Все не так, мама...

      Тихий хлопок появления домовика привел Гермиону в чувство, и она окончательно пришла в себя. Те несколько минут, во время которых она провалилась в короткий сон, придали ей сил после тяжелого дня. Тинни переминался с ноги на ногу, прижав уши к голове, и держал в тоненьких ручонках огромную для его роста книгу. — Молодая хозяйка, хозяин передал Вам это, - тихонько пролепетал эльф, протягивая ей книгу о магическом усыновлении. — Ох, Тинни… Не стоило… Это могло бы подождать до утра, - потягиваясь в кресле и отгоняя сон, ответила Гермиона. — Но хозяин очень просил, – пролепетал эльф в ответ, - Хозяин беспокоится о молодой хозяйке, хозяин любит… — Тинни! – воскликнула Гермиона, зажав уши руками и зажмурив глаза. – Ни слова больше!       Тяжело дыша, она прошла на кухню и заварила зеленый чай. Держа чашку подрагивающими руками, Гермиона опять села в кресло. Тяжелая книга, лежащая на ее коленях, делилась с ней своим теплом. Древняя магия материнства, которой была наполнена эта книга, придала энергии и сил. Воспоминания прошедших дней ощутились острее и Гермиона достала свой школьный альбом, с которым никогда не расставалась. Открыв на последних страницах, она взглянула на общую колдографию – здесь были студенты всех четырех факультетов их потока пятого курса: вот Гарри со съехавшими набок очками; Рон с растрепанными волосами; Невилл с вечным колючим спутником; Пэнси вертит в пальцах кокетливо какой-то цветок; Малфой, который смотрит куда-то в сторону… В ее сторону… А что она? Она сама просто улыбается в камеру. Гермиона достала колдографию из альбома и задумчиво провела пальцем по щеке Малфоя. Почему она раньше этого не замечала? Тряхнув головой, чтобы отогнать от себя глупые мысли, она поставила ее на каминную полку, трансфигурировав из щепки красивую рамку. Грустно улыбнувшись колдографии, она посмотрела снова на лицо Малфоя – здесь он ничем не напоминал того взрослого парня, с которым она сейчас работала бок о бок. Неестественно светлые, растрепанные ветром волосы, казались такими притягательными, что хотелось зарыться в них руками… — Так! Стоп! Возьми себя в руки! – сказала она сама себе и, бросив последний взгляд на фото, взяв в руки книгу, погрузилась в чтение. *** — Я сделал все как Вы просили, хозяин, - оповестил Драко появившийся комнате Тинни. — Как она? — О, молодая хозяйка отдыхала и очень переживала… — Переживала? Все в порядке? – сделав равнодушное выражение лица, спокойно спросил Драко, чтобы не выслушивать в очередной раз хвалебные песни в ее честь от эльфа. — Она тоскует по Вам, молодой хозяин! Тинни знает! Тинни все видит! – гордо ответил довольный эльф, часто закивав головой. — Это не так. Ты можешь быть свободен! – сев в кресло, бросил ему недовольно хозяин в ответ, уткнувшись лицом в ладони.       Драко был несколько раздражен не столько от откровений эльфа, сколько от того, что знал о том, что Гермиона не могла о нем переживать, а тем более думать. Она была сегодня довольна счастлива, когда он увидел ее сегодня вечером с каким-то незнакомцем. Раньше он никогда не видел его, но весь его лоск говорил о том, что он вращается в высших кругах. Простому смертному не по средствам так одеваться и манеры говорили сами за себя. Может он даже был из какой-то чистокровной семьи или зажиточный наследник-полукровка. На простого путника явно не походил, но и на постоянно проживающего тоже. Каким образом он здесь оказался ему тоже было неизвестно. Окрестив его для себя «мерзким типом», Драко ходил из стороны в сторону по комнате. Злость накапливалась с новой силой, а слова матери вновь и вновь повторялись в его голове: «Можешь называть это как угодно, Драко…» Сердце заколотилось с бешенной силой и ему хотелось разнести все вокруг. Стук в дверь прервал его размышления, и ничего не оставалось делать, как пригласить пришедшего. — Все в порядке, сынок? – Нарцисса