Медсестричка

      Рик всегда с особой ясностью осознавал, что его работа идёт рука об руку с перспективой загреметь в больницу, но это не означало, что каждый подобный визит, пусть даже и не связанный с пулевым ранением, должен ему нравиться. Дни в госпитале тянулись невыносимо долго, и Граймс уже ждал выписки сильнее, чем дети — праздника. Времени на наверстывание упущенного из-за дежурств сна требовалось не так уж и много, не то чтобы окружающая обстановка располагала к продолжительному отдыху: больница гудела людскими голосами и движением непрерывно, круглые сутки, в какие-то часы громче, в какие-то — тише, как неустанное сердцебиение. Медперсонал наведывался в палату по определенному расписанию, так что Рик уже успел привыкнуть просыпаться от чужого присутствия в комнате. Правда, делать это под металлический грохот и приглушенную ругань ему до сих пор не доводилось. Как и, открывая глаза, первым делом видеть отменный зад медсестры, наклонившейся за упавшим лотком для шприцев. Отменный и знакомый — Рик не раз уже тайком пожирал его взглядом. Это было одним из немногих, если не единственным положительным моментом в необходимости находиться в этой чёртовой больнице. Но сегодня Граймс выиграл настоящий джекпот.       Мужчина жадно сглотнул, не в силах отвести глаз от ярко-алого всполоха белья из-под задравшегося подола белоснежного платья-халата. Оно выглядело тесным, чёрт подери, и больше напоминало стринги, потому что шелк безбожно съехал, забиваясь между двумя половинками и совсем ничего не оставляя воображению. В ответ на эту картину в паху у невольного зрителя предсказуемо начала разливаться сладостная тяжесть. Почему-то вид женского белья вкупе с едва различимой смачной руганью полностью закоротил ему мозг, и Рик не собирался углубляться в раздумья о причинах подобной бурной реакции, будь она побочным эффектом от обезболивающих или же намеком на кое-чьи грязные вкусы.       Заворожившее его заклятье моментально развеялось, стоило медсестре выпрямиться и, громче чертыхнувшись, поправить сползшие трусы. Резинка звонко хлопнула по загорелой коже, заставив член Рика с энтузиазмом вздрогнуть под одеялом. Просто отлично, всё, что в данный момент отделяло его секрет от неловкой во всех смыслах ситуации, это два слоя хлопковой ткани. Как будто пылающие щеки и расширившиеся зрачки были недостаточно откровенными симптомами. Рик мог бы попытаться спасти положение сомнительной шуткой про приснившийся только что ну ооочень хороший сон, но язык категорически отказывался работать. Потому что рядом с Дэрилом Диксоном невозможно было не потерять дар речи.       Тот, в последний раз ворчливо выругавшись себе под нос, наконец обернулся, поправляя сползшую форменную шапочку. И, по закону подлости, первым же делом упёрся взглядом в появившийся под покрывалом пациента предательский бугор — Рик обречённо наблюдал за движением этих дивных голубых глаз словно в замедленной съемке, застыв и, кажется, даже не дыша. А вот его эрекцию пристальный посторонний взгляд, напротив, ничуть не смущал. Как назло, внимание объекта безмолвной страсти воодушевляло еще больше. И это действительно так, Рик влюблен по уши. Ему не стыдно вновь ощущать себя глупым подростком: без конца краснеть, кусать губы и вытирать об покрывало вспотевшие ладони.       Стоило тёплым пальцам Диксона наконец коснуться его руки, Рик просто поплыл, всё ещё не в силах выдавить из себя и слова. Он только сейчас заметил, что щеки Дэрила тоже горели пунцовым цветом, который нельзя было списать на якобы высокую температуру в палате. И тем не менее, Диксон поспешно смахнул выступившую на виске испарину (или лишь иллюзорное ощущение от нее, что, по сути, не имело никакого значения), будто бы выигранные таким образом несколько мгновений позволили ему набраться достаточно уверенности и наконец-то сесть на край кушетки, чтобы по обыкновению сделать укол.       