Сладенький

      Рипер невысокий, среднего костесложения скелет с неизменно милой улыбкой на лице. Он работает в небольшой, но вполне прибыльной, за счет своего расположения, почти в самом центре города, возле офисных зданий, больницы, детского сада и школы, булочной. Ну не совсем небольшой. В любом случае покупателей было много, а значит и заработная плата была приличной. Вот и все, что интересовало Смерть в этом месте. В его положении, только с оконченной школой за плечами и отсутствием хоть какого-то профессионального образования, долгами, оставшимися от бросивших родителей, и все растущими коммунальными платежами, выбирать не приходилось. Это было единственное место, где его согласились принять, без образования, зашуганного и уже обреченного. Место, где он проработал уже более четырех лет, отдавая половину зарплаты коммунальщикам и коллекторам, оставшееся откладывая в копилку, тратясь на себя лишь по минимуму и по мере острой необходимости.       Так же у него был младший брат. Наверное, единственное, что еще держит Жнеца в этом мире, которого органы опеки определили в приют почти на противоположном конце города, разрешая старшему лишь изредка видеться с ним.       Рипер хотел лучшего для своего брата, поэтому откладывал все имеющиеся деньги на его будущее обучение. Думал лишь о его будущем, совсем ставя крест на себя.       Сейчас Смерти было двадцать три года, и он считал себя полным неудачником. По его мнению, ему повезло лишь в немногом. Двумя самыми важными для него «удачками» был младший брат, семья в этом сером и холодном мире, и то, что скелету повезло родиться бетой. Это позволяло ему находиться в стороне от всей той круговерти между альфами и омегами и вести свой размеренный, серый образ жизни, нацеленный лишь на обеспеченное будущее младшего брата.       И все бы было у него хорошо, в рамках этой серой, ничем не отсвечивающей жизни, если бы не один персонаж, в последнее время каждый день наведывающийся к ним в булочную и скупающий за раз чуть ли не половину прилавка.       Жнец и сам не понял, когда начал засматриваться на этого скелета. Наверное, с самого первого дня. Тот был альфой. С мягким и нежным запахом сирени, приправленным нотками какой-то химии. Это делало его отличимым от других альф, чьи запахи были зачастую резки и агрессивны.       Он выше самого Рипера примерно на голову, а то и больше. Его левую глазницу закрывали белые квадратики цензуры, а на подбородке были вечные следы крови. На его лице, тронутом слабым недосыпом, было вечное хмурое выражение. Но Смерти казалось, будто это делает альфу только более милым.       Когда он поймал себя на этой мысли в первый раз, то отвесил себе неплохую такую затрещину, чем заработал слегка удивленный взгляд от предмета своего воздыхания, который, впрочем, почти сразу же сменился безразличным. Да, какое ему было дело до внезапно начинающей себя бить простой беты.       Иногда альфа не приходил по нескольку дней, заставляя бедного бету испытывать режущее душу беспокойство, или почти под вечер, как правило, выглядевший в такие моменты еще более замученным. В этом случае Рипер ничего не мог с собой поделать и незаметно, за свой счёт, докладывал ему лишнюю булочку или пирожок.       Как же Жнец ненавидел себя за эти постепенно разгорающиеся в нем чувства. Как пытался заставить себя забыть о нём, но работа сталкивала с ним вновь и вновь. Как периодически вечерами едва ли не выл в своей пустой квартире от одиночества и желания завладеть вниманием этого альфы на ночь, хотя бы на пару часов. Но с приходом утра засовывал эти желания поглубже и, нацепляя дежурную милую улыбку шел работать.       А со временем бета начал чувствовать ухудшение своего состояния, до тошноты и боли в тазу. Но он упрямо не хотел идти к врачу. Дошло до того, что он упал в обморок прямо на рабочем месте.       Когда он очнулся в комнате отдыха на диване, над ним грозно нависала его начальница, Ториэль. По выражению её лица, Жнец понял, что он в нехорошем положении.       — Рипер… — начала была она с самой грозной интонацией.       — Только не увольняйте, этого больше не повторится, — тихо взмолился Смерть, панически смотря на неё.       — Пф-ф? Что? С чего бы мне увольнять тебя, Рипер, — фыркнула Тори. — Я только хочу поговорить о твоем здоровье. Твои коллеги сказали, что последний месяц ты выглядишь не самым наилучшим образом. Что случилось?       — Н-ничего, мадам, правда. Просто небольшое переутомление. Я исправлюсь, честно, — взволнованно протараторил Смерть, уже представляя, как его вышвыривают с работы, как младший брат разочаровывается в нем.       — Я хочу, чтобы ты сходил к врачу, — твердо сказала она. По голосу было понятно, что возражения не принимаются.       — Но, мадам, у меня совершенно нет времени на это… — но видать Смерть отчаянный парень.       — Возьмёшь выходной, — она явно не видит в этом проблемы.       — Но… — Жнец уже прикидывал, сколько вычтут из его зарплаты за этот выходной.       — Никаких «но», Рипер. Если я сказала, что ты сходишь к врачу — значит, ты сходишь к врачу. Выходной будет оплачен, если ты беспокоишься об этом. Если же ты ослушаешься… — Ториэль решила воспользоваться одним из решающих аргументов, — то я назначу тебе штраф.       Или коротко о том, как Жнец оказался в очереди в поликлинике. К удивлению, его черёд подошел довольно быстро, и вот он уже сидел в кабинете перед врачом и незаинтересованно отвечал на его стандартные вопросы. После он был послан на несколько анализов, которых пришлось дожидаться до половины третьего. Рипер уже ненавидел этот день. Ненавидел Ториэль за то, что она смогла уговорить его на это.       