У нас нет ничего

«Чтобы стать счастливым —

нужна смелость…»

***

POV Микаса Спустя несколько часов нам всё же удалось добраться до отеля. И всё было бы вполне себе ничего, если бы нас не отправили туда пешком. В итоге поздним вечером мы - совершенно разбитые и никакущие - вломились на ужин. В таком состоянии даже кусок в горло не лез. Поэтому я лишь лениво накладывала себе в тарелку какие-то овощи, даже не замечая, что это вообще было. Вдруг огромные двери резко распахнулись и в зал вошёл Айзава-сенсей. Он быстро пробежал глазами по столикам, а затем спросил: — Кого нет? — Желания жить, — тихо буркнула я и положила ложку на место, оставив в покое горячее и направившись к стойке с десертами. Изучая взглядом всё разнообразие предлагаемых блюд, я совершенно не заметила из ниоткуда появившуюся Тиану. Она с каким-то растерянным видом мялась напротив, с противоположной стороны от стола, а затем, явно заметив на себе мой изучающий взгляд, выпрямилась и указав на меня пальцем громко выпалила: — Мы. С тобой. Помирились. Точка. — Э? — но не успела я ничего и ответить, как силуэт девушки, сшибая всех на своём пути, пулей скрылся за дверью. Я ещё несколько мгновений стояла на том же месте, пребывая в оцепенении от всего произошедшего. Что она вообще хотела сказать? Этот несвязанный бред все никак не выходил у меня из головы. Я тщетно пятилась понять, но смысл до меня так и не доходил. Надо будет спросить как-нибудь… End of POV Микаса POV Тиана Я стояла напротив Микасы, дожидаясь, когда она соизволит меня заметить. Она выбирала сладости, а я смотрела на неё, пытаясь подобрать слова. Неожиданно, взор её неприветливых серых глаз упёрся в меня. — Мы. С тобой. Помирились. Точка. — опомнившись, робко произнесла я, а потом рванула, что есть мочи, из столовой в свою комнату. Некотыре люди, стоявшие на моем пути, и которых я благополучно сбивала, бранились и посылали мне вслед всяческие проклятия. Но мне до этого не было дела. Сейчас главное - быстро смыться, пока Микаса не поняла, что к чему. Потому что выяснять отношения на людях я особо-то и не хочу. Мой номер находился на третьем этаже, и всю дорогу до него я думала, когда до Микасы дойдёт смысл сказанных мною слов. Наконец добежав, по пути споткнувшись о коврик, я остановилась у двери, пытаясь отдышаться после сумасшедшего марафона. Коридор был пуст, и я совсем не слышала никаких голосов или звука приближающихся шагов. Погони нет… Спокойно достав ключ из кармана штанов, я всунула его в замочную скважину, судорожно пытаясь его повернуть. Руки тряслись и совсем не слушались, но кое-как я все же смогла открыть чёртову дверь. Завалившись - в прямом смысле, - в комнату, я отгородилась от всего мира, оставшись совсем одна. Пройдя ещё несколько метров, я плюхнулась на кровать, обдумывая произошедшее и нафига я вообще это сказала. Положив голову на подушку, я закрыла глаза, стараясь прогнать воспоминания о сегодняшнем дне, которой выдался ну уж слишком насыщенным и непредсказуемым. Но, вдруг, мою голову посетила мысль: «Стоп. Если тот камень кинул Кусака, то нахрена он его кинул? Хотел, чтобы его заметили? Такую рожу трудно не заметить. Блин!» — я подорвалась с постели. Перед глазами на секунду потемнело, и я тряхнула головой, приводя себя таким образом в порядок. Вот всё же нормально было! Зачем нужно было думать об этом камушке?! Зачем о Бакуго нужно было думать?! Тьфу! Я ж теперь