обеспокоенно посмотрела ему в глаза, склонив голову набок. — Да, мама. Все хорошо. Как всегда… - тихо ответил он. — Мне кажется ты чем-то обеспокоен… - скорее утвердительно заключила Нарцисса. — Да. Этот разговор с отцом… Я не должен был себя так вести. Мне, наверное, надо извиниться… - опустив глаза, виновато ответил Драко, помня о том, как мать может искусно вывернуть его душу наизнанку. Нарцисса всегда была хорошим собеседником и могла дать ценный совет, но иногда самые потаенные мысли хотелось оставить при себе и ни с кем ими не делиться. — Знаешь, Драко, я тоже была в твоем возрасте. Я тоже… А, впрочем, не важно! Мы с твоим отцом любим тебя и единственное наше желание заключается лишь в твоем счастье. Делай так, как велит тебе сердце. — А если оно ничего не велит? – слабо улыбнулся в ответ Драко. — Если оно ничего не велит, - задрав нос и искоса смотря на сына, сказала Нарцисса, - то можешь спать спокойно до тех пор, пока у него не появится более-менее связная речь! — Это была шутка? – неуверенно спросил Драко совершенно ничего не понимая. – Как это понимать? — Ты уже большой мальчик, Драко! Не мне тебе говорить, что нужно делать. – с этими словами Нарцисса покинула комнату, оставив последнее слово за собой и добавив еще больше нервозности к его общему состоянию. ***       Слабый звук будильника разбудил Гермиону вовремя – ей снился довольно странный сон: люди в длинных черных балахонах ходили вокруг нее напевая протяжную песню, вокруг кружили странные птицы со светящимся оперением, а какой-то жуткий голос завывал: «Отдай мне его!» Открыв глаза, Гермиона поняла, что это был лишь сон и облегченно вздохнула: «Приснится же такое!»       Прошлепав босыми ногами на кухню, она сделала себе чашку горячего кофе, который ее окончательно взбодрил. Мадам Трелони как-то сказала ей, что прорицания это нее стихия, после чего этот курс Гермионой был «успешно» заброшен за ненадобностью. Списав жуткий сон на утомляемость и малое количество сна, она попыталась выкинуть его из головы, но жуткий голос еще несколько раз завывал протяжно в ее голове.       Министерство встретило уже привычной суетой перед началом рабочего дня. Тут и там появлялись волшебники: кто-то спешил занять свое рабочее место, кто-то переговаривался в атриуме, кто-то записывался на прием и регистрировался дежурным с проверкой волшебной палочки. Столкнувшись с Забини, Гермиона вспомнила, что он должен был найти информацию по кристаллу, но так ничего и не предоставил. — Оу! Блейз! Какой приятный сюрприз! Ты ничего не хочешь мне сказать? – саркастично и без приветствия начала она. — Доброе утро, мисс Грейнджер! Доброе утро! – с таким же сарказмом попытался ответить ей Блейз, но его некстати начал разбирать смех и все усилия прошли даром, - А должен? — Твое задание… Надеюсь, ты понимаешь, о чем я? – уже строго, прищурив глаза, задала вопрос Гермиона, сложив руки на груди. — Рабочий день еще не начался, но так хочется тебя помучить… - за что сразу получил папкой по голове. — Не бушуйте, мисс Грейнджер! Сейчас все будет! – картинно корчился Забини, пропуская ее вперед, - Сейчас все будет!       Вывалив на стол кучу исписанных пергаментов, он тут же начал рассказывать о том, что успел найти за это время. — Я нашел их ПЯТЬ! Ты представляешь себе это? Пять применений кристалла! И они все настолько сложные! — Сложнее, чем сварить оборотное зелье? – скептично заметила Гермиона. — Оборотное зелье? Ну ты не сравнивай, пожалуйста! Оборотное зелье вообще доступно только профессионалу! — Пф-ф-ф… Второкурснику же доступно… — Второкурснику?! Ну ты загнула! – увидев ее серьезное выражение лица, он продолжил несмело: - Ты ведь сейчас пошутила? Ты… Это? О, Мерлин! Ты сварила оборотное зелье на втором курсе??? — Не хочу вдаваться в подробности… ммм… Так что там с кристаллом? – как ни в чем ни бывало продолжила Гермиона, которую несколько развеселила реакция Блейза. — Ты… Нет… Да как?.. Драко! Нет, ну ты представляешь? Что она… - Блейз хватал воздух ртом и не мог успокоиться. — Не вижу в этом ничего особенного. Она же везде успевает. – ответил Драко, пристально глядя ей в глаза, - Абсолютно везде.       