Ученик Таскмастера

       — Живее! Или так и подохнете на этом самом месте!       Учения в пустыне были ужасны. И ладно бы только адская жара днём и ночная холодина. Сержант Митчелл был идеальным дополнением опостылевшего пейзажа. Орал, ругался и попивал воду из фляги, пока его невольные подчинённые делали все, чтобы пережить эти чёртовы тренировки. Сейчас их целью был какой-то окоп, который они рыли уже час, перекидывая тонны песка из одной кучи в другую. Отбоя в ближайшее время не предвиделось. Но едва ли это было самым худшим. Куда как более досадным был тот факт, что лёгкий ветер сводил на нет все усилия, занося песком свежевырытую яму. Бойца, пытавшегося копать быстрее, чем заносит вырубило первым и теперь он лежал в отключке где-то в районе сержанта.       Джон не считал подобную трату времени чем-то полезным, но командование направило их тренировать молодняк именно сюда, а значит нет никаких причин задумываться об этом. Как ни как, он здесь уже два года на должности заместителя главы центра подготовки. Главы центра менялись куда чаще, чем можно было бы предположить. И, тем не менее, нынешний руководитель внушал уважение. Несмотря на молодость, согласно личного дела, едва перешагнувший порог двадцатипятилетия, найденный одним из глав организации где-то в Испании, Гэбриэл Росс был умён, опытен и крайне осторожен. Собственно, именно благодаря этому он и пережил целых пять покушений, чего не скажешь о его предшественниках продержавшихся максимум до третьего.       Стопка документов кочует со стола в руки, между страницами аккуратно вложен очень тонкий, смазанный ядом нож. Джон тоже был человеком и слишком долго пробыл на этом месте, чтобы не захотеть большего. Это его и погубило. Те драгоценные секунды, что он потратил на укладку, фактически, лезвия среди листов, другой человек потратил с куда большей пользой. А потому ещё в дверях кабинета начальства Джон Вертит перестал существовать. Пуля, прошившая его голову, надолго там не задержалась, впиваясь в стену над головой сидящего за столом человека.       Гэбриэл по прежнему сидел на месте, когда Джон упал в проход, позволяя увидеть незваного гостя. Он был, безусловно, незнаком хозяину кабинета. И, тем не менее, Росс счёл правильным начать разговор с диалога, о чем, в последствии, ни разу не пожалел.        — И зачем вы убили моего подчинённого?        — Разве вы сами не хотели это сделать? — Лица не видно за маской, но, судя по голосу, наемник, а кем-то другим визитер не воспринимался, довольно молодой. Гэбриэл даже сказал бы слишком молодой. И странный. Что ему могло понадобиться на учебной базе Гидры было решительно не ясно. Здесь не было ничего: ни секретных документов, ни важных персон, ни перспективных новичков. Только пять сотен новобранцев, которые никогда не выбьются больше чем в сержанты организации. Это место напоминало застоявшееся озеро и Росс считал дни до приказа о переводе, ведь кем кем, а диванным генералом он никогда не был. Ни одна миссия под руководством Гэбриэла не проходила без его непосредственного участия. До того, как его засунули в тыл для «набора навыков управления». И теперь появление этого незнакомца произвело неизгладимое впечатление на главу восьмого тренировочного комплекса своей неожиданностью. Да тот факт, что он убил того, кого хотел прихлопнуть и сам Росс говорил о многом. Как минимум о том, что наемник в курсе, что под столом на него направлено дуло пистолета. А как максимум…        — И все же? — Собеседник чуть клонит голову в сторону и Гэбриэлу кажется, что он морщится. Почему-то именно такое выражение рисует воображение на месте безликой маски, пока наемник не даёт свой ответ на вопрос, хотя едва ли это что-то проясняет.        — От него несло ядом и гнилью. Но, по видимому, я ошибся. Эта база не то место, которое мне нужно найти. Уж простите, но я пожалуй пойду. Не хочу заставлять Мастера напрасно ждать. — Росс лишь великодушно кивает в ответ и позволяет парню уйти. Какая разница, если его приход и уход ничего не изменили? Смерть тоже ничего не изменит. Покрытый ядом нож отправляется в сейф до востребования.       Каково же было его удивление, когда спустя неделю его повысили. Точнее, когда наконец освободился пост одного из командиров Гидры к которому Росса не хотели допускать при всех заслугах. Не то чтобы было проблемой создать ещё одно подразделение с новым командиром. Просто он не угодил своими идеями командованию. Теперь же, у них не хватало рук, а он был самым достойным кандидатом. Едва попав на новую должность он раскопал благодаря кому это произошло. И был порядком удивлен. Его предшественника и его единомышленников зачистила группа наемников А-ранга, но камеры комплекса засекли и того странного парня о котором не было почти никакой информации. Только прозвище «Крылатый», хотя экзамен он ещё не прошел. Как выяснилось, он успел порядком обчистить их склад и архив, угнать джет, разбить его о крышу ангара, похоронив под завалом весь остальной транспорт, и, наконец, смыться в неизвестном направлении в сопровождении координатора. Вот его как раз не узнать было невозможно. Таскмастер фигура крайне неоднозначная, но Гэбриэлу он ни капельки не нравился, в частности из-за способа ведения дел и отношения к ученикам. Для того, кто всего добился своим трудом, возможность в миг отобрать все накопленные умения и знания, весь опыт — представлялась кощунством. Вопрос о принадлежности парня отпал сам собой. Таскмастер был его Мастером.       