У нас нет ничего

У вас есть паруса, а вы вцепились в якоря.

И если вы не видите их, это не значит, что их не существует...

POV Тиана Я спокойно устроилась на лежаке, укрывшись синим полотенцем. Купальник, который для меня выбрала Момо, дико смущал. Тем более, я в жизни ничего более открытого, чем обычная футболка, не надевала. Мне нравился этот пастельный жёлтый цвет, но большие вырезы по бокам буквально сковывали всё моё тело. Слишком мало прикрыто, я не привыкла к такому. К моему великому счастью, на меня никто не обращал внимания. По-крайней мере, я не чувствовала каких-либо острых взглядов, врезающихся в меня. Я наблюдала за Микасой, которая - после моего отказа поплавать - сама нырнула в бассейн. Я видела её размытый силуэт в воде и пристально следила за всеми её движениями. Вот она доплыла до противоположного края и вылезла, видимо, в надежде согреться. Но, так как это был открытый комплекс, то холодный воздух лишь ухудшал ситуацию. К моей подруге подошла Кьёка Джиро. Она спросила у синеволосой что-то, на что та повернулась в мою сторону, посмотрела несколько секунд, а после пошла за странноухой. Интересно, Мика хоть с кем-то дружит? В груди неприятно кольнуло, но я быстро отбросила обиду и чувство собственности куда подальше. Она собирается стать героем, так что наши пути разойдутся в любом случае. Если на момент нашего прощания у неё будет друг - человек, которому она сможет доверится, - то ей будет проще забыть меня. Я - злодей. Моё место не среди них. Я обвела взглядом комплекс, смотря на веселящихся недогероев и других посетителей. Мой взгляд остановился на Микасе. Она только-только собиралась прыгнуть с трамплина. «Я думаю, она и сама понимает, что рано или поздно, но этот миг настанет. Главное, чтобы она не пыталась меня вернуть*. » — я прикусила палец, напряжённо глядя в то место, куда плюхнулась Микаса. Звук хлопка был очень выразительным, поэтому я примерно представляла, насколько ей сейчас больно. Я чуть было на рванулась туда, но вовремя сдержалась, — «Слишком палевно. Мы и так почти постоянно вместе. Надеюсь, позже у неё не будет проблем из-за общения со мной.» Но вдруг мой взгляд привлёк недавно спасённый мною мальчишка. Он весело шагал, качая блондинистой головой вправо-влево. Взор его наивных, зелёных детских был переведён на меня. Лишь бы он не подходил ко мне. Пожалуйста, пусть хоть раз в жизни всё пойдёт как надо, а не по наклонной! Но мальчуган улыбнулся мне во все свои оставшиеся молочные зубы, и я поняла, что пора бы сматываться отсюда. Аккуратно встав с шезлонга, я начала обходить бассейн, изредка косо поглядывая на пацана. Тот явно не понимал, что его компания мне не нужна, и всё ещё упорно пытался меня догнать. Решив, что так он привлечёт слишком много внимания к моей скромной персоне, я остановилась, оглянулась и присела на корточки перед ним. — Ты что-то хотел? — тихо спросила я, надеясь, что это недоразумение на ножках не будет орать на всю территорию отеля. — Меня зовут Кэзуки! — гордо и громко произнёс он, но, получив в ответ укоризненный взгляд, добавил уже тише: — Спасибо, что спасла меня! И он, смущаясь, поцеловал меня в щечку и убежал. А я в шоке стояла, наблюдая за всё удаляющейся спиной парнишки. «Дети милые.» — я слегка приподняла уголки губ, а после приняла решение вернуться на своё место. Я повернулась, но сзади меня, оказывается, выстроилась целая стена из людей, не дающих мне проходу. — Ты правда спасла его? — с надеждой в больших глазах вопросила Урарака. — Когда? — уточнила Яойорозу. Она, кажется, начала осознавать, почему тогда моя одежда была мокрой. — От чего? — пыталась понять Джиро. — Почему ты спасла его? — задал свой вопрос Кусака. — Он, скорее всего, обознался. — солгала я. Мне совсем не нужно, чтобы они думали, что я могу «встать на путь истинный». Моя дорожка, конечно, кривая и с ямами, да и ведёт она в чистилище, но мне она нравится. Мои ноги сами идут по этой скользкой тропе. И я обошла недогероев, пока они пребывали в прострации. Сомневаюсь, что они поверили в такое откровенное враньё. Хотя, эти люди могут и принять сказанное мной за чистую монету. Зачем злодею спасать ребёнка? Правильно, незачем. «Тогда зачем же ты его спасла?» — опять назойливый голос в голове. Думаю, что это чья-то причуда. Или же мне пора лечиться. Я спасла его, потому что не могла не спасти. Дети бескорыстны и ничего ещё не знают об этом мире. Зачастую, когда они презирают кого-то, они делают это, основываясь на поведении взрослых.* Я потопала в отель, не желая ещё выслушивать какие-то вопросы и свой внутренний голос. Тем более, Мика куда-то делась, да и я уже наотдыхалась за сегодня, пора бы и подумать о том, как поскорее свалить из этого «героического» общества. Слишком долгое нахождение здесь плохо на меня влияет.

