Wonderbolt camp (hum)

Всё не так. Вообще всё. Они стоят при параде у фонтана и ожидают вердикт, а два часа назад они убежали с места катастрофы, спасая свои задницы. Они смотрят на неё. Ей помог дойти и присесть на бортик Файер, который два часа назад на руках унёс её от места крушения, а они ждут, что она оставит их в лагере после того, как бросили её, прибитую крылом самолёта. Та самая, которая ненавидит её с первого дня в лагере, которая должна была очень давно её выгнать... Та, которую она, дрожащую, обнимала после взрыва, пытаясь успокоить. А Соарин придерживает за руку ту, которая доносила на него и на его возлюбленную. Ту, которую он вытягивал из кабины, голыми руками вырвав заклинившую дверь. Крушение, которое возникло из-за того, кто всех спасал. Кто убивал только убийц. Всё не так. —Капитан, вам уже лучше? Рейнбоу присела на корточки возле Спитфайр, взглянув командиру в глаза. Женщина устало улыбнулась и махнула рукой. —Завтра уже бегать буду. Не переживай, Дэш. Всё не так... —Я, если честно, больше морально шокирована,— немного погодя, продолжила Спитфайр.— Мне есть что сказать тебе, но не могу собраться с мыслями. —А тебе ещё речи читать,— краешком губ улыбнулся Файер и растрепал начальнице волосы. —Иди ты,— она легонько толкнула его локтём, но тоже сквозь кашель улыбнулась.— Я и так выгляжу, будто меня из мусорного бака достали. —Не сказал бы,— хмыкнул Стрик.— Я бы сказал, что ты выглядишь так, будто на тебя самолёт упал. —Братик, ты осторожнее, а то в тебя сейчас Сильвера бросят,— подал голос Соарин. —Сволочи,— смиренно улыбнулась Спит, покачав головой. Рейнбоу было максимально неловко. С момента аварии она старалась держаться рядом с капитаном, сама не понимая, почему. С одной стороны, она действительно искренне переживала. Какие бы разногласия у них не возникали за этот месяц, Спитфайр всё ещё была её кумиром и женщиной, заслуживающей восхищения. С другой стороны— девушка чувствовала удушение виной перед ней, ведь. в каком-то роде, это была именно её вина, что лидер получила травмы. В горле пересохло. Снова вспомнились их объятия после взрыва, когда ни одна из них не вспомнила, чем её не устраивает вторая. В таких ситуациях вообще не думаешь про такие мелочи, как дисциплина и достижения— всё это меркнет за секунду до смерти, которую ты избежал или которой помог избежать живому человеку. —Пятый идёт, сейчас будем начинать,— прервал её размышления Лайтнинг Стрик. Покорно кивнув, Рейнбоу отошла обратно к строю и встала на своё место рядом с соседками. Взгляд девушки на секунду остановился на Даст, которая, осознав, что её внимание тоже необходимо, придвинулась ближе к вожатым. Хай Виндс настояла на том, чтоб пострадавшие как можно меньше стояли, так что девушку тоже усадили на фонтан. Однако Лайтнинг, видимо, было неловко после аварии как-либо находиться в поле зрения Вондерболтов, так что она почти сразу отсела подальше. —Добрый вечер,— по привычке Спитфайр попыталась встать, но Хай Виндс, закатив глаза, усадила начальницу обратно.— Да, извини. Я рада приветствовать вас на таком... Немного странном отборе, но уж как вышло. Сначала, конечно же, скажу несколько слов о происшествии, которое вы сегодня застали. В первую очередь... —В первую очередь вы долбаёбы, все уволены и отчислены,— прошептала Шэдоу, озвучив, наверное, переживания всех курсантов. —В первую очередь я рада, что все вы живы, а наши с Даст полученные травмы... Скажем так, могли быть и хуже. И за это я премного благодарна, в первую очередь, Рейнбоу Дэш. Сердце йокнуло. Чёрт, нет, нет... —Ведь эта девушка не впервые бросилась в очаг аварии, чтоб спасти людей. Подобный