Не так давно Рик решился пожаловаться, что на внутримышечные инъекции у него больше нет никаких сил, и с тех пор стал получать их прямо в вену от заботливого Дэрила. И снова смог спать на спине. Видит Бог, иглы он ненавидел, но разве до них, когда рядом есть нечто куда более достойное внимания? Эти смущенно опущенные, и вместе с тем сосредоточенные голубые глаза, этот негромкий голос, с ноткой искреннего беспокойства спрашивающий, хорошо ли Рик себя сегодня чувствует, на что остается лишь утвердительно кивнуть. Очевидность этого ответа уже начинает причинять некоторый дискомфорт, но Рик отказывается даже попытаться оторвать взгляд от лица человека, в которого успел влюбиться по уши.       Игла шприца скользнула под кожу легко и практически незаметно, но Дэрил, даже ощущая на себе прикосновение пристального взгляда мужчины, постарался не отвлекаться от привычных действий. И всё равно, несмотря на все его старания быть максимально аккуратным и точные движения, Рик тихо зашипел, когда инородный предмет наконец тягуче удалился из его вены.       — Больно? — спросил Дэрил, невольно поморщившись, как будто сам почувствовал то же самое.       Рику не хотелось расстраивать его своими жалобами, в конце концов, это всего лишь секундное, вполне терпимое ощущение. Ради возможности видеть Дэрила, он согласен был выносить уколы и по шесть раз на дню. Кажется, последнее он произнес вслух, потому что Диксон покраснел ещё сильнее, хотя, казалось, подобное уже просто невозможно. Опустив голову, он нервно сжал в руках край и без того короткого платья. Этот жест буквально приковал к себе взгляд полицейского, моментально и резко, будто блеск оружия, заткнутого за пояс собеседника. Рик знает охватившее его вдруг состояние очень хорошо. На дежурстве, во время вызовов оно всегда было рядом, слегка проступая на поверхности где-то в уголке сознания, готовое выйти на главный план по первой же необходимости.       Именно поэтому Рик знает, что и как должен делать. Он без лишних слов и колебаний кладет широкую ладонь на призывно торчащую из-под белого платья коленку. Пусть такой жест и можно расценить как дерзкий, но Рик нежно поглаживает колено вздрогнувшего от неожиданности Дэрила, задевая большим пальцем заодно и его судорожно сжатую на ткани руку, тем самым сглаживая грубоватое, хищническое впечатление, и с удовольствием наблюдает за тем, как мужчина перед ним начинает понемногу расслабляться. В глазах напротив всё ещё читался некий испуг, но с каждым мгновением, с каждым выведенным пальцем на прикрытой капроном чулка коже кругом, его вытесняло совсем другое чувство. И всё сильней пожирающие синеву радужки зрачки. Уже одно это зрелище — как сигнал светофора, позволяющий двигаться дальше, и рука Рика, теперь не скованная никакими запретами, неторопливо скользит выше.       Дэрил, полностью подпавший под острую сосредоточенность Граймса, практически синхронно с его действиями наконец отпускает подол платья, тут же поползший вверх, и чуть шире разводит ноги, открывая лучший вид на белье. Пусть размер и практически идеально подобран, женская модель с трудом удерживает его в себе, особенно после того как рука Рика, бережно поласкав внутреннюю сторону бедра, уверенно легла Дэрилу на пах. Он застонал тихо и тут же закусил губу, стараясь не смотреть в глаза «больного», как будто был убежден, что увидит там нечто куда более неприличное, чем-то, что происходило сейчас внизу. Сглотнув слюну, словно проголодавшийся турист перед обеденным столом, Рик наклонился ближе к лицу своей медсестрички. Дэрил, как по рефлексу, в ответ прикрыл глаза, уже ощущая на коже теплое дыхание, и слегка подрагивая в предвкушении поцелуя.       