Призраки в нашем доме.

Мир Вики состоял из одного человека — матери. Она была основой, на которой этот мир держался. И в один миг всё рухнуло. Мать лежала на кухне лицом вверх. Из крана лилась вода. Кожа на руках и лице матери, покрывшаяся крупными жёлтыми пузырями, розового цвета, как варёное мясо, местами даже красная, выглядела отвратительно. Всё остальное осталось прежним: тесная кухонька, в которой едва помещались два человека, обшарпанный стол, несколько стульев с прямой спинкой и часы. Только с мамой было что-то не так. Вика поначалу слабо поняла, что произошло. Взрослые, окружавшие девушку, качали головой и смотрели с жалостью в глазах. "Мама умерла, — сказал кто-то, одетый в белый халат. — Прости, малышка". Нет. Не может быть. Мама не могла её оставить! Она сейчас очнётся, и всё снова будет по-прежнему. Вика посмотрела на лежащее тело, окинула внимательным взглядом повреждённую кожу. Подошла ближе, опустилась на колени и осторожно, чтоб не причинить боли, дотронулась до бледной шеи. Холодная. Всё. Это конец. В одно мгновение сердце Вики пронзили тысячи осколков. Дальше отпираться бессмысленно. Мама умерла. Всё внутри сжалось, скрутилось, рухнуло вниз. Душа завыла от боли и распалась на мелкие кусочки. Мамы больше нет. Вика ничего не почувствовала. Ни когда её выводили из квартиры, ни когда приехали люди, ни когда высыпали соседи и стали говорить наперебой. Вика лишь кивала головой на слова поддержки и соболезнования. Голоса сливались в одну сплошную какофонию звуков. Вика чувствовала себя измотанной. Что было дальше, девушка помнила смутно. Кажется, кто-то, может даже она сама, вызвал полицию. К Вике пробилась тётя Вера, обняла и уткнулась носом в плечо. Ткань намокла и неприятно холодила кожу. Вика едва нашла в себе силы ответить на объятие. Она не смогла сказать ничего в ответ, потому что очень, очень устала. Мир вспыхнул и сгорел, сузился до размеров маленькой комнатушки с мёртвым телом. Течение времени замедлилось. Всё стало смазанным и таким неважным. Жизнь перестала иметь хоть какое-либо значение. Но осталась одна мысль, за которую Вика цеплялась так же отчаянно, как утопающий за соломинку. Кто это сделал? Новый кран поставили всего три недели назад. Там не могло ничего проржаветь. Приходили сантехники, проверяли трубы, смесители. Всё было в полном порядке. Ничего не могло пойти не так. Произошедшее не было несчастным случаем. Все только разводили руками и смотрели с сочувствием. Но Вике было все равно. Она очень, очень устала. Целыми днями Вика лежала дома и смотрела мутным взглядом в потолок. Ей ничего не хотелось делать. Книги по астрономии лежали на полках, покрывшись слоем пыли. Звёздное небо уже не вызывало такого интереса, как раньше. Любимые фильмы про боевые искусства давно забыты. И даже торт со сливками, столь заботливо купленный волнующейся тётушкой, покрывался плесенью в холодильнике. Двигаться было очень трудно. Даже пошевелить пальцем стоило больших усилий. Всё тело было ватным и вялым. Настроение было таким же. Иногда тётя Вера заставляла Вику выходить на улицу, чтобы развеяться. Надеялась, что прогулки вернут улыбку на бывшее столь ярким и радостным девичье лицо. Но Вика оставалась безэмоциональной. Через некоторое время стало немного лучше. Вика машинально вставала, ела, переодевалась, и так каждый раз продолжалось день за днём в бесконечном цикле. Однажды тётя Вера предложила сходить в старый дом. Их с мамой маленькую квартирку уже приобрела какая-то семья. Кажется, мать с дочкой. Услышав это, Вика впервые за долгое время почувствовала укол боли. Теперь от мамы остались только фотографии. Квартиры, где они вместе жили, смеялись и грустили, радовались и печалились, больше нет. Она сменила облик, переродилась для новых жильцов, откинув все воспоминания, связанные с прошлыми владельцами. Вика мчалась наверх по лестнице своего старого дома, быстро перешагивая через ступеньку. Юбка тёмного платья размеренно раскачивалась из стороны в сторону от ходьбы, жидкие тёмные волосы, собранные в хвостик, били по спине. Вверх по лестнице медленно ползла черепашьим шагом низенькая худощавая девушка с руками-палками. Вике врезался в память цвет её волос — жемчужно-бежевый. Редкий для этих мест. Но Калинина не остановилась и пошла дальше. Вход на крышу находился слишком высоко. Даже если заберёшься на перила, не достанешь. Вика недовольно цокнула языком. И о чём она только думала? С самого начала этот план был одной большой глупостью. Пятиэтажка — не такое уж и высокое здание. Всё ещё остаётся вероятность выжить, сломав пару костей. "Как бы то ни было, сегодня — не мой день." Вика покачала головой и пошла обратно. Когда она спускалась, девушки с необычными волосами уже не было.

