Сладенький

      Конечно же Рипер поступил так, как сам считал нужным, проигнорировав предупреждения и рекомендации врача. Ториэль была успокоена отмазкой о подтвердившимся переутомлении. Правда, Жнецу пришлось постараться, чтобы убедить её не отправлять его в принудительный отпуск.       С каждым днём Смерть просыпался со все более нарастающим зудом во всем теле, но, благо он почти моментально проходил, стоило принять пару таблеток подавителей, к которым даже не была прочитана инструкция. Омега совсем не заботится о себе и своем здоровье, продолжая загонять себя работой. Так он еще, чтобы отвлечься от навязчивых мыслей о глючном альфе, нашел себе вечернюю, почти ночную подработку доставщиком в каком-то кафе. А что, свежий воздух полезен. Он даже малодушно не стал разбираться, что он доставляет.       А чтобы Ториэль ничего не заподозрила вновь, Жнец даже отрыл где-то грим и маскировал свое помятое общей усталостью лицо и синяки под глазницами. А что, теперь и имени своему соответствует. Размышлял как-то он, крутясь перед зеркалом, перед уже привычным утренним ритуалом «омоложения». И правда смерть. Только косы не хватает.       И вот одним не прекрасным утром он проснулся с сильной ломотой во всем теле и лужей чего-то вязкого под своим тазом, что еще наполовину не впиталось в простыни. Жнец испуганно вскочил и увидел на простыни широкое пятно смазки полупрозрачного оттенка. По всему его телу развивался жар, а лицо пылало в румянце. Пришло то, чего он боялся. Течка.       Омега тихо простонал и сразу же принял таблетки, закинув три белых кругляшка в рот и проглотив. Измученно посмотрев на часы, он понял, что чуть не проспал. Похоже, в состоянии горячки, вызванной течкой, он не услышал будильник. В следующие минут десять Рипер бегал по квартире, как ошпаренный, собираясь на работу. В этот раз эти обыденные вещи заняли несколько больше времени. А все вещи пропитались его течным запахом, поэтому пришлось еще и их поливать, и себя, маскирующими подобное духами.       Наконец-то вывалившись из своей душной квартиры, Жнец поспешил на остановку, где, конечно же, по великому правилу подлости, нужный ему автобус уехал прямо из-под носа. Отличное начало дня. Так как следующий должен был прийти только через полчаса, скелет был вынужден пойти на работу пешком. В принципе, через переулки он вполне успеет и еще время останется, но велик шанс нарваться на не самых приятных личностей. Но опаздывать не хотелось, как и тратиться на такси.       Рип почти без проблем добрался до выхода из темных, узких улочек. Почти. Лишь один раз ему пришлось убегать от какой-то грозноватого вида шпаны. От бега скулы затопило румянцем, дыхание сперло, а тело затопило жаром. И надо было ему, оглянувшись назад, чтобы проверить отстали ли преследователи, тут же впечататься в кого-то, пахнущего альфой, — это Рипер отметил как-то машинально, причем агрессивно пахнущего, на самом повороте на людную улицу. Смерть протараторил извинения и поспешил ретироваться.       Тем альфой оказался Даст. Он проводил сбежавшего хищным взглядом, что-то запомнив для себя и пошел дальше по своим делам, наметив заглянуть в булочную через пару часов.       Жнец же уже и забыл об этом столкновении, спеша на работу. К своему облегчению, он успел.       Войдя в булочную, омега уже спокойнее прошел в помещение для персонала, где оставил свои вещи и переоделся в некое подобие униформы. После он занял свое место за прилавком, скользя отсутствующим взглядом мутные виды и спешащих по своим делам существ за оконным стеклом.       Около часа после открытия посетителей было не так много, а вот потом они хлынули, как из рога изобилия. От такого смешения разных запахов альф и омег, беты никак не чувствовались, у Смерти уже начала побаливать голова: похоже, его восприятие стало острее, но он вскоре смог к этому привыкнуть, а вернее — просто терпел, по возможности стараясь делать вдохи как можно реже.       Через некоторое время этой круговерти, Рипер почувствовал некоторое недомогание и, предупредив напарника, поспешил покинуть забитое чужими запахами помещение и выйти на улицу через черный ход. Тот вел в небольшой переулок. Жнец отошел немного от двери и прислонился к стене, наконец-то получая возможность нормально дышать. Вместе с тем, Смерть чувствовал развивающийся по костям жар, скапливающийся в низу живота и в паху. По внутренней части бедер медленно потекла густая смазка, оставляя после себя несколько неприятное ощущение. Похоже, таблетки перестали действовать, а заветная коробочка осталась в сумке, которая, в свою очередь, находилась в комнате персонала.       Омега простонал от досады. Пробраться к ней незамеченным не получится, но не стоять же тут.       Смерть был так погружен в себя, просчитывая варианты, что не услышал шаги и не заметил, как в переулок зашел недавний альфа, с которым он утром столкнулся на выходе из переулка.       — Хех, что такая сладкая омежка делает тут совсем одна в такое непростое для неё время? — издевательски почти пропел он, подойдя к Риперу впритык и зависнув над ним, упираясь рукой в стену, рядом с его плечом.       Тот испуганно сглотнул и метнулся в сторону, попытавшись разорвать дистанцию. Инстинкт самосохранения взвыл благим матом, кажется, на латыни, требуя подальше унести ноги, забиться в какую-нибудь нору на всю неделю и косточки оттуда не высовывать.       Агрессивный и подавляющий запах Пыльного забивал обоняние, слабо кружа голову, но от этого омега чувствовал только усиливающуюся панику. Его побегу помешала вторая рука Даста, упираясь в стену параллельно первой и заключая Рипера в ловушку.       Смерть придушенно всхлипнул, враждебно уставившись на Маньяка, дрожа, кажется, каждой косточкой и позорно подтекая. Обняв самого себя за плечи, он пытался дать себе хоть какую-то иллюзию защищенности. Но чувство некой обреченности не прошло. Он от силы и две недели не успел пробыть омегой, а его уже, кажется, изнасилуют в этом самом переулке. Отличная перспектива, ничего не скажешь… На вопрос предположительно будущего насильника решено было не отвечать.       — Молчать значит будешь… — Пыль только хмыкнул, подхватывая пальцами подбородок Жнеца, до боли сжимая фалангами, вынуждая запрокинуть голову. — Молчание — знак согласия.       Даст надавил пальцами на уголки рта Смерти, вынуждая его разомкнуть челюсти и, под возмущенное мычание и безуспешные попытки оттолкнуть, запустил язык в его рот. Рипер попробовал укусить его, но, будто услышав его мысли, Пыльник разорвал насильственный поцелуй и дал омеге хлесткую пощечину. У того даже небольшие ссадины на скуле появились.       Маньяк перехватил обе руки Рипера, грубо сдавливая пальцами запястья, и резко поднял их вверх, прижимая к стене над головой своей жертвы. Пыльный бесцеремонно раздвинул коленом ноги омеги и сомкнул клыки на его шее, легко прокусывая костную ткань и пуская ему кровь.       — Нет! Отпусти меня! Нгх… — болезненно простонав, взмолил Рип, извиваясь под альфой. В его глазницах начали скапливаться слезы, готовые вот-вот покатиться по скулам. — Пожалуйста…       Влипал в неприятности Жнец редко, но качественно.       — Ты правда думаешь, что твои слова меня остановят? — глумливо усмехнулся альфа, следом проводя языком по шее Рипера, задевая оставленные своими зубами отметины. — Глупо.       Даст свободной рукой начал возиться с ширинкой Смерти, продолжая осыпать укусами его беззащитную шею. В скором времени она представляла собой сплошной кровоподтек.       Жнец чувствует, как паника подкатывает все сильнее и не придумал ничего умнее, кроме как пнуть насильника в пах. Судя по его злобному рычанию, он, в общем-то, сделал это зря, но что сделано — то сделано, и исправлению не подлежит. Его резко развернули и впечатали лицом в стену, заламывая назад руки.       — Шлюха, — зло прошипел Маньяк, рывком вытаскивая ремень Рипа из шлевок и связывая им его руки.       — Твою мать… — отчаянно проскулил Жнец, пытаясь одновременно и лягнуть, и как-то вывернуться из хватки Пыльного.       Дасту это надоело, и он приложил Смерть лбом о камень, вследствие чего тот обмяк и больше никак не мешал его действиям, чувствуя некое помутнение сознания. Похоже, слишком сильно ударился. Псих, довольно усмехнувшись, расправился со штанами омеги и спустил их.       Так бы и распрощался незадачливый Жнец со своей девственностью в грязном переулке, если бы, заинтересованный возней, ударами, всхлипами и, что уж скрывать, запахом течки, в переулок не заглянул один альфа. Тот самый, на которого Смерть слюнями капает уже несколько месяцев. Быстро сориентировавшись, он рывком отшвырнул Пыльного от его жертвы, словно мелкого котёнка.       — Вали отсюда, если целые кости тебе дороги, — холодно бросил в сторону Даста спаситель, перехватывая сползающего по стене Рипера за ребра, не давая ему упасть.       Маньяк зло рыкнул, но что-то внутри подсказывало ему не связываться с этим «айсбергом». Кажется, это была забитая интуиция. Он поднялся и пожал плечами. Да, омега, да, течная, но явно не то, за что стоит нарываться на неприятности, а весь вид противника так и кричал о них, хотя он выглядел вроде безобидно. Окинув этих двоих презрительным взглядом, Пыльный фыркнул и поспешил унести свои кости. В конце концов, город маленький, выловить эту омегу не составит труда.       Глючный проводил сбежавшего незаинтересованным взглядом и, только когда тот скрылся за поворотом, посмотрел на обмякшее в его руках тельце.       — Хей, ты в порядке? — потеряв всю холодность, обеспокоенно спросил спаситель, но ответа не последовало…       Рипер, почувствовав себя в безопасности (чувствовать себя в безопасности в период течки рядом с незнакомым альфой, класс), отключился от пережитого стресса.       Глючный заметил это и тяжело вздохнул. И что ему теперь делать с ним, не бросать же, в самом деле…