***

Я сидела на своей кровати, уже успев переодеться в серые шорты и алую майку. Как бы я не любила полностью скрывать тело за тканью, такая жара просто не оставляла выбора. Мой сосед ещё не вернулся, так что я могла спокойно размышлять на докучающие мне темы. За время моего прекрасного одиночества, я поняла, что сейчас совсем не время для побега. Местность мне незнакома, да и если идти в горы - то во всеоружии. Другими словами - мне нужен или подходящий момент, или хорошая подготовка. А за неимением ни одного из этих вариантов, я пока буду плыть по течению. Главное, чтобы не было водопадов. Я взглянула на пустующее место Катсуки, и мои мысли вновь вернулись к моей влюблённости. «У подростков часто такое бывает. Взял, да и полюбил какого-то рандомного человека. Это временное. Оно пройдёт.» — уговаривала я себя, — «В конце концов, даже если мои чувства взаимны, то когда мне придётся уйти, будет намного больней. Поэтому лучше не сближаться ни с кем. Так определенно будет лучше. А с Микасой надо будет поговорить. Она ведь и сама знает, что наши дорожки разошлись и, возможно, нам даже придётся сражаться в будущем за свои принципы и идеалы. Кстати, а почему она бросила меня одну в бассейне? Куда она пропала-то?» Я забеспокоилась. И только хотела отправиться на поиски, как вдруг передумала. Рано бить в гонг. Скоро обед, и только если она там не появится, то тогда можно будет волноваться. Но, я предполагаю, что она просто отошла с кем-то поболтать. Или я её не заметила. Надеюсь, что если это второй вариант, то она не будет сильно злиться. Меня ж там почти что в угол зажали с этими вопросами. Я услышала звук поворачивающегося ключа, и в следующую секунду дверь отворилась, и в комнату зашёл Бакуго. Он пристально посмотрел на меня, а после начал приближаться. Решив, что отползать к стене и оказаться без путей отступления я не хочу, сделала ответный ход. Встав, я вплотную подошла к парню, после чего хотела резко уйти влево, но мне не дали сделать и шагу, схватив меня за предплечья и уводя руки назад за спину. Блин, хреновый был план... Нужно было просто тихонечко обойти его, а из-за моей, безусловно, «гениальной» идеи, меня зажали в объятиях. Спасибо хотя бы, что он после «купания» вытерся полотенцем, а то моя чистая и сухая одежда сейчас была бы мокрой. Я прямо смотрела в рубиновые глаза, пытаясь уже в который раз понять, что от меня нужно Кусаке. — Ты что-то хотел? — стараясь сохранить свой невозмутимый вид, произнесла я. — Я думал, что ты что-то хотела. Так резко приблизилась... Я думал, ты хочешь убить меня. — недогерой усмехнулся, на что я хмыкнула, а после он серьёзно добавил: — Ты ведь и вправду спасла того, как его там... Кэзуки. Он фыркнул, когда произнёс имя ребёнка, на что я улыбнулась. Бакуго сам сейчас выглядит, как надувшийся малыш. — Даже если и так. — сказала я, — Что дальше? — Если тебя дети целуют, то могу это сделать и я? — спросил он с совершенно спокойным лицом, будто он сейчас говорил о погоде на улице. Я же выпала в осадок, удивляясь такому повороту событий, — Вижу, до тебя не доходит... — угрюмо констатировал он, после чего на одном выдохе проговорил: — Я могу поцеловать тебя? Я, всё это время находившаяся в апатичном состоянии, лишь запоздало кивнула. В отличие от меня, Катсуки не мешкал, поэтому после моего, так сказать, «одобрения», его тёплые губы сразу же накрыли мои холодные. Такой контраст раззадоривал чувства, заставляя их не гореть, а светить ярче солнца. Мы смотрели друг на друга, поэтому, чтобы хоть как-то избежать стеснения, я закрыла глаза, полностью сконцентрировавшись на тактильных ощущениях. Бакуго отпустил мои руки, так что я обхватила ими его шею, а он обнял меня в ответ. Все мысли, до этого тревожившие меня, сейчас исчезли, погасли в урагане эмоций. Этот поцелуй отличался от первого. Тот был «пробным». Тогда, мне кажется, чувства лишь зарождались. А