Вторая встреча лицом к лицу произошла когда он был с инспекцией на одной из баз. Он уже месяц как руководил своим подразделением и успел заслужить себе определенную славу. Но вот некоторые отдаленные базы считали, что он не полезет к ним самостоятельно, а проверяющих можно купить. Это было крайне наивно с их стороны. Вот только на базе его встретили уже трупы. Зрелище было жутковато даже с точки зрения бывалых солдат. Всё-таки не каждый день находишь на входе в комплекс сразу двадцать ещё теплых тел.       Внутри все было перемазано кровью. И единственных выживших они нашли только спустя двадцать минут, в одной из лабораторий. Тот самый наемник сидел на лабораторном столе, расслабленно удерживая в одной руке пистолет. Голову он откинул на стену за спиной, одну ногу согнул в колене и только направленное на вошедших дуло пистолета показало, что он не спит. У его ног на полу сидел другой человек. Тоже парень, светлые волосы, бледная кожа… и острые когти и зубы, разрывающие на части, судя по всему, только что поваленного на пол рядового. За спиной кого-то выворачивает и Гэбриэл морщится. Тут прошла настоящая бойня. Но вот главный вопрос «зачем?». Поэтому он отправляет остальных осматривать базу и при необходимости зачищать её, а сам остаётся, не сводя дула штурмовой винтовки с замершего монстра. Назвать его человеком язык не поворачивался.        — Он не нападет?        — Если ты не нападешь первым. — Голова чуть склоняется на бок и пистолет вновь повисает в расслабленной кисти. — Уж прости, что опять рушу твою собственность.        — Так мы уже на ты? — Сам не зная зачем спрашивает Росс, медленно обходя тварь по широкому кругу и приближаясь к наемнику. — Зачем ты привел сюда это? И зачем вообще создал? — В ответ раздается чуть истеричный смешок и собеседник резко вскидывает оружие, стреляя. Труп валится на пол, а Гэбриэл непонимающе вскидывает бровь, глядя на уходящего наемника.        — В следующий раз, господин командир, думайте о своих словах перед тем, как их произнести. — Испанец закономерно вскипает, но шум в гарнитуре отвлекает и собеседник, если его можно так назвать, успевает уйти.        Они продолжают сталкиваться из раза в раз. И это, черт возьми, странно, но знакомый незнакомец ему явно доверяет. Потому что доверяет прикрыть свою спину и прикрывает взамен. Спустя три месяца таких встреч все подразделение от рядового, до секретаря и высших чинов командования знают непреложную истину: Крылатого трогать нельзя. Спустя ещё месяц они вместе застревают под обвалом и, наконец, говорят по душам. В этот момент мир Росса выписывает не один кульбит, а целостность картинки хромает на обе ноги. Потому что этот невозможный человек предлагает сыграть в игру, пока они откапываются. Вопрос — ответ.        — Почему «Крылатый»? Только из-за шрамов?        — Из-за них. — Морщится снявший маску молодой мужчина, оттаскивая в сторону очередной камень и ругаясь сквозь зубы. Кто бы мог подумать, что эти катакомбы обвалятся. Но Росс не обманывается: его учил настоящий мастер перевоплощения. Единственное, что действительно настоящее на лице — глаза. Да и те, по видимому, скрыты за линзами. У людей не бывает таких ярких радужек. — Смотрю, время вы зря не теряли. Вас будут искать?        — Не сразу. Но максимум сутки и нас найдут.        — Не успеют. — Очередная глыба откатывается в сторону и Росс принимается за следующую, стараясь не думать о том, оптимист собеседник или же пессимист.        — Не хочешь в Гидру? Под мое командование.        — Нет. Хочешь быть моим другом? — Интонация не меняется, движения тоже и испанец уверен, что даже его сердечный ритм не сбился, но что-то заставляет его думать, что вся эта игра, начавшаяся с вопросов о любимом цвете, запахе и оружии шла именно к этому моменту.        — Только если я достоин этого звания. Но пока мы были только союзниками. Так что скажешь?        — Хороший ответ. — В проломе появляется луч света и наемник удваивает свои усилия. — Определенно достоин. Но нам явно стоит узнать друг друга получше. Ненавижу лгать близкому кругу.        — И много в нем человек?        — Пятеро. И трое из них мертвы. — С этими словами он подхватывает с пола маску и пролазит в проход. Когда Гэбриэл оказывается по ту сторону, его уже нет.       В течение следующего месяца они часто виделись. То на заданиях, то случайно. Безымянный, пока что, наемник даже несколько раз заходил на чай. В первый раз поистине безумное чаепитие вышло, учитывая, что снаружи подлодки в это время разразилась локальная война. Гэбриэл до сих пор не может забыть взгляд рядового, прибежавшего тогда с докладом. Второе яркое воспоминание из того дня о том, что если за штурвалом или любой другой управляющей панелью, сидит этот парень, то неожиданные повороты судьбы гарантированы. Потому, что Гидру немного прижали и, пока командир занимался вопросами тактики и стратегии, его гость сказал что хочет полетать. То, что не обратить на него должного внимания и отмахнуться, мол, делай что хочешь, было крайне опрометчивым решением стало понятно сразу. Подлодка ненадолго всплыла, с ее верхней части взлетел один джет, а затем началось обратное погружение. Росс до сих пор считает, что не подбили их в эти минуты чудом. А потом всем стало не до подлодки. Машина, едва ворвавшись в бой, выпустила несколько очередей, заставила своими маневрами столкнуться сразу три вражеских джета и, заложив мертвую петлю, пошла на таран. Вся стратегия полетела к черту и Гэбриэлу оставалось только слушать что происходит в эфире. В тот день было заключено соглашение с организацией, которая трепала Гидре нервы уже три года. Главным условием было не натравливать на них того пилота. Оказывается раньше они уже сталкивались и именно этому Гидра обязана передышкой протяженностью в два месяца, около полугода тому назад. Может чуть меньше. Он не сверялся с календарем. Но вот кто обучал парня пилотированию было крайне интересно. У Таскмастера маневрирование было абсолютно другим и Росс решил, что неприменно спросит об этом при случае.        Затем было ещё несколько встреч. Их, как и все предыдущие, объединяло только одно: безумие. Игры с жизнью на грани смерти, сдобренные таким отношением к ним, что невольно задумываешься о бессмертии этого конкретного наемника или же о его поистине непоколебимой вере в собственный успех и удачу. Но стоило вглядеться в суть и стало очевидно, что каждая выходка имеет шансы на успех потому что каждый исход тщательно планируется. Взрывается самолёт? У наемника с собой три парашюта. Приземлились в джунглях? Аптечка от самых смертоносных ядов и набор выживания тут как тут. Его способности просчитывать вероятности можно было только позавидовать, или же наоборот — посочувствовать. Потому что на деле это перерастало в параною. Полезную, бесспорно, но все-же. А ещё становилось крайне любопытно, что же должно произойти, чтобы выбить его из колеи. И вот теперь, спустя почти год знакомства, он знает ответ. Хотя Гэбриэлу кажется, что лучше бы он оставался в неведении.       У Крылатого… Нет, уже Рэйвена, было несколько правил. Это обычная практика для наемников и все-же далеко не все их четко формулируют. У ворона их было семь. Не брать заказы на своих учителей. Всегда смотреть на три шага вперёд. Не убивать без причины. Готовиться заранее. Не оставлять врагов в живых. Информация дороже денег. Семья превыше всего.       Возможно были и другие, но Гэбриэл их ещё не определил, да и этого набора хватало за глаза. Сейчас, стоя на обломках комплекса и отдавая приказ об отступлении он вспоминает холодный безжизненный голос и чувствует проползающий по коже мороз. Сегодня этот человек и правда пугал. Его безумие явно прогрессировало и теперь Росс был уверен, что с большей радостью и уверенностью в завтрашнем дне перейдет дорогу Дэдпулу, чем Рэйвену. Оказывается этот парень может и откровенно пугать. Его седьмое правило, открывшееся только сегодня, было главным. И оно с лёгкостью перечеркнуло все то что было до него. Все ради семьи. Вот кому он на самом деле предан. И, судя по всему, Золя и правда попадет в переплет. В принципе, даже если бы наемник нашел способ вышвырнуть его обратно в космос хотя бы на пару месяцев, Росс уже был бы доволен. Но вариант со смертью был ещё более притягателен, хотя и опасен для исполнителя. А ещё сложен. Обычное оружие его не берет. Значит Рэйвену придется немало поразмыслить для выполнения своей части сделки. Коммуникатор коротко вибрирует и командир Гидры лезет за ним в нагрудный карман. Там сообщение с неизвестного номера, но это неважно, поскольку Гэбриэл отлично знает отправителя. Небольшое видео он просматривает с лёгкой, чуть нервной усмешкой. Устройство вибрирует снова и два слова дополняют пришедшее ранее послание.        «Сделка состоялась.»       Арним Золя уже превращен в кисель и булькает в составе какой-то крайне мерзкой на вид смеси. Гэбриэл на шаг ближе к абсолютной власти в организации, а Рэйвен к защите своей семьи. И уплаченная цена обоих абсолютно устраивает.