Ученик Таскмастера

       Город рос и отстраивался. Для такого милионника как он, в котором герои и злодеи встречаются на каждом шагу, быстро адаптироваться и возводить новые элементы инфраструктуры особого труда не составляло. Особый район вокруг «кристалла ангела» отстроили за считанные месяцы. Старк не поскупился на технологии и финансирование. Вот только людям пришлось пояснить почему этот арт-объект появился и по какой причине лучше не соваться к нему с плохими намерениями. Впрочем, изрядную долю желания навредить кристаллу напрочь отбивали герои и военные, вечно снующие поблизости. Да и большинство жителей, которых просветили, что именно «ангел» спас их от Таноса, в стороне не остались. Те же, кто не внял предупреждениям, вынужденно знакомились с местной стаей воронов, пантерой и волком. Большие разумные хищники не сдерживаемые ничем, кроме желаний запертого, как насекомое в янтаре, хозяина, были тем еще противником. Особенно для обычного человека. Так что не удивительно, что желающих перебраться в новый район было предостаточно.       И тем естественней, что происходящие с местной досопримечательностью изменения заметили сразу. Метровая трещина на одной из граней произвела фуррор. Старина Джейсон со своими теориями заговора прочно занял эфир на добрые три часа, донося эту новость до каждого жителя Нью-Йорка. Когда спустя неделю за первой трещиной столь же внезапно появилась вторая все буквально затаили дыхание в ожидании чуда. Во всеобщую атмосферу радости не вписывались, как ни странно, именно те, кто ждал больше всего. Потому что если для обывателей это было освобождение спасителя, то для них… Для них имел место быть страх, что тот, кто появится из «кокона» будет совсем не тем, кого они поддерживали все это время и кто отвечал взаимностью.       Гарри Озборн отвернулся от окна, в которое наблюдал за кристаллом и вернулся за стол. Отец оставил его присматривать за компанией два месяца назад и улетел на переговоры. А он втянулся. Договора, тендеры, летучки, совещания… И осознание поспешности собственного решения. Питер… Тот, кто раньше бы им, не зря тогда сделал такое выражение лица. Он согласился потому, что знал, что они все передумают, но отпустил бы в любой момент. В отличие от тех, к кому они пошли бы, желая доказать непонятно что и кому. Дети. А ведь он был бесконечно прав, называя их так.        Палец оттягивает в сторону стрелку метронома, тут же отпуская, и прибор разбавляет тишину ритмом. Помимо него на столешнице ноутбук, стопка бумаги, канцелярия и небольшая фоторамка. Ее Гарри и берет в руки. На ней им, кажется, лет по восемь. А, нет… Паркеру ещё семь. Он самый младший. Но повзрослел первым. А тогда так забавно пытался догнать самого Гарри и Мэри Джейн, когда они затеяли игру в салочки. И на фото они после той самой игры: уставшие, со следами травы и земли на одежде, но счастливые. Когда они были детьми, все было проще. Теперь же…       Улыбка выходит грустной. У них нет общего фото более старшего возраста. А одиночные… Ставить свое фото он не захотел, от Мэри Джейн в кабинете осталась визитка успешного начинающего журналиста, которому не до прошлого, а Пит вообще, стал скульптурой за окном. И неизвестно не только жив он или мертв, но и то, что произойдет с его сознанием за это время. Гарри вполне отдавал себе отчёт в том, что происходившее с парнем нормой назвать язык не поворачивался. И, тем не менее, все ипостаси Питера готов был принять такими, как они есть. Потому что без него в жизни стало откровенно пусто. Сейчас так отчётливо ощущалось, что друга рядом нет. Как нет и героя, ежедневно мелькающего на экранах. А ещё, наставника.       Когда пришлось взять на себя частичное управление компанией, стало очевидно, что все это время его натаскивали не только по математике и химии. Истории, вскользь брошенные фразы, меткие замечания — все это делало Озборна-младшего тем, на кого можно положиться. Оскорп не стала лучше под руководством наследника. Было бы глупо ожидать чего-то подобного от восемнадцатилетнего, который только недавно задумался о жизни всерьез. Но компания не стала и хуже. Стабильные доход и продуктивность.        