этот же был... чудесным. В него я выплеснула всё, что держала в себе, поэтому не удивилась, когда почувствовала во рту металлический привкус - скорее всего прокусила губу. Но, увы, ничто не вечно, а кислород слишком быстро заканчивается. Поэтому мы оторвались друг от друга, тяжело дыша. Я и вправду прокусила губу. Только не свою, а Кусаки. — Ты, что, приревновал Кэзуки ко мне? — напрямик спросила я, наконец стабилизировав дыхание, хотя бешеный пульс всё ещё отдавался в висках. — Это не важно. — увильнул от ответа Катсуки, — Тем более, он ещё слишком мал, чтобы быть сердцеедом. — А по-моему, он очень милый. — произнесла я, слизнув каплю крови со своих губ. — А ты, по-моему, вампир. — вынес вердикт парень, после чего уткнулся мне в плечо, вдыхая мой запах. — А ты - оборотень. Нюхаешь что попало. — Ты - не «что попало». — Правильно, Кусака. Я злодей. И мы оба замолчали, вслушиваясь в тишину комнаты. Я просто ожидала его дальнейших действий, а он, видимо, обдумывал что мне на это ответить. — Знаешь, — начал он, — Я не думаю, что злодей бы спас кого-то, кроме себя. Тем, внутри которых только тьма, совсем наплевать на остальных. В тебе же есть искра света. Главное, чтоб она не превратилась в пожар, испепеляющий всё на своём пути. — Вот это ты загнул, вот это ты речь произнёс. Всемогущий такую речь не произносит перед Новым годом, как ты произнёс. Хвалю. — с иронией сказала я, но на самом деле была правда поражена. — Да иди ты. — ничуть не обидевшись, послал меня парень, после чего приподнял и понёс в сторону моей постели. — Так-так-так! — забеспокоилась я, — В последний раз, когда ты меня куда-то нёс, ты уронил меня на скамеечку! Между прочим, не очень-то и приятно тогда было. — Не волнуйся, трудно удариться об матрас. — заверил он меня, аккуратно кладя на кровать, а после улёгся рядом. Вот это наглость! Посягнуть на святое! На место, где я сплю! — Слезай... — приказала я, пытаясь спихнуть его на пол. Получалось не очень, что меня сильно огорчало. — Нет. — ехидно сообщил он мне, после чего совсем потерял остатки совести и приличия и обнял меня, притягивая к себе. — Скоро обед, а ты в плавках. — хмуро передала я ему новость. Хотя, скорее факт. — Но я так хорошо лежу... — лениво зевнул недогерой. — Иди и переоденься. — попросила я, надеясь, что он внемлет моим словам. — Хорошо. — на удивление быстро согласился он, а я почувствовала подвох. И была права, когда он решил поиграть на моих нервах и начал переодеваться в комнате. — Придурок! В ванну иди, демон полосатый! С глаз моих долой. — Я уйду, но не из «сердца вон». — напоследок решил добить меня он. Господи, во что я ввязалась! Нет бы послать его куда подальше, так нет, я согласилась на эту авантюру в виде поцелуя! Но, я хотя бы знаю, что не одна тут мучаюсь от любви к какой-то собаке. Ну и что мне делать с этой информацией?.. Я простонала, зарываясь руками в свои волосы. Что ж я дура-то такая?.. Но мой мысленный вопрос остался без ответа. Оно же к лучшему. End of POV Тиана POV Микаса Вечер медленно приближался. Я металась по комнате, то снимая, то надевая всякую одежду, в задумчивости останавливаясь у зеркала. Прошло уже целых полчаса, а я до сих пор не решила, что надеть… Я грустно вздохнула, возводя глаза к небу, а точнее к тусклому серому потолку. Вот вроде ничего особенного, просто свидание… Стоп, мы просто идём в кафе, о чём речь вообще?! Хотя… Ай, ладно, неважно… Ну что надеть-то? Я снова обратилась к своему отражению. Серые шорты сидели вполне неплохо, но вот белая майка убивала. Порешив на том, что верх здесь ну совсем не в кассу, я резво сменила его и снова подошла к зеркалу. Сиреневая кофта на плечи с принтом сакуры выглядела вполне себе ничего. Поэтому, поняв, что ничего лучше, увы, я не найду, я ещё раз обвела себя взглядом. — Куда-то собираешься? — не выдержала Ашидо. Я ещё в самом начале своей «примерки» заметила