Но Рик не стал торопиться с исполнением его желания, вместо этого наклонив голову ниже, чтобы нежно припасть поцелуем к шее. От первого же прикосновения мягких губ, дыхание Дэрила сбилось на какое-то мгновение, но практически моментально начало стремительно учащаться, когда Рик, методично покрыв поцелуями манящий изгиб загорелой кожи, перешел к осторожным покусываниям. Дэрил больше не мог не стонать громче — никто, кроме Рика не делал с ним ничего подобного, Диксон уже начал ерзать на месте, вцепившись рукой в волосы Граймса, хотя и сам не успел заметить, как это произошло. И стоит лишь слегка сжать зарывшиеся в темные кудри пальцы, Рик буквально звереет, начиная ласкать шею любовника с такой жадность, как будто кто-нибудь может его отнять.       Он тянет мужчину за талию, и Дэрил послушно забирается на кушетку прямо так, не снимая красных туфель на высоком каблуке, и усаживается Граймсу на колени. Будто бы в качестве награды за правильное поведение, Рик наконец целует его жадно и мокро, и Дэрилу больше ничего не остается, кроме как глухо мычать и беспомощно тереться пахом о бугор мужчины, всё ещё прикрытый простыней и сорочкой. У него просто нет достаточно пространства ни для чего другого — руки партнера уже нетерпеливо задирают короткое белое платье и крепко сжимают упругие ягодицы, замирая на них, чтобы насладиться моментом.       Скользкий шелк трусиков снова сполз, оголяя одну половинку, позволив Рику наконец прикоснуться к гладкой, пылающей коже, сжать её чуть крепче и слегка шлепнуть, вырвав у Дэрила удивленный, но весьма возбуждающий вскрик. Ощущение вседозволенности приятно кружило голову, но вместе с тем всё острое внимание Рика полностью сосредоточилось на мужчине у него на коленях, на его пылающих щеках, нетерпеливом ерзанье, на проступивших на тонкой ткани платья контурах возбужденных сосков. Будто под воздействием инстинкта, Рик подался вперед к левому бугорку и начал ласкать его языком прямо через ткань, заслужив в качестве награды от своей медсестры совсем не мужественный возглас, тут же превратившийся в сладкий стон. Не отвлекаясь от столь увлекательного занятия, Рик принялся нетерпеливо расстегивать раздражающе мелкие пуговки платья, желая добраться до кожи и узнать, какие же звуки Дэрил начнет издавать тогда.       Распахнув полы халата, Рик жадными руками огладил теплые бока мужчины, отчего тот едва заметно вздрогнул. От этой ласки его соски моментально напряглись, и Граймс счел это идеальным моментом, чтобы шумно впиться губами в ближайший, облизывая и посасывая. Дэрил запрокинул голову, буквально заскулив и крепче сжав волосы мужчины, чтобы тот не смел отстраняться.       Его белье уже уничтожено: он знал это совершенно точно, потому что чувствовал как капли смазки намочили шелковую ткань, и та теперь безжалостно натирала возбужденный член, оказавшийся в тесной ловушке. Поэтому Дэрилу ничего не остается, кроме как нетерпеливо тереться возбужденной плотью о живот мужчины. Словно издеваясь, Рик отстраняется и дует на влажный сосок, вырывая у Дэрила громкий стон.       Рик переводит свое внимание ниже и ласкает живот своей медсестрички, а его рука в это время медленно спускается по пояснице любовника, чтобы проникнуть под резинку и так жмущих трусиков. Он неумолимо ведет средним пальцем по ложбинке между ягодицами всё ниже и ниже, пока не касается плотного колечка мышц. Дэрил хнычет и подается навстречу, но Рик шлепает его по заднице, и с усмешкой смотрит на раскрасневшегося мужчину, чьи глаза успели из привычных голубых озер стать пылающими омутами жажды и похоти.        — П-пожалуйста, Рик, — проскулил Дэрил. Рик облизнулся, наслаждаясь тем, как звучит собственное имя из уст этого крышесносного мужчины. Совершенно неожиданно для партнера, он вдруг отстранился, вынимая руку из трусов, и Дэрил издает отчаянный всхлип, не понимая сначала, что произошло. Но, увидев, что Граймс достает из тумбы смазку, замолкает и громко сглатывает.       