Запахи

Звон.       Повсюду этот странный звон.       Кажется, словно какой-то идиот вроде нашего Наруто многократно клонировал себя, и теперь у каждого из копий Узумаки в руках минимум две музыкальные тарелки, в которые они непрерывно и с энтузиазмом бьют прямо над моей головой.       Голова, Ками-сама, кажется, она сейчас лопнет как перезревший арбуз! Что вообще произошло, почему так больно и откуда этот чертов звон?! Клянусь, если это Наруто со своими шуточками, то в мире на одного героя войны станет меньше! Черт, как же больно…       Стоп… Я вроде слышу что меня зовут… Стой, кто бы ты не был, подожди! Проклятые тарелки, чтоб вас!.. — Сакура, очнись, Сакура! — Сильный был взрыв? — осведомился Шикамару, напряжённо хмурясь и водя перед носом Харуно ваткой, смоченной нашатырным спиртом. — Приличный. Полкабинета вынесло, — кивнул Неджи. Он пытался привести Сакуру в чувство, несильно хлопая девушку по щекам. Нара подозрительно покосился на товарища. — С ней точно все хорошо? Цунаде-сама по голове не погладит, если мы её ученицу не приведём в чувство.       Неджи активировал бьякуган и внимательно посмотрел на куноичи. — Да, каналы чакры в порядке, просто оглушило. Ей ещё повезло — санитарам досталось сильнее.       Шикамару удовлетворенно кивнул, поднимаясь с колен и задумчиво оглядывая место происшествия. Пол был усыпан стеклянными осколками, а о дверях в операционную осталось только воспоминание в виде покорёженной полусгоревшей створки. Мастер теней уже представлял масштабы нагоняев от Пятой — взрыв в центре деревни, и где — в госпитале Конохагакуре! Так непрофессионально просмотреть бомбу стоило постараться. Шикамару смущенно потёр шею. — Я думаю, стоит отнести Сакуру в палату, пусть лучше ей займутся врачи. Надо начинать расследование.       Хьюга вновь кивнул в знак согласия. Он осторожно поднял девушку на руки, и дал знак Шикамару следовать вперёд. Под ногами противно хрустели стеклянные осколки, всюду то и дело сновали обеспокоенные сотрудники больницы и мелькали звериные маски АНБУ. Нара открывал двери в поисках свободной палаты, но все было тщетно. После войны госпиталь был все ещё переполнен — кто-то долечивал боевые ранения, кто-то оправлялся от мелких бытовых травм, полученных в условиях строительства и восстановления деревень, но больше всего было тех, кто лечил травмы душевные, которые обычному человеческому глазу были вовсе не заметны. — Неджи, Шикамару! Что случилось? — из бокового коридора навстречу шиноби выскочили Ино и Тен-Тен. — Что с Сакурой? — всполошилась Яманака, подбегая к Неджи. Руки её тут же осветились зелёной медицинской чакрой. — Все нормально, просто оглушило, — ответил Хьюга, ловя на себе недовольный взгляд Тен-Тен. — Нужно отнести её в палату и вызвать врачей. — Сейчас свободных медиков нет, ею займусь я. Идём, — облегченно выдохнув, Ино махнула рукой, давая знак следовать за ней. Шикамару пристроился рядом, в надежде узнать информацию о происшествии. Такахаши поравнялась с напарником. — Почему Сакуру несёшь ты? — тихо шепнула она, косясь на Ино и Шикамару, которые негромко переговариваясь шли впереди. Неджи ответил ей удивленным взглядом. — Я пытался привести её в чувство, и был рядом во время взрыва. Ей нужно оказать помощь. — В смысле… Почему не Шикамару, а… Ладно, не важно, — Тен-Тен отвернулась, отчаянно закусив губу, и коря себя за внезапную вспышку ревности. И черт её дёрнул за язык! С Неджи всегда было непросто. Вот и сейчас — все тот же спокойный взгляд и холодно-отстранённый тон. Как шиноби она понимала, что не стоит искать романтического подтекста там, где его нет — Хьюга поступил так только потому, что привык заботиться о товарищах, однако как влюбленной девушке ей было искренне неприятно видеть, как розовая макушка Сакуры покоится на его плече, а руки молодого джоунина осторожно держат хрупкое на вид тело. Тен-Тен покосилась на Сакуру — после войны она стала пользоваться необычной популярностью у противоположного пола: перестала коротко стричь волосы, и, по наставлению Ино, отрастила длинную блестящую шевелюру; фигура приобрела женственные формы, да и характер стал гораздо мягче. По крайне мере, Наруто теперь перепадало только в исключительных случаях, чем Джинчурики в тайне гордился. Такахаши тяжело вздохнула. На этом фронте ей с Харуно явно не тягаться.       