Запахи

От автора. Возвращаться спустя полгода тяжело. У меня был очень сложный период, и я поняла, что пережить его мне поможет только творчество. Я вернулась другим, обновлённым человеком, и очень надеюсь, что не разучилась писать за время своего отсутствия. Буду вновь стараться для вас) С любовью, jngrey ❤️ ------------------------- — Тебе не кажется все это странным? Неджи внимательно посмотрел на Сакуру. — О чем ты? Сегодня Пятая благосклонно выдала всем джоунинам выходной, и Неджи поспешил воспользоваться шансом пригласить Сакуру на прогулку по берегу озера. Они расположились у кромки воды. Харуно сняла ботинки и сейчас сидела, задумчиво глядя на свои ноги, слегка вздрагивая каждый раз, когда редкие волны касались обнаженной кожи лодыжек. Хьюга пристроился рядом. Он не мог отказать себе в слабости побыть с ней наедине. — Мы готовимся к войне. Я настолько смирилась с этой мыслью, что привычные вещи кажутся странными, когда мир вокруг рушится. Неджи слегка пожал плечами. — Есть вещи, которые нужно просто пережить. Потом все встанет на свои места. Мы шиноби, странно скорее то, что мы вообще приспособились к жизни без войн и кровопролитий. Сакура усмехнулась, но внезапно смешно ойкнула и дернула ногой. — Судорога, — коротко пояснила она, в ответ на вопросительный взгляд Неджи. — Видимо, передержала в холодной воде. — Давай я помогу. Харуно сдерживала улыбку, наблюдая, как молодой джоунин тянется к ней, аккуратно разворачивая к себе и перекидывая её ноги через свои колени. Оба прекрасно знали, что для медика уровня Сакуры ничего не стоило в одно мгновение избавиться от такого пустяка, как судорога. Но Неджи предложил помощь, а Сакура не стала ему возражать. Просто так было правильно. Он аккуратно провёл кончиками пальцев по её коже, очерчивая изгиб изящной стопы. Харуно откинулась назад, опираясь на локти и наблюдая за его действиями из-под полуприкрытых век. Несмотря на то, что от холодной воды кожа почти потеряла свою чувствительность, Сакура прекрасно ощущала, какие у него горячие руки. Казалось, каждое касание отдаётся тягучим импульсом в голове и в сердце. Больше тишина и спокойствие обычной жизни не казались странными, странной была война, которая выпала на их век, люди, которые её развязали. Правильным было только это мгновение. *** — Привет, помочь? Сакура рассеянно моргнула, но в следующее мгновение просияла, когда увидела, кто ненавязчиво и аккуратно освободил её руки от тяжелой коробки с медикаментами. — Неджи! — Куда нести? — молодой джоунин был как всегда серьёзен, но Харуно заметила, что уголки его губ слегка приподняты, а в лавандовых глазах таится неведомое тепло. Девушка широко улыбнулась. — Пойдём, — она кивком указала в сторону своего дома. Пока шиноби медленно шли по улице, между ними висела тишина, но тишина уютная. Спокойная. Оба понимали, что встретились не случайно — несмотря на большое количество работы перед подготовкой к войне, Неджи невольно стремился туда, где могла находиться Сакура, да и сама зеленоглазая куноичи не раз ловила себя на мысли, что взгляд выискивает в толпе снующих ниндзя знакомый благородный профиль и мужественную фигуру Хьюги. — Поставь сюда, дальше я разберусь, — Харуно поднялась на энгаву своего дома и указала на место возле дверей. Поставив коробку, Неджи посмотрел на Сакуру. — Ты в порядке? Природа волновалась. Небо затянуло тяжелыми тучами, и солнце, лизнув лучами на прощание молодую траву, скрылось за облаками. Начиналась гроза. Девушка несколько секунд удерживала зрительный контакт, а затем, глубоко вздохнув, опустила ресницы. Радость встречи с Хьюгой уступила место страху и печали, которые много дней не давали спокойно спать по ночам. — Ты не должен быть здесь, у тебя ведь дела в клане, и… — не дав ей закончить, джоунин приблизился и, мягко коснувшись пальцами её подбородка, вынудил