случай происходит уже второй раз, и, к счастью, оборачивается с минимальными потерями именно благодаря Рейнбоу Дэш. Все взгляды устремились на неё. То, чего она так хотела избежать. Кажется, первым начала аплодировать Шэдоу, и через пару секунд остальные присоединились к ней. Уши Рейнбоу вмиг загорелись, а взгляд помрачнел. Здорово. Спасибо, Спит. —И поступила так она, прошу заметить, абсолютно не смотря на то, что у обеих нас были с ней конфликты. Она нам ничего не обязана, верно же? Она могла спасать свою жизнь, однако рискнула ей, чтоб спасти наши. Вот он— истинный Вондерболт. Такая, как Файер и Соарин, которые побежали вслед за ней, не раздумывая. Такая, как Лайтнинг Стрик, Мисти Флай и Хай Виндс, сразу взявшиеся уводить детей от взрыва. Такая же, как я, которая на её месте поступила бы точно так же. И в команде мы хотим видеть именно таких людей. Для этого мы и собрали вас в лагере— чтоб раскрыть ваши истинные личности. Рейнбоу Дэш, это автомат. Спасибо тебе. Аплодисменты стали ещё громче, вот только в её ушах шум отражался глухим эхом, словно из-за стены. Круто. Ты поступила бы точно так же, но считаешь этот поступок чем-то особенным, чтоб дать автомат. До этого все её навыки игнорировались просто из-за того, что она, как и твой Файер, пила алкоголь. Как и твой Вейв, употребляла вещества. Как и твой Соарин, могла проспать пункт в расписании, как и твоя Сюрпрайз, по ночам проводила время с друзьями. Как и твоя Мисти любила вожатого. Но это всё было важнее её навыков, да? Навыков, которые ты так и не оценила. А поступок, который совершил бы любой на её месте— это автомат, конечно же. Не за заслуги, не за талант, не за идею. Просто как плевок в лицо. —Можешь расслабиться,— пробился сквозь эхо голос начальницы.— Ты в команде. —Нет!— выкрикнула Рейнбоу и, расталкивая курсантов, выбежала к фонтану.— Нет, не расслаблюсь! Аплодисменты затихли. Десятки пар глаз снова устремились к ней, обескураженно ожидая её дальнейших слов. Девушка подошла к капитану и села на корточки, чтоб не смотреть на старшую по званию снизу вверх. —Мне не нужна такая победа. Да, безусловно, для меня очень ценно оказаться в команде, это мечта и цель всей моей жизни. Но я хочу добиться этого своими силами. Я хочу продолжать бороться за своё место и получить его честным путём. Соревнованиями, навыками, справедливой оценкой моих умений. Не потому, что я помогла вам. Если каждый за оказанную услугу попадёт в команду— из кого же она будет состоять? Вам нужны профессиональные лётчики? Так позвольте мне показать, что я таковой являюсь! Отбросьте, ради бога, личности. Это касается как положительных, так и негативных оценок меня, как человека. Пожалуйста, хотя бы в эти пять дней оцените именно мои способности. Повисла тишина. Кажется, капитан была немного шокирована такой речью, и сразу не нашла слов в ответ. —Вондерболт,— тихо улыбнулся Соарин. —Да, именно так,— кивнула Спитфайр.— Это то, что я хочу видеть. —И такой она была все эти двадцать пять дней, Спит,— вступился Файер.— А ты меня не слушала. —Но в итоге-то вышло так, как должно было. Она здесь и она проходит дальше. Соарин протянул девушке руку, и та, сглотнув подступивший к горлу ком, подбежала к вожатому и спряталась в его объятиях. —Так,— прокашлявшись, продолжила Спитфайр.