Свет во тьме

       Омег мыли парнишки, видимо специально для этого нанятые. Себастьяну было неловко, когда его рассматривали с ног до головы. Хотелось смыть этот пристальный взгляд.        На время красноволосая девушка вышла из купальни. За ней удалились некоторые беты, через минуту уже неся какие-то ткани.        После мытья их поставили в ряд и перед каждым заложником положили по стопке этих тканей. — Можете посмотреть, они не укусят вас, — насмешливом произнесла Мэйлин, видя, как некоторые парнишки немного трясутся.        Омеги тут же спустились на колени, поднимая ткани и с удивлением замечая, что это одежда.        Себастьян надел широкие на бёдрах шаровары, украшение тонкими витиеватыми золотыми линиями, и тёмные балетки на ноги. Это всё… — Здесь не маловато ли одежды? — тихо пробубнил брюнет, но Хазнедар-уста всё услышала и в миг оказалась рядом, грубо поднимая его на ноги. — Если тебя что-то не устраивает, то мы вообще не будем давать тебе эти шикарные одеяния. Вы и этого не достойны!        Себастьян стиснул зубы и опустил голову. — Ты раскаиваешься? — скучающим тоном проговорила девушка.        Себастьян кивнул, выдыхая. Это так унизительно… — Запомни! Это всех касается! — гордо заявила Мэйлин, — когда ты провинился, нужно присесть в поклоне и извиниться. Лучше вообще не совершать ошибок, что бы, не дай бог, вы не разочаровали нашего великого повелителя! А теперь, я советую вам одеться и не возникать…        Через несколько минут они уже шли по узким коридорам. Себастьян, опустив голову, хмуро уставился перед собой. Они принадлежат падишаху… Это значит, что их статус в этом дворце — вещь. Ну, вообще это логично. Их же продали, как вещи. С ними обращались как с низшими формами развития. Как же он раньше не понял, что, ступив на борт того корабля, он уже стал чей-то собственностью?        Остальные лишь робко рассматривали коридоры и красивые украшения. Факелы освещали пространство. Вся атмосфера замка казалось омежкам чужой, не своей. Неловко встав за девушкой, парни переглянулись. Куда их привели?        Помещение, в которое они зашли, было тем самым залом, в котором они находились в самый первый раз. — Представляю вам наших новых наложников, — проговорила Мэйлин. — Я надеюсь, вам не нужно напоминать правила приличия.        Все присутствующие кивнули, отводя взгляд. Красноволосая довольно улыбнулась. Ей нравилось ощущать полноту власти.        Когда девушка стала подниматься по лестнице, на неё кто-то налетел. Мэйлин грозно посмотрела на нарушителя правил, но как-то только она поняла, кто перед ней стоит, смягчила взгляд. — Финни, ты что здесь делаешь? Потерялся, что ли? — Н-нет, простите, Мэйлин-сан! — в робком поклоне проговорил блондин, — Я от повелителя. Он велел найти вас! —слишко эмоционально протараторил Финни. — Повелителя? Ты что у него делал? —настороженно спросила Хазнедар-уста. — Он сказал, что ему не нравится, кем я работаю. И пока не решит вопрос моей должности, если так можно сказать, я буду при нём. — Поздравляю! — искренне улыбнулась правая рука матери султана. — С чем? — Господин лично решил устроить тебя. Его поддержка много стоит. Не разочаруй его! — наставительно сказала она и стала подниматься по лестнице, слушая клятвы парнишки.        Уже стоя перед покоями султана, девушка стала ощущать волнение. Она нередко сталкивалась с Шехзаде, но тогда он не был повелителем великой империи, а только неопытным принцем. Какая-то непонятная тоска засела в сердце. Столько времени прошло.        Стража постучалась в дверь, и через несколько минут открыла их, впуская гостью.        Мэйлин опустила взгляд и голову, заходя в покои.        Эта комната отличалась от всех: она была просторной, не было большого количества мебели, но они находились в полнейшей гармонии со всем убранством и роскошью помещения. Всё было выполнено в синих тонах по приказу матери Сиэля. Рейчел считала, что этот цвет идеально сочетается с синевой глаз её сына.        Сам же Сиэль важно сидел на кровати. Из его спальни было три выхода: один вёл в так называемую гостиную, где были одни диванчики и низкий стол. Сбоку стоял искусно украшенный камин.        Второй вход вёл в левую часть замка. Через эти проходы он появлялся в разных залах дворца.        Быстро подойдя к владыке, Мэйлин грациозно опустилась на одно колено и поцеловала полы одеяния государя в честь уважения. — Здравствуй, Мэйлин, — улыбнулся Сиэль, одобрительно смотря на правую руку матери. Девушка всегда заставляла всем своим видом проявить уважение. Он часто обращался к ней за советами будучи маленьким. Здесь скорее всего играет то, что она была с ним с детства. — Я рада вас видеть, повелитель, — проговорила дрожащим голосом девушка и поднялась с колен, несмело заглядывая в синие глаза.        Фантомхайв по-доброму усмехнулся и покачал головой. — Не стоит боятся меня. Я всё тот же… Тот же… — тихо повторил Сиэль. — Вас что-то тревожит? — Нет, — будто очнулся парень и тряхнул головой, — позови сюда Алоиса. Я уже давно приказал ему готовиться. Мой приказ был исполнен? — гордо спросил молодой падишах. Непривычно было ощущать себя Властелином, но он к этому быстро привыкнет. — Да, конечно, повелитель. Мы не смеем ослушаться вас, — снова поклонилась Мэйлин. — Сейчас приведу его, господин.        Снова, повернувшись спиной к Сиэлю лишь около двери, она направилась в нужном направлении. Если он ещё не готов, она лично убьёт кого-нибудь сегодня…