не усну, пока не узнаю истину. Я вышла в свет. Увы, лишь в свет коридора, а не чего-то ещё. Теперь я была одержима лишь идеей узнать правду. Кажется, если я правильно помню, то его номер 134. Я встала около нужной цифры, набирая воздуха в грудь, а заодно и смелости. — Кхе-кхем. — послышался хриплый голос откуда-то сбоку. Я медленно повернула голову, и - о чудо! - узрела взрывного блондина. — Это ты камушек кинул? — сразу перешла в наступление я. Ведь лучшая защита - это нападение. — Какой камушек? — изумился Бакуго, в недоумении хлопая глазами. — Понятно. — понуро произнесла я, удостоверившись, что тут дело глухо и от него информации я вообще никакой не добьюсь, — Что ж поделать. Я развернулась, намереваясь покинуть общество этого недогероя, но моим ожиданиям не суждено было сбыться. Впрочем, как и всегда. — А че приходила-то вообще? — резко, но непринуждённо спросил Катсуки. — В карты, блин поиграть… — съязвила я, на что Кусака мгновенно ответил: — Велком*. — он одним движением руки открыл дверь в помещение, приглашая меня внутрь. «Может это ему камушком по голове прилетело, а не мне?» — с некоторым сомнением подумала я, — «Хотя, чем чёрт не шутит?» И послушно вошла в эту обитель зла, с удивлением замечая Тодороки, преспокойно лежащего на кровати и читающего какую-то книгу. — Здрасьте. — пренебрежительно поздоровалась я, усаживаясь на соседнюю койку. Посмотрев на лицо Бакуго, я поняла, что сделала что-то явно не то, но вставать с этого места я не собиралась. — Будешь в карты? — предложила я Половинчатому, на что тот осторожно кивнул, не отрываясь от чтения, а затем я снова обратилась к моей головной боли, — Они у тебя хоть есть? — Найдём. — уверенно брякнул он мне в ответ, — Только этим будешь заниматься ты. Я опешила от такой наглости, но ничего не сказала, только лишь подошла к прикроватному комоду, открывая верхний ящик. Там лежал телефон, изрядно потрёпанные наушники, пульт от телевизора, даже носки (слава богу чистые), но только не карты. — Господи, ничего не может без меня, — буркнул Бакуго, собираясь присоединиться к поискам, на что я кинула ему в лицо носок. Ибо нефиг. И пока мы обсыпали друг друга ругательствами, в дверь постучали. Шото, поняв, что мы не собираемся отвлекаться от своего «важного» дела, отложил книгу в сторону и пошёл открывать дверь внезапному гостю. Гость и вправду оказался самым неожиданным. На пороге в ступоре стояла Микаса. А я, увидев её, отмахнулась от назойливого недогероя и спросила: — Хочешь с нами в карты? — оба хозяина опешили от такого заявления, и пока все трое прибывали в трансе, я уволокла девушку внутрь. Бакуго, первым вышедший из апатии, лишь недовольно хмыкнул, а после радостно воскликнул: — Я нашёл карты! — произнёс он, специально делая акцент на первом слове, а после повернулся и показал мне язык. «Как дитё малое...» — я возвела глаза к небу - в данном случае к потолку, - а после спросила: — В «дурака» или как? — Ага, на желание ещё скажи. — недовольно отрезал взрывной, скрестив руки на груди. — А почему бы и нет, — ответила я, ехидно скалясь. Красноглазый лишь удивлённо посмотрел на меня, а после покорно начал перемешивать карты. Все опустились на мягкий серый ковёр, чтобы было удобней играть. Каждому раздали по шесть карт, и мы начали увлекательную игру, по итогу которой, возможно, решится чья-то судьба. Если сказать по-другому, то решится то, кто будет страдать.