— Ещё быстро скажу, что все остальные правильно сделали, что отошли в сторону. Предполагаю, что многих из вас терзают сомнения на этот счёт, однако, если бы я могла планировать экстренные ситуации, я бы сама вас эвакуировала. Нашлись трое бессмертных— я им очень благодарна. Но из-за чужой ошибки рисковать жизнью не должны все курсанты. Я рада, что больше никто туда не полез, потому что в итоге все остались живы. И это для меня главное. Как видите, про сгоревший самолёт я не заикаюсь. Государство возместит ущерб, а жизнь не вернёшь. Так что спасение себя никому в минус не пойдёт, спасибо вам за организованную эвакуацию и отсутствие серьёзных ошибок. Так. Вернёмся к отбору. Хочу напомнить, что я говорила чуть раньше. Второе соревнование должно было показать вашу способность играть в команде. Вондерболт— человек, который умеет сотрудничать в первую очередь. А техника и талант всё равно отработаются за время обучения в Академии. И лагерь показал мне, кто есть кто. Сейчас я уже точно знаю, кого я определённо не хочу видеть в команде. В первую очередь, того, кто за место здесь предал союзника. Кто принял мои условия, которые изначально были хитростью, хоть и имели некоторый личный контекст. И, признаю, если бы она отказалась от них и честно пробилась к сегодняшнему дню— она бы определённо прошла дальше. Однако, своя шкура оказалась важнее той, для кого она была подругой. Таким в команде не место. Спасибо, что оказала мне услугу, но с такой чертой характера в команду я тебя не возьму, Лайтнинг Даст. Взгляды наконец-то оторвались от Дэш и сфокусировались на её бывшей соседке. Забавно, что не удивились только вожатые. Ну да... Кажется, они все знали об этом с самого начала. Только Соарин скептически поджал губы. Всё равно, так или иначе, из-за этого "плана" ему пришлось всю смену ходить со сжатыми булками. —Но Вы обещали... —Обещаний я не давала,— улыбнулась капитан.— Вспомни, как я сказала. "Сделаешь так— пройдёшь отбор." Один отбор ты прошла. В этом я не солгала. Но обещаний попасть в команду не было. —Вы меня обманули!— возмутилась Даст.— Да я же...! —Это ты её обманула! Рейнбоу вздрогнула, совершенно не ожидав, что защита придёт с этой стороны. —Ты обманывала свою подругу с первого дня!— продолжила Вейпор, сжав кулачки.— Ты ради славы мать родную продашь! —Да всё правильно Спит сказала!— встрял Норт.— Что там изначально был за уговор— не важно! Сам факт того, что чел купил себе место под солнцем за предательство— это поступок ниже, чем упал её грёбаный самолёт! —Если Даст пройдёт дальше— я сваливаю отсюда!— выкрикнула Шэдоу.— Продажные крысы пусть на рынке картошкой торгуют! Команда Вондерболтов— это когда "все за одного", вот чем я с детства восхищаюсь! Лайтнинг попыталась встать с места, но вывихнутая нога ей даже уйти не позволила. —Да пошли вы все... Сами на обмане выехали, а меня за это сейчас травите. Младший Стрик, кивнув капитану, помог девушке встать и вызвался провести её до домика под одобрительный гул толпы. Даст выглядела совсем поникшей, и в глубине души Рейнбоу было её даже жаль. —Скажи спасибо за свою живую задницу и не выделывайся!— закричала ей вслед Блоссом.— Ты сейчас спорить можешь только благодаря той, кого предала! —Так, ладно!— перебила гомон Спитфайр.— Продолжим. Строй через пару секунд утих, оставив комментарии на потом, чтоб не злить лидера. —Также вслед за Даст отправляется Линда Фрост. Безусловно, ты замечательно летаешь, если смогла сделать всё так, что до тебя не докопаешься. Вот только у нас велась видеосъёмка. Курсанты, которые подвергают жизни других опасности ради собственной выгоды, нам тоже не нужны. Это предсказуемо. Теперь Спитфайр уже совсем по-другому выглядела в глазах Дэш. Наконец-то. То, на что она надеялась. То, что ей твердили другие вожатые. Лидер, которая смотрит на действительно важные вещи, а не, как казалось до этого, коррумпированная дура, которая отберёт лучших пилотов, несмотря на то, что они редкие уроды. Да, боже, наконец-то. —Я же говорил,— словно прочитав её мысли просвистел Файер.