на себе её заинтересованный взгляд. Но тогда я смолчала, а сейчас, как бы не хотелось, нужно было ответить. — Да так, — выпалила я, засовывая в карман телефон, — Фигня. Забудь. Несуразная девушка упёрлась в меня подозрительным взглядом, а на лице у неё читалось некоторое недоумение. Ну, собственно, мне вообще всё равно. Я же не её подруга, чтобы обо всём докладывать. И, кстати, где моя подруга? Я ведь совсем забыла о ней... Я вышла из комнаты, громко захлопнув за собой дверь, и направилась в сторону лестницы. Да уж, как можно было так поступить... Скорее всего это из-за того, что кто-то летал в облаках... Надо будет потом ей всё объяснить. А то как-то неправильно выходит. Потерять человека... Каким идиотом нужно для этого быть? Я сама не заметила, как оказалась на улице. Морской прибой ласкал слух. Тёплый влажный воздух был насыщен кислородом. На набережной жизнь шла полным ходом. Но даже во всей этой суете я смогла разглядеть одиноко стоявшего вдали Тодороки, и, стараясь успокоить бешено колотящееся в груди сердце, направилась ему навстречу. Он, заметив меня, оторвал взгляд от заката, и как-то довольно улыбнулся. — Привет. — Привет, — неуверенно отозвалась я, — Куда пойдём? — Не знаю, — беззаботно произнёс тот, — Куда хочешь. — Мне всё равно, — сдержано ответила я, уводя взгляд в сторону. Почему я так смущаюсь?! Даже с человеком поговорить не могу! Боже, какой кошмар... Наступило молчание. Я не решалась сказать что-либо, пусть и сначала это что-либо нужно было придумать, а у меня слова в горле застряли. — Мороженое будешь? — неожиданно вопросил Шото, что я аж немного вздрогнула. — Ну, было бы неплохо, — скованно протянула я. — Тогда подожди, — ласково добавил Половинчатый, — Тебе какое? — Эм… Любое! — крикнула я вслед уходящему парню. Теперь я стояла одна на вечерней набережной, всматриваясь вдаль и ожидая возвращения Двуликого. Только сейчас до меня дошло, что он решил купить мороженое на свои деньги. Сразу же стало как-то неловко. И сначала я даже подумала предложить отдать ему деньги, но потом поняла, что если я это скажу, то он обязательно будет смеяться. Лучше я при случае куплю, скажем, кофе, например. А если он не любит кофе? Да и я вообще не знаю, что он любит… Я в надежде посмотрела в толпу. Мне повезло, ведь именно в этот момент оттуда показался Тодороки, торжественно держащий в руках два голубых эскимо. Он приблизился и положил одно мне в руку. Я решила не медлить. — Какие напитки тебе нравятся? — выпалила я, смотря в глаза недоумевающему Шото. — Мне?.. А почему ты спросила? — проникновенно возразил тот, склонившись надо мной. От этого возвышенного уверенного взгляда по коже пробежали мурашки. Я почувствовала себя маленькой мышкой, загнанной в угол. — Ну, в общем, я хотела купить тебе что-нибудь, — неохотно призналась я, — Ты ведь купил мне мороженое! Половинчатый с секунду вопросительно смотрел в мои глаза, а затем, закрыв рот рукой, подавил громкий смешок. Я надулась. Впервые за весь вечер я выпустила свои чувства на волю, освобождая от всех удручающих оков. — Чего?! — нервно выкрикнула я, растеряно смотря на своего собеседника. — Ничего... — вдруг очень мягко ответил он, а затем поспешил сменить тему, — Прогуляемся? — Да никуда я не пойду, пока ты не скажешь, что здесь смешного!— вырвалось у меня. Тодороки в ступоре остановился на месте. Бездействие. А я жду. Сама, правда, не знаю чего, но жду. И дождусь. Я очень настойчивая. — Мне ничего не надо, — с некоторой тоской в голосе начал одноклассник, — Если хочешь, то можешь просто сказать спасибо. Мне будет достаточно. А так... Просто это очень мило. — Мило? — удивлённо повторила я. Меня переполняли эмоции. Фактически, мне только что сообщили, что я милая... — Да, — он в надежде на понимание заглянул мне в глаза, — Знаешь, просто это было мило. И всё... — Прости, — перебила я, немногим приняв его слова. — Тебе