — я положил голову на его плечо, пока он тащил меня по лестнице, — Ты у меня такой славный… Ик… Пусть эта твоя Джин. Ик. Джинни выкусит… Ты только мой… Очнулся я только тогда, когда меня уложили на кровать, причем я достаточно хорошо понимал, что это не моя кровать. — Поспишь со мной, пока ещё чего-нибудь не натворил, — тихо бросил Гарри, потушив свет. Он устроился рядом, весь такой тёплый, так и хочется обхватить его ногами и руками… Не разобрал, куда впился ему поцелуем, скорее всего куда-то в шею, оставляя там ярко красное пятно. Если он вот прямо сейчас не прекратит быть таким милым, я за себя не ручаюсь… — Ты хоть понимаешь, что будет утром? — усмехнулся он, зарываясь носом в мои волосы, — С чего тебя вообще к спиртному понесло? — Ты у меня в голове крутился весь вечер. Я где-то… Ик… слышал, что так можно расслабиться. Гарри только закатил глаза и прижался ко мне теснее. Я быстро провалился в сон.

***

Сначала пришла головная боль, а сразу за ней уже осознание себя. По ощущениям, будто кувалдой ударили по затылку. Я тихо зашипел и попытался открыть глаза, но стало только хуже — яркий дневной свет резал ножом. А что, собственно, было такого вчера, что сегодня…? Мартини. Вашу ж мать! — Ну что, алкоголик хренов, доброе утро, — прогремело где-то рядом. Я пересилил себя и посмотрел на источник звука. — Тихо, Потти, — зашептал я, — голова раскалывается. — Правда что ли? — не сбавляя голоса сострил он. Ненавижу. — Ты же мне не расскажешь, что конкретно вчера было, да? — поинтересовался я все тем же шепотом. — А я думал, ты мне пояснишь. Я нашел тебя вчера внизу с пустой бутылкой мартини из моего личного архива. Выслушал довольно много речей о том, что ты хочешь со мной сделать и в каких позах. Ты мне даже подарочек оставил, посмотри-ка! — и Гарри отвернул край футболки. На шее, ключицах и ниже залегли багряно-красные пятна, которые прекрасно выделялись. Щеки мои мгновенно вспыхнули. — А последнее точно я? — пролепетал я с надеждой, которая, по всеобщим навязанным мнениям, должна умирать последней. — Ну нет, наверное я спутал, в водосток засосало. Аж двенадцать раз! — фыркнул Поттер. Несмотря на раскалывающуюся голову, я попытался вспомнить. Ага, щас. Полный провал. Если это реально я его так… Даже думать об этом не хочу и хорошо, что не помню. — Прости, — это все, что я смог буркнуть, и то себе под нос, — Могу дать денег тебе на тональный крем, если это хоть как-то можно замазать. — Я от тебя не ожидал, — почти без былой агрессии усмехнулся Поттер, усаживаясь на кровать рядом со мной, — Ладно, считай, что ты официально прощен. Над твоим предложением про тональник я подумаю. Однако, в наказание тебе придется каждую ночь проводить со мной, чтоб ты опять чего не натворил. Я с нескрываемым облегчением выдохнул. Не самый худший исход. Ну, а пока пределом моих мечтаний остаётся зелье от головной боли.