— У Спит своя игра. Она всё это прекрасно видит. Линда, кажется, не ожидала этого. Но за неё никто не стал ни вступаться, ни осуждать. План провалился. —Далее хочу отметить людей, в которых я не заметила командного духа. Тандерлейн, Дэн, Элис, Никки. Вы неплохие лётчики, но в команде вам будет тяжело. Сейчас хочу вас просто попросить не опускать руки, переосмыслить некоторые вещи, получше подготовиться— и я буду рада видеть вас в следующем году на отборе. Долго не буду затягивать: Дирк, Вейпор Трейл, Кори Блейд, Тейлор Рейн. Вам не хватило стремления. Я не заметила за вами желания бороться и целеустремлённости. Вы были под вопросом, однако, в последнее время, увы, я не заметила, чтоб для вас эта дисциплина была важной. Вы словно сразу приняли поражение. И мои недавние слова относятся к вам также: не сдавайтесь. Если я ошибаюсь, и вам важно попасть в Академию— жду в следующем году. Если вы пальцем в небо выбрали профессию— увы, здесь это не так работает. В голове загудело. Соарин, услышав, как у девушки участился пульс, обнял её крепче, и от такого жеста из её глаз сорвались слёзы. Вот и прощание. Вот то, чего она так боялась. Перед глазами пронеслись лица друзей, зубы сжались, тело начало трясти. Но мыслей не было. Вообще никаких. Они покинули её вместе с силами. —Шэдоу Флай, Блоссом Форт, Штормволкер, Дина Флинт, Стар Хантер, Норт Винд, Найт Чейзор, Рейзор Вингс, Дастин Флинт. Вы проходите дальше. В вас я увидела всё, что мне было нужно. Командный дух, помощь и поддержку в сторону союзников, примерные навыки в дисциплине и, что определённо важно— личностные качества, которые совместимы с нашей командой. Следующий отбор пройдёт через пять дней, завтра в семь утра всех жду на собрании. Вечером на поезде уедут те, кто не прошли. Лайтнинг Даст доставит в город Флитфут на самолёте. Всем спасибо за внимание, все свободны. —Почему...— прохрипела Рейнбоу в футболку Соарина.— Почему Хантер прошёл, а Вейпор— нет? Мужчина вздохнул и коснулся губами её макушки. —Вейпор будет тяжело,— он осторожно достал из кармана пачку сигарет и угостил одной из них девушку.— Она хороший пилот, но не для этой Академии. Свяжи характеры всех, кто прошёл. В этот список Вейпор совсем не вяжется. —Но Хантер ублюдок! Она же сама говорила, что ублюдкам в команде не место! Почему Кори не прошёл вместо него?! —Кори разбило прощание с Клауд. Такие вещи не должны мешать. Наши ребята теряли близких, но всё равно вызывались лететь. Спитфайр отговаривала от соревнований Стриков, когда у них умерла бабушка. Отговаривала, Рейн. Знаешь, что они с красными от слёз глазами ей приводили в аргумент? Что для репетиций с кем-то из запаса нет времени. Даже если это крайность— то, что стало с Кори— это обратная сторона монеты. Если разлука на пять дней с любимой девушкой заставила его опустить руки на пути к цели— он не раз подведёт команду. —А Хантер, блять, не подведёт. —Хантер пока что просто дурак, не умеющий любить. Дружить он умеет. И в команде работать умеет. И на практике, как и в теории, он набирает высшие баллы. Вот она и оставила его. Рейнбоу выбралась из объятий вожатого, чтоб не задеть его угольком, и села на край фонтана, задержав пустой взгляд на редеющей толпе. Всё не так. —А Дирк? —Дирк тоже стал хуже проявлять себя. Как видишь, первый отбор он и с наркотой прошёл, я не думаю, что дело в ней. Что-то с ним не так. Если это личные переживания, то повторю то же, что сказал про Кори. —Он отлично вписался бы в команду, Рин. Не смотря на образ жизни, в нём человечности больше, чем в половине других курсантов. Он всегда готов прийти на помощь, он