You have a soul...

      Это было какое-то безумие, первобытная страсть...называйте как хотите, но глюк, буквально, таял от поцелуя. Защитник искусно водил язычком по тем закоулкам рта, о которых разрушитель даже не подозревал. Руки чернокостного отчаяно вцепились в края футболки, как он теперь назвал Инка, сексуального маньяка. Хах, будто это его спасет от настырной страсти художника. В глазницах все плыло, душа трепетала, а тело требовало этой пылкой любви. Наконец радужка оторвался от ошибкина и тихо хихикнул. - Оши, ты так потрясенно выглядишь. - скелетик наклонил череп чуть вправо. - Тебя так ошеломил обыкновенный поцелуй? Эррор чуть кивнул, все еще пытаясь перевести дух. Обыкновенный говоришь? Какой же тогда не обыкновенный? Ошибка глянул на свои руки. Они дрожали. Звезды, с ним такое впервые. Еще никто такого с ним не сотворял. Безумец - единственное слово, которое сейчас подходило защитнику. Глючка глубоко вздохнул, все нормально, разве не горячего секса он хотел получить от этого радужного? - Эррор, - художник провел кончиком языка по своим "губам" - идем ко мне. Думаю, диван не очень удобен для плотских утех. Разрушитель кивнул, встал с безопасносного места и замер. Защитник шел по лестнице, что вела на второй этаж, и попутно сбрасывал с себя одежду, а на самом верху повернулся, томно улыбнулся и поманил чернокостного пальцем. Глючный сглотнул и поспешил за своим любовником. Он догнал Инка лишь в комнате, который стоял спиной к нему и тихо шептал его имя. Разрушитель неспешно подошел к нему, руки сразу же нашли бедра художника и стали поглаживать их, а вот языки чернокостного заскользили по гладкой шее. Эррору сорвало башню после первого стона защитника, руки стали работать интенсивнее, языки быстрее. Инк выгибался от столь напористых ласк, стоны и томные вздохи сами вырывались из его уст. Звезды! Как же ему хорошо! Эррор сводил с ума этими проворливыми язычками, а его руки творили чудеса. Последний лизь и глюк оторвался от столь прекрасной шейки. Художник повернулся к нему лицом, что пылало румянцем, положил кисти рук тому на плечи и поцеловал. И снова их языки сплетаются в безумном танце страсти. Эррор немедля притянул тельце радужки к себе. Чернилкин плавно переместил руки на грудь чернокостного и стал медленно водить ими, распаляя страсть еще больше. Последнее соприкосновение языков и они оторвались друг от друга, ведя тоненькую нить слюны, которая в миг исчезла. Инк улыбнулся, чуть склонил черепушку и, взяв зубами замочек толстовки, потянул вниз. Темно-синяя толстовка быстро соскользнула с тела разрушителя. Ну вот, от этого препятствия они избавились. Маленькие ручки белокостного ухватились за края кроваво-красной футболки, секунда и красные ребра освобождены от тканевой тюрьмы. Изящные пальцы художника быстро пересчитали ребрышки, отчего у глючки мурашки забегали по всему телу. Чернильница высунул язык и медленно провел им по одному из ребер. Ошибкин долго не мог понять, что удивленный вдох исходил от него. Правая рука молнией метнулась к черепу радужного, поглаживать. Нет, ему и раньше устраивали покушения на ребра, но не такие сладкие. Чертов кудесник возбуждения! Белокостный, напоследок, чуть куснул ребро и отстранился. - Оши, - Инк прижался к разрушителю. - Как ты относишься к оральным ласкам? - Хм, - глюк прикрыл глаза. - Вполне адекватно. - Прекрасно! - радужный сел на колени, во рту пересохло, давно он этим не занимался. Пальчики оттянули резинку шорт, а потом руки резко рванули вниз, избавляя нижнюю часть тела чернокостного от преграды. А дружок-то давно готов к боевым действиям! Защитник вздохнул, открыл ротик, высунул язычок и лизнул головку неоново-синего члена. - Звезды... - выдыхает ошибка, когда Инк заглатывает орган полностью. Что творил этот ротик! Что творил этот язычок! Превосходно! Руки глючки покоятся на черепе белокостного, надавливая, дабы протолкнуть неон глубже. Интересно, а со всеми ли художник творил такое? Эррор нахмурился и тихо простонал, если радужный делал такой потрясающий минет кому-то еще, то... Чернильный оторвался, за его языком тянулось несколько нитей слюны. - Инк...