Ученик Таскмастера

       — Напомни мне… Почему мы согласились?        — Потому что иного выбора бог которому съездили по морде решил не предоставлять?        Они снова были здесь. В том самом скрытом пространстве с парящими сферами. Вот только теперь это были не воспоминания, а своеобразные «окна» в иные вселенные. Их вселенные. Локи не обманул сказав что у него есть рабочий план. Вот только воплощать его, в основном, пришлось самостоятельно. Бог сильно вложился энергетически и даже на энергию моста не поскупился. Причём настолько, что за последние четыре года явился лишь раз и то, буквально на днях. Заодно и прояснил ситуацию в которой они оказались. И вроде бы все в выигрыше: ученик, почти сын, друг — жив, а Локи таки добился трона, но всегда есть «но». Как выяснилось бог лжи и обмана вместо того чтобы перекроить старое древо миров создал им новое. Маленькое, притулившееся у старшего собрата в корнях, но по сути своей независимое. Меньшее, пусть и все равно большое количество ветвей, вот только на стволе всего два мира: новая вотчина Локи и их, с которой все началось. Стоит признаться судьба изрядно подшутила над трикстером авансом выдав ему подданных. Вместо асгардцев в этом вечном саду обитали фэйри. Самых разнообразных размеров и направленности, но сходившихся в трех вещах: прекрасном виде, паскудном характере и верности сюзерену. От которой тот перманентно страдал. Каких только усилий стоило не рассмеяться наблюдая за измученным своей властью богом. Тот собственно от нее и спасался, наведавшись к Стрэнджу, прихватив его ученика и отправившись в какое-то очередное безумное приключение. Маг не вникал ведь Рэйвена ему вернули в целости и сохранности да ещё и с частично вправленными на место мозгам.       Параллельные мультивселенные. Одно именование изрядно напрягает. И так как из одного мира мультивселенную не создать, пришлось прихватить парочку знакомых с прошлой ветки. И хотя видение ученика на шпильке периодически выбивало из колеи, теперь это был далеко не самый эпатажный мир. Он был и ангелом (визуально), и демоном (морально), и обычным человеком, и измененным. Неизменной оставалась лишь его суть Хранителя. Ученик был основной привязкой мира к дереву и, пока не образовались вторичные, гарантом его существования как такового. Локи конечно не говорил, что затерявшийся в пустоте шарик погибнет, но догадаться было не трудно. Вот лет через сто… Маг усмехается сталкивая лёгким пассом две абсолютно разные сферы: в первой ученик возглавил группу других «пауков» различного происхождения, а во второй был актером, что лишь играл роль Паучка. Такие похожие временами, но такие разные по своей сути.       Вообще, складывалось ощущение, что миры соревнуются друг с другом за звание самого уникального. И в целом ничего удивительного. Ведь когда «переселенцев» не хватило, пришлось черпать дополнительные из вероятностей. И маг, разумеется не отказал себе в удовольствии воплотить в жизнь два плана, один из которых считал утопическим, пусть и невозможным ввиду затраченных усилий, а второй бесполезным. На выходе оказалось, что прав он был лишь наполовину. И, разумеется, не на ту которую надеялся.        Возвращение во времени самого ученика, с учётом того что вселенная передумала его гробить, оказалось сравнительно неплохой идеей. Чего они в том мире точно не учли, так это того что ребёнка, которым тот стал, придется кому-то усыновить. Все очевидно, верно? Стренджу перепала нелёгкая отцовская доля уже в третий раз. Немного примиряло с действительностью только то, что дитё без малейшего намека решило, что пап у него двое, а потому страдали коллективно. И «родители», и все его бывшее окружение бодро возведенное в звания «дядюшек и тетушек». И все бы ничего, вот только несмотря на отсутствие памяти, у мелкого почему-то периодически прорывались знания. Поэтому уже в свои нынешние восемь малолетний Питер Стрендж радостно удирал от очередных нянек по крышам, верхом на том самом крылатом волчаре, вынуждая преследователей сдавленно поминать сквозь зубы Гидру и ей подобных экспериментаторов.       