Сквозь сигаретный дым

Гарри хотел курить. Уже битые два часа он слушал пустой треп, смысл которого можно было изложить за пять минут. — Вы не понимаете! Гарри откинулся назад, выпрямляясь на неудобном стуле, и посмотрел в сторону возбужденной подруги. Ее идеальная прическа несколько растрепалась, щеки порозовели, а взгляд горел решительностью.  — Если мы оставим все, как есть, то скоро это обернется для всех катастрофой. Развитие маггловских технологий просто поражает. И перед нами… Высокопоставленные лица снова возмущенно загудели, заглушив голос главы отдела Тайн Магической Британии. Некоторые вскочили со своих мест, возмущенно размахивая палочками, споря друг с другом на высоких тонах. Поттер поморщился. Взрослые уважаемые люди, а ведут себя похуже его студентов в академии. Никакой дисциплины, сдержанности, чувства достоинства — да в гробу он видел все эти конференции по глобальным проблемам магического общества! — Послушайте, — безуспешно воскликнула Гермиона. Мало кто ее расслышал, а те, кто расслышал совершенно не обратили внимания. Поттер тяжело вздохнул, поднялся и приставив палочку к шее, применил заклинание соноруса.  — Тихо! — голос героя Магической Британии гулом прокатился по залу, витражные стекла мелко задребезжали, и волшебники опасливо покосились на него. Гермиона с благодарностью посмотрела на друга. Ее губы зашевелились и Гарри разобрал немое «спасибо». — Как бы каждый из нас не относился к Статуту о Секретности, пока мы не можем полностью от него отказаться. Однако, мы также не можем не признать, что с развитием маггловских технологий, опасность раскрытия нашего мира с каждым днем стремительно растет. Все наши меры предосторожности, наши методы и мероприятия, предпринятые для сохранения секретности безвозвратно устарели. В мире магглов все процессы, связанные с информацией, значительно ускорились. Мы заметили тенденцию увеличения круга лиц, осведомлённых о том или ином случае публичного применения магии. Боюсь, однажды мы просто можем не успеть предотвратить катастрофу. — Вам не кажется, что вы несколько преувеличиваете возможности магглов? –спросил итальянский министр с заметным акцентом. Его губы скривились в презрительной насмешке. — Вы ведь магглорожденная ведьма, миссис Уизли?  — Да, господин Министр, мои родители магглы, — повернувшись в сторону итальянца, ответила Гермиона. Было видно, что недоброжелательный тон министра нисколько ее не смутил. — И вы должны понимать, насколько для меня важно сохранить стабильное существование наших двух миров. Я уже пережила одну войну и не хочу стоять у истоков новой, бездействуя и надеясь лишь на слепую веру или удачу.  — Не понимаю, что мы здесь обсуждаем, — промолвила женщина, лицо которой рассмотреть Гарри так и не удалось. — У магглов нет таких технологий, которые смогли бы противостоять магии. — Пока нет, — мягко возразил представитель МАКУСА — Джош Корнер. — Стоит магглам узнать о нашем обществе, будьте уверены, они увидят в нашем существовании скрытую угрозу. Бросьте им вызов, и будьте уверены — его примут. Выдыхая сигаретный дым, Гарри ощущал, как его понемногу отпускает. Перед отбытием, они решили с Гермионой развеяться, посмотреть достопримечательности. Предлог, на который он с легкостью повелся. — Твои речи не кажутся тебе несколько опасными, Гермиона? — спросил Поттер, когда они пересекали полог невидимости, являя себя миру магглов. — Их могут неправильно истолковать.  — Я нахожу опасность только в бездействии, Гарри. Они могут исказить смысл моих слов, вывернуть их, как угодно. Но это знание никогда больше не отпустит их. И я надеюсь, что в нужный момент это сыграет мне на руку. Остановившись, молодая женщина наконец обратила внимание на своего спутника. Пересекая барьер, поставленный между двумя мирами, они оба сменили одежду и теперь рассматривая Гарри, она просто не смогла сдержать улыбку.  — Не знаю, что Снейп делает с тобой, но это явно пошло тебе на пользу, — ласково огладив рукав кожаной куртки Гарри, произнесла Гермиона. От ее любопытного взгляда не укрылось ни одной детали — новый имидж ее друга действительно был хорош. Пожалуй, привычным в его образе были лишь тяжелые ботинки, а вот облегающие черные джинсы она видела на Гарри впервые. Это даже было на первый взгляд вызывающе, если бы Гермиона не знала насколько Гарри нерасторопен в подобных вещах. Зачастую, он просто не понимал насколько бывает сексуален и как может воздействовать на других.  — На самом деле, ему не очень нравится подобная одежда на мне, — Гарри отвел взгляд в сторону, задумчиво поглаживая заметно отросшую бороду. Еще одно изменение во внешности, которое он не очень-то любил комментировать. — Не думаю, что я вообще ему нравлюсь.  — Но у вас роман, — мягко заметила она. — Обычно, люди не спят с теми, кто им не нравится. Добровольно, по крайней мере. Смешок вырвался из уст Поттера. Он приостановился, ныряя рукой в карман за очередной сигаретой. — Проблема в том, что нас обоих сложно назвать нормальными людьми, — прикуривая, сквозь зубы проговорил Гарри. — И у нас не роман. Мы просто иногда трахаемся в свое удовольствие.  — Ну-ну, — девушка прибавила шаг, догоняя враз ускорившегося друга. — Я сообщу тебе две новости, Гарри. И они вряд ли тебя порадуют. Поттер хмыкнул, сделал долгую затяжку, выбрасывая окурок в урну. — С тех пор, как ты связался со Снейпом ты стал много курить, Гарри, — она перевела дух и пронзительно посмотрела в его глаза. — Малфой вернулся в Англию. Снейп был тем, кто встречал его в Министерстве. Лицо Гарри в момент потемнело, выражая крайнюю степень бешенства.  — Вот сука. Встретить Малфоя в Хогвартсе было тем еще «подарком» судьбы. Однако, это позволило оценить привлекательность гаденыша не с фотографий, размещенных на первой полосе Пророка, а так сказать воочию. Гарри остановился возле бывшего недруга, смерил его долгим оценивающим взглядом и нехотя отметил, что тот обошел его по всем параметрам: рост, прическа, одежда, гордая осанка и сдержанное, однако в тоже время очень выразительное лицо. Право слово, он сам мог бы легко повестись на такого Малфоя, если бы не связался со Снейпом. В тусклом свете коридора, сложно было считывать чужие эмоции, но неприязни или другого проявления враждебного отношения к себе Поттер не заметил.  — Никогда бы не подумал, что ты отрастишь бороду, — сказал Драко. Уголки его губ едва заметно дернулись в некой подобии улыбки.  — Никогда бы не подумал, что ты вернешься обратно, — в тон ему заметил Гарри.  — Люблю шокировать общественность.  — Я заметил.  — Хочу отметить свое возвращение. Составишь мне компанию? Не заметить в легкой хрипотце голоса Малфоя намек было сложно. Гарри колебался всего минуту, но этого времени хватило, чтобы гриффиндорское безрассудство окончательно взяло над ним вверх. Быть может, это вынудит Снейпа порвать с ним все отношения. Было бы неплохо, раз уж не хватало духу сделать это самому. От огневиски стало жарко и легко. Сомнения больше не тяготили разум Гарри. Они словно отошли на задний план, исчезли за плотной завесой алкогольного опьянения. Ласки Драко были приятны и очень волнующими, однако кроме удовольствия, разрядами, пронзающими тело, они не приносили больше ничего. Гарри касался губами белоснежной шеи, вдыхал дразнящий запах, и сравнивал-сравнивал-сравнивал, прокручивал в голове моменты близости с другим человеком. Северус… Разве мог быть кто-то таким же неидеальным, как этот человек, чтобы идеально подходить ему? Гарри приподнялся, отрываясь от губ Драко. Такой красивый, такой соблазнительный. Мерлин, что ему еще надо, чтобы забыться в нем хотя-бы немного? — Ой, всё, Поттер, отвали, — Драко под ним взбрыкнул, скидывая с себя и откатился в сторону. — К черту, тебя. И Снейпа тоже, с его идиотскими просьбами. Гарри будто холодной водой окатили с головы до ног. Все внутри в мгновение заледенело, пробуждая противный и удушающий страх. Он сел, неловко прикрывшись уголком одеяла. Малфой, поднявшись с