***

Я положила козырного короля перед Шото. — Бьёшь или забираешь? — осторожно спросила я. Мы с ним играли уже около десяти минут, но ни один из нас не сдавал свои позиции. Я мельком обратила взгляд на молча стоящих в сторонке Катсуки и Микасу. Они нервно кусали губы и пускали пар из ушей. Наверное, им просто наскучило ждать. — Бью. — тихо отчеканил мне приговор Тодороки. Он положил на моего короля козырного туза, и я лишь вздохнула, понимая, что у меня в руке осталась ещё одна карта, а, следовательно, страдать сегодня буду я. — Итак, — я повернулась к Кусаке, который первым вышел из игры, — Какое у тебя желание, победитель? Уголки его губ потянулись вверх, и меня пробрала нервная дрожь. Выждав минуту, полную безмолвной и устрашающей тишины, я наконец услышала его ликующий голос: — Ты должна навсегда выставить этого двуликого идиота из номера, и сама поселиться вместо него. Ошибочка. Я буду страдать не только сегодня, но, видимо, и всё оставшееся время нашего пребывания в этом отеле. Я сильно так офигела, впрочем, как и все остальные. Но, увы, правила игры - и есть правда игры, поэтому я обязана повиноваться. — Ладно, — фыркнула я, — Просто поменяемся ключами. Я живу одна, так что проблем возникнуть не должно. — Слышь, придурок, ты переезжаешь! — надменно, но с ноткой веселья в голосе заявил Бакуго. Шото молча начал собирать вещи, а я взглянула на Микасу. У неё на лице было написано: «Вы, что, совсем идиоты?». — А кто-таки кинул тот камушек? — вдруг вспомнила я, зачем вообще сюда изначально приходила. Все в помещении резко перестали заниматься своими делами и уставились на меня. Синеволосая девушка подняла руку и равнодушно произнесла: — Это - я. Я посмотрела на неё долгим недоумевающим взглядом, но тут Половинчатый вмешался в ситуацию: — Она была на крыше. — Теперь я могу спать спокойно. — выдохнула я, наблюдая за тем, как Микаса недовольно соглашается с этим утверждением. Двуликий, наконец закончивший со сборами, протянул мне ключ от номера, а я, порывшись в кармане, вытащила на свет божий свой. Когда мы обменялись ими, Шото попрощался и вышел, громко захлопнув за собой дверь. Микаса только демонстративно кивнула нам и ушла. На этот раз дверь хлопнула ещё громче. И тут я осознала, что осталась наедине с этой страшной собакой. Решив, что лучше не беспокоить судьбу-злодейку, я расправила уже мою кровать и легла на неё лицом вниз, полностью игнорируя взгляд Бакуго. Как я вообще согласилась на эту пытку? Ну, хотя бы я узнала, кто кинул в меня камушком. Вот от кого не ожидала, так это от Микасы! Я почувствовала, как кровать скрипнула и матрас слегка продавился, а после ощутила легкие тычки в плечо. — Чё ты меня трогаешь? Отстань, я спать хочу. — простонала я, утыкаясь носом в подушку. — Да блин, может побазарить с тобой хочу. — возмутился мой теперешний сосед по комнате. — Я тебе не бабка базарная. — угрюмо отмахнулась я от него. — А очень похожа. — съязвил он. Теперь пришло моё время повозмущаться. Я, надувшись, перевернулась на спину, взирая на него, мол, удиви меня. — Ну и о чём ты хотел поговорить? — уныло спросила я, желая как можно скорее уснуть. — Что вы делали там вместе? — максимально серьёзным голосом и с таким же выражением лица начал свой допрос Бакуго. — Где? Когда? С кем? — не поняла я его намёков. — Ты, что, издеваешься? — фыркнул Катсуки, а затем продолжил, — Сегодня, на задании. С Двумордым. — А что не так? На это Кусака лишь выругался и встал, но я схватила его за руку и попросила внятного ответа. Он с секунду смотрел мне в глаза, а после с силой отдернул руку и лёг на свою кровать, попутно выключив свет. — Ну, так дело не пойдёт. — прошипела я, обиженная тем, что теперь уже меня игнорируют. Включив свет, я направилась к кровати Кусаки и нависла над ним тёмной тенью, — Бакуго Катсуки, я требую, чтобы ты объяснил причину своего странного, неадекватного поведе... — но мою речь прервала подушка, прилетевшая мне в лицо. От неожиданности я почти грохнулась наземь, но всё-таки умудрилась удержать равновесие. — Ты, блин, причина! — гавкнул на меня блондин. Я всё ещё держала его подушку в руках и отдавать не собиралась. Молча повернувшись, я пошла на своё законное место. Так уж и быть, оставлю его на сегодня. А подушку заберу, ибо нефиг в меня ей кидаться. Или это месть за носок? Без разницы. — Верни! — услышала я громогласный ор. — Не кричи, людей разбудишь. — в тон ему нравоучительно выпалила я, совершенно