Стивен усмехается, замечая с какой отстраненной задумчивостью Тони смотрит на происходящее в этой сфере и толкает ее ближе к наемнику, всматриваясь в оставшиеся. Он был здесь сам несколько дней назад и, раздумывая о том, стоит ли демонстрировать Таскмастеру их новые реалии, пришел к выводу, что таки да, но с оговорками. Вот эти самые оговорки и стоило найти до того как наемник зацепится за них взглядом. И, разумеется, «утопический» вариант был как раз среди них.       В этом мире ученик оказался в своем привычном теле, но без своих воспоминаний о людях и самом себе. Был способен собрать информацию, победить в бою, но в самоидентификации была загвоздка. И он не нашел ничего лучше, чем грохнув наемника нанятого для собственного устранения, занять его место. И сейчас Тони испытывал крайне противоречивые чувства к Таскмастеру соседнего мира, волей-неволей созданному им самим. Потому что то, с какой лёгкостью тот влился и стал почти идеальной заменой своего Мастера, даже немного пугало. А с другой стороны маленький Питер потерявший всех и тут, был ему действительно полноправным наследником. Буквально отражением.       Стрендж задумчиво смотрит на синеватый свет этого мира и все же отталкивает к дальнему углу пространства. Не стоит оно того. Да и к чему? Он смог просмотреть суть того мира лишь благодаря тому что тот недосягаем. В синие миры попасть не выйдет. Лишь смотреть вечный фильм с опцией перемотки. Зелёный, лиловый, золотистый… Сферы и оттенки сменяют друг друга один за одним, посылаемые магом в разных направлениях.        — Он был здесь?        — Нет… — Качает головой маг, рассеянно толкая к Мастерсу жёлтую сферу в которой Дэдпул азартно отплясывает канкан пока ученик зачищает их противников, не забывая периодически дырявить напарника. — Это лишь сделает хуже. Но я рассказал о том что у нас новое древо миров и получил отказ вникать в это без особых причин.        — Похоже на него и в то же самое время нет. — Задумчиво резюмирует Таскмастер, отпихивая не только посланную сферу, но и ближайший десяток.        — Он изменился. На самом деле все мы совсем не такие как несколько лет назад. Его личное влияние помноженное на камни и закреплённое временем.        — Все то, что я здесь видел, доказывает, что камни ни при чем… — Отзывается наемник с очевидной горькой усмешкой в голосе. Мир в его руках испускает едва заметное желтое свечение и Стивен подходит ближе, заглядывая внутрь. Кажется, место действия университет, а два преподавателя, в которых маг с удивлением опознает себя и Беннера, едва сдерживаясь в рамках приличия, пытаются поделить подающего надежды студента, не замечая как того под шумок уводит третий. И тайна личности таковой надолго не остаётся. — Даже в этом мире он все ещё мой ученик.        — Может теперь это краеугольный камень нашей вселенной, кто знает?        Два взгляда, смеющийся и скептический, пересекаются на несколько долгих секунд. Это не борьба, вовсе нет, просто ожидание пока явный позитивный настрой распространится на ещё одного человека. Тони усмехается подбрасывая сферу вверх, чтобы она мгновенно затерялась среди прочих.        — Уж точно не мы.        Всего-навсего фраза — обещание на уровне Кодекса: не лезть больше в иные миры в которых все и без того идёт своим чередом. Вес ее довольно ощутим, но в то же самое время окрыляющ. Дарит свободу хоть в одном аспекте. Все же бытие творца миров не привлекает ни одного, ни другого. Смысл подглядывать в чужие миры и создавать новые, когда мимо проходит собственная жизнь, которая не то что сравнима, во сто крат превосходит их по яркости и насыщенности. Да, далеко не все цвета в ней яркие и светлые, но в их многообразии и сочетаниях и кроется то самое нечто, дарующее неповторимый вкус жизни вместо горчащего разочарованием существования.       