В глазах Рика, когда он снова поднимает взгляд, такой шальной огонь, что у Дэрила мурашки прокатываются по спине, а в паху еще сильней тяжелеет. Для него оказывается большой неожиданностью, когда мнимый больной берет его за руку и выдавливает немного смазки на пальцы, кивком побуждая поторапливаться. Уши Дэрила будто занялись пламенем — ему и в голову не могло прийти, что его попросят о подобном. Но, чёрт возьми, это было так стыдно и упоительно грязно: подготовиться для своего мужчины, у него на глазах. Дэрил закусил губу и на мгновение прикрыл глаза, когда почувствовал вызванный этими мыслями новый укол влажности в трусах. Более не задумываясь о смущении, он завел руку за спину, и Рик, будто только того и ждал, по-хозяйски сильнее отвел в сторону сползший по одной ягодице край белья, облегчая ему доступ. Синева его острого взгляда одурманивала, лишала остатков воли — Дэрил, будто в полусне, начал ласкать себя скользкими пальцами, тем не менее, четко ощущая каждое прикосновение и жар сильного тела, к которому прижимался. Рик с жадностью ловит момент, когда Дэрил наконец решается чуть сильнее надавить пальцем, и его тело неожиданно легко поддается. Он сладко охает, а у Рика вырывается хриплый выдох, будто ничего прекрасней он в жизни не видел. Пока Дэрил занят тем, чтобы достаточно разогреть и расслабить себя для продолжения, Рик тоже набирает смазку на пальцы и скользит рукой вдоль поясницы своей прекрасной медсестры — подол платья уже давно сполз по узким бедрам к талии, полностью оголяя затянутый в тесный алый шелк пах и скрывающуюся в нем мягкую дорожку волос на подтянутом, но все равно трогательно-мягком животике. Вниз по копчику к заветной ложбинке, наконец снова забираясь в белье тем же путем, что и в первый раз.        Дэрил не ожидал, что ощущение чужих пальцев там, где его собственный проникает в тело, вызовет у него настолько бесстыдные стоны и сильную дрожь, будто бы через плоть пропустили электрический заряд. Рик, словно хищная птица, не упускал ни одного движения его мышц, ни одной эмоции, промелькнувшей на лице. Такое пристальное внимание осязалось практически как физическое, и в момент, когда Дэрил понял, что больше не в силах быть его объектом, когда напряжение в воздухе уже казалось удушающим, его палец случайно выскользнул из жаркого плена. Он тут же попытался вернуться обратно, но на сей раз уже не в одиночестве: их с Риком пальцы одновременно напористо прижались к колечку мышц и, после мимолетного сопротивления, проникли внутрь.       Рик глубоко дышал, завороженно глядя на лицо перед собой. Диксон был так красив сейчас, такой разгоряченный и требовательный к ласкам. Дэрил сжимал рукой плечо Граймса и бесстыдно всё глубже и глубже подавался навстречу заполняющим его пальцам, ощущая, что даже этого слишком мало. Ему было нужно, чтобы его заполнили до предела и заклеймили, как своего. В какой-то момент он не выдержал и простонал:       — Рик, мне нужно… — Рик тут же замедлил движение пальцем, на что получил в ответ недовольное хныканье.       — Скажи, солнышко. Что тебе нужно? — обдает он жаром дыхания ухо Диксона. Дэрил стиснул зубы и сжал его майку ещё крепче, прежде чем проскулить:       — Т-трахни меня…       — Тшшш, тише-тише… Бедный мой… — проворковал Рик, проводя языком от мочки по краю раскрасневшегося уха Дэрила. — Я дам всё, что тебе нужно… — да и как бы мог он в чём-то отказать этому великолепному созданию? Они оба уже достаточно терпели, настало время наконец получить то, в чем оба так остро нуждались.       — Приподнимись слегка… — Дэрил послушно отвел бедра, давая больше простора уже болезненно пульсирующему стояку, и Рик с облегчением откинул одеяло и поднял край больничной сорочки. После жара их прижатых друг к другу тел, воздух в палате оказался шокирующе прохладным. Влажно блестящий член Рика едва заметно дернулся, буквально приковывая к себе взгляд Дэрила.       