Хмурое настроение друга несколько освежило Блейза. Настороженно посмотрев в его сторону, он уже спокойно разложил пергаменты на столе и принялся рассказывать о каждом способе применения кристалла. Оказалось, что память можно изменить не только незаметно для человека, но, как с его согласия, так и без. Только вот чтобы потом избежать ряда неприятных последствий, нужно было провести очень много различных действий. Один из возможных способов, который подходил под описание, включал в себя возвращение памяти за предшествующий год и не более. Именно об этом и говорили те двенадцать свечей, которые были поставлены вкруг. — Четыре смены времени года, четыре стихии, четыре времени суток… Все сводится к числу четыре. Это странно, не находите? – спросил Блейз, явно сомневаясь. — Совпадение и только! Тут говорится только о прошедших событиях в течение предыдущего года! Четыре стихии и смены времени суток только лишь придают окраску самому ритуалу возвращения памяти! – скептично заметила Гермиона, - Магическая сила заключена лишь внутри круга, а не вне его. Нас хотят всего лишь запутать. — Но ведь… - сопротивлялся Забини. — Она права. Все эти дополнительные «атрибуты», так заботливо разбросанные вокруг, всего лишь хотят нас запутать, - заметил Драко, - Они не имеют должной последовательности и расположены действительно так, будто их разбросали, а не расставили по нужным местам. Этот ритуал еще можно сравнить с ритуалом привлечения силы и могущества, но тут ведь есть кристалл… Он определенно дилетант в этом! Или считает нас дилетантами… — А может он вообще не думал и не гадал, что это все обнаружится, и накидал это все на «всякий случай»? – промямлил недовольно Блейз, собирая осколки своей работы, с которой он провозился очень долго. — Именно так все и было, -пробормотала задумчиво Гермиона, пытаясь воспроизвести по памяти картинку той комнаты. – Зачем ему возвращать память и потом убивать Эйвери? — Напомнить кое о чем? Наверняка это "что-то" не лучший эпизод из жизни Эйвери, раз уж только благодаря этим воспоминаниям он мог раскаяться… — Блейз, ты гений! Скорее всего это было действительно так! Раскаяние! Тленная вода! – Гермиона тут же лихорадочно начала строчить на доске уже привычные глазу схемы и делала знакомые им пометки — Раскаяние в чем? В связях с пожирателями смерти, убийствах, издевательствах, применении темных заклятий? Не слишком ли большой послужной список для этого? - недоверчиво отнесся к этой версии Забини. — Может быть... но факт остается фактом - Эйвери раскаялся в чем-то, а его сердце используют для обряда очищения души. — И что нам теперь делать, Грейнджер? – вопросительно посмотрев ей в глаза, спросил Драко.       Гермиона встретилась с ним взглядом и в этот миг мир остановился… Но лишь на миг. Нужно было принимать какое-то решение, а решения не было. Они зашли в тупик. В этот момент назойливая птица влетела в раскрытое окно и, бросив сверток на стол, тут же улетела, не дожидаясь награды. В аккуратно запакованном пакете лежал очаровательный букет с цветами невиданной красоты, в центре которого красовался поистине королевский цветок, названия которого Гермиона не знала и никогда его не видела. Взяв букет в руки, она увидела маленькую открытку:

«Уважаемая мисс Грейнджер! Еще раз молю Вас о прощении за тот нелепый случай, когда я своим невежеством и неуклюжестью посмел Вас сбить с ног. Этот скромный букет я приношу в знак извинения и приглашаю Вас на ужин в милое кафе напротив самого чудесного в мире книжного магазина. Я готов ждать Вас с нетерпением и надеждой каждый вечер. Искренне Ваш Кристиан Эври.»