поднять взгляд. — Не беспокойся обо мне, Ханаби справится. Что случилось, Сакура? Его почти бесцветные, лишь ближе к лимбальному кольцу разливающиеся лавандовым оттенком глаза, даже без активированного бьякугана заглядывали в самую глубь. Сакуре казалось, что он буквально смотрит в неё, подмечает малейшие детали и читает эмоции. На долю секунды стало досадно, что она так легко поддаётся магии его взгляда, и позволяет видеть то, что недоступно всем остальным — откровенно изучать истерзанное тревогами и страхами нутро, скользить своими невероятными глазами по собственным зрачкам, стирая всевозможные защитные оболочки. — Я плохо сплю по ночам… Мне страшно, Неджи, мне очень страшно. Что если мы проиграем? — Сакура от чего-то переходит на приглушённый шепот, словно боится, что о её слабости услышат все. — Мы не проиграем, — Хьюга отвечает таким же шёпотом, но в его голосе нет ничего, кроме спокойной уверенности. Единственное, что ему сейчас необходимо — уверить эту девчонку, что пока он рядом, ей нечего бояться. — Я смогу тебя защитить, клянусь. Взгляд Сакуры подергивается влажной дымкой слез, и Неджи едва не теряет самоконтроль — он ведь чертовски не хочет, чтобы ей было больно. — А если я не смогу тебя защитить? Никого не смогу? Что если мы все потеряем, ведь… — он снова не даёт ей договорить и рывком притягивает к себе, заключая в кольцо своих рук. Харуно трясёт, и сейчас, в эту секунду, она вряд ли сможет назвать причину — прохладный ветер, первые холодные капли начинающегося дождя или близость молодого мужчины, чьи пальцы аккуратно перебирают её локоны, успокаивая и даря поддержку в трудный момент. — Сможешь. Ты все сможешь, Сакура, ведь ты сильная, — розовых волос на макушке касается уютный шепот. Девушка неуверенно поднимает руки, осторожно обхватывая его в ответ. Её тонкие и горячие от волнения ладони ложатся на его спину, и Неджи пробирает дрожь. Прикрыв глаза, он полной грудью вдыхает с детства любимый запах дождя, но сейчас, вместе с ароматом, исходящим от Сакуры, он, кажется, звучит в сотни раз приятнее. От нежности хочется взвыть — эта беспощадная в боях куноичи такая маленькая в его объятиях, слишком хрупкая для всей это войны и боли, невыносимо изящная рядом с ним. Спрятать бы несносную девчонку в карман, не показывать никому, и чтобы ни одна живая душа не посмела причинить боль или дурно посмотреть в её сторону. Уберечь от всего на свете, даже от её собственных демонов. — Я отнесу тебя в дом, гроза скоро начнётся, — Сакура молчит, и лишь каким-то шестым чувством Неджи улавливает её слабый кивок. В следующую секунду он аккуратно перекидывает женские запястья через свои плечи, и берет притихшую девушку на руки, мельком удивляясь тому, насколько она лёгкая. Уверенно ориентируясь в коридорах чужого дома, Хьюга быстро находит спальню. — Неджи… — М? — Спасибо. Джоунин усмехается, в ответ чуть сильнее сжимая пальцы на её рёбрах. Говорить сейчас не хочется — ему кажется, голос откажется повиноваться. Потому что ровное дыхание на изгибе шеи. Потому что доверчиво приникшая к нему Сакура. Потому что первый раз они настолько близко телами и мыслями. Просто потому, что это она. Неджи бережно кладёт Сакуру на постель. — Посидишь со мной немного? Там ливень, ты промокнешь, если сейчас вернёшься в поместье, — Харуно борется с подступающей сонливостью, но все равно отчаянно краснеет, переворачиваясь на бок и пряча лицо в складках подушки. Тоже мне, нашла причину — дождь. Это ведь Неджи, ему не страшен даже ураган. Хьюга молча кивает, присаживается на край кровати, любовно касаясь пальцами тёплой женской щеки — словно стирает её страхи вместе с собственными сомнениями. — Спи. Я буду здесь. Сакура благодарно улыбается, послушно опуская потяжелевшие веки. Вскоре её дыхание становится ровным и глубоким. Первый раз за долгое время куноичи не снятся