всегда старается поступать правильно, он отлично летает... —В следующем году он может пройти, если не опустит руки. Но, знаешь, лучше дать ему время. Соарин присел рядом с ней, немного замешкався прежде, чем обнять дрожавшую от нервов девушку. Но, хоть и очень хотелось, она не отвергла его. —Я понял, что ты общалась с ним достаточно, но, видимо, не обратила внимание на главное. От хорошей жизни люди не начинают употреблять. Даже когда он смеётся, у него очень разбитый взгляд. По глазам человека видно многое. Рейнбоу, Дирк что-то пережил в прошлом. Что-то очень серьёзное. И, заметь, дав себе пару дней отдохнуть от веществ перед экзаменом, он вернулся в своё истинное состояние. Это лицо, которое тебе кажется "не свойственным" такому прикольному чуваку, на самом деле настоящее. —...думаешь? —Я уверен. Посмотри на него. Рейнбоу подняла голову и отыскала взглядом товарища. Кажется, что отбор совершенно его не расстроил. Наверное, даже наоборот— снял груз с плеч. Сейчас Дирк сидел на бордюре с Тейлором, Рейзором и Нортом и, хоть и печально, но улыбался. И только сейчас Дэш прочитала в его мимике то, о чём говорил Соарин. —Он не рассказывал... —Потому что сам хочет забыть. Я не знаю, что у него случилось, всё это лишь догадки. Но наркотиками он уходит в забвение. Я такое уже видел. Я видел такие глаза. Рейн, пусть он справится с прошлым. Если он сможет двигаться дальше не потому, что "нужно", а потому, что правда хочет— он сможет и в команду попасть, и ещё многих вершин достичь. Сейчас не время. В голове снова загудело. И она ведь ничем, совсем ничем не может ему помочь. От этого было больно. Очень больно. —Сейчас ребята хотят на костёр прощальный собраться,— внезапно предложил Соарин.— Ты с нами? —Нет,— вздохнула девушка.— У меня есть ещё одно дело. И этим нужно заняться сегодня. —Передумала? Рейнбоу поджала губы и бросила на Элис полный ненависти взгляд, которым обычно награждают идиотов, решивших разбудить тебя в шесть утра. —Ещё не совсем. Убедите меня. Дэн вздохнул и отравился на кухню заваривать ей чай. Дэш осталась стоять на пороге, слушая непрекращающийся спор разума и эмоций в своей голове. Зайти в дом означало принять решение, а она его всё-таки не приняла, просто стала к нему гораздо ближе, чем пять часов назад. —Садись, Рейнбоу,— Элис подбежала к ней и взяла за руку, но Рейнбоу тут же отдёрнула её.— Да блин, хотя бы просто зайди и сядь, мы же не кусаемся. Ты же просто поговорить. Мы знали, что ты придёшь, знали, что будешь сомневаться. Уговаривать тебя и давить мы не будем. Просто поговорим. Ещё несколько секунд она переминалась с ноги на ногу, но всё-таки предложение сесть приняла. Это ведь просто стол и стул, да? Ещё ведь есть время? —Рейнбоу, какие мысли тебя привели к нам?— мягко завела тему Элис.— О чём ты думаешь сейчас? Дэн поставил перед ней чашку с ароматны чаем и тоже присел за стол. Какое-то время стояла тишина, но маги не торопили её, дав время подумать. Такая атмосфера значительно упростила дело, и девушка начала чувствовать, что успокаивается. В воздухе помимо чая было отчётливо слышно запах уже привычных трав, ограждающих их от лишних ушей. Отпугивающих того, кто был бы против этого разговора и сжёг бы к чертям седьмой домик, лишь бы только его не состоялось. Приготовились они в вопросе защитной магии, по всей видимости, заранее. Значит, определённо знали, что она придёт. А если и исход им известен заранее— в чём тогда смысл этого разговора...? Просто... успокоить её? —Вы были правы, он опасен,— наконец выдохнула Рейнбоу, собравшись с мыслями.