незачем извиняться, — его тёплая рука неожиданно нависла у меня над головой, а затем он нежно погладил мои волосы, — Я не обижаюсь. Совсем. — Хорошо, — протянула я в замешательстве осознавая, что сейчас происходит, — Так о чём ты хотел поговорить? При этих словах Шото отстранился и направился вдоль дороги. Я последовала за ним. — Много о чём, — открыто заявил тот, — Ну, например, о том, как ты попала в U.A. — Здесь нет ничего интересного, — я пожала плечами и откусила кусочек от эскимо, — Я с детства решила стать героем. Не с самого раннего, но всё-таки. Ну, собственно, когда узнала об академии, решила, что обязательно буду здесь учиться. Но так вышло, что я не смогла сразу подать заявку. — А что так? — заинтересованно перебил Шото, тоже откусывая мороженое. — Ну, как тебе сказать… — я замолчала, поняв, что ляпнула немного лишнего. — Как есть, — уверенно заявил мой собеседник, рассматривая белые облака, беззаботно плывущие по небу. — Ну, короче говоря, мне запретили поступать, — наконец призналась я. — Кто? — Половинчатый с интересом посмотрел на меня, отвлекаясь даже от таящего на глазах эскимо. Второй человек в моей жизни, который меня действительно слушает… Это приятно... — Понимаешь, тут всё запутано, — решительно продолжила я, периодически откусывая своего мороженного, — Я родилась в семье эльфов. Наверное, знаешь район Lost asylum? Ну, в общем, я оттуда. Так вот, эльфы терпеть не могут обычных людей. Они их презирают. Ну, и… — Ты говоришь об этом так, будто бы сама к ним не относишься, — холодно перебил Тодороки. Я запнулась. Старые воспоминания всколыхнулись, и теперь нахлынули в голову. Меня пробрал внутренний озноб. Страх, который я не могу забыть, и, видимо, не смогу никогда. — Я расскажу тебе об этом в другой раз, — тихо отрезала я, тщетно пытаясь снова вернуться в настоящее. Но нет, меня поглощало прошлое. Прошлое, которое оставило огромный ожог на сердце, который залечить я не смогу никогда, — Я не такая как они. Я не эльф. И ничего общего у меня с ними нет. Они мне никто. Понятно? На последнем слове я повысила тон, чем явно озадачила Двуликого. Я осторожно заглянула ему в глаза. — Прости, — снова извинилась я. — Не нужно, — вдруг прервал Тодороки, — Я, кажется, понял, в чём дело. Извини, мне не следовало спрашивать. — Ты не виноват, — досадно буркнула я, — Почему мы только обо мне? Ты тоже расскажи что-нибудь. Но моя попытка разрядить обстановку была никчёмна. Какое-то время мы шли молча, не обращая друг на друга внимания. Вскоре мы упёрлись в конец набережной. Дальше идти было некуда. Я жестом указала Шото в сторону безжизненного укутанного во тьму пляжа. Мы уселись на холодном вечернем песке. Оба смотрели на чёрное отчуждённое море, на котором непринуждённо отражалась лунная дорожка. Молчание. Кажется, оно преследует меня. И это пугает. — Знаешь, а я всё-таки хочу рассказать тебе. В следующий раз я обязательно расскажу. — задумчиво протянула я. — Не стоит, — мрачно отозвался Тодороки, — Скажи, вы ведь общаетесь с Югуре? Просто мне показалось, что вы давно знакомы. Я снова оцепенела. Что-то больно кольнуло в сердце, холодно отдаваясь жжением по всему телу. — Ч-что? — тихо выдавила я, отчаянно заставив своё тело повернуться в сторону собеседника. — Я просто посчитал это странным, то, что вы так часто пересекаетесь, — безмятежно продолжал Шото, — Хотя, может мне и показалось. — Тебе показалось, — грубо перебила я, — Мы не можем быть знакомы. Откуда? — Не знаю, может, она пыталась тебя убить, — немного растерянно прибавил Половинчатый. — Убить? — Ну да. — Меня? — Да. — За что? — Не знаю. Злодеи всегда убивают людей, причём ни в чём невиновных. Они же просто люди. А их убивают. Несправедливость. Слова застыли у меня комом в горле. Сейчас выбор был жёстким: либо открыть ему всё, либо не сказать ничего. Я всё ещё в шоке от происходящего. — Она никогда не попытается убить