***

— Как я выгляжу?! — обеспокоено интересовался блондин, быстро шагая в покои повелителя. — Да всё идеально. Шагай быстрее! — раздражалась Мэйлин. Этот паренёк вообще не должен был быть любимчиком Султана. Нищий из какой-то сгоревшей деревни и добился таких для наложника высот. Это немыслимо! — Скоро придётся обращаться ко мне на «вы», Мэйлин! — самодовольно прошептал Алоис, и она скрипнула зубами от злости. — До этого ещё дожить надо, —оскалилась девушка.        Сиэль встретил блондина улыбкой. Нежной и довольной одновременно. Султан оглядел парня, что с почтением поцеловал протянутую ему руку и прислонился к месту поцелуя лбом.        Блондин был одет в шаровары цвета солнца и золотым поясом. Почти всё лицо скрывала светлая ткань, которая цеплялась за заколки за ухом. Эта ткань закрывала так же всё тело пленника до нижней части одежды. — Я так рад видеть Вас, мой господин, — похотливо стрельнув глазами, омега плавно опустился на колени, любовно поглаживая колени своего альфы, — я так долго ждал, так скучал, повелитель, — немного жалостливо протянул блондин, с покорностью в глазах смотря в красивые очи своего Повелителя и с удовольствием замечая в них довольные искорки. Как же альфы любят доминировать.        Подав Алоису руку, альфа помог встать и прижал парня к себе, обнимая за талию и медленно спускаясь руками ниже. Медленно стянув ткань с лица, Фантомхайв удовлетворённо заметил, что подкрашенные ресницы омеги затрепетали ещё сильнее. В эти моменты Сиель испытывал неимоверную гордость. Именно он владеет этой омегой, больше никто. — Я тоже скучал по тебе, — прошептал прямо на покрасневшее ушко омеги Сиэль, — всё время думал о тебе, — Фантомхайв приник губами к метке Алоиса, медленно обводя её. Омега осмелился обнять альфу за шею, захлопав длинными ресницами и с восхищением рассматривая жениха, чувствуя жар его тела.        Внизу живота завязался узел. Свободные штаны уже начали намокать, и омега пытался украдкой потереться о парня.        Прижавшись к широкой груди и подрагивая, Алоис вдохнул свежесть леса и зажмурился. Он ведь действительно скучал.        Его внезапно подняли на руки, от чего блондин сильнее обнял падишаха за шею и испуганно охнул. Но когда его опустили на кровать, он довольно облизнулся и впился в розовые губы поцелуем…