— Мы с ним обсуждали тему убийств не раз. До того, как я познакомилась с ним, я была тверда в своих убеждениях на счёт того, что убийство— это высшая степень приговора, который не нам выносить. В мире есть много людей, которые очень опасны: те же убийцы, насильники— то есть, включая и педофилов, и зоофилов, и некрофилов, люди, которые совершают и физическое насилие над слабыми в том числе. Есть также и моральное насилие в разных формах. Но всегда я придерживалась мнения о том, что не мы дали им жизнь и не нам же её забирать. Большинство из них можно перевоспитать или пролечить, в крайнем случае— изолировать от общества. Ведь если убить убийцу, простите за тавтологию,— убийц в мире меньше не станет. Чем мы в таком случае лучше них? Тем, что они совершили преступление в отношении невинного человека, а мы просто воздали им по заслугам? Всё это оправдания. Рейнбоу достала сигареты, даже не спрашивая разрешения. Но, собственно, никто так и не позволил себе перебить её, в том числе, чтоб сделать замечание на счёт курения. Кажется, впервые после Флаттершай кто-то её настолько внимательно слушал. —А потом,—выдохнув дым, продолжила девушка,— я познакомилась с ним. Я видела отрывки его жизни во снах и видениях, я чувствовала на себе его эмоции. Я изменилась и сама. Стала чаще желать возмездия, стала ловить себя не на своих мыслях. И я изменила мнение. Мне искренне начало казаться, что некоторые люди заслуживают смерти. Его убийцы заслуживали, например. Прости, Дэн, не бери на свой счёт, это был не твой поступок. Вот... Но во многом я всё ещё оставалась собой. Во сне про Ника Кас убил парней, которые просто приебались к ним в лесу. Он мог воздействием на разум заставить их уйти, однако он убил их. Тех, кто просто... Любят нарываться на проблемы. Смерти ведь они не заслужили. А сегодня... А сегодня из желания отомстить за меня он чуть не убил девочку, которая просто мне напакостила, и начальницу, которая не любила меня по личным причинам. Чуть не убил! Они действительно, по-настоящему могли умереть! Рейнбоу встала и на заплетающихся из-за нервов и усталости ногах подошла к раковине, чтоб стряхнуть пепел туда. —Он продолжит, да? Все, кто станут у меня на пути, теперь под угрозой смерти? —Да, Дэш,— кивнул Дэн.— Мы всё это время тебе говорили именно об этом. Дух, получивший силы, отомстил за себя, но на этом не успокоился. И то, что он привязался к тебе, повлечёт за собой ещё череду смертей. Ты видела, что с ним произошло на лётной площадке. Начиная с того, что он взлетел, хотя не должен был, и заканчивая обличием, которое он позже принял. На этой стадии его способности смогли дотянуться до самого самолёта в небе. И она не конечная. Если так продолжится— погибнут десятки, если не сотни людей, которых он посчитает плохими. А "хорошо" и "плохо"— всегда субъективно. —Да, про это мы с ним тоже говорили. Дэн... Сколько у меня времени? —Эта ночь. Днём будет тяжело скрываться от посторонних взглядов. Вечером мы уедем. Решайся, Рейнбоу. Ему нужно упокоиться. Там ему будет лучше, чем здесь. Его и так не ждёт нормальная жизнь, он застрял в лимбе, он здесь мучается и сходит с ума. Ангелы, умершие спокойно, могут существовать и сотни лет, что пролетают для них незаметно и умиротворённо. Но это не про него. Помоги ему. Только ты можешь это сделать. Она включила воду, чтоб потушить об неё уголёк. Смысла тянуть не было. Эти ребята и так знали, какое решение она примет. —Ему... не будет больно? Дверь с грохотом отворилась, запуская в помещение вместе со сквозняком перья и листья. Рейнбоу прижалась к стене, едва не упав из-за парализующего страха и дрожи в ногах. В проёме стоял силуэт человека, в котором она совершенно не узнавала своего Каспера. Он снова