кровати, посмотрел на несостоявшегося любовника, нисколько не стесняясь своей наготы. — А ты что думал, я горел желанием заняться сексом с тобой еще со времен Хогвартса? — Драко фыркнул и потянулся за трусами. — Не будь я должником Северуса, я бы даже в твою сторону не посмотрел, будь уверен. Слизеринец быстро натянул штаны, накинул рубашку, а Гарри просто застыл, пытаясь собрать все части головоломки. Чем ближе он был к разгадке, тем больше темнело его лицо. — Он тебя трахает, Малфой? Тень сочувствия промелькнула на лице Драко, он подошел к Гарри, застегивая манжеты на рукавах и ответил: — Очень удобно иметь в любовниках зельевара и по совместительству оправданного Пожирателя Смерти, когда тебя домогаются грязные ублюдки в Министерстве Магии Франции. Видишь ли, у них на этот счет более вольные взгляды. Так что мне пришлось пустить слух, сделать пару вызывающих колдоснимков и заплатить нескольким изданиям за сенсационные статьи на их первой полосе. И ряды охотников на мою задницу враз поредели. Казалось, прозвучавшая правда должна была принести облегчение или может быть радость? Но ни того, ни другого Гарри не ощущал. Его не только обманули, но и пытались выставить идиотом и негодяем. Отличное начало отношений, ничего не скажешь.  — Зачем Снейпу понадобилось просить тебя об этом? — вопрос сорвался с губ Поттера раньше, чем он осознал это.  — Полагаю, гораздо легче расстаться с человеком, предавшим твое доверие, — просто ответил Малфой и покинул комнату, оставляя своего гостя наедине с мрачными думами. — Мы создали сеть порталов во всех учреждениях Магической Британии, начав с социальной сферы и закончив госструктурами. На очереди разработка протоколов эвакуации в случае ЧС для каждого объекта. Я рассчитывала управиться до пятницы, но думаю, это маловероятно. Еще одни выходные книзлу под хвост, — горько произнесла Гермиона, кутаясь в мягкий бежевый шарф. Совместные прогулки на свежем воздухе давно переросли в традицию. Словно, это позволяло им обоим сбежать за стены академии и Министерства Магии и хоть немного ощутить вкус обычной жизни, в которой нет рутины, ежедневных планов и отчетов. — Я правильно понимаю, все порталы связаны между собой? — спросил Гарри, взмахом палочки погасив свет в аудитории и занавесив окна. — Это было одной из ключевых задач, что стояла перед нами.  — Не боитесь, что кто-то может захватить всю сеть разом? Что если злоумышленники получат доступ к порталам и смогут его контролировать? Гарри помог подруге надеть плащ и наблюдал за тем, как она ловко застегивает пуговицы своими тонкими изящными пальчиками.  — Это невозможно, — девушка прикусила губу, выдавая свое сомнение. — Нам, конечно, удалось усовершенствовать систему перемещения, но она не настолько хороша. Поттер пропустил девушку вперед, закрывая дверь неуловимым движением палочки.  — Вот именно, Гермиона. Раз вам удалось модернизировать ее, то, теоретически, это может получится и у кого-то другого. А значит, стоит подумать о возможности быстрой блокировки сети.  — Не все так просто, — тяжело вздохнула глава отдела Тайн. — Представь, все происходит как ты говоришь. Кто-то захватывает сеть порталов, а в это время десятки людей перемещаются… да пусть даже в Мунго. И тут мы перекрываем сеть. Что случится с этими волшебниками? В лучшем случае, их выбросит где-то среди города.  — С тобой так сложно спорить, — усмехнулся Гарри, подавая руку своей спутницы. Они ловко спустились с лестницы и пересекли холл академии, спешно кивая знакомым прохожим.  — Именно поэтому я глава отдела Тайн, а ты всего лишь преподаватель в академии авроров, — гордо задрав голову, подруга вышла на улицу. Несмотря на солнечный и ясный день, о тепле говорить не приходилось. Южный ветер пронизывал насквозь, словно пытался донести до каждого — скоро зима; осень подходит к концу. Вот-вот начнутся первые морозы.  — Но, если серьезно, я подумаю над этим вопросом, — Гермиона вздохнула, обращаясь к Гарри. — Удивительно, чтобы я не делала, количество проблем это не уменьшает. Какой-то замкнутый круг. Поттер приобнял подругу за плечи. Ее пушистые локоны мягко щекотали его лицо, словно возвращая в детство.  — Нет никого лучше, кто бы с этим справился, — уверенно произнес Гарри.  — Ты не представляешь, как часто я думаю о том, чем мне приходится жертвовать ради работы. И ради чего, — девушка горько вздохнула. — Я так мало времени провожу с Роном; не вижу, как растут мои дети; лица друзей чаще замечаю на колдофото в газетах, чем при личной встрече — жизнь словно проходит мимо меня…  — Наверное, мы слишком многим пожертвовали ради этого мира, что это просто стало привычкой. Я ловлю себя на мысли, что совершенно не оправдываю надежд других людей. Словно, это делает меня хуже остальных.  — Гарри! — возмущенно воскликнула Гермиона и остановилась, схватив его за руки. — Не. Смей. Даже. Думать. Так. Она наклонила голову, пряча выступившие на глазах слезы.  — Неважно, что говорят другие. Да, ты бросил службу в Аврорате. Но ты прекрасный педагог. То, что ты делаешь для этих детей — бесценно. Я ведь бываю на каждом выпуске и вижу в их глазах уважение и любовь к тебе. Это говорит о многом. Я даже эгоистично надеюсь, что через пару лет ты все-таки примешь предложение директора и переведешься в Хогвартс. Аккуратными движениями пальцев, Гермиона вытерла слезы и озорно улыбнулась.  — Это невозможно, Гермиона. До тех пор, пока директором Хогвартса является Северус Снейп.  — Что вообще между вами происходит?  — Ничего. Ничего хорошего… Несколько дней назад Гарри был пьян и решителен. Он был пьян, так что в ближайшие несколько часов мог не думать о последствиях… Думать вообще было сложно. Мысли пробуждали чувства, а чувства отдавались острой болью в груди. Алкоголь же упрощал все. Удивительно, ведь он прекрасно осознавал, ощущал, приходил к простым логическим заключениям, но что касается остального… С остальным было сложнее. И оттого так легко. Подземелья были привычно холодными и негостеприимными. Гарри не знал отчего Снейп так и не выбрался из своих старых комнат — то ли из привычки, то ли из вредности, то ли из-за чувства вины. Сложно было понять, чем руководствовался Снейп, когда вернулся в Хогвартс. Он вообще был человеком сложным и противоречивым. Бам! Бам! Бам! Дверь открылась и на пороге возник хозяин комнат, взирая на внезапного визитера недоброжелательно и строго. Гарри качнулся, фокусируя взгляд. И вместо приветствия, сделал то, о чем думал весь вечер. Замахнувшись, впечатал кулак в лицо любовника. От удара Снейпа повело назад, но он быстро обрел равновесие и в следующий момент нанес ответную любезность, выбивая из легких Гарри весь воздух ударом в солнечное сплетение.  — Ублюдок, — выплюнул Поттер, когда способность дышать снова вернулась к нему. Жар отступал, сменяясь адовой смесью боли, разочарования и обиды. — Как ты мог так поступить со мной? С нами? Северус отступил назад. Глаза, сверкающие гневом, враз похолодели. На лицо легла привычная маска спокойствия и сдержанного пренебрежения. Мужчина повернулся к Гарри спиной и прошел вглубь комнаты, останавливаясь у маленького столика, на поверхности которого лежала стопка учебников.  — Вот значит, как. Пришел поквитаться за оскорбленное самолюбие, Поттер? — круто развернувшись лицом к Гарри, криво усмехнулся Снейп. Слова Северуса укололи, тяжестью осев на сердце. Гнев внезапно схлынул, уступив место всепоглощающей тоске.  — Почему ты так ненавидишь меня? За его лицо? За ее глаза? — горькие слезы, брызнули с глаз, а рука потянулась к сердцу, туда где хранилось колдофото родителей. — Посмотри! Посмотри! Я не похож на них! Я совсем другой… Голос надорвался. Фотография выпала из обессиливших пальцев и, под пронзительным взглядом чёрных глаз, медленно спикировала на пол. — Хватит. Обманывать и обманываться, — тихо промолвил Гарри. Он сделал несколько шагов в сторону двери, но затем вернулся, подобрал колдофото и спрятал в карман рубашки. Прошло всего несколько коротких мгновений, длинною в вечность. Он ждал. Ждал, что Северус что-то скажет, что-то сделает, но напрасно. Он ушел, решив оставить свою несбывшуюся любовь в подземельях Хогвартса. Если бы это было так просто… — Я читал сегодняшний номер «Пророка». Это просто ужасно. Как Рон? — спросил Гарри, докуривая сигарету и выбрасывая остатки в урну возле лавки, на которой они удобно устроились вместе с Гермионой. Она пила кофе из яркого бумажного стаканчика, а Гарри курил, хотя и обещал себе, что не станет это делать при подруге. Гермиона обладала потрясающей проницательностью. Обмануть ее было практически невозможно. А уж доказывать, что он в норме, хотя это было далеко не так, вообще было бесполезным делом.  — Делает вид, что он в порядке. Но я вижу, что он погружен в себя. Винит себя в том, что отказался участвовать при разработке плана позавчера. А я этому даже рада. Не представляю, что с ним было, если бы он имел к этому хоть какое-то отношение, — горько призналась девушка. — Почему он отказался? — мягко спросил Гарри, накрывая руку Гермионы своей. Он знал, что ей важна и нужна его поддержка. И это меньше, что он готов был сделать ради нее и Рона. — После прошлого нападения группировки, у них появились некоторые сведения о их временном местонахождении. И так как они расположились в густонаселенном маггловском районе Лондона, необходимо было тщательно продумать операцию по поимке. Рон не мог себе позволить отвлекаться еще на что-то. Это ведь было одним из его основных дел. Гарри кивнул, прекрасно понимая ситуацию, в которой оказался его друг. Рон поступил так, как должен был. Однако, вряд ли это знание избавит его от чувства вины.  — Знаешь, а я так обрадовалась, когда он перевелся в аналитический отдел, — глядя куда-то в глубину парка, задумчиво произнесла Гермиона. — Порадовалась тому, что наконец в нашей жизни не будет бессонных дежурств. Что наконец, не буду ждать его возвращения с утра усталая, взволнованная и злая. Она перевела дыхание и обратила свой взгляд на Гарри.  — Бессонных ночей и вправду значительно поубавилось. Но я стала замечать, что Рон стал более задумчив и сдержан. Что он меньше стал говорить о работе. И как-то я поймала себя на мысли, что в чем-то могу понять его. Есть что-то общее в его работе и моей, ведь от того насколько тщательно мы все продумаем напрямую зависят человеческие жизни. Думаю, это делает его несчастным. А если учесть, что он пошел на все это ради меня… Девушка всхлипнула и закрыла лицо руками, теряя остатки самообладания. Гарри услышал сдавленный плач и сердце его болезненно сжалось. — Чшш, — придвинувшись, Гарри притянул подругу в свои объятия. Чувствуя, как она мелко вздрагивает в его руках, мысленно проклинал себя за косноязычие. Если бы он мог подбирать нужные слова в такие моменты!  — Это все моя вина, — сдавленно прошептала Гермиона, отстраняясь от него. — Он пошел на все это ради меня. Разве это нормально, когда один чем-то жертвует, а второй — нет? Гарри со всей присущей ему уверенностью мог ответить — что да, нормально. Он бы пожертвовал всем, не задумываясь. И жертвовал. И только сейчас он задумался о том, как тяжело должно быть принимать жертвы близкого тебе человека… Рука двигалась мягко, но уверенно. С мягким шлепком пена вместе с клочками бороды приземлились на белоснежную стенку раковины. Несколько заключительных движений бритвой — и с зеркала на него взирала его посвежевшая копия. Как будто вместе с растительностью на лице ушли не только сомнения, но и усталость последних недель. Гарри провел рукой по гладковыбритой щеке и нервно улыбнулся. Он действительно был идиотом, раз надеялся, что изменения во внешности поможет решить все его проблемы. Нет, по поводу избавления от очков, Поттер не жалел. Да и к новой одежде привык. Но только теперь понимал какими глупыми выглядели его поступки со стороны. — Мерлин и Моргана! Я такой идиот, — в отчаянии воскликнул Гарри, схватившись за бортик раковины. — Я сам все испортил…