Пространство схлопывается за спинами посетителей, а после вспыхивает зеленью и расширяется вдвое. Вернее, словно у него появляется отражение за прозрачным стеклом. Вот только оно довольно гротескно. Как минимум, потому что парящие тут шарики-миры мрачные и тусклые. Отдающие серостью и, местами, покрытые белесыми пятнами-проплешинами, они то и дело теряют чуть больше красок, с трудом возвращаясь к прежнему уровню свечения, а изредка попросту затухая. Такие миры опускались на пол и словно каменели. Как максимум же отличие заключалось в том, что в сокрытой ранее зоне теперь было двое существ. Высокие, сильные, но отличающиеся в самой своей сути. Асгардец… Творец новой ветви Мирового Древа, не изменил себе, оставаясь в своем излюбленном черно-зеленом облачении. Разве что шлем заменила тонкая тиара, усеянная изумрудами и фонящая защитной магией. Второй же был некогда человеком, а теперь Творец и сам не смог бы дать четкого ответа. Впрочем важнее всего то, кем себя считает сам спутник Бога.        — Ты доволен? — Негромко интересуется Локи, безучастно наблюдая за одним из миров, стремительно гибнущем в горниле войны. Спасти тот уже не смогло бы и его вмешательство, не говоря уже о нарушении баланса. Рейвен лишь ведёт плечом, подбирая с пола один из угасших миров. Тот похож на кусок льда но не тает. — Не хочешь рассказать им что это место и есть наше Древо?        — Ни к чему. — Отвечает парень, вновь опуская шарик на пол. — Учитель и Мастер и сами прекрасно все понимают. Пройдет совсем немного времени и они заметят странность. Потянут за нить и распутают весь клубок. Все же они оба совсем не те люди, что способны поверить в существование столь чистого древа. Не с их опытом.        — Потому ты и оставил по ту сторону все живые миры не охваченные войнами на истребление?        — Верно. Полуправда всегда надёжнее лжи. — Спокойный ответ вызывает на лице бога горькую усмешку. Он знает что его визави все делает ради тех своих привязанностей, что не отсек. И даже в кои-то веки рад осознавать себя одной из таковых. Пусть и с оговорками. Рэйвен выпрямляется, едва слышно хрустнув позвонками. Его одежда сейчас иная. Иссиня-черная, местами с матовыми вставками какого-то темного металла и сидящая словно вторая кожа, а на спине органично переходящая в крылья. Мягкие на вид, но набитые обоюдоострыми маховыми перьями. На обернувшемся лице видны мелкие переливающиеся пёрышки на висках. Если у старого Древа были Нидхёгг и Хрёсвельг в их вечной вражде, Эйктюрнир и Хейдрун то у нового лишь черный ворон Корбус. Но пока и этого более чем достаточно. Даже с избытком. Особенно учитывая патологическое неумение того отдыхать и тот факт, что пока, в тени старого древа, их не замечают иные сущности. Вот лет через пятьсот…        — И каковы твои планы на ближайшую вечность?        — Жить. - Так кратко и просто, но в то же время сколько стоит за этими четырьмя буквами. Локи помнит сколько событий были пережиты им за это ничтожное количество лет и буквально все кричит, что парню необходим адекватный перерыв. Особенно в силу новых обстоятельств. Но не подстегнуть, не подначить, трикстер не может.        — И только? — Зелёные глаза пересекаются взглядом со спокойными серыми.        — Ты не хуже меня знаешь сколь это много. Просто жить в свое удовольствие, без вечной погони за чем-либо. И позволять так жить тем, кто дорог.       Сущности исчезают в ровной зелёной вспышке. Следом растворяется в дымке скрытая часть древа. Из неприметного проулка центрального мира выруливает синий байк и вливается в поток легковушек и других транспортных средств. Локи лишь совсем не божественно фыркает и, проводив взглядом стаю, исчезает. Пока Древу ничего не угрожает они и правда могут насладиться спокойными мгновениями жизни. И Рэйвен безусловно прав, говоря что одна только эта возможность в его случае — это безумно много.