      Прочитав послание, Гермиона невольно улыбнулась, нежно провела пальцем по удивительному цветку, вытащила его из букета и приколола к волосам. Раскрытая открытка лежала на столе и ни для кого не осталось секретом ее содержание. Гермиона мечтательно покружилась и прижала ладони к горящим щекам. Драко, увидев это, резкими шагами вышел из кабинета, а Блейз поплелся за ним: — Странная она какая-то сегодня, не думаешь? – отпивая кофе начал разговор Блейз с явно недовольным другом. — Это ее нормальное состояние! – резко ответил Драко и, взяв пергамент и перо в руки, начал писать письмо, попутно призывая министерскую сову. — Что за срочность писать любовные послания на рабочем месте? – хихикнул Забини, увидев на конверте имя адресата. — Это не любовное послание, а всего лишь встреча. Отец считает, что Гринграсс будет мне отличной партией. — Могу поинтересоваться какая из них и давно ли ты воспылал к «ней» чувствами? – удивленно спросил Блейз и захлопал глазами так, что даже желание шутить пропало напрочь, - Я думал твое черствое сердце принадлежит одной единственной и неповторимой. Я ошибся? — Никому и ничто не принадлежит. – Драко устало потер виски и прикрыл глаза.       Блейз смотрел на друга, который отрешенно пялился в пергаменты, принесенные Забини, без всякого интереса. Вытаскивать из него какую-либо информацию было бессмысленно только потому, что этой информации не было. — Что у вас с..? – напролом начал Блейз. — Смотри сюда, Блейз! – внезапно подскочил Драко и ткнул пальцем в какую-то строчку.       Блейз несколько не ожидал такого поворота событий и чуть не опрокинул чашку с кофе. Каждая строчка этой работы была ему известна, и он совершенно не понимал, что же так взволновало Драко. Работая в министерской библиотеке, он чувствовал себя ужасно. Прохладное помещение с высокими готическими окнами напоминало ему Хогвартс, если бы не снующие взад и вперед сотрудники, шарканье ног которых отвлекало и не давало работать. Теперь понятно, почему мадам Пинс так трепетно относилась к тишине и порядку в библиотеке. — Здесь сказано, что вернуть память может только тот, кто ее изменил! – Драко нервно заходил по кабинету из стороны в сторону, пытаясь построить какую-то логическую цепочку. — А если этот «стиратель» был не один? Ну, чисто теоретически? – предположил Блейз. — Мотив? — Месть? Ну, опять же теоретически… - опять же предположил Блейз, - Мне кажется, что мы сейчас все либо усложним, либо еще больше запутаем. — Займитесь лучше чем-нибудь полезным, а не бесцельным перебиранием бумажек. - безэмоционально пробубнила себе под нос мисс Оуэн и положила перед ними стопку новых дел, - Это вам от мисс Грейнджер!       Парни молча переглянулись и начали перебирать новые дела. Тихонько пробормотав: «Что за чушь?» - Блейз пересматривал все новые и новые письма, прошения и прочие бумаги. Наконец они оба не выдержали и вломились вдвоём в кабинет к Гермионе. — Грейнджер!.. – начал Драко, но договорить ему не дали. — Мисс Грейнджер, прошу заметить, мой друг, - пропела Гермиона в ответ и мило улыбнулась ему, обезоружив напрочь. — Хорошо! – безапелляционно согласился Драко, считая, что на препирания нет времени и сил, и с грохотом опустил стопку на стол, - Но как это понимать? Что это значит? С каких пор то, что мы делаем, оказывается вдруг бесполезным? — А вы что-то делаете? Судя по продвижению дел, подвижек нет никаких, и я передала это дело более компетентным сотрудникам. – пожала плечами Гермиона, - Займитесь новыми поступлениями и не морочьте мне голову. Ступайте. — Эльфы, гоблины, разрешения?! Она