Любовь к уроку Физкультуры / I love PE

You're all I'm reaching for It's already over All I'm reaching for! It's already over now © Red - Already Over * Ты тот, кто нужен мне, Но все уже в прошлом... Тот, кто нужен мне, Но все уже позади...

*прошло 6 лет* POV Bill. – Алекс, вставай! В школу опоздаешь! – прокричал я, заходя в комнату сына. – Пап, ну еще же таааак рано! – жалостливо проныл старшенький. – Ничего не рано! Вставай, и пошли готовить завтрак! – Пусть крестный его приготовит! – У Энди выходной, и он заслужил отдых! – проговорил я, опираясь о дверной косяк. – Ну, папаааа! – снова заныл сын. – Так, не вынуж.. Договорить мне не дал маленький ураганчик, забежавший в комнату и чуть не сбивший меня с ног. Это был Шино, конечно же, вслед за ним залетел неугомонный Митчи, но остановился, когда увидел меня, предоставляя мне свое внимание. – Алекс, соня, вставай, сегодня крестный приезжает! – радостно верещал младший, скача по кровати старшего брата. – Макс приезжает? - тут же оживился сын. – Да, Макс вместе с бабушкой! – весело ответил я ребенку. – Папа! – укоризненно прокричал он. – Что ж ты сразу не сказал? Нужно столько всего сделать! – Алекс подорвался с кровати и улетел в ванную. – Пап, что с ним? – спросил Шино, подходя ко мне. – Переизбыток радости, – ответил я сыну. – Пошли готовить. – Пошли! – весело проговорил сынок, таща меня за руку на первый этаж, при этом умудряясь гладить нашу собаку. Уже шесть лет прошло с тех пор, как я уехал из Берлина, шесть невыносимо быстрых и сложных лет. Я устроился на работу в дом моды, родил сына, которого назвал Шино, в это же время взял из детдома мальчика двенадцати лет, которого зовут Алекс. Я очень сильно переживал, как ребенок отнесется к тому, что его взял молодой парень, гей, да еще и беременный. Но выяснилось, что мальчик сам был нетрадиционной ориентации, и все родители, которые его брали, сразу же отказывались от него, узнавая, что он голубой. Так что с Алексом мы быстро сдружились, и уже через неделю он стал называть меня папой; вскоре родился Шино, и старшенький мне постоянно помогал и возился с ним, что ни могло не радовать. В нашей семье никогда не было деления на чужой и мой, для меня они оба мои дети, которых я никогда и никому не отдам, даже если потребуется отказаться от всего на свете. Энди нашел парня по переписке, устроился на работу, теперь он профессиональный стилист, очень востребованный как во Франции, так и в других странах. Я же года четыре работал моделью, а затем мне это надоело, и я открыл собственное модельное агентство, которое через год облетело весь мир. Теперь нам предстоит отправиться в Берлин, чтобы я переделал мамино агентство и продолжил в нем работать, так как она решила отойти от дел. Но прежде всего Макс и мама приедут к нам, чтобы отпраздновать День Рождение Алекса, которому исполняется 17 лет. POV Tom. Черт, как же болит голова!... Что я вчера такого выпил?.. – Том, ты проснулся? – Ты кто? – удивленно спросил я. – Бабушка твоя, бл*ть! – просипел на всю комнату Георг. – Ааа, это ты! – Да, это я! А теперь, будь добр, подними свою рэперскую задницу и отнеси ее на кухню, там кофе есть, я пока позвоню Максу, и не дай Бог ты не встанешь с кровати за это время! – угрожающе прокричал Георг и вышел. Вот черт, вчера же была вечеринка по поводу выхода моего нового альбома и удачной раскрутки какой-то попсовой девчонки, которую я продюсировал. Со стоном поднявшись с кровати и дойдя до ванны, я включил холодную воду и уже через пару минут был полностью оклемавшийся. Посмотрев на себя в зеркало и придя к заключению, что мне нужно переплести косички, я отправился на кухню, из которой доносился чудесный аромат кофе. Налив себе кружку замечательного напитка и взяв бутерброд, я уселся за стол и по инерции взял газету, лежащую справа от меня. – Что за?.. В моей руке была не шершавая бумага газеты «Deutsche Welle», а гладкая поверхность непонятно какого журнала. Поставив кофе и взглянув на него, я увидел, что это выпуск «VOGUE». Тут же разозлившись на неудачную шутку, я уже хотел швырнуть журнал в стену, когда понял, что на обложке изображен Билл с двумя детьми. И тут я не сдержался. Столько лет ограждений себя от Билла с любой стороны. Я знал, что о нем будут писать все газеты и журналы, поэтому стал выписывать исключительно политические издания Германии, и ничего больше. Знал, что новости о нем будут кишеть по интернету, поэтому отключил всю рекламу, все новости и упоминания о моде, оставив только рэперскую музыку и информацию о местах в чарте. Я делал все, чтобы не видеть, не знать о его жизни, шесть лет «воздержания», но думаю, что ничего страшного не будет, если я прочитаю об очередном его достижении. И зачем рядом с ним детей посадили? Так, сейчас