еnstarstories

      Кейто брезгливо поморщился. От рыжего волка, метр в холке да сто кило веса, невыносимо разило мокрой псиной. Сперва не разобрать было, где свалявшаяся шерсть от дождя, а где от крови, но когда тот шагнул всеми четырьмя лапами в круг света, у Кейто сердце к глотке подскочило.       Волк раззявил пасть. Кожаные сапоги со следами зубов тяжело громыхнули об пол.       Их Кейто подарил ему спустя неделю иждивенчества; сказал, что нечего босоного расхаживать по городу, хочешь выглядеть, как человек, то будь любезен веди себя соответственно и выгляди тоже. Куро даже не пытался возражать; думал, что гримасу от дискомфорта кривит незаметно, но Кейто заметил. И вечером, как бы между прочим, царапая пером сухой пергамент, поинтересовался, не отнести ли обувь сапожнику, не попросить ли сделать дополнительные накладки изнутри, чтоб отросшим когтям комфортнее было.       Куро впервые в жизни при нём завилял хвостом.       — Обращайся, надо раны обработать, — тяжко выдохнул Кейто, прикрыл глаза, устало потёр переносицу. Раньше он бы сказал, что не станет со своевольной псиной возиться, но время шло, лояльность росла, нравоучений становилось меньше.       — Я не буду смотреть, — пообещал он в который раз и скрылся в кладовой.       Куро, пока стискивал зубы от трещащих костей да рвущихся сухожилий, краем уха слышал стук склянок, сбивчивое бормотание под нос вперемешку с руганью.       Он с трудом выпрямился, покачнулся на нетвёрдых ногах, сморгнул слёзы.       К обращению не привыкнуть.       Кейто из полумрака то ли ахнул, то ли дух испустил — не разобрать было, так в голове гудело. Куро опустил взгляд вниз, оглядел своё нагое тело. Затянувшиеся, было, раны закровоточили с новой силой. Только пока под кожей клубился жар, а сердце гнало по венам адреналин, боли от них он не чувствовал. Зато на лицо Кейто взглянешь и покажется, что чувствует её он.       — Во имя благоразумия, не мог бы ты быть осторожнее? — руки у него дрожали. Он разогрел в ладонях какие-то твёрдые, зверско пахнушие масла — и Куро зашипел, когда те плёнкой покрыли вспоротые рёбра.       Собравшись с силами, выдохнул:       — Я нашёл од--... одного из них.       — И? — Кейто встал у него за спиной. Узкая ладонь прошлась вниз по острым позвонкам. — Понравилось драть ему глотку?       — Откуда ты… ай! — Куро вздрогнул. Кейто промял пальцами края раны под левой лопаткой. Кровь чернильными кляксами брызнула на его пальцы, а у Куро звериные уши встопорщились из копны волос. Шерсть на хвосте вздыбилась.       — Клинки с ядом были, — пояснил он быстрее, чем Кейто успел возмутиться. А затем глянул через плечо, осклабился: — Пришлось решать, что важнее: информация или один крошечный порез.       Кейто проследил за тяжёлой каплей пота, процарапавшей его висок, и резюмировал:       — Кретин.       Куро улыбнулся и опустил голову. Ведь не поспоришь. Но Кейто не осуждал: знал, как важно для Куро отыскать сестру. И как винит тот себя, что недоглядел — поди найди в нынешние века оборотней такого редкого окраса. От незрелой малышки толку мало было, поэтому хоть и с опаской Куро поглядывал на кожевников и меховщиков, но был уверен, что время есть. Не много его, но есть.       От благодарности и прилива странно-горячей нежности в раненой груди стало тесно. Точно под ладонью Кейто, которая замерла напротив сердца.       — Ещё раз явишься в таком виде — на ковёр пущу.       — Больше не повторится, — пообещал Куро, но оба понимали, что повторится.              Сапоги Кейто приставил к камину. Нравоучительно покачал головой на сквозные следы от зубов, видно было по выражению лица, как клубится внутри ком морали да нравоучений. Но — промолчал. Запретил лезть в кровать, даже обращённым.       — Издеваешься?! Я только тебя в порядок привёл, хочешь мне постель кровью залить?       Куро согласился, потому забрался с ногами на мягкую козетку, а Кейто, помявшись немного, устроился рядом. Привалился к его горячему боку спиной, запрокинул голову и потёрся затылком о плечо. Ни слова не сказал про одежду, но Куро и сам в состоянии был хотя бы штаны натянуть. Не без проблем, зато сам!       — Нашёл повод для гордости, — читалось в глазах Кейто.       Он немного поёрзал, а Куро, поморщившись, приобнял рукой да непросохшим хвостом, который Кейто тут же брезгливо оттолкнул.       — Не нравится мне цвет твоей крови. Вероятно, потребуется помощь.       — Того красноволосого мага?       — Того “красноволосого мага”. Яды и дикие волки не мой профиль. Я всё-таки чистописец, а не лекарь.       И не воин, — подумал про себя Куро. Но явно столь же безрассудный, раз втащил в дом приблудившегося рыжего волка и разрешил остаться.       Жар опалил щёки и шею.       Куро дёрнул ухом и потянул носом воздух: бадьян и расторопша. Наутро ему станет дурно, но он знал — Кейто присмотрит. Поругается, конечно, будет смешно расхаживать взад-вперёд и слишком уж сильно нервничать для того, кому дела нет до своевольной псины. Но будет рядом и даже за руку себя подержать даст, как сейчас, сплетя пальцы в замок и выровняв дыхание.