Но тут он заметил то, что заставило его хоть немного примириться со всей этой отвратительной ситуацией. А именно — на несколько секунд в одном конце коридора промелькнул предмет его воздыхания. Что ж, теперь он знает о «своем» альфе немного больше. Что, например, он врач, понятное по его белому халату.       Но тут разум Смерти пронзило неловкое понимание, от которого его скулы вспыхнули голубым румянцем. Он только что, пускай и мысленно, назвал этого альфу своим…       От запущенности всей ситуации, Рипер снова не удержался от оплеухи себе любимому и тихого досадного стона. Сидящие рядом монстры и люди удивлённо посмотрели на странного скелета и на всякий случай отодвинулись от греха подальше.       Оставшееся время до выдачи готовых результатов Смерть просидел, безрезультатно занимаясь самокопанием и даже не заметив вышедшее время, пока какая-то девушка не всунула ему в руки нужные ему бумажки, что-то раздраженно приговаривая. Похоже, она несколько минут пыталась безрезультатно добиться хоть какой-то реакции от беты, а потом просто плюнула.       С этими бумагами Жнец пошел обратно к врачу, попав в, уже ненавистный, стерильно белый кабинет гораздо быстрее, чем в прошлый раз. Хмурый монстр некоторое время внимательно изучал его анализы, а потом быстро пролистал его медкарту.       — Скажите, Рипер, у вас в детстве не было сильного потрясения, связанного с домогательством в вашу сторону? — поинтересовался врач.       — Было, — безразлично ответил Жнец, в душе не понимая, как тот мог об этом узнать.       Сам бета прекрасно помнил тот день. Ему было всего одиннадцать. Типичный, не знающий забот пацаненок. Уже тогда были предположения, что Рипер будет омегой. Это день принес нехорошие изменения в его жизнь. Тогда отчим в который раз напился и, видимо, в его мозгах что-то перемкнуло. Он попытался изнасиловать маленького приемыша. Смерть помнил, как кричал и пытался отбиться от сильного взрослого, помнил отстранено сидящую в углу и не пытающуюся помочь мать, а потом… Жнец пришел в себя уже утром. Вся квартира была перевернута вверх дном, старших монстров нигде не было, и полиция на пару с коллекторами решили, что те, не способные выплатить набранных долгов, сбежали. Тогда его брату было всего три года, и он все это время мирно спал в своей комнате, единственной, которая не подверглась разгрому.       Позже, на выявлении подвидовой принадлежности, выяснилось, что он бета. Тогда Рипер испытал сильнейшее облегчение. Он не был уверен, что вынесет еще хоть одно посягательство на свою бедную тушку.       Но сейчас Смерть не очень понимал при чем тут этот давний инцидент.       — Видите ли, случались редкие инциденты, когда сущность омеги, при грозящей ей опасности в юном возрасте, может запечататься, чтобы такие инциденты не повторились вновь. Тогда её носитель ничем не будет отличаться от беты. Она пробуждается, когда носитель встречает подходящего по некоторым параметрам альфу, в народе таких еще называют истинными. И судя по вашим анализам, с вами случилось именно это и сейчас ваша сущность начинает пробуждаться, а с ней и первая течка.       Пухленький врач-бета продолжил перебирать какие-то бумаги, изредка записывая что-то на отдельный листок. Рипер же сидел в самом некультурном ахуе. Только что, можно сказать, его мир начал трещать по швам, будто корка льда под подошвой.       — Также организмы таких омег более хрупкие и им не стоит принимать подавители, — врач протянул Смерти исписанный листок. — Тут рецепт витаминов, которые вам следует принимать хотя бы первое время, а также общие рекомендации, которые вам следует соблюдать для улучшения вашего состояния.       Рипер скомкано поблагодарил его и, забрав рецепт, на негнущихся ногах вывалился из кабинета. Покачиваясь, он пошел на выход, бегло читая написанное на листе и пытаясь понять, кто же этот «истинный». Вариант Глючного, «своего», отпал сразу же. Жнец просто не верил, что ему могло так подфартить, вот просто не могло. Он стал мысленно перебирать всех встреченных им за последнее время альф. Нет, он не стал бы кидаться ему на руки. Просто интересно и надо же знать кого избегать, как огня. Почему-то ему вспомнился один альфа, который был прямо перед тем, как в его организме начали происходить эти изменения. Но в отличие от Глючки, он не производил приятного впечатления. Хищная усмешка, безумный взгляд, резкий и сильный запах, от которого у Смерти подкосились ноги. Но это произошло скорее от вопящего инстинкта самосохранения. Тот задержал на бете свой взгляд дольше, особенно угрожающе изучая что-то в глазницах самого Жнеца. В общем, оставил после себя жуткое ощущение. Но почему-то омегам, работавшим тогда с ним, этот альфа чем-то сильно понравился. Они даже смогли как-то выяснить его имя — Даст, кажется — и весь день трепались о нем.       От общей забитости, Рипер и решил, что это именно тот. Но, впрочем, ему было как-то без разницы кого избегать. Да и вряд ли тот индивид вернётся.       Теперь, когда всё выяснилось, омега еще раз пробежался взглядом по написанному на выданном врачом листе и завернул в первую попавшуюся аптеку. Разумеется, не для того, чтобы купить эти дорогостоящие витамины, а для того, чтобы приобрести самые грубые и дешевые подавители. Жнецу было абсолютно безразлично на свое состояние. Важна лишь работа. А для Ториэль сойдет отмазка, что это и правда было всего лишь переутомлением.