А взаимности от Неджи хотелось просто до безумия. — Все в порядке? — поинтересовался напарник, вопросительно глядя на неё. Тен-Тен заметила, как он удобнее перехватил Сакуру, чуть крепче сжимая девушку в руках, и осторожно отмахиваясь от её розовых прядей, лезущих в лицо.       Стиснув зубы, она сдержанно кивнула. — Сюда, — Ино распахнула дверь одноместной палаты, — Клади её на кровать.       Неджи мягко опустил Сакуру на белую простынь, мельком отметив, что его ноша не была такой уж и тяжелой — куноичи оказалась легкой, как пушинка, и к тому же — от неё приятно пахло. Этот аромат показался знакомым молодому шиноби, и всю дорогу он пытался вспомнить, где же раньше ему встречались подобные запахи. Воспоминания неуловимо ускользали, дразня чуткое обоняние нотками сандала, сладкого апельсина и пачули. Пообещав себе подумать об этом на досуге, он незаметно напоследок вдохнул исходящий от девушки аромат и отошёл к окну.       Ино удовлетворенно кивнула, и принялась медленно водить руками по телу Сакуры, осторожно вливая в неё медицинскую чакру.       Шикамару задумчиво почесал подбородок. — Тен-Тен, — он обернулся к девушке. Последняя вздрогнула, отводя взгляд от застывшего у окна Неджи, и вопросительно посмотрела на товарища. — Раз уж ты здесь, то мне понадобится твоя помощь. Ты ведь хорошо разбираешься в разного рода взрывчатках?       Такахаши кивнула. — Да, неплохо, — она мимолетно мазнула взглядом по спине напарника, в надежде, что он подтвердит её слова, поскольку как никто другой знает о её способностях. Так она привыкла жить — делая все, чтобы Неджи похвалил её и признал равной себе. Хьюга молчал. Казалось, он даже не вслушивается в слова товарищей, отстранённо глядя через мутное больничное окно. Тен-Тен вновь удрученно вздохнула. — Пойдём со мной на место взрыва. Думаю, твои знания будут полезны в расследовании, — Шикамару поманил её рукой, открывая дверь в палате. Ещё раз коротко взглянув на напарника, куноичи решительным шагом вышла в коридор. Нара проводил девушку задумчивым взглядом, после чего, тихонько хмыкнув, последовал за ней.       Несколько минут прошло в молчании. Ино сосредоточенно пыталась привести Сакуру в чувства, а Неджи размышлял о воспоминаниях, которые затронул аромат, исходящий от Харуно. Напряжённо хмурясь, он понял, что в памяти обнаружился пробел — шиноби совершенно не помнил, где раньше встречал такое необычное сочетание, но точно знал — оно ему уже знакомо. Почему-то эо открытие тревожило. Как будто нечто значимое ускользало от внимания.       Внезапно Сакура пошевелилась. Тяжело разлепив веки, девушка мутным взглядом уставилась в потолок. Сознание медленно возвращалось к ней. Ино перевела дыхание, рукой утирая выступившие на лбу капли пота. — Ну и заставила же ты меня напрячься, лобастая, — устало улыбнулась Яманака. Сакура повернула голову на звук её голоса и несколько раз быстро моргнула. — Ино? Это ты?       Блондинка недоуменно уставилась на подругу. Неджи, заинтересованный разговором, обернулся через плечо. — Конечно я, ты что, ослепла? — она помахала ладонью перед носом Сакуры и сдавленно охнула. Зрачки Харуно не реагировали на движение. Ино в шоке уставилась на подошедшего Хьюгу. — Я… Я ничего не вижу. Перед глазами темнота, — тихо шепнула ученица Пятой.       Неджи почувствовал, как от этого хриплого шепота по спине прошёл холодок.