Клятва, написанная кровью

Наконец, наступило утро. Через бархатные синие шторы светило солнце. Противный лучик света медленно прошелся по одеялу, после чего остановился на глазах Себастьяна. Ресницы Михаэлиса чуть дрогнули, на лице появилась блаженная улыбка. Но вдруг он вспомнил, где именно находится. Резко распахнув глаза, Себастьян опустил взгляд на свою госпожу. Та крепко прижимала к себе своего дворецкого. Светлые волосы ровной волной лежали на его груди. Рука миледи Сиэль покоилась на шее Себастьяна, а одна нога была перекинута через бедро дворецкого. Понимая всю абсурдность ситуации, Себастьян сдавленно хихикнул. - Миледи, - склонил он голову к ее ушку, - пора вставать. Сиэль промычала что-то невразумительное. Ее ресницы задрожали, и она наконец-таки открыла глаза. Но как только леди Фантомхайн увидела, в какой позе она спала и с кем, девушка громко завизжала и, запутавшись в одеяле, шлепнулась на пол. - Себастьян!! Какого черта ты делаешь в моей кровати?! – заорала она, трясясь от ярости и злобы. - Вы попросили меня остаться с вами, миледи, - невозмутимо пожал он плечами. Потом подставил ладонь под голову, хищно улыбнулся и произнес: - Хотя знаете, я больше с вами спать не буду. Вы слишком часто произносите мое имя во сне. Сиэль молча уставилась на Себастьяна. Но потом нижняя губа девушки задрожала и она, кинув в мужчину своей туфлей, валяющейся на полу, заорала: - ДА Я ОТДАМ ТЕБЯ ГРЕЛЛЮ САТКЛИФФУ!! Схватив одеяло, Сиэль закуталась в него и с гордым видом вышла за дверь. - Греллю, говоришь? – хмыкнул Себастьян. – Ну что же, посмотрим. - Мейлин, принеси из моих покоев кремовое платье, такие же туфли и шкатулку с драгоценностями, - распорядилась Сиэль, сидя перед камином. - Да-а, скоро зима, - мечтательно произнесла служанка. – Я так хочу снег! - Хм, снег. И что такого в этой зиме? – непонимающе хмыкнула графиня. - Зимой у нашей миледи день рождение, - «мило» напомнил Себастьян, заходя в гостиную с подносом, на котором стояли чашка чая и тарелка с пирожным. - А, сатана, это ты. Как всегда красуешься? – откинулась Сиэль на спинку кресла. – Не понимаю вашей радости. Для меня день рождение ужасно. - Н-но почему? – заикаясь, пролепетала Мейлин, косо поглядывая на дворецкого. Тот спокойно поднес госпоже чай. - Зимой погибли мои родители. Мейлин, ты еще тут? Я что просила тебя принести?! – взорвалась графиня. – Ты как всегда глазки строишь Себастьяну! Надоело!! Резко подорвавшись с кресла, девушка выбила ладонью чашку из руки Себастьяна. Фарфор разбился. Мейлин сорвалась с места и побежала за одеждой для Сиэль. Сама девушка споткнулась об ковер и, не удержав равновесия, начала падать прямо на осколки разбитой чашки. И когда уже ее лицо было рядом с острыми осколками, руки дворецкого с силой рванули графиню вверх. - Вы слишком вспыльчивы, - резко сказал он. – Агрессивны. Истеричка. - Да. Как. Ты. Смеешь? – зло процедила Фантомхайн сквозь зубы. - Как я смею?! Как ты смеешь так обращаться с Мейлин?! Что она плохого сделала тебе?! – блеснули алые глаза. – С какого черта ты такая агрессивная?! – схватил дворецкий графиню за запястья. Сиэль сощурила глаза. Пентаграмма вспыхнула голубым. - Приказываю отпустить меня и не вмешиваться в мои дела и мое состояние! Себастьян ухмыльнулся. - Да, моя миледи, - поклонился он. Собрав осколки, он направился к двери. Около нее он произнес: - Научись быть сдержаннее, Фантомхайн, иначе я перестану тебя бояться.