А ведь я просто не хотел тебя потерять.

.__________. /автор волнуется/ Хибари стоял и расширенными глазами смотрел на Дино. Впервые в жизни Хранителю Облака стало действительно не по себе. От одного вида. Этот взгляд, эта улыбка… они заставляли сердце Кеи странно сжиматься. А Каваллоне сидел на полу и смеялся, не громко, не заливисто, но так, что пробирало до костей. В глазах отражалось уже не скрываемое безумие, блеск во взгляде отражал все его желания, а зловещая издевательская улыбка, в которой растянулись его губы, говорила о том, что он уже все решил для себя. Он действительно не отступится. Мустанг закинул руки за голову и, не переставая смеяться, по-хозяйски откинулся спиной на стену. - Ты как всегда, Кея, - проговорил он. – Неприступный, холодный и равнодушный. Бесчувственный чурбан… Сколько можно меня мучить? - Ты… кто? – напряженным голосом спросил Хибари. - Кто Я? – Дино залился смехом. – Кея, а ты не видишь? – он медленно поднялся и выпрямился во весь рост, гордо подняв голову и надменно посмотрев на Кею сверху вниз. - Ты не Дино, - ответил тот, сильнее сжимая тонфы в своих руках. - Да неужели, – усмехнулся Мустанг, медленно направляясь к главе Дисциплинарного Комитета. Тот напряженно наблюдал за ним, заставляя себя спокойно стоять на месте. Неожиданно Дино сделал резкий выпад вперед и, схватив Кею за руку, притянул к себе так, что хранитель оказался прижатым к нему спиной. Тот попытался ударить его локтем, или что лучше, тонфой в живот, но Каваллоне сжал его руки и обездвижил их. Дино отнял оружие у паренька, оставив того без главного способа защиты и властно провел ладонью по его бедру, задрав рубашку и коснувшись нежной кожи. - Кто ты? - прошипел Кея, пытаясь вырваться и ударить Каваллоне, но тот не позволял. - Кея, ты что, я Дино, - насмешливо улыбнулся Мустанг, еще сильнее прижимая к себе Хибари. Неожиданно на его лице проступила та детская, невинная улыбка, что всегда царила на его лице, объятия немного разжались, и Хибари удалось повернуть голову и увидеть ее. – Кея, что ты… мы… я… - недоуменно проговорил он, а Хранитель нахмурился и понял, что это действительно это травоядное. Но так же внезапно, как улыбка появилась, она исчезла, оставив после себя все ту же насмешку. Но Кея уже был уверен, что это Мустанг. Тот сжал зубами мочку его уха и, проведя пальцами вверх по его прессу, обвел сосок. Языком он скользнул ему в ухо и, почувствовав, как дернулось тело Кеи от этого прикосновения, тихо засмеялся своим чарующим смехом. «Это точно Каваллоне», - подумал Кея, услышав этот смех. Он начал вырываться: толкаться, отбрыкиваться и выкручиваться из цепких рук Мустанга, но, когда у него почти получилось это сделать, тот впечатал его в стену, заставив неслабо приложиться к ней головой, и тихо промурлыкал: - Я советую тебе не сопротивляться, Кея… Отдайся добровольно, и оба будем довольны. - Не дождешься, - процедил тот, снова пытаясь вырваться. Дино лишь усмехнулся и проговорил: - Мое дело предложить… твое дело отказаться. Тогда я возьму тебя сам. Глаза Кеи расширились и наполнились злостью. На лице появилась ответная ухмылка: - Ну попробуй. - Ты сам разрешил, - Дино расплылся в зловещей улыбке и заинтересованно посмотрел куда-то вбок. Его рот слегка приоткрылся, а по зубам легко прошелся его юркий язык. Почему-то от вида этого движения живот Кеи томно потянуло, а в груди начал разгораться жар. – Кажется, это твое, так? – Кея повернул голову и потрясенно замер, увидев в руках Мустанга свои наручники. - Откуда они у тебя? - он понял, что собирался сделать Каваллоне, и ему эта идея совершенно не понравилась. Он тихо сглотнул и посмотрел в горящие зловещим безумием глаза. Неожиданно на его запястье застегнулся наручник, и Дино, отстранившись, резко потянул его на себя. Кея не удержал равновесия и упал прямиком на кровать, и в тот же момент второе кольцо наручников сжалось вокруг резной завитушки изголовья кровати, лишив Кею возможности сбежать. Пусть это и было его оружие, но если он сам попал в собственную ловушку, выбраться оттуда даже ему самому было невозможно. - Ты скотина, – прошипел Кея, пытаясь сесть, но Дино положил руку на его грудь и придавил к матрасу. - Нет, Кея, просто ты меня вынуждаешь. – ухмыльнулся он. – И, кстати, я еще не закончил, - в его руках появилась еще одна пара наручников, и в глазах Хибари проявился оттенок того чувства «не по себе». Он понимал, что если он позволит Дино приковать и свою вторую руку, то тот сможет сделать с ним все, что захочет. Несмотря на все эти правильные