Ученик Таскмастера

      Знакомый незнакомец развернулся довольно медленно, если не сказать лениво. Сделал пару тихих, крадущийся шагов и застыл, словно разглядывая меня. А после одним движением стянул капюшон и сорвал маску. На меня смотрел я сам. Но не копия, вовсе нет. Такой, каким я стал бы через пару лет, полностью сосредоточившись на обучении у Мастера. Холодный взгляд теплеет, когда он смотрит на меня, словно он очень рад встрече, вот только есть там на дне зрачков и кое-что другое. Злость. Стоящий напротив меня мужчина явно сдерживает свои порывы и ждёт. Видимо, здесь и сейчас, именно от меня ждут первого шага. Значит нужно поздороваться, но… Кто он? Крылатый? Нет, слишком спокоен. То… Создание имело куда более агрессивную сущность. Эйден, Паук? Уж точно нет. А раз так, то вариант остаётся только один. И именно его я озвучиваю, глядя ему прямо в глаза.        — Рэйвен.        — А я уже задавался вопросом о том, когда же ты позовешь меня. Сам поймёшь, что нам необходимо поговорить. — Он не стал подходить близко. Так и замер в трёх шагах. Расстояние в подсознании не играет ни малейшей роли, но все равно было легче. И я был ему благодарен.       Экран за спиной передавал изображение, но не звук. Где-то там, снаружи, началось вторжение. Сверкали вспышки молний, летели проклятия Учителя, но все это мельком. Куда чаще я видел своего врага и неведомо как проскочившего под барьер Наставника. Скорее всего, успел в момент активации. Проныра, он и есть проныра. Сражаться с ним в паре было легко, но страх за чужую жизнь не давал покоя. Тем не менее, пока бой шел с переменным успехом.       — Ты ведь знал, всегда знал, что я здесь. Я был в твоей голове все это время. Помогал тебе, защищал, давал силы. Вот она, та истина, которую ты так долго отказывался признавать. Нет, скорее запретил себе об этом думать. О том, почему стираются эмоции и чувства, почему некоторые воспоминания обрывочны, почему те кого ты убил приходят в кошмарах лишь смутными безликими тенями. — В голосе слышна усмешка, но какая-то горькая, совсем не такая, какую ожидаешь услышать в подобном контексте. Он не приближается, но тьма вокруг обволакивает меня, словно обнимая. Должно пугать, но на деле было тепло и даже уютно. Чего не скажешь о воспоминаниях, которые он вызвал на поверхность своей речью. Мне было тошно, но сделать это было необходимо. Впрочем, было подозрение, что часть психологического удара Рэйвен принял на себя. — Ну что, как тебе на вкус твоя первая резня? Я, конечно, запоздал с вопросом, но раньше до тебя было не достучаться. Слишком сильный эффект оказало на тебя это событие. Ведь все это время убивал я. Это стало моей работой после того, как ты выполнил первую одиночную миссию устранения. Я бы взял на себя и ее, но… Твое желание доказать своему Мастеру, что чего-то стоишь смогло даже меня задвинуть на второй план. Браво!       Объятья, или что это там на самом деле, стали крепче. Словно меня очень сильно боялись отпускать, не хотели этого делать и, тем не менее, принимали подобный вариант исхода событий. Он принимал. И не только это. В первую очередь Рэйвен принял меня, таким какой я есть, потакал моим капризам. А я? Я его принял? Нет. Только прятался и отказывался верить в очевидное. А теперь слушаю исповедь.        — Я брал на себя все, что мог. Действовал, оставляя тебя зрителем в кинозале с эффектом полного присутствия. Потому что изначально моей целью была твоя защита. От всех и от всего. Именно таким ты меня создал. Ты и твои желания. Правда, всего я воплотить не мог. — Прикосновение к бесконтрольно раскрывшимся крыльям было чем-то новым. Впервые они ощущались настолько ярко. Раньше я закрывался ими, словно щитом, от ударов, а теперь чувствую легчайшие касания. — Но с этим прекрасно справилась новая грань твоей силы. Ведь, что бы ты не говорил, а летать ты хотел всегда. Уж я-то знаю. Именно на столь незамутненную жажду свободы и среагировал камень в тот, первый раз, в лаборатории. Ладно, не сам камень, а его остаточная энергия, но все же…!       Он прерывается на полуслове. Замолкает, но я понимаю, что это не театральная пауза. Просто мой собеседник никак не может достаточно успокоиться и собраться с мыслями, чтобы продолжить. А выговориться ему явно стоит. Когда он впервые появился? Сколько молчал? С начала ученичества? Нет, не то. Смерть дяди? Снова мимо. Осознание приходит неожиданно и выбивает почву из-под ног. Раньше, намного раньше. Тогда, когда погибли родители.        — А потом ты что-то заподозрил. Вот только вместо адекватного очевидного решения все усугубил. Зачем тебе понадобился кто-то ещё? У тебя уже был я. Двоих для одного тела более чем достаточно, не находишь? Впрочем, они уже в прошлом. Как и попытки того, кого ты зовешь Учителем, вмешаться. Он лез туда, где мог только навредить своим вмешательством. За что и поплатился. — Губы Рэйвена на мгновение искривила злая усмешка. — И, тем не менее, ты стал Хранителем дикой необузданной силы, которая, в то же самое время, реагирует на малейшую твою мысль и эмоцию. Подчиняется твоим желаниям.       Экран за его спиной продолжал проецировать происходящее снаружи. Зовущий себя Таносом уже успел подрастерять самоуверенность и повредить одну руку, в то время как нас с Наставником лишь слегка потрепало. Очередной рывок, серия атак. Рэйвен также развернулся, на сей раз пристально наблюдая за происходящим, а после, словно заставил все замереть и вновь нашел меня взглядом.        — По сути, мы сейчас стоим на новом рубеже. Как раньше уже не будет. Но у тебя есть выбор. В очередной раз пойти на поводу у глупого комплекса героя и взвалить все на себя сейчас, приняв меня, свою часть, со всем нашим прошлым. Или позволить мне принять этот удар на себя до тех пор, пока ты не будешь готов нести эту ношу в одиночку. Выбор за тобой. — Это звучало как самый настоящий соблазн: закрыть глаза и позволить, наконец, кому-то разрулить свои проблемы, а самому просто расслабиться и выдохнуть. Вот только Рэйвен не соблазняет. Он и правда всего лишь дает выбор и примет любое мое решение. Просто таки ангел-хранитель…        — А что будет с тобой? — Он улыбается. На этот раз немного грустно.        — Обрету покой, в любом случае. Но я даже рад. Мое исчезновение даст тебе время и силу. Большего и желать нельзя.        — Но почему? — Теперь он вздыхает.        — Я был создан тобой для того, чтобы тебе помогать, быть опорой. Ты мой создатель и цель существования. Мое начало. Мое исчезновение не более чем признание того факта, что тебе больше не нужен подобный «костыль». Я просто вернусь туда, откуда пришел. Расстворюсь в твоём сознании, позволю вспомнить в полной мере все, что было во все те разы, когда я брал контроль в свои руки.       Наверное, тот факт, что я чувствовал все его эмоции тоже оказал толику влияния на мой выбор. Потому что я послушался. Глаза медленно закрылись, погружая мир во тьму, но ощущение объятий никуда не исчезло. Глубокий выдох я сделал уже на границе сна и яви.        — Ты и так достаточно вытерпел. А теперь отдыхай. Я разбужу, когда придет время.