Он чувствовал как всё внутри горит от нетерпения, и, вместе с тем, от безумного стыда. Он никогда себе не позволял ничего подобного. Быть шлюхой того, кого едва знает. Но этот взгляд… Чувства, которые вызывал в нем этот мужчина… Он готов подчиняться ему и быть предан, как верный пёс. Отдавать ему себя всего, вместе с телом и душой. Дэрилу не терпелось насадиться на стоящий колом член и почувствовать себя одним целым с этим мужчиной, который будоражил кровь, и наконец принадлежать ему одному… Кто бы мог подумать, что возможно одновременно чувствовать такую обжигающую похоть и щемящую сердце нежность одновременно.       Но именно это Дэрил видел и в глазах Рика тоже, это придало ему уверенности. Он поначалу робко прикоснулся к члену партнера, но довольно быстро осмелел, крепче обхватывая и уверенно проводя от основания до самой головки, чтобы покрыть его оставшейся смазкой. После этого у Рика наконец кончилось терпение: он прижал Диксона к себе покрепче, потеревшись небритой щекой о голую кожу его груди, тоже пару раз провел сжатой ладонью по эрекции, пусть и несколько грубо, убедившись, что смазки достаточно. Дэрил заерзал было, намереваясь снять мешавшееся белье, но Рик тут же крепко обхватил его за бедра, едва ли не прорычав:       — Нет. Оставь, — на непонимающий взгляд Дэрила он ответил хищной ухмылкой. — Хочу, чтобы ты в них кончил.       Его ухмылка стала еще шире, когда Диксон испустил полузадушенный стон, очевидно, уже в красках представляя, каково это будет. Не желая больше заставлять свою прекрасную медсестру ждать, Рик не совсем нежно опять отвел в сторону край белья, полностью обнажая одну из ягодиц. Раздался едва слышный треск, но чёрт бы с ним, в этот самый момент мужчина поклялся, что купит этому прекрасному созданию хоть десять бутиков элитного белья!       Дэрил старался не извиваться в его руках, что есть мочи вцепившись в больничную рубаху, которой, судя по всему, совсем скоро предстояло от такого обращения превратиться в лохмотья, но Рик совсем не был против, чтобы нетерпеливый Дэрил разрывал на нем одежду, чуть ли не скуля от необходимости быть заполненным. Когда к разогревшемуся, влажному от смазки отверстию прижалась пылающая головка члена, Дэрил резко вдохнул, сомкнув веки и непроизвольно приоткрыв резко расслабившийся рот. С зацелованных губ сорвался протяжный, отчаянный стон.        Обе ладони Рика лежали на его ягодицах — поддерживая, и не давая уклониться от прикосновения. Пальцы крепко впивались в нежную плоть, обещая оставить после себя множество отметок, которые постоянно будут напоминать Диксону об этом моменте. Чуть крепче сжав их, Рик сильнее развел ягодицы партнера в стороны и резко отпустил их и снова шлепнул, в последний раз позволив себе подразнить скулящего в его объятьях мужчину. Вернув руки на уже заметно подрагивающие бедра Дэрила, Рик хрипло, почти рыча прошептал ему на ухо:       — Ну что же ты, детка? Давай, присаживайся.       Дэрил не знал, откуда у него взялись силы. Он вообще не понимал, каким чудом все еще умудрялся понимать человеческую речь, но ослушаться было бы немыслимо. Он неторопливо, но уверенно двинулся бедрами навстречу обжигающему давлению члена у него между ног, задержав дыхание и хмуря брови от усердия, пока, наконец-то, после легкого сопротивления мышц у широкой головки не получилось плавно войти в него. Он протяжно застонал, ощущая, как его заполняют изнутри, и одно лишь осознание этого приносило немыслимое удовольствие. Он попытался было нетерпеливо опуститься вниз, но крепкие руки удерживали его, не давая навредить самому себе. Когда член вошел полностью, Дэрил облегченно вздохнул и сразу же сделал первый толчок, уже в желании получить долгожданный оргазм. Но вновь получил шлепок по заднице:       -Нетерпеливая сучка! — хрипло произносит Граймс.       -Рик, мне нужно!.. — требовательно простонал Дэрил. Рик улыбнулся, с нежностью смотря на мужчину. Со лба Дэрила уже стекает пот, глаза зажмурены, а зубы вцепились в нижнюю губу. Хоть Рик и хотел оттянуть этот момент подольше, но собственные яйца уже сжимались от жажды трахнуть любимую медсестричку.       — Ну, давай, попрыгай немного на своем пациенте, — шепчет ему на ухо Рик, и в награду получает ещё один тихий стон.       Дэрил все еще способен краснеть, как девственница, но не застывает в нерешительности ни на мгновение. Если Граймс хочет увидеть шоу, то он уж расстарается, чтобы в итоге выдоить его до последней капли. От одной этой мысли в паху нестерпимо ныло. И, как Дэрил вдруг заметил с новой волной смущения, его возбужденную реакцию теперь с легкостью выдавал собственный ритмично сжимающийся зад.       Он откинулся назад, опираясь руками о матрас, в надежде, что от движений его новое открытие останется незамеченным. Рик впился взглядом в его фигуру, столь эффектно выставленную на обозрение. Кажется, даже сглотнул и, не сдержавшись, собственнически провел ладонью от живота вверх, к груди и крепкой шее.       Сосредоточенно пыхтя и уже постанывая с заметным отчаянием, Дэрил искал подходящее положение, в конце концов перекинув весь вес на руки и начав приподыматься. Получалось медленно, совсем не так, как ему хотелось — он боялся случайно упустить заполнявший его член. Но признать, что выбранная поза подошла бы для человека с большим опытом, не позволяла гордость. Немного приподнявшись, он с силой опустился обратно — по палате разнесся громкий шлепок, и это будто придало Дэрилу уверенности. Найдя нужный ритм, он запрокинул голову, наслаждаясь звуками, чувством заполненности и тем, как собственный член подпрыгивает в такт движениям. Руки Рика задумчиво, но жадно блуждали по его телу, задерживаясь то там, то здесь, изучая и исследуя, на какие ласки следует самый бурный отклик. Пока наконец не добрались до сосков и внезапно сжали их. Дэрил хрипло вскрикнул и выгнулся от внезапной вспышки боли, на мгновение сильнее сжавшись внутри. По члену потекла капля смазки, щекоча кожу. Смешок Рика был хриплым и довольным:        — Я, кажется, сказал «попрыгай», а не «поерзай», — он нежно огладил одну из затянутых в чулок коленок Дэрила. — Я знаю, что эти ножки способны на большее.       — Бля-я-ядь! — простонал Дэрил, ещё сильнее выгибаясь в спине. Рука потянулась к собственному члену, который отчаянно нуждался в прикосновении, но звонкий шлепок по ней заставил мгновенно забыть о подобной затее.       — Блядь здесь только одна, — кусает его плечо Граймс. — Покажи, чья ты сучка. Как ты хочешь кончить от одного моего члена в тебе.       Дэрил уже хнычет, вцепившись руками в тонкое одеяло, но послушно начинает двигать бедрами с ещё большей активностью. Грязные стоны смешались с пошлыми звуками шлепков кожи о кожу. Утонувший в удовольствии, Дэрил и вовсе забыл, что они находятся в больнице и сейчас их может слышать проходивший мимо палаты персонал. Но на это было плевать, он хотел лишь, чтобы его «хозяин» был доволен, поэтому старался не сбиваться с темпа, даже несмотря на усталость.       — Вот так, вот теперь я слышу, что ты действительно стараешься, — у этого голубоглазого самодовольного ублюдка ещё оставались силы ухмыляться, хотя состояние у него было немногим лучше, чем у любовника. Всё тело Дэрила покрылось потом, ноги затекли и подрагивали, а горло уже саднило от высоких стонов. Почувствовав приближение оргазма, он ускорил движения, неистово желая излить семя. Внизу живота все распалялся жар, и Диксон уже готов был издать последний громкий стон, как чужие пальцы вдруг стиснули его член у основания, резко оборвав уже готовую было накрыть с головой волну блаженства. Железная хватка на талии (кто бы мог подумать, что силы одной руки будет достаточно для этого) не позволяла больше двигаться, и Дэрил испустил настолько жалкий стон, что тот больше походил на всхлипывание, будто мужчина уже готов разрыдаться от невозможности кончить. Но даже эти звуки, кажется, завораживали Рика — Дэрил чувствует как член внутри с энтузиазмом запульсировал, как будто его обладатель и впрямь увидел что-то особо возбуждающее. Рик насмешливо-осуждающе прицокнул языком:       — Ты же не собираешься сделать это без разрешения, солнышко? Было бы крайне невежливо, — Дэрил и пикнуть не успел, как Граймс перевернул их и навис над ним, как голодный человек над роскошным банкетом. Облизнувшись, Рик прошелся горячим взглядом по разложенному перед ним телу и, уверенно вскинув ноги Дэрила себе на плечи, подался вперед с жадным, грязным поцелуем, чуть ли не складывая медсестричку пополам.       — Готов? — усмехнулся он, глядя на запыхавшегося и совсем ошалелого Диксона, когда наконец закончил насиловать его рот. Рик не стал дожидаться вразумительного ответа, удовлетворившись невнятным мычанием, и начал двигаться, пока что особо не торопясь, но в каждый толчок вкладывая такую силу, чтобы Дэрил как следует прочувствовал каждый заполняющий его сантиметр плоти.       Бешеный ритм Граймса заставлял одновременно всхлипывать, стонать и скулить. Дэрил вцепился в металлическую спинку больничной койки с такой силой, что на пальцах побелели костяшки.       Он не знал, откуда у него еще оставались силы держаться на плаву. Сознание спуталось, тесные трусы натирали истекающий смазкой член, принося странное удовольствие, а в глазах виднелись только разноцветные мерцающие блики от мощных толчков Граймса. И при этом ему всё ещё было мало. Казалось, ему всегда будет недостаточно Рика. Ему хотелось, чтобы Рик проник в каждую клеточку его тела. Дэрил хватается рукой за плечо Граймса и царапает кожу, даже сквозь ткань рубахи. Он откинул голову, открывая своё горло на обозрение голодного «волка», который тут же воспользовался этим и жадно вцепился зубами в тонкую шею. Истошный вопль заполняет палату, и Дэрил больше не выдерживает: с продолжительным стоном он мощной струей изливается себе на живот.       Он будто оглох и ослеп, на мгновение или на целую вечность, невидяще пялясь в потолок и не в силах больше управлять собственным телом. Рик над ним глухо захрипел, так и не разомкнув зубы на беззащитной шее, еще несколько раз с силой толкнулся в судорожно сжимающееся тело, беспощадно протираясь об его несчастную простату, и замер, крепко прижавшись поджавшимися яйцами к раскрасневшемуся заду Диксона. Дэрил почувствовал как его начинает заполнять горячим и издал последний полузадушенный стон. Жалобный, но, на удивление для только что кончившего человека, распутный.       Казалось, прошли целые часы, прежде чем Рик наконец-то отпустил его уничтоженное горло, коротко вылизывая оставшиеся следы, будто бы нанося последние штрихи на шедевр. С явной неохотой покинув гостеприимное горячее тело, он, прежде чем бережно опустить закинутые ему на плечи ноги партнера, пару раз шлепнул не прикрытую бельём ягодицу, вырвав у Дэрила слабый вскрик. Впрочем, даже это особо не привело Диксона в чувства. Он лежал перед Граймсом, распластанный на смятых, безнадежно испорченных простынях, всё ещё тяжело дыша, время от времени облизывая губы и не торопясь с попытками осознать окружающее пространство.       Рик пялился на него, не в силах отвести взгляд. Ткань платья, до предела натянутая у тех пуговиц, что всё ещё оставались застегнутыми, выгодно и совершенно непристойно подчеркивала блестящие от пота мышцы и фигуру. На одной крепкой ноге больше не было туфли, и чулок съехал почти к колену. Второй чулок теперь украшали несколько стрелок, совершенно очевидно оставленных пальцами Рика. Но завершало этот прекрасный образ, делало его идеальным то зрелище, что открывалось ниже пояса. Съехавший вбок влажно потемневший шелк трусиков обнажал теперь не только как следует оттраханную задницу, но и чуть ли не половину члена, беспомощно прижатого кружевной резинкой к заляпанному спермой животу. Рик чувствовал себя настоящим художником. Завороженно проведя по еще свежим каплям рукой, он поднес пальцы к расслабленно приоткрытым губам Дэрила.        