мысли, одной рукой противостоять он Каваллоне не смог, поэтому через несколько мгновений обе его руки были прикованы к изголовью симметрично от головы. Дино довольно ухмыльнулся и, отстранившись, осмотрел результат своих активных действий. Картина просто ласкала взгляд: Кея, почти полностью обездвиженный, лишенный инициативы и подчиненный, в расстегнутой рубашке лежал на своей кровати и горящим взглядом смотрел на него. Да, Дино видел огонек, горящий в глазах Хранителя облака, и был этому очень рад. - Я надеюсь, ты не заставишь меня приковывать и твои ноги? – он прокрутил на пальце третью пару наручников и вопросительно, но все так же насмешливо посмотрел на свою жертву. - Чт… ублюдок, - злобно выпалил Глава Дисциплинарного Комитета, пытаясь испепелить жутко довольного Мустанга взглядом. - Нет, Кея, я такой же, как и всегда, - засмеялся Каваллоне, наклонившись к Хибари. – Я просто сдерживаю свое обещание… И, как я вижу, такой я тебе по вкусу, - губы снова растянулись в насмешке. - Нет, - отрезал Кея и отвернул голову. - Не смей лгать мне, - выдохнул тот, впиваясь в его губы страстным поцелуем. Кея почувствовал, как язык Мустанга ворвался в его рот и обвился вокруг его собственного языка, вытворяя с ним что-то невероятное. Его наполнили странные противоречивые ощущения: с одной стороны ему безумно хотелось забить это травоядное до смерти, увидеть, как гаснет свет в его молящих о помиловании глазах, а с другой, он жутко желал, чтобы Мустанг не останавливался, продолжал его целовать, обнимать, и даже больше. Дино легко коснулся пальцами его груди и спустился ими вниз, по пути обведя его пупок и слегка пощекотав нежную кожу живота. Кея прикрыл глаза и, наконец-то, сделал то, чего так жаждал Каваллоне – ответил на его ласки. Мысленно сдавшись, он принял участие в танце, который исполняли их языки, и выгнулся, прижимаясь всем телом к Мустангу. Не отрываясь от губ Хранителя облака, Небо начал расстегивать пуговицы на своей рубашке. Наконец справившись со всеми, он скинул с себя мешающий атрибут одежды и властно прижал Хибари к себе еще крепче. Ощущение его тонкого, изящного, изогнувшегося тела застилало его разум, не давало адекватно мыслить, заставляло его неосознанно придумывать десятки способов, которыми он безумно хотел бы оттрахать Кею. Да, сейчас он хотел именно этого - жестко, безудержно оттрахать этого неприступного паренька, сделать его навечно своим, не дать уйти, доказать, что тот может принадлежать лишь ему. Но, он не собирался делать этого без чувств, так же он должен доказать этому чурбану, что действительно любит его. В его голове пронеслось: «О Боже, какой я нехороший…» - и эта мысль заставила его улыбнуться. Он выбрал вариант дальнейшего развития событий и сам удивился своему коварству. Он оторвался от Кеи, посмотрел в его затуманившиеся глаза и окончательно потерял голову. Никогда раньше ему не хотелось сделать такое, но сейчас эта мысль просто разъедала его мозг желанием. Он встал, увидел вопрос во взгляде паренька и злобно усмехнулся. Кажется, в нем просыпался жестокий садист… Он вышел из комнаты и через пару минут вернулся. С хлыстом. Кея дернулся, увидев в его руках оружие, в мыслях пронеслось: «Наручники, хлыст… что творится у этого травоядного в голове». - Ты что собираешься делать? – прошипел он, прищурившись. - Я собираюсь немного развлечь тебя и немного развлечься самому, - огонь в глазах Каваллоне вспыхнул с новой силой, будто с этими словами в него подлили немного бензина. Или много… - Не смей! – выпалил Хибари. - Не волнуйся, я не собираюсь тебя бить, - довольно проговорил Мустанг, противоречиво натягивая хлыст в своих руках. - Только попробуй… камикорос… - Только после того, как мы закончим, - немного хриплым голосом, с оттенком стона проговорил он, наклоняясь к Хибари и касаясь губами нежной, мягкой кожи его груди. Он целовал ее, проводил по ней языком, посасывал, покусывал и чувствовал, как дрожит под ним тело Главы Дисциплинарного комитета, как прерывисто вздымается его грудная клетка. Кее страшно хотелось прижать Дино еще ближе, заставить его двигаться быстрее, пойти дальше, но из-за наручников ему приходилось терпеть и томиться, сдерживая подкатывающие к горлу стоны. Его член уже стоял колом, грозясь проделать дыру в штанах и причиняя Кее некоторую боль, и Дино отчетливо видел это. Он как бы «случайно» касался его, с нескрываемым наслаждением наблюдая за содрогающимся Хибари. Он расстегнул его ремень, в очередной раз коснувшись плоти парня через ткань штанов, спустил брюки вниз и проделал