меня, поверь. — уверенно произнесла я. — Почему ты так убеждена в этом? — почти прикрикнул Тодороки. — Да потому, что я знаю это. — холодно отчеканила я в ответ на непонимающий тон собеседника, — Я знаю. Я просто знаю и всё. Снова над нами повисло молчание. Мы несколько минут сидели в тишине, задумавшись каждый о своём. — Знаешь, как-то грустно получается, — наконец голос Двуликого разрезал пустоту вокруг, — Неправильно вышло. Не стоило мне всего этого спрашивать. Прости. Я ощутила холод в животе. Мысли обо всём этом кружили голову, загоняя в угол. — Ничего страшного, — я постаралась изобразить на лице что-то наподобие улыбки, — Да и мне пора. Половинчатый в недоумении посмотрел на меня, но ничего не сказал. Он не препятствовал, так что я резко вскочила и направилась в сторону отеля. — Пока, — тихо прибавила я, уходя в темноту. — Спасибо за вечер, — холодный печальный голос эхом донёсся до подсознания. Я знаю, что поступаю неправильно.

Но я всё равно так поступаю.

***

Дорога показалась мне короткой, или же я просто не заметила, как прошло время. Я не могла отпустить прошлое, застывшее в моей памяти. Да, я знаю, что оно было, и уже давно прошло, но оно ведь было. Было со мной. Оно овладело мной, манипулировало сознанием. А я в его плену, перебираю воспоминания и роюсь в себе. Flashback (фрагменты) «Знаешь, предателей не любят. Их презирают. Их ненавидят. Их убивают. Может это и жестоко, но так оно есть. Этот мир таков.» «Как ты можешь называть их такими же как мы?! Они — чудовища! А, да, я забыла, ты ведь тоже монстр похлеще их...» «А если хочешь, то можешь идти. Сдохнешь там и хорошо будет, Предатель.» «В нашем мире, если ты против всех, значит жизнь станет сущим адом.» «Тебе нет места нигде в этом мире.» «Спросишь, за что? За что я бью тебя? А за то. За то! За то, что ты такая! За то, что ты Предатель! За то, что ты убийца! За всё!» «Да от тебя уже все устали! Убирайся.» END of Flashback Слова врезались в уши. Боль. Меня преследует моя боль. Вся та боль, которую я испытала. Ноги сами плелись вперёд. Я почувствовала медленно подступающие к глазам слёзы, всё ещё стараясь сдерживать чувства. Вдруг что-то в стороне заставило меня поднять голову. На лавочке у входа в здание одиноко сидела Югуре. Взгляд отчуждённых карих глаз невзначай переместился на меня. Я сразу же вспомнила этот взгляд. Flashback — Бедная, — девочка ласково провела рукой по растрёпанным синим волосам, — Тебя, наверное, хотели убить? Нет, не отвечай. Я знаю. Это трудно. Трудно отвечать, когда у тебя жжение по всему телу после ударов. Я и так всё вижу. Знаешь, я хочу помочь тебе. Я бы отвела тебя домой, но у меня его нет. Ничего у меня теперь нет. И у тебя, видимо, тоже. Но, знаешь, у тебя, по крайней мере, есть я. Малость, но хоть что-то. Маленькая шатенка ласково заглянула в глаза бесчувственно лежавшей на холодной сырой земле девочки. — Я с тобой. END of Flashback Дрожь по телу. Добивающая дрожь. Горячие капли предательски падали из глаз и стекали по щекам, обжигая и сердце, и душу. В глазах Тианы мгновенно отразилось недоумение, сразу же сменившееся добродушной улыбкой. — Что не так? Я не смогла более ничего ответить. Капли переросли в ручейки, потоками бегущими по лицу, падающими, и непринуждённо разбивающимися об асфальт. В этом тумане от слёз я всё же заметила, как силуэт девушки медленно поднялся и направился в мою сторону. — Какая бы ни была причина, — шатенка нежно обняла меня и я покорно положила ей голову на плечо, уже не пытаясь скрывать чувства, — Она не стоит твоих слёз. Ты же понимаешь? Я не ответила. Потому что не могла. Болезненно падать в своё прошлое и тонуть в бездне из воспоминаний. Собственно, что я и делаю. Постоянно. Хоть и с перерывами, словно лучами света, скользящими через тёмные тучи. — Знаешь, можно падать. Это, конечно, страшно и опасно, но простительно. Непростительно только