кошмары. А Неджи впервые отчётливо понимает, что у них есть шанс, пусть даже если завтра война раскидает их по разным континентам, этот момент душевной близости и доверия всегда будет согревать сердце молодого шиноби. *** — Ты вспомнил? Неджи досадливо поморщился. Последнее, чего бы ему хотелось сейчас, так это разговаривать с Учихой. Но сил притворяться совершенно не осталось. — Да, кое-что вспомнил. Как Сакура? — Без изменений. Что будет с твоей напарницей? Неджи обернулся на Саске, вглядываясь в темный силуэт бывшего нукенина. Что движет им? К чему все эти вопросы? Словно прочитав его мысли, Учиха усмехнулся. — Я пытаюсь понять, что происходит между вами всеми. Сакура… — он на секунду прикрыл глаза, — Не чужая для меня, и она пострадала. Мне это не нравится. Немного обескураженный такой откровенностью, Хьюга отвернулся, бездумно вглядываясь в огни ночной Конохи. Послевоенная жизнь шла своим чередом. Во всех этих домах люди наверняка не знают, как трудно приходится тебе, если твоя судьба быть шиноби. Они просто живут — ходят на работу, по вечерам укладывают детей спать, радуются простым мелочам и беспечно болтают о повседневном, не думая, что завтра, возможно, не вернутся домой живыми и потеряют все. Неджи иногда думал о том, как бы сложилась его жизнь, не родись он в одном из самых могущественных кланов деревни. И молодой джоунин совершенно не представлял, какой была бы его судьба. Был бы он счастлив, целеустремлён, богат? Или же нет? И на сколько дозволено ниндзя ставить свои собственные чувства выше долга? Возможно ли, даже будучи шиноби, так же как все эти люди быть просто счастливым? Он хотел. До войны Неджи думал, что у них с Сакурой есть шанс, но желание ученицы Пятой спасти его жизнь привело к такому печальному развитию событий, а разум Тен-Тен был настолько затуманен чувствами, что она не побоялась нарушить закон. Разве он может допустить такое ещё раз, поддавшись эмоциям? Хьюга устало вздохнул. — Я не знаю что делать. — Как-то один остолоп, мечтающий стать Хокаге, сказал непривычно умную для него вещь. Мы, несмотря на чакру, техники и вечные войны мало чем отличаемся от остальных. Мы можем чувствовать, и можем ошибаться. Неджи удивлённо обернулся на Учиху. — Что ты хочешь этим сказать? Саске презрительно фыркнул. — Тоже мне, гений. — И все же? — настаивал Хьюга, пропуская укол мимо ушей. — Ты можешь оставить все как есть, и делать вид, что ничего не случилось, но тогда Сакуре будет больно. А можешь взять ситуацию в свои руки и сделать её и свою жизнь лучше. Тогда твой путь шиноби будет иметь больше смысла, потому что появится ещё один дорогой человек, которого ты будешь защищать до последнего вздоха. Неджи замер, поражённый словами Саске. Под левой ключицей неприятно кольнуло. Джоунин опустил голову. — Я обещал её защитить, но не смог. Не сдержал слова. — Все мы ошибаемся. Я знаю это как никто другой. Иди к ней. Хьюга поднял взгляд, собираясь возразить, но Учихи уже не было. Он исчез, оставив за собой последнее слово и странное ощущение на сердце. *** Вернувшись в госпиталь, Неджи сразу понял, что что-то случилось. Быстро преодолев холл сквозь толпу суетящихся медиков, он рванул на себя дверь в коридор, где находилась палата Сакуры. В следующую секунду на него налетела перепуганная Ино. — Неджи! — облегченно выдохнула Яманака, обессиленно вцепляясь в его руку. — Скорее, ты нужен Сакуре! — Что с ней? Она очнулась? Девушка сморгнула слезы и замотала головой. — Нет, ей хуже. Цунаде-сама поддерживает её жизнь, но… — она печально опустила взгляд. Хьюга схватил сенсора за плечи, слегка встряхивая. — Что «но»? Ино, говори же! Яманака подняла глаза, грустно посмотрела на молодого джоунина, и её тихий шёпот, так громко прозвучавший в звенящей тишине пустого коридора, выбил почву из-под его ног. — Если ты не поможешь ей, она умрет.