***

      Стоило только Питеру погрузиться в недры подсознания, как Рэйвен немедленно ускорился. Проведя столько времени в роли наблюдателя он составил свое мнение о каждом, кто когда-либо оказывался поблизости и уходил живым. Это было и странно и, в то же самое время, логично. Они были разными личностями, пока, и имели полное право на индивидуальность. Однако, в вопросе о Стике мнение совпадало: это был Наставник, человек, который сможет направить к цели. Тот кто поможет советом и делом. Кто всегда первым узнавал о том, что с Питером что-то не так. И он определенно заслуживал того, чтобы за него отомстили. Удар за ударом, выпад за выпадом. Рэйвен теснил своего противника, гнал его дальше от тела важного для Питера человека, но, в то же самое время, не позволял ему сбежать. Свет камня реальности маревом подсвечивал крылатую фигуру. Перелом, второй, распластанный на земле враг в глазах которого, наконец, появилось нужное чувство: страх. Потому что, несмотря на отсутствие барьера, все присутствующие прекрасно понимали, что титану не сбежать.       Тем не менее, одно существо все же попыталось переломить ход событий. Титан, прибывшая вместе с Таносом бросается вперёд в слепой попытке отбить повелителя. И просчитывается. Потому что на лице Рейвена играет снисходительная усмешка, когда он принимает атакующую позицию за мгновение. Потому что вмешательство в его сознание на него не подействовало. Потому что когтистая рука с лёгкостью пробивает живот и уходит вглубь и вверх, а Тони задумывается, что ученик не распространялся о том, из каких материалов он заказывал вооружение. Преподносить врагам сюрпризы он любил. Впрочем, сейчас на его стороне была и сила Реальности. «Глупец», прошелестело в устоявшейся тишине. Тело было едва ли не брезгливо отброшено в сторону, наглядно демонстрируя, что уж теперь-то помощи ждать и правда не стоит.        — Я бы с удовольствием позволил тебе жить дальше в вечном страхе, трусливо прячась от меня на окраине мультивселенной, а твоей душе гнить внутри тела. Однако, ты как бешеный пёс. А показывать таким свою спину — недопустимо. Гораздо проще и правильнее будет отправить тебя в землю целиком, но, для начала, ты мне кое с чем поможешь. Ах да… Не то чтобы я тебя спрашивал или предлагал выбор. — Сияющие алым глаза оказались вдруг слишком близко, чтобы пытаться избежать их взгляда. Следующая фраза звучит жёстко и бескомпромиссно. — Ты сдохнешь, просто так, как нужно мне.И тогда, когда мне понадобится.        — Рэйвен… — Теперь Мастерс придерживает Стренджа за плечо, не давая идти вперёд. Чутье наемника бьётся в истерике от одной мысли о том, чтобы полезть туда сейчас. Тем более этого не стоит делать Стивену, едва не оставшемуся по вине этой части их общего ученика, без конечности, а то и более важных органов.        — Учитель, не вмешивайтесь. Как ни как, сейчас мы будем исправлять недочёты в вашей работе защитника мультивселенной. Ко мне!       Последняя фраза, очевидно, относилась вовсе не к врагам и союзникам. А потому и среагировали на приказ не они, а камни. Три подлетели с земли, один выскочил из глаза Агамото, последний из скипетра Локи. Все они, вместе с проявившейся из тела владельца Реальностью, зависли над вытянутой вперёд ладонью чуть подрагивая, словно в нетерпении. Им нужны были цель и жертва, а нынешний хозяин мог дать им и то и другое прямо сейчас. Вопрос лишь в размере жертвы. Равноценный обмен, хоть где-то он существует.       Рейвен резко выбрасывает руку с камнями вверх, впрочем, не сводя глаз с поверженного противника. А затем щелкает пальцами. В первую секунду, кажется, будто ничего особенного не произошло, а затем становится очевидно, что тишина вокруг повисла излишне неестественная. Осознание до окружающих доходит медленно, но плененные титаны отлично срабатывают в качестве индикаторов. Враги исчезли, а налетевший из ниоткуда ветер сдувает черный песок, что от них остался и закручивает его в тугую спираль вокруг Рейвена. Это зрелище можно было бы назвать по-своему красивым, вот только, находясь настолько близко, хотелось только одного — сбежать. И это при том, что каждый прекрасно понимал, что они не будут целью… чем бы оно ни было. Вместо этого в воздух взметнулась и перемололась в труху сначала перчатка, а затем и камни. Не сразу, по одному, тут же смешиваясь с песчаным потоком и теряясь в нем. Расстворяясь без остатка. А затем спираль сжалась в пульсирующий клубок и, словно взорвалась изнутри, повиснув пылевым облаком. Того, что вверх почти сразу рванет ревущий столб пламени не ожидал никто.       Дэдпул, сбивший с ног телопортировавшегося для оценки ситуации Токкэби, только и мог прошипеть тому, чтобы не смел двигаться. А ведь это, зачастую, самое страшное: бездействовать, потому что твоих сил, знаний или влияния недостаточно. Это действительно убивает. И большая часть присутствующих ощущает, как внутри них словно что-то обрывается, когда видят итог: крылатую фигуру замершую внутри огромного прозрачного кристалла, словно насекомое в янтаре.