не вставать. Если ты о прошлом... Время лечит, — мягкий ласковый голос перешёл на шёпот, — Его уже давно не существует. Так и оставь его. Наступила тишина. Долгая и мучительная. Я осознавала смысл слов Югуре. От этого становилось даже как-то легче. Сердце постепенно начало разжиматься. Мы стояли, обняв друг друга за плечи. Я чувствовала тепло рядом с собой. Такое приятное и родное. Словно ещё одна свеча, вроде такая же, как и я, вот только более яркая, светлая и настоящая. — Ты всегда жалеешь меня... — прохрипела я, стирая с щёк блестящие капли, — Почему? — Я всегда буду поддерживать тебя, что бы не случилось, — рука подруги осторожно опустилась на мою макушку, — Ты же знаешь. Я кивнула. Это правда. Я нисколько в этом не сомневалась. Никогда я не сомневалась в её словах и действиях. Я ей доверяю. Всей душой, как никому больше. Словно ангелу среди тёмных тварей. И почему только Тодороки решил, что она пыталась убить меня? Убить? Меня? Что за бред... Она не убивает, а спасает. Причём постоянно. Я тихо засмеялась и закрыла рот рукой. — Что такое?— недоуменно вопросила Тиана. — Герой, которого нужно спасать. Разве это не глупо? — задыхаясь от смеха, пояснила я. — Не думаю, — отозвалась подруга, — Порой всех нужно спасать от чрезмерных чувств. Герои же не безэмоциональные куклы. Это нормально. Возможно. Но если бы я была куклой, то жить было бы как-то проще... End POV Микаса POV Тиана Решив, что долго убиваться по поводу своего слабоумия я не намерена, я встала с измятой простыни и решила немного прибраться. В конце концов, беспорядок в доме приводит к хаосу в душе. Хотя, в моём случае совсем наоборот. Застелив кровать покрывалом, я решила подумать о том, чем себя занять, пока никто не может мне помешать. Можно было ещё раз обдумать всю «химию», произошедшую между мной и Кусакой, но только при мысли об этом я выпадала из реальности, вновь захватываемая ощущениями. «Нужно перестать так делать.» — покачала я головой, — «Я слишком много воображаю себе то, что никогда не воплотится в жизнь. Реальность такова, что я уйду. Тихо, чтобы никто не заметил моего отсутствия.» — я подошла к окну, наблюдая за гуляющими детьми, взрослыми, парочками, — «Интересно, а через несколько лет, когда я буду вспоминать этот поцелуй, затянет ли меня водоворот эмоций, или всё это канет в небытие? Но говорят, что у чувств нет срока годности. » Послышался шум, на который я обернулась, а после из ванной вышел Катсуки в оранжевой футболке и белых шортах. Бросив на меня мимолётный взгляд, он сел на свою койку и достал наушники с телефоном, отгораживаясь от всего мира. Он всегда так - сперва делает что-то, а потом совсем не обращает на меня внимания. Помнится, с «пробным» поцелуем было точно так же. Ну, спасибо на том, что сейчас он не уходит в закат, как было тогда. И всё же, почему он меня игнорирует? Ждёт, когда я сама возьму инициативу в свои руки? Но таким образом я покажу ему, что он мне небезразличен. Это, конечно, правда, но смогу ли я потом разорвать эти нити, что будут нас связывать? Я почувствовала на себе острый взгляд и поёжилась, отворачиваясь от прекрасного пейзажа за окном. Бакуго хочет, чтобы я сделала шаг ему навстречу? Но я не могу. После этого он вряд ли отпустит меня, а я ещё не готова до конца распрощаться со своей обычной жизнью. Кажется, что строить мосты - тяжело, а сжигать их - гораздо легче, ведь потом останется лишь пепел. Но именно эта пыль, летающая в воздухе, не будет давать тебе дышать, заставляя задыхаться.* Я оглянулась на Катсуки, который, кажется, принял решение загипнотизировать меня. Иначе я не могу объяснить то, что он пялится на меня уже гораздо больше времени, чем принято в приличном обществе. Скользнув глазами по его лицу, что сейчас было спокойным и умиротворённым, я решила действовать. Поэтому я и вышла из комнаты, направляясь в столовую. Лишних проблем мне пока не надо.