еще... - Оши, я не хочу выжить из тебя все соки таким образом. - скелет поднялся на ноги и, повернув чернокостного спиной к кроватке, толкнул. - Так что... Снова горячий поцелуй, от которого глюк опьянел. Художник плавно оседлал разрушителя, что принесло немного дискомфорта, вцепился в ребра любовника, отчего тот защипел, и стал медленно двигаться вверх-вниз. Защитник чуть запрокинул череп назад, наслаждаясь позабытыми ощущениями. Комната была заполнена горячими вздохами, страстными стонами. Звуки трущихся костей завершали прекрасную картину звуков. Эррору никогда не было настолько хорошо, настолько сильно художник завел его, завел в пучину райских наслаждении. Глючка растворялся в Инке целиком и полностью. Защитник ускорялся, замедлялся, наклонялся к лицу ошибки для поцелуя, водил руками по ребрам. Радужка отдавал ему всего себя, старался сделать все по высшему уровню. Он хотел быть лучше всех тех, с кем спал разрушитель. Раз, два и финал. Горячее семя брызнуло на все позвонки и ребра чернилкина. - Ох, Инк... - ошибкин удовлетворенно улыбнулся. - Звезды, это был самый лучший секс в моей жизни! - Хах, - белокостный сполз с Эррора и поцеловал. - Оши, я тоже хочу самого лучшего секса... - Погоди, тебе не понравилось? - Нет-нет, все было офигенно. Просто, я хочу...побыть сверху. - О, не... - Оши, малыш, неужели ты мне откажешь? - разрушитель с сомнением смотрел на любовника, который состроил обиженную мордашку. - Что ж, хоро... - художник радостно поцеловал ошибку. - Учти, это мой первый раз. - Оу, я буду нежен. - теперь поцелуй был не быстрым, а чутка сдержаным, защитник умудрился поймать один из языков в свой плен и сладко посасывал его. Руки бродили по плечам, ребрам, бедрам разрушителя, который выгибался под опытными ласками. Радужный спустился к шее, но не стал ее вылизывать, как это делал Эррор, он стал ее слабо покусывать. Тихий стон, а затем частые томные вздохи со стороны глючки. Звезды и создатели, за что ему такие сладо-страстные мучения. Спустя несколько минут художник оторвался от своего занятия и навис над разрушителем. Чернокостный сглотнул, ну вот, началось. Неоново-радужный член начал медленно входить в чрево Эррора. На глазницах девственника непроизвольно выступили слезы. Значит вот какого это в первый раз. Пальцы ошибкина впивались в простынь. - Оши, - Инк наклонился ниже и покрыл лицо любовника поцелуями. - Потерпи немного, скоро станет хорошо. Разрушитель кивнул, а защитник стал быстро вводить орган глубже. Пара мгновений и боль рассеялась, а волна новых ощущений захлестнуло ошибку с головой. Инк двигался четко и уверенно, зная о том, что теперь глючке хорошо. Чернокостный выгибался, извивался, двигал бедрами на встречу и просил большего. Разве радужка мог отказать? Темп увеличился, стоны стали громче, трение быстрее. Страсть обоих увела в головокружительный танец, утопила в наслаждении, заставила дышать в унисон. Оба шептали имена друг друга, оба пытались слиться воедино. Финальный толчок и глючные ребра отчасти стали белыми. - Прекрасно... - тихо произносит художник, ложась рядом с разрушителем. - Это теперь и правда самый лучший секс в моей жизни. Ошибкин ничего не ответил, лишь поцеловал ослабевшего, уставшего и довольного , как и он сам, любовника и прижал к себе. Создатели, как же он любит это радужно-чернильное недоразумение!