не собираясь возвращать вещь хозяину. Он хмыкнул и демонстративно повернулся лицом к стене. Я наконец окончательно вырубила свет, а после залезла в свою кровать. Обняв отнятую у недогероя вещь, и уткнувшись в неё носом, я подумала, что ночь будет спокойной. — Сладких снов. — пожелала я, слушая посылаемые в мой адрес угрозы. — Спи. — в конце угрюмо прохрипел мне Кусака, а я покорно закрыла глаза. End of POV Тиана POV Микаса Я мрачно плелась по гостиничному коридору в сторону своей комнаты. Прямо надо мной перегорела лампочка. Сразу стало как-то неприметно темно. Но это меня нисколько не смущало. Я шла, полностью погрузившись в раздумья. Неожидала я такого поворота событий. Чтобы Бакуго загадал такое странное желание?! И почему он только захотел этого? А если... А если предположить, что она ему нравится? Нет, я точно лезу не в те дебри. Скорее всего, просто решил поиздеваться, не более того. Это в его стиле. Вскоре очередная лампочка потухла, и я совсем перестала разбирать дорогу. — Блин, что за отстой! — выругалась я в голос, соображая что теперь делать. Скоро глаза более менее привыкли к окружающей обстановке, и я смогла на ощупь добраться до лифта. Железные двери отворились, и я вошла в светлое помещение, нажав нужный этаж. Фактически, уже ночь, а я не хочу спать... Чем же заняться?.. Хм... Наверное, просто почитаю что-нибудь. Да, я ведь взяла с собой какой-то детектив, правда уже сама не помню какой, ну и ладно... Я только сейчас обратила внимание на двери. Они уже пару секунд как закрылись, а никакого движения так и не было. Я нахмурилась. Не очень-то впечатляла перспектива ночевать здесь... Я стукнула кулаком по панели. Удивительно, но задворки неожиданно резко отворились, и тусклый белый свет упал на лицо Половинчатого. — Добрый день, — вырвалось у меня, пока я ещё сама не осознала, что только что брякнула. — Уже ночь, — сухо прокомментировал Шото, становясь напротив. Железные двери в очередной раз с грохотом захлопнулись. Лифт начал медленно подниматься. Только сейчас меня осенило, будто что-то в голове вдруг прояснилось. — Эй, — настороженно начала я, — Твой номер, вообще-то, на другом этаже... — Я знаю, — задумчиво прервал меня Тодороки. — Тогда чего со мной прёшься? — не унималась я, надеясь на какой-либо ответ, мол, давай, я жду, порази меня. Двуликий поднял голову и упёрся в меня усталым и пустым взором. От такого взгляда по телу пробежалась нервная дрожь. — Ч-что это значит? — вопросила я, вжавшись в стену. Ответа не последовало. В ту секунду ненавистные двери лифта вдруг отворились, и я, воспользовавшись случаем, вылетела в коридор. Теперь, преспокойно идя по мягкому синему ковру, я переводила дух. Не знаю, что со мной случилось. Просто этот невыносимый взгляд… В общем, уже неважно, ведь он-то там остался... И вообще я не знаю, что это было... Вдруг кто-то крепко схватил меня за руку. От неожиданности у меня перехватило дыхание. Не успела я оглянуться, как уже оказалась прижатой к стене. Только сейчас я распознала в тёмном силуэте человека напротив Шото. Его взгляд был полон решимости, и он, склонившись надо мной, начал вдруг невероятно серьёзным тоном: — Постой. Это не всё. Я молчала. Молчала, словно говорит это сейчас не он, а кто-то другой, неизвестный, чьи действия мне непонятны и пугающи. — Хорошо, — так же холодно продолжал тот, — Я сказал тебе не всё... На этом его речь оборвалась и в это же мгновение он приблизился ко мне, а после последовал нерешительный поцелуй. Изумление. Тело онемело от шока. Я не знала, куда себя деть. Все мысли пропали и напряжение расселилось. Неожиданный поцелуй показался настолько трогательным и приятным. Так что я не стала сопротивляться своим эмоциям. Я закрыла глаза. Этот миг был таким долгим и до безумия восхитительным. Но всё в этом мире имеет свойство заканчиваться. Всё без исключений. Тодороки отстранился так же неожиданно, как и прикоснулся к моим губам. Теперь на его лице читалось изумление, будто бы он ещё сам не осознал, что только что произошло. Молчание. Такое безумное и невыносимое. Я не знаю, что сказать, и он, видимо, тоже. Я потупилась в пол. Ещё через некоторое время Шото нерешительно разжал мою кисть. Я была свободна. Убедившись, что никакой реакции не последовало, Половинчатый, ни сказав ни слова, удалился восвояси. А я так и стояла, склонив голову и уперевшись взглядом в пол. Это можно считать насилием? И что это вообще значит?.. End of POV Микаса