Сладенький

Как-то Рипер думал о том, что не чувствует течку так, как её описывают другие омеги. Так вот. Он понял, что он крупно ошибался, стоило ему проснуться следующим утром от жара, сковавшего все его тело. В шортах было невыносимо мокро, и эта пропитанная смазкой ткань липла к его бедрам, доставляя дополнительный дискомфорт. Жнец сам ошалел от подобного, когда понял, что к чему. Он попробовал подняться с кровати и доползти хотя бы до аптечки, что находилась на кухне, а до ванной, чтобы убрать все это, не было и речи, но конечности подвели его, ощущаясь совсем ватными, не способные выдержать вес его тела. К тому же, стоило ему дернуться, как он смог почувствовать все возбуждение и пульсацию в паху и низу живота. После недолгих раздумий, было решено остаться в кровати и по возможности не шевелиться, чтобы не сделать себе ещё хуже, но не прошло и пяти минут, как Смерть снова заерзал, непроизвольно потираясь стоящим колом членом о матрас, томно постанывая. А ещё через несколько минут раскрасневшийся омега стал то и дело бросать взгляды в сторону того ящика, куда он прошлым вечером, — или днём? — убрал подаренное Гено дилдо, но тут же ещё больше засмущался этой мысли и уткнулся лицом в подушку, пачкая наволочку в слюне, что обильно скапливалась во рту, и как никогда радовался тому, что не может поднять свое тело с кровати, боясь не сдержаться и применить эту игрушку по прямому назначению. Через несколько часов, — или минут? — показавшихся омеге маленькой вечностью, течка немного поутихла, — или просто Рипер к ней привык? — разум, в котором почти все это время крутились лишь неприличные фантазии с непосредственным участием Афтера, тоже прояснился, высвобождаясь из тягучего марева мыслей, чему Смерть был бесконечно рад, позволяя себе немного расслабиться. Но он не стал лежать долго, как бы не хотелось обратного — кто знает, как скоро жара накинется на него с новой силой. Рипер аккуратно поднялся с кровати, от чего его голова мгновенно закружилась и, придерживаясь за стенку, пошел на кухню, чувствуя, как подгибаются от каждого шага его колени. Такими темпами минут через десять Жнец добрался до своей цели и, прихватив необходимое, то есть воду и таблетки, а так же кое-как затолкав в себя немного фруктов, приполз обратно к месту сна и разврата. Его последних сил хватило только на то, чтобы стащить испачканные простыни на пол и заменить их новыми. Он замученно сел на кровать, чувствуя сильную усталость, будто, как в юности, разгружал вагоны, и накатывающее с новой силой возбуждение. Омега почувствовал хлынувшую с новой силой по бедрам смазку и постарался аккуратно улечься на простыни. Сил на то, чтобы выпить таблетки, у него уже не осталось. В следующие несколько часов течной дурман накинулся на него с новой силой, вынуждая метаться по кровати то ли в поисках удобного положения, то ли из-за несколькосекундного облегчения. В конце концов он улёгся на живот и периодически потирался крепко стоящим членом о вновь намокшие простыни, и периодически издавал слабые стоны, выпячивая таз. Ему до навязчивого зуда на костях и неоне хотелось почувствовать чьи-либо прикосновения. Хотя почему чьи-либо? Даже в таком поплывшем состоянии воображение подкидывало только лишь одного Афтера, превращая это в навязчивое желание. — Гено~. — звал в пустоту омега, извиваясь на кровати, все ещё чувствуя в квартире запах гаммы, оставшийся с прошлого визита. Совсем отдавшись урагану инстинктов, которые он испытывал впервые в жизни, Рипер накрыл неон ладонью и начал толкаться в свой кулак, скомканно постанывая. Он ещё никогда не чувствовал настолько сильного возбуждения. Ласк одного члена было мало, омеге невыносимо, до дрожи хотелось прикоснуться к себе в другом месте. К тому же, прикосновения почти не приносили облегчения, из-за чего Смерть захныкал, однако все равно продолжил резко надрачивать себе, чтобы хоть как-то снизить скопившееся напряжение, представляя на своем члене вместо своей ладони руку одного определенного гаммы. Вот только даже доведя себя до оргазма и белых мушек перед взглядом, омега не почувствовал и толики облегчения, жар все так же окутывал все его тело, мысли были заняты лишь единственным инстинктом — инстинктом размножения, смазка все продолжала вытекать из него, стекая по промежности, на мошонку и внутреннюю сторону бедер. Рипер только и мог скулить, извиваясь на влажных и раздражающих тело простынях, всхлипывая. Он не понял, когда вырубился, в какой момент, просто был тяжёлый дурман. И вот он уже просыпается от настойчивых лучей солнца, падающих прямо на лицо, — прошлым днём у Рипера совершенно не было сил зашторивать окна. В теле не было того возбуждения, лишь томление и усталость, но он прекрасно понимал, что это затишье перед продолжением бури. Жнец медленно сел и слегка