Стук в дверь отвлекает от навязчивых мыслей и заставляет вернуть фотографию на стол. На пороге Габриэль, Дэнни и близнецы. Ю Дон наверняка сразу пошел к кристаллу. Хотя в остальном телепортер исправно принял на себя функции старшего, это не сделало его терпимее к окружающим. И подобных нежелательных встреч Токкэби избегал как мог. Причина очевидна. Они из разных миров. У них разная жизнь, убеждения, возможности. Заказчик и исполнитель. К тому же, по обрывкам информации стало ясно, что его сильно ожесточило происшедшее с его Мастером. Словно дикий зверь, который помнит добро единственного человека и только ему выражает почести, даже зная, что тот не слышит. Дружба с ним? Вот уж нет. Этой позиции они придерживались единогласно. С Ран и Лиамом ситуация была проще и сложнее одновременно. Приходилось сдерживаться, ведь оба воспринимались большими детьми, несмотря на то, что были старше. И наличие такого руководства как Дэдпул, Токкэби и Таскмастер нисколько не сгладило ощущение. Гвен с ними тоже нет. Девушка-паук мгновенно признала в корейце старшего товарища и больше разделяла его позицию.        — Вы уже вернулись? Мне казалось, что миссия подобного рода должна отнять куда больше времени и сил. — Гэбриэл присаживается в одно из кресел и усмехается.        — Пришлось поторопиться. Когда Старк сообщил об изменениях состояния нашего общего знакомого стало не удержать. Если бы не его уважение к своему Мастеру, метнулся бы к вам сразу, сорвав миссию. — Мужчина невесело усмехается. — Надеюсь Рэй все-же выкарабкается. И без нежелательных последствий. Его тут слишком многие ждут.        — Если бы Мэй его ждала, было бы проще. — Озборн отводит взгляд. Кому как ни ему знать, что ее состояние так и не изменилось. Иногда наступал период улучшения, но длилось это недолго. А ведь они и Локи привлекли. Но даже трикстер не смог ничего сделать. Камень реальности мог бы, но… Хеймдалль подтвердил, что камни ушли из этого мира. Все что они оставили — отголоски способностей для своих последних носителей. И все они сильно сомневались, что вернувшись Рэйвену хватит этих крох для возвращения его тети. Потому что все что осталось Стрэнджу это власть над временем в пределах суток, а Лафейсон и вовсе получил лишь небольшое усиление собственной магии. Да и тогда, сразу после того как Мэй стала такой, Стивен не раз возвращался в прошлое. Вот только исход бы один. Кома. Тогда загнавшего себя вкрай мага сумел остановить только Таскмастер и то, вырубив ударом по шее. Во всяком случае, именно это рассказал Токкэби, когда его получилось вытащить на разговор.        — Ты прав, Дэниэл. Вот только нам всем известно, что это невозможно. К тому же… Все мы знаем, что даже с полной силой камня он этого не сделал. Зная его, вывод один — не смог. — Ненадолго повисла тишина, прерванная громким хрустом с улицы. Тем не менее, никто не сдвинулся с места. Явление привычное. Именно с этим звуком образовались новые трещины на кристалле. Обычно не чаще двух в день, но эта была уже третья и явно последняя. — Изменения о которых вам сообщили не критичны. Тем не менее, скорость разрушения увеличилась. Мистер Старк рассчитывает, что к концу недели процесс завершится.       Грохот раздавшийся с улицы, заставил присутствующих растерять свое спокойствие и напрячься. К окну они подлетели как раз вовремя, чтобы увидеть как огромная трещина прошла четко по середине, пустив сеть других. Кристалл начал осыпаться. На то чтобы оказаться возле него у Гарри и его посетителей ушло минуты полторы с учётом преодоления всех этажей. Картина удручала. Разбитый вокруг бывшей достопримечательности цветник был уничтожен. Растения выглядели так, будто их закидали камнями, а после раскопали. Впрочем, по сути так и было. С той лишь разницей, что отколовшиеся обломки медленно осыпались в пыль и исчезали. Посреди этой разрухи находились трое: сам пленник скульптуры, Токкэби и Дэдпул. Последние активно собачились не забывая выкапывать себя и Рэйвена. Порталы открылись почти одновременно выпуская двух принцев Асгарда и учителей Рэйвена. Появились Плащ и Кинжал. Становилось все многолюднее. И если кто и был благодарен появлению Фьюри, то только за то, что его агенты оттеснили гражданских.       Первым до тела добрался Уилсон. Чем, собственно, не преминул воспользоваться и одним движением выдернул по-прежнему крылатого наемника из-под обломков кристалла. Вот только, если чего Уэйд и не ожидал, то это ответной реакции в виде вцепившегося в него всеми конечностями парня. Все бы ничего, но длинные ногти-когти с его рук никуда не делись. Поэтому тех, кто попытался отцепить Рэйвена, ждал сюрприз. И не один. Потому что глаза его были открыты, но с губ не сорвалось ни слова, не было ни тени узнавания. Словно кукла, выполнившая единственный заложенный в нее алгоритм, он неподвижно замер, так и не отпустив Уилсона и не реагируя на внешние раздражители.       На сей раз тишина стала удушающей.