светился, он теперь был в одних лишь джинсах, и на голом торсе отчётливо было видно, насколько сильно ему переломали рёбра в момент смерти. Белые крылья с кровавыми подтёками и торчащими костями пронзили комнату, озаряя её этим же устрашающим свечением. И, что самое пугающее, из-за него совершенно не было видно лица— только белое, расплывающееся фракталами, пятно. —Ты решила предать меня, да? Не его голос... Это не его голос! Она попятилась назад к стене, уже десять раз пожалев о том, что ввязалась в это. —Ты ничем не лучше их всех. Ты такая же. Сука, ты такая же, а я за тебя был готов второй раз умереть! Только она могла что-то сделать сейчас. Но паника мешала подбирать слова. И времени было мало. Слишком мало. А фигура уже двигалась в её сторону. —А я-то наивно полагал, что ты хороший человек. Я помогал тебе. —Каспер! —Меня зовут Асперитас!!! Словно гром, ударивший из ниоткуда. Она рефлекторно попыталась попятиться назад, но там была лишь стена. Отхода не было. Только вперёд. —Каспер, послушай! Сама не доверяя себе же, она опасливо встала на ноги и, хоть и спотыкаясь, но сделала пару шагов ему навстречу. —Каспер! Звон в ушах. Очень громкий удар, боль в затылке. Кажется, её швырнули в стену. Но, оперевшись о стену, она всё равно встала, преодолевая головокружение. —Каспер, да чтоб тебя, дай мне сказать! Силуэт остановился, наклонив голову. Кажется, она выиграла пару секунд. —Каспер,— она протянула руку к нему, но та прошла насквозь, и девушка отдёрнула её, обжёгшись о свечение.— Кас, помнишь, как мы сидели у реки и ты пел мне песни? Помнишь? Он молчал, всё так же наклонив голову. —А помнишь, как залез на тумбочку на заброшке и играл на расстроенной гитаре? Кас, я помню тебя таким. Я всегда ценила тебя, как грустного и тёплого мальчика. Мальчика, который всегда слушал. Который находил слова. Который побежал за мной, когда я ушла с занятия. Который обнимал меня, когда мне было плохо. Который знал, как болит одиночество, и никогда не позволял мне чувствовать то же самое. Кас, мне всегда нравился настоящий ты. Ты самый замечательный друг, которого я знала. Он отвлёкся. Именно это и было нужно Дэну с Элис. Стоило свечению немного ослабнуть, как маги выскочили из-за стола и резко протолкнули его к стене, вонзив в крылья пропитанные зельем ножи. Сердце девушки замерло на мгновение. Нет, она не договорила! Она не успела, нет, слишком рано! Крик ангела, острый, словно принадлежавший раненой птице, наполнил помещение, отчего с кухни послышался звон лопнувшего стекла. Рейнбоу зажала уши, но всё равно через пару секунд сорвалась с места и подбежала к нему. —Ты опять мне соврала!— закричал Каспер, отчаянно дёргаясь в своих оковах.— Ты это сказала только для отвлечения, да? Она поняла, зачем была нужна. Некроманты боялись его. Они действительно его боялись. Элис отскочила назад, закрывая лицо рукой, покрытой рунами. Да блять. —Нет! Не подходите! Рейнбоу встала между ними и ангелом, загородив его собой, и расставила в стороны руки. Сердце готово было выскочить из грудной клетки, сломав рёбра и ей, как возмездие за боль, которую сейчас ощущало. —Дайте минуту! Отойдите, пожалуйста! Дэн взглянул на Элис и, убрав волосы с лица, всё-таки отвёл напарницу в сторону. Дэш, отдышавшись, развернулась лицом к ангелу и рванула к нему, обняв холодное, худое тело дрожащими руками. —Солнышко... Я не могла поступить иначе. Я знаю, что ты никогда меня не простишь, но у меня не было другого выхода. Я просто хочу освободить тебя. Я хочу, чтоб ты обрёл спокойствие, которое ты заслуживаешь. Ты продолжишь жить, Кас. Ты продолжишь жить в моей памяти, как самый добрый и светлый