поголубел, мазнув мимолётным взглядом по своим рукам, испачканным спермой, кажется, он доводил себя до оргазма ещё несколько раз, все также безуспешно пытаясь сыскать облегчения. От стыдливых мыслей омегу отвлёк звонок в дверь. Рипер заметался, не зная, что делать первым: бежать ли смотреть кто пришел или привести себя в хоть какой-то относительный порядок. Второй вариант всё-таки победил, и омега быстро сбежал в ванную оттирать руки от белесых потеков и стирать с бедер подсохшую смазку. Дальше, едва не споткнувшись о маленький порожек в ванную, он умчался обратно в свою комнату в поисках чистой одежды и натянул первые же бриджи и футболку. Как-то даже течка отошла на второй план, уступая желанию увидеться с одним конкретным гаммой, в коем Смерть не смел признаться даже самому себе. И галопом к входной двери, влетая в неё всем своим весом с разгона и заглядывая в глазок. Видимо, в этот раз жизнь решила с ним не шутить и пришедший оказался никем иным, как Афтером. Смерть не медля открыл дверь, едва не вывалившись в подъезд, так как все ещё использовал дверь в качестве точки опоры. Точнее, формально он не вывалился, так как Гено успел шагнуть вперёд и омега привалился уже к нему. — Уф, когда ты сказал, что придёшь, я не думал, что ты надумаешь заявиться ни свет, ни заря… — пробурчал омега куда-то в грудь Полумертвого. — Уже давно за полдень. Ты на часы вообще смотрел? — гамма ухмыльнулся. — Мнгх… Нет… — Кстати, ты так рад меня видеть~? — Гено, немного наглея, обвил рукой талию омежки, прижимая его к себе и ненавязчиво заталкивая в коридор, сразу же захлопывая дверь в квартиру. Рипер, который до этого, кажется, полностью потерялся в дурманящем запахе гаммы и просто растекся чем-то желейным в его руках, встрепенулся, заливаясь ярким голубым румянцем и резко упёрся ладонями в грудину Гено, отталкивая. На секунду на лице того промелькнула тень боли и Афтер отступил на несколько шагов. — Ничего подобного! — пламенно возразил Жнец, хотя все было в точности да наоборот. — Выбрось все свои сальные мыслишки, извращенец! — Ладно-ладно. — Полумертвый даже примирительно поднял ладони. — К тому же, их и не было. Что немаловажно. Как ты? Что это был за грохот? — он окинул омегу обеспокоенным взглядом, тот аж раскраснелся сильнее, смущённый таким вниманием к своей персоне. — В-все впорядке, насколько это может быть в моем п-положении… — надо отдать должное, Смерть почти смог контролировать свой голос. — Просто запнулся и едва не упал… Там в ванной довольно неудобный порог. Незачем беспокоиться. Правда… — Сильно ударился? — спросил Афтер, опускаясь на одно колено перед Рипером, приподнимая то одну, то другую его ногу, рассматривая на наличие повреждений. Он часто слышал, что в течку омеги могут пораниться и упорно не замечать этого, пока жар не пройдет. — Н-нет. — Смерти голубел все сильнее и сильнее. — Я же сказал, что все в порядке… Встань, пожалуйста, и прекрати меня смущать… — Ох, мои действия тебя смущают~? — Полумертвый все же выполнил просьбу омеги и встал с колен, пристально, с искорками веселья заглядывая в его глазницы. — Ну разумеется! Пришел тут такой…весь заботливый… Зачем ты это делаешь, правильный… Зачем заботишься обо мне… — настроение Рипера резко сменилось и он уже готов был заплакать. — Чего ты добиваешься, играясь со мной?! — Рипер, кто сказал, что я обманываю тебя или играюсь? Я же уже говорил, ты мне понравился, и мне просто хочется заботиться о тебе, я не прошу чего-то взамен. — гамма тоже прекрасно видел состояние Смерти и аккуратно обнял его, начиная ненавязчиво поглаживать по пояснице. — А что будет, когда твоя хотелка пройдет? Внушишь мне ложную надежду и уйдешь… А я…я… — Рипер все же начал всхлипывать, не найдя в себе смелость сказать «уже влип по самое не хочу, влюбляясь в тебя». — Тише, Рипер, тише. Тебе надо поспать. Иногда так бывает. Во время течек все эмоции напряжены и может произойти и такое. — гамма продолжал поглаживать Смерть, стараясь не вслушиваться в его слова. Едва ли Жнец мог понимать то, о чем говорил. — Я отнесу тебя в кровать и уйду. Афтер поднял дрожащего скелета на руки и занёс в комнату, там он закрыл раскуроченную постель одеялом и уложил плачущего Рипера сверху, взглядом выискивая покрывало. Но Жнец активно запротестовал, когда тот попытался отстраниться. Ведь Гено такой теплый, его запах будто окутывает омегу невидимым коконом, защищая от всего мира, а… — Не уходи… — слабым голосом попросил Жнец, крепче цепляясь за Полумертвого. … в его руках так хорошо и уютно, что хочется, чтобы эти мгновения близости никогда не прекращались. — Хорошо. — выдохнул гамма, укладываясь рядом с омегой, отмечая, что даже в таком состоянии его хватка была довольно сильной. — Как скажешь. А Смерть уже тихо сопел, уткнувшись лицом куда-то в ключицы Полумертвого.