***

После обеда учителя сказали нам, что у них есть важные дела и свалили восвояси, оставив своих учеников на попечение самим себе. Делать мне было совершенно нечего, ведь обычно, когда у меня находилось свободное время, я читала или гуляла в одиночестве. Тут же я не могла так сделать. Мои "одноклассники" обсуждали, как проведут остаток этого дня и, на моё удивление, речь ни разу не зашла о саморазвитии. Не тренируются, а только веселятся и развлекаются. Я понимаю, что без какого-либо полигона ты не выложишься на полную, но они могли заняться банальными физическими упражнениями или другими полезными делами. Ну да ладно. Мне не должно быть до этого дела. За своими размышлениями я скоротала этот день до вечера, после чего, переодевшись в другую одежду, вышла на прогулку, наслаждаясь холодным ветром, который то и дело трепал мои волосы, щекотал кожу и бодрил не хуже кофе. Розовые и жёлтые краски заката постепенно уходили, оставляя место глубокому синему цвету, на котором вразброс виднелись белые огоньки - звёзды, так прекрасно сияющие в небе. Но ярче всех блистала луна, которая сегодня была почти что полной. Я присела на лавочку, наслаждаясь этой дивной красотой, которая днём сокрыта от людских глаз. Весь образ этой ночи дополняли ещё и звуки: стрекотание сверчков, шелест листьев, а, главное - тишина в голове. Никакие мысли сейчас не жужжали над ухом, мешая любоваться этим чудом. Но мой взгляд привлекла Микаса, которая почему-то заплакала, когда увидела меня. — Что не так? — спросила я самое очевидное, но плачь лишь усилился, заставляя моё сердце сжаться от боли, что мне причинял лишь вид страдающий подруги. — Какая бы ни была причина, — я обняла её, прижимая к себе, стараясь дать ей понять, что всё хорошо, — Она не стоит твоих слёз. Ты же понимаешь? Но девушка не ответила, лишь сильнее вжавшись мне в плечо, стараясь спастись от невидимых мною врагов. — Знаешь, можно падать. Это, конечно, страшно и опасно, но простительно. Непростительно только не вставать. Если ты о прошлом... Время лечит. — прошептала я, стараясь успокоить её, — Его уже давно не существует. Так и оставь его. Я гладила Мику по голове, перебирая синие пряди волос, которые при свете луны так были похожи на бескрайнее море. — Ты всегда жалеешь меня... — сероглазая всхлипнула, ненадолго прерывая фразу, — Почему? — Я всегда буду поддерживать тебя, чтобы ни случилось. Ты же знаешь. Девушка подтвердила мои слова коротким кивком, после чего внезапно захохотала, оставляя меня в замешательстве. — Что такое? — аккуратно спросила я. — Герой, которого нужно спасать. Разве это не глупо? — едва сдерживая смех, произнесла она. — Не думаю, — не согласилась я, — Порой всех нужно спасать от чрезмерных чувств. Герои же не безэмоциональные куклы. Это нормально. Опять повисла тишина, в которой было слышно только биение наших сердец. Я не могу пока уйти. Микаса не может принять своё прошлое, а оно держит её цепкими лапами, никак не желая отпускать. И хоть это и неправильно, мне приятно то, что я могу успокоить её. Рядом с ней я чувствую себя нужной. Но, если она правда найдёт человека, с которым будет думать только о настоящем, не оглядываясь назад, то я буду рада и уйду вместе с её прошлым, чтобы ничего не напоминало ей о том времени...