***

       «Будучи свободным я не знал, какого это — жить в гареме. У меня была любящая семья, своё хозяйство, я был действительно счастлив. Почему они считают, что имеют права продавать людей? Омеги же тоже люди, хоть половина мира этого и не признаёт.»        Брюнет сидел на мягкой перине, отведённой ему в качестве кровати, и одевал на маленькие подушки шелковистые наволочки. Как только они разошлись по своим местам, выбирая, кто где будет спать (удивительно, что тут им предоставили право выбора), им сразу же раздали поручения.        Кто-то должен был убираться, подметать, протирать небольшые шкафчики, а кто-то должен был убраться в комнатах каких-то господ.        До ушей Себастьяна долетел возбуждённый шёпот двух омег, которые получили такое же, как и у него, поручение. — Опять этот выскочка в покоях повелителя, — прошипел не хуже змеи паренёк с длинными русыми волосами, заплетёными в косу. — Да, — грустно опустил взгляд в пол брюнет.        Они уже были тут, когда Себастьяна привезли в гарем. Значит, от них можно хоть что-то узнать. — Я не понимаю. В нём же ничего особенного. Обычная омега. Мы в сто раз лучше его. Так почему государь постоянно выбирает эту выскочку? — психовал омега, раздражённо откидывая ткани от себя.        Одна из служанок, кто следит за выполнением работы в гареме, раздражённо посмотрела на парня, и тот снова принялся за работу, не желая получить наказание. — Повелитель так добр к нему! Я тоже хочу получать каждую неделю украшения и красивые одеяния, хочу, что бы господин уделял внимание лишь мне! Тем более после того, что он сделал… — Рик, умолкни, а то нам влетит. Молись, чтобы шестёрки Алоиса не услышали тебя. Доложат ведь! — друг омеги уже был достаточно раздражён.        Себастьян закончил выполнять приказ и стал раскладывать постельное бельё по перинам. Слишком много он ещё не понимал. Нужно было разобраться по-лучше.        Брюнет медленно раскладывал подушки и подслушивал более старших омег. «Султана я ещё не видел, но по перешёптыванию здешних омег могу сказать, что он добрый, но проявляет это качество редко. Богатый шейх с огромными владениями. Понятно, зачем за него все цепляются.»        Ещё он услышал, что султан хочет взять в жены омегу, которого подцепил в этом гареме. Его вроде Алоис зовут… Если у него уже есть омега, то зачем ему гарем? Странно… «Некоторые омеги зверски завидуют Алоису, а некоторые… Хотя о чем это я? Завидуют все. Многие вздыхают и в мечтах представляют султана, который ласкает их тела и… Брррр…»        Никто не может нормально описать шейха, от вздохов уже окна потеют.        Перед сном зашла Мэйлин и стала пренебрежительно осматривать наложников, что выстроились в ряд, стоя в жутко неудобных льняных шароварах. Ткань больно тёрла кожу, но лучше Себастьян не будет нарываться, высказывая своё недовольство.       Он слышал, что наказания Султан назначает нехилые. Говорят, когда Алоис стал сопротивляться Сиэлю в первую ночь, на тот момент ещё Шехзаде сослал его в одно место за окраиной столицы. Через неделю его вернули, и блондин уже ни разу не посмел перечить Господину. Но это только слухи, скорее всего… — Завтра, в честь нашего великого повелителя, мы устраиваем праздничный вечер и заодно представим вас нашему несравненному Государю. Советую настроится морально к этому вечеру.       Ничего не пожелав на ночь, девушка вышла из зала, громко хлопнув дверью.       А Себастьян уже знает, что не сможет сомкнуть глаза этой ночью и будет всё время думать о завтрашнем дне.