то же самое с его трусами. Аккуратно расправив их и даже сложив, дразня Хибари и заставляя его ждать и плавиться в этом ожидании, он кинул их на пол в сторону и снова принялся ласкать тело Хранителя, упиваясь его реакцией. Неожиданно Кея почувствовал, как к его входу прикоснулись горячие пальцы Мустанга. Он немного напрягся и отодвинулся от них, но Дино даже и не думал прекращать. Он ввел в его анус два пальца и начал двигать ими, разрабатывая своего любовника для следующего момента их ночи, а Кея зашипел и снова попытался отодвинуться, но Каваллоне не позволил. Постепенно он добавил третий палец и даже четвертый, а Кея, тихо постанывая, принялся насаживаться на них, пытаясь углубить проникновение. Дино коварно улыбнулся и, резко вынув пальцы, схватил кнут и ввел в дырочку Кеи его ручку вместо них. Хранитель выгнулся под немыслимым углом и, не в состоянии сдержать себя, застонал в полный голос, а Каваллоне прикрыл глаза и сглотнул, пытаясь не застонать от одного созерцания этого похотливого разгоряченного паренька и звуков его возбужденных стонов. Он вытащил кнут и снова толкнул его вперед, вводя еще глубже. Кея понял, на что он так податливо насаживается, но справиться с похотью не смог, поэтому, в очередной раз подаваясь бедрами вперед, голосом, смешанным со стоном и томным выдохом, прошипел: - Ты… скотина… - Мустанг немного изменил положение ручки кнута внутри Кеи и тот, сумев сдержать крик и протяжно застонав, оперевшись на наручники, приподнялся и прогнулся дугой. - Я знаю, Кея, - жутко довольным тоном ответил ему на это Мустанг и, почувствовав, что терпеть больше не в силах, не вынимая кнута из тела Кеи, привстал и стянул с себя всю нижнюю одежду. - Ненавижу... – прошипел Кея, пытаясь справиться с наслаждением, накрывающим его с головой. - Не верю, - ухмыльнулся тот и, повернувшись к Хибари, приподнял его за бедра и приставил к его входу головку своего члена. Резким толчком он вошел в него на всю длину и застонал, ощутив, как тесно, жарко и безумно приятно находиться у него внутри. Кея тоже застонал, но от боли: все же член Дино был явно толще ручки кнута. Каваллоне подался назад и, почти полностью выйдя из Хибари, толкнулся обратно, заставляя того стонать и цепляться пальцами за кованые завитушки изголовья кровати, царапая в кровь об них кожу. В его голове была лишь одна мысль: «Кея… Я люблю тебя… Я люблю тебя трахать… Ты просто не представляешь, как я люблю…». Они были очень отрывочными, образовывая лишь основные выражения, отражающие смысл того, что творилось у него в голове. А в голове у него было лишь переливающееся за край возбуждение и похоть, давно отключившая его разум. Потеряв последние капли самоконтроля, он, придерживая Кею за бедра, увеличил темп и принялся безудержно вколачиваться в него, с упоением слушая его томные, протяжные стоны. Хибари же уже не чувствовал и не видел ничего, кроме Дино. Это травоядное осталось единственным объектом, который сохранялся в его голове. Это трение внутри, этот жар внизу живота, затрудненное дыхание и не сдерживаемые стоны, они бесили его, но не давали от себя отделаться. Он совершенно не желал, чтобы Мустанг останавливался, наоборот, ему хотелось приказать ему проникать глубже, резче и чаще, но ни наслаждение, ни гордость не позволяли. Не прекращая толчков, Каваллоне провел пальцами по груди Кеи и обхватил рукой его член. Он быстро задвигал рукой, подведя парня к самому краю пропасти и заставив его с нечеловеческом стоном кончить, моментально отключившись. Сам Дино вошел в него на всю длину и, замерев и сжав до побеления костяшек и кожи его бедра, излился. Выйдя из него, он отстегнул его руки, аккуратно уложил парня на кровать и укрыл одеялом, а затем снова насмешливо ухмыльнулся, натянул свою одежду и, оставив свой ремень на его столе, вышел из его дома. Безумно довольный он шел к себе, думая о том, что сейчас он придет домой и завалится спать. А потом еще раз навестит Хибари и воплотит в жизнь другой плод своей разбушевавшейся фантазии. Думая о таких вещах, он дошел до дома. Открыв дверь, он зашел внутрь и на пороге снова покачнулся, как перед уходом к Кее. В голове было мутно, в теле странно приятно, причем очень приятно, а в глазах немного двоится, будто после пьянки… или бурной ночи с пышной брюнеткой? А еще безумно хочется спать… Дино прошел в спальню, разделся и, посмотрев на свою кровать, увидел: на второй половине его постели мирно посапывал Мукуро. Он легко улыбнулся и, повалившись на кровать, моментально вырубился. П.С. Прошу прощения за ошибки .__.