что издевается? – выйдя из кабинета, возмутился Драко, - Более компетентные сотрудники? — Ммм… Знаешь, я тут подумал… Странная она сегодня все-таки… Что за поклонник у нее такой, что она совсем с катушек слетела? — Видел я вчера ее с этим «поклонником»! Шли по улице и обжимались, как влюбленная парочка! Мерзкий тип! Откуда он только взялся?! – продолжал бушевать Малфой, подпитанный новыми поводами для злости. — Ах, вот оно в чем дело! – расхохотался Блейз, - Ты ревнуешь? Да-да, именно так! — Все не так, Блейз! – с нажимом ответил Драко, пристально глядя ему в глаза. — Вот она таинственная дама сердца! - продолжал издеваться друг, - А я-то думаю, с чего это ты вдруг «свидания» назначаешь дамочке, о которой слышал в последний раз тогда, когда она впервые села в Хогвартс-экспресс.       Распаляться было бессмысленно, но неприятный осадок на душе остался. Решив, что оставит последнее слово за собой, Драко решил успокоиться и напомнил другу: — Это в тебе говорит сейчас твоя ревность, Забини, не так ли? Эта малявка, как ты изволил мне напомнить, о которой я слышал в последний раз, когда она впервые села в Хогвартс-экспрессе, не твоя ли сердечная подруга? – прищурив глаза, шепотом начал Драко, - Уж не ты ли на нее заглядывался еще с того момента, как она переступила порог Хогвартса? Так кто ревнует? — Займись уже делом, - кинув в него очередное письмо, лениво ответил Блейз, на лбу которого образовались мелкие капельки пота. ***       Если бы кто знал, какой долгий это был рабочий день. Гермиона нехотя перебирала документы, предвкушая встречу с Кристианом. Этот молодой человек ее совершенно очаровал. Его темные глаза постоянно улыбались, а крепкие сильные руки всегда могли удержать и не дать упасть. Целый день томительного ожидания подошел к концу, и она выскочила из министерства, даже не попрощавшись с остальными сотрудниками. Такое было у нее впервые. Обычно Гермиона задерживалась на рабочем месте некоторое время, но сегодняшний день был особенным. Она шла по улице, поглядывая на свое отражение в витринах магазинов и лавочек, радуясь каждому прохожему. Мелодичный колокольчик оповестил хозяина о новом посетителе. Кристиана нигде не было, что очень расстроило Гермиону. К ней подлетела, непонятно откуда взявшаяся, Джинни. — Гермиона, почему так долго? Мы ждем тебя уже тут полчаса! – тараторила подруга, ничего не понимающей Гермионе, - Обычно ты не задерживаешься ни на секунду. Что произошло? — Ох, Джинни, прости! У меня сейчас встреча… - протянула Гермиона, но один момент ее смутил, и она удивленно спросила: - А мы должны были встретиться сегодня? — Не пугайте меня, мисс Грейнджер! Мы должны были сделать это еще вчера, но ты сама перенесла нашу встречу… - пришел черед удивляться Джинни. — В любом случае у меня сейчас другая встреча и я не могу ее отменить, прости, - виновато ответила Гермиона, ища в зале глазами Кристиана.       Колокольчик опять мелодично пропел и в кафе вошел Невилл, споткнувшись о небольшой выступ порога. — Нэнси, когда уже починят эти ступеньки? Постоянно о них спотыкаюсь, - пробурчал Невилл и, увидев девушек, решил подойти поздороваться. — Привет! О, что это? – спросил Невилл и, аккуратно достав цветок из ее волос, покрутил его пальцами, рассматривая со всех сторон, - Ммм… Достаточно редкий экземпляр… - с этими словами он выкинул его в раскрытое окно. — Что ты делаешь, Невилл? – воскликнула Гермиона чуть на заплакав, увидев, как прекрасный цветок был растоптан прохожими. — Ты хотя бы знаешь, что это было за растение? - невозмутимо спросил ее Невилл.