человек, которого я встречала. Я никогда тебя не забуду. Я не знаю, что ждёт тебя "там", но за "здесь" ты можешь быть уверен. Каспер, я очень тебе благодарна. Благодарна за всё, что ты сделал для меня. Благодарна за то, как с тобой всегда было тепло и за то, каким замечательным человеком ты был. Я не хочу предавать тебя. Я хочу помочь тебе! Пожалуйста, доверься мне! Ты же всегда мне доверял! Каспер... Из глаз ручьём потекли слёзы, падая на сломанные рёбра и покрытую синяками кожу. Но свечение начало пропадать. Не верилось, что у неё вышло, но, кажется, он... усмирился? —Ты веришь мне, Кас? —Да. Его голос. Наконец-то его голос. Она подняла красные от слёз глаза на него, утонув в его испуганном взгляде. Таком... Живом, обычном взгляде. Это снова был он. —Я с тобой, Кас. Я здесь, с тобой. Я рядом. Я всегда буду рядом. Прости меня... —Тебе не за что извиняться, Рейнбоу. Спасибо тебе, что скрасила мои последние дни. И, если уж так суждено... Я верю тебе. Он вздохнул, опустив голову на её затылок, и дыхание девушки будто остановилось, перехваченное слезами. Таким она его давно не видела. Таким... печальным. Говорил ли это он сейчас искренне? Или просто принял свою судьбу? Рейнбоу сцепила зубы, сжав его крепче в своих объятиях. —Я рад, что второй раз умру на твоих руках. Это лучшая смерть, которую я, наверное, даже не заслужил. —Солнце...!— она глубоко вдохнула, зажмурившись от боли, которая разрывала её изнутри.— Я... Я здесь, я рядом, я... —Рейнбоу, я... Яркая вспышка осветила дом, ослепив её на пару секунд. Звон ножей, ударивших по крыльям, был последним звуком, который сегодня восприняло её сознание. Потеряв равновесие, Рейнбоу упала на колени, задыхаясь от слёз. От него остались лишь перья на руках, что двоились уже такими привычными для неё бликами. Только лишь перья, и те медленно растворялись, уходя сквозь пальцы. Кажется, к ней подбежали Дэн с Элис, чтоб помочь встать. Крик. удар... Это она? Всё затерялось в эхе и звоне в ушах. Они не могли ей помочь сейчас, как бы не хотели. Ей теперь уже никто не сможет помочь. Эта дыра внутри неё останется навсегда. Одеяло тяжёлым грузом свалилось на голову, и девушка, не с первого раза ухватившись за край, завернулась в него, словно младенец в пелёнку. Эти стены давили на неё, кровать оказалась жёсткой, родной голос уже не был таким тёплым, как раньше. Всё, сука, всё не так. —Рейнбоу,— выдохнул Соарин, попытавшись убрать одеяло с её лица.— Не знаю, что стряслось, но... Но я правда хочу помочь! Ты ведь позвала меня сюда не просто так. Я не спрашиваю, что случилось, но хотя бы ответь, что мне делать. Чем я могу тебе...? —Отвали!!!— громогласно закричала девушка, снова завернувшись в одеяло.— Уйди отсюда! Вожатый встал, на пару секунд потерявшись. Он действительно не ожидал этого после того, как Дэш сама же позвала его в шестой домик. Но и она не понимала. Она боялась быть одна, но так хотела, чтоб её оставили в покое... —Ладно, я... Я, наверное, правда пойду. Если захочешь, позвони, я просто лягу на соседней кровати, я... —Убирайся!— повторила девушка, отворачиваясь. Дверь хлопнула, и из глаз снова полились слёзы. Она сбросила с головы одеяло и достала сигарету из пачки, едва не порвав её неслушающимися руками. В полной темноте, что нарушал лишь осторожный свет луны, неловко подглядывающей за ней, к потолку потянулась ленточка серого дыма. Как жить дальше было абсолютно не понятно.

В небе так чисто А на земле лишь бесчисленны дыры Надеюсь сломать эту клетку и тоже потом Как они стать стотысячекрылым Сколько в клетке пробыли мы Ведь на земле нас не приняли Но словив ветра порывы, Мы обернемся стотысячекрылыми