Тот послушно всасывает пальцы, чувствуя солоноватый вкус собственной спермы, и тихо стонет, когда пальцы сменяются мокрым языком Рика. Лишенный всяких сил, Дэрил лениво отвечает на жадный поцелуй, чувствуя приятную истому во всем теле. Оторвавшись от поцелуя, Рик с теплотой смотрит в его глаза и затем широко улыбается:       — Моя сучка хорошо поработала сегодня.       Дэрил покраснел и отвернулся:.       — Извращенец! Я больше не собираюсь участвовать в твоих пошлых фантазиях!       — Моих? — изогнул бровь Рик, со смешинкой глядя на мужа. — Это разве я только что стонал, как шлюшка, на всю больницу?       — Ты больной ублюдок! — вспыхнул Дэрил, чувствуя, как начинают пылать шея и уши. Рик улыбнулся ещё шире, напоминая Чеширского кота, собственнически поглаживая его бедро.       — Не такой уж и больной. Меня выписывают.       — Нас могли заметить!       Рик поцеловал его ключицу, поднимаясь выше к яркой отметине на шее со следами от зубов.       — Не волнуйся, Хершел обещал, что нас никто не побеспокоит в течении часа. Вот видишь, как полезно вести дружбу с врачами?       Дэрил фыркнул на это, но не сдерживает тихий стон, когда Рик обводит языком пострадавшую часть кожи, вызывая легкую дрожь. Дэрил прикрывает глаза, наслаждаясь приятными ласками и едва слышно постанывая. Рик поднимается всё выше, целует щеку и зарывается носом во взмокшие от пота волосы.       — Покажи мне себя, — неожиданно просит он.       Дэрил распахивает глаза и удивленно смотрит на мужа.       — Ну давай же, у нас ещё пятнадцать минут! — нетерпеливо поерзал Рик, сев на колени.       Дэрил сглотнул, глядя на облизывающегося мужа, и просто не смог не подчиниться. Он смущенно закусил губу и послушно перевернулся, вставая на четвереньки. Колени подрагивали, но он не стал жаловаться, а просто выпятил зад. Каждый раз было стыдно настолько открываться перед Риком. Но Дэрил никогда не признается в том, насколько сильно ему нравится то, что собирается сделать его муж.       Рик похотливым взглядом смотрел на открывшуюся перед ним картину. Полы халата наполовину скрывали голые ягодицы, а сползшие трусы смотрелись дико сексуально на смуглых бедрах. Рик выдохнул и подполз ближе. Задрал халат и, наклонившись, мягко поцеловал левую ягодицу, спуская шелковые трусики ниже. Помял жадными руками подтянутую задницу, уставившись на покрасневшее отверстие из которого сочилась его собственная сперма. Когда Дэрил проворчал в подушку: «Чёртов извращенец!», Рик улыбнулся, но ворчание прервалось, стоило ему обвести языком плотное колечко мышц. Дэрил хрипло застонал, крепко сжимая подушку в руках и невольно подаваясь назад. Рик ухмыляется, но не торопится отвечать на немые просьбы.       — Чего хочет моя шлюшка? — издевательски-соблазнительно спросил он.       — Рик, — глухо захныкал Дэрил, без стеснения ёрзая задницей. — Пожалуйста!       — Пожалуйста что, солнышко?       — Вставь этот чёртов язык! — потребовал Дэрил, чувствуя, как горит всё лицо.       Ухмылка Рика вырастает. Он устраивается поудобнее и раздвигает ягодицы медсестрички, открывая доступ к заветной дырочке. Он уже высовывает язык, готовый проникнуть в отверстие, когда дверь палаты внезапно открывается. Рик и Дэрил вздрагивают и с ужасом смотрят на стоящего на пороге прифигевшего Уолша, держащего в руке купленный в шутку шарик с надписью «Выздоравливай!».       — Твою мать, что за хрень!!! — с некоторым запозданием напарник Граймса очнулся от шока и тут же выскочил из палаты, захлопывая дверь. — МОИ ГЛАЗА!!! МОИ ГЛАЗА!!! — доносились крики из коридора больницы.       Покрасневший от стыда Рик растерянно заморгал и посмотрел на своего мужа, который уставился на него с упреком.       — Ну что, доигрался, медсестричка?! — Дэрил подкрепил свои слова, швырнув в Граймса подушку.       Рик поймал её и нервно улыбнулся, пожимая плечами.       — В следующий раз нужно предусмотреть и этот случай.