***

Это было холодное осеннее утро воскресенья. Солнце ещё не встало. Узенькие улочки окутал густой белый туман. Он обнял жителей небольшого городка, заботливо накинув одеяло. Серое небо заволокло тёмными грозовыми тучами, того и гляди начнётся дождь. Природа готовилась к наступлению осени. Лера в чёрном мешковатом пальтишке и стареньких удобных ботинках шлёпала по лужам на асфальте, стараясь догнать Полония. Кот уверенно огибал лужи, стараясь не наступить в воду и не испачкать серую шерсть, и пытался поймать жирного голубя, который беспечно клевал семечки около скамейки с облупившейся краской на детской площадке. Лера, не сумевшая стерпеть насилие над безвинной птичкой, решила прервать попытки своего кота задрать несчастного голубя. Двое в своих делах пока что терпели крах, лишь гордый представитель семейства Голубиных клевал свои семечки и радовался жизни. — Эй, ты! Сейчас дождь пойдёт! — вдруг донеслось из ниоткуда. От неожиданности Лера вздрогнула и заозиралась, но никого не увидела. Только сощурившись, девушка смогла разглядеть силуэт мужчины, опиравшегося на металлическую тросточку с резиновым наконечником. При более близком рассмотрении кричавшим оказался человек лет сорока с морщинами в уголках рта, что придавало лицу недовольное и грустное выражение. Тёмные волосы средней длины были заправлены за уши. Светлые глаза смотрели на Леру. — Хочешь слечь с пневмонией? Вечно молодежь ни о чём не думает! — гаркнул мужчина. Голубь всполошился и улетел, разбросав повсюду семечки. Полоний неодобрительно посмотрел на незнакомца и с громким недовольным мявом поспешил к хозяйке. — А... э... простите, — неуверенно произнесла Лера, не понимаю конкретно, за что она извиняется. — Где твои родители, девочка? — мужчина схватил Леру за руку и посмотрел ей прямо в глаза. Под таким напором Лера растерялась и невнятно промямлила: — На работе, р-работают, — девушка вжала голову в плечи и попыталась вырваться из рук незнакомца, но его хватка была слишком сильной. — Ну, в таком случае у меня нет иного выбора, — мужчина говорил, растягивая букву "р", его голос был резким и напоминал дребезжание жестяной банки на трясущейся поверхности. — Я должен дать тебе чай с лимоном. Было бы очень некстати слечь с пневмонией, особенно такой юной девочке, как ты, в самое начало учебного года. Пойдём. — А-а-а-а.. Э? — события принимали для Леры неожиданный поворот, и идти куда-то с незнакомым человеком не казалось хорошей идеей, но внутренняя вежливость не позволяла Вебер отказать напрямую. — С-спасибо за беспокойство, но со мной будет всё в порядке, правда, — сбивчиво лепетала она. Но мужчина, казалось, её не слушал. — Ты ведь в этом доме живёшь? — не дожидаясь ответа на свой вопрос, незнакомец продолжил говорить. — Я видел тебя пару раз в подъезде. — П-правда? — обескуражено спросила Лера. Этого бесцеремонного мужчину она видела первый раз в жизни. — Я Лера Вебер, — поспешила представиться девушка. — О! — мужчина резко остановился. — Точно, имя! Я забыл, прости. Антипов Арсений Львович. Называй меня Арсений Львович и никак иначе! — Арсений посмотрел на Леру, сузив глаза. — Живу в двадцать седьмой. Если что-нибудь понадобится — обращайся. — Л-ладно. Спасибо за приглашение, но у меня дела, — ответила Лера со скрываемым раздражением и с силой вырвала свою руку из чужой хватки. "Чёрт возьми, буду я ещё с ним куда-то идти", — подумала Вебер. Она подозвала Полония, взяла его и на руки и направилась в сторону своего дома. — Подожди, — догнал её Арсений, — подожди, — мужчина тяжело дышал, хотя расстояние пробежал небольшое. — На следующей неделе в воскресенье будет чаепитие. Всех жильцов собираем. Приходи тоже с мамой. Кафе на Пролетарской, называется "Зелёный мул". В час дня. Очень ждём. — Спасибо, мы подумаем, — сдержанно ответила Лера. — Это всё? — Вы только обязательно приходите, — вкрадчивым голосом проговорил Арсений. — Там много вопросов будут обсуждаться. В том числе и с сантехникой связанные. Вы, пожалуй, проверьте краны. А то вдруг что случится. — До свидания, — тихо сказала Лера.