все выясню. Открыв страницу на нужной мне статье, я стал читать. Постепенно мои глаза превратились в блюдца, а перевернув на следующую страницу, я просто выпал в осадок. Мой Билл сидел на полу с Его двумя детьми, Симоной, Энди и Максом. А главной новостью стало то, что он переезжает в Берлин. Тут-то и послышались шаги Георга, проходящего на кухню. – Ну, что? Ты закончил? – вопросил друг, выгнув бровь. – Сядь, – просипел я. – Нам некогда рассиживаться! – попытался возразить Гео. – Сядь, я сказал!! Друг ошарашенно уставился на меня, затем перевел взгляд на руку, сжимающую журнал с Биллом на обложке. И, не задавая больше вопросов, Гео уселся за барную стойку. – Ты знал? – спросил я. – Знал, – осторожно ответил Гео. – Так почему же вы от меня все скрывали, мать вашу?! – Не ори! Давай потом поговорим на эту тему. – Я спросил, почему я не знал о том, что Билл живет с Энди и имеет от него двоих детей?! Какого хрена я мучился все шесть лет и строил из себя целку, надеясь на то, что он мне даст о себе знать, и мы снова будем вместе?? – Том, я думаю, что на работу мы сегодня не поедем. – Что? – не понял я. Как он мог думать о работе, когда я ему говорю о своих скитаниях? – Я сейчас позвоню Максу, и он все тебе объяснит, извини, но я тут абсолютно левое лицо! Достав телефон и набрав номер шатена, Гео быстро сказал, чтобы он все бросил и ехал к нему в квартиру. Уже через 15 минут напряженного ожидания раздался звонок в дверь, и друг пошел открывать. – Что случилось? Зачем ты меня с работы выдернул? – возмущенно проговорил Макс. – Том сидит на кухне и хочет с тобой поговорить. – На кой хрен я сдался Тому так срочно? – Он все знает, Макс! – Какого хрена? Как? Это ты ему все рассказал? – на пол тона тише зло прошипел Макс. – Нет! Это твой гребанный журнал, нехрен раскидывать их по всему дому, если знаешь, что Том тут чуть ли не живет! Голоса друзей смолкли, раздались шаги, и через секунды на пороге показалось лицо Макса. – Том! – начал было шатен, но я его грубо перебил: – Давай только без предисловия - коротко и по делу! У Билла два ребенка и он живет с Энди, почему я не знал, что они вместе, и страдал все это время? – Во-первых, Билл не встречается с Энди, у последнего есть жених здесь, в Берлине. Во-вторых, старший сын, Алекс – приемный, Билл усыновил его, когда мальчику было 12 лет; а младший – это Шино, он родной сын Билла. – Что значит родной? От кого? – Билл меня убьет, точно убьет! – пробурчал шатен, но продолжил говорить. – Помнишь, в тот вечер, когда ты вспылил, Билл начал говорить, что у него есть для тебя сюрприз, а ты послал его? – Ну да, помню! – не врубаясь в суть, ответил я. – Так вот, Билл позвонил мне весь в слезах, он искал тебя, я мало что понял кроме фразы «все кончено». Но после звонка мне он пошел тебя искать - и нашел!.. – Как это нашел, если никого не было? – ошарашенно спросил я. – Он, он нашел тебя в твоей машине, Том, с девушкой, с которой вы целовались. – Я ни с кем не целовался! В тот вечер я встретил Шанталь, она попросила отвезти ее в клуб, мне было все равно куда идти, поэтому я согласился подбросить ее. Когда мы остановились около клуба, она полезла вниз за упавшими сигаретами одновременно со мной, и моя сережка зацепилась за ее цепочку, я.. Вот дерьмо! – Что? – спросили в один голос парни. – Это же выглядело со стороны, будто я с ней целовался, хотя на самом деле ничего не было! Макс неодобрительно глянул на меня, сверкнув глазами. – Ты мне что, не веришь? Макс, ты не находишь это глупым? Я шесть лет ни с кем не спал и не целовался, после того, как ушел Билл! Я никого к себе не подпустил! И ты думаешь, что в первую же нашу ссору я мог пойти и целоваться с какой-то крашеной шлюхой? – Извини, Том, я не думаю так, ты прав, я же видел, как ты его любишь. Но ничего не сделал, чтобы свести вас, чтобы вы не были такими дебилами, чтобы были счастливы и сын не рос без отца! – истерично всхлипнул Макс. Минута осознания слов шатена, и меня будто током ударило. – Что значит «чтобы сын не рос без отца»? Боже мой, он, он что, мой сын? – Прости, Том, я должен был рассказать, но Билл запретил! – Какого хрена он вытворяет? Почему он не сказал, что у меня есть ребенок? Я шесть лет не знал о том, что у меня есть сын! Моя кровь! – Том, Билл хотел тебе рассказать, тогда он начал с плохой новости и хотел закончить хорошей, сказать, что забеременел, но ты не захотел его слушать, – проголосил Макс. И тогда я вспомнил, что сорвался на Билла и не захотел выслушать его молящий голос, шептавший, что у него есть хорошая новость. Минута молчания, показавшаяся вечностью, перед тем, как комнату разрезал мой голос: – Когда они прилетают? – Через три дня. – Спасибо, что рассказал, Макс, ты поступил правильно, но дальше я уже сам!