Нет чуда без волшебства

      — Очень интересно… Он один из самых чистых и непорочных среди тех людей, которых я встречал за последние полвека-век. Но я вижу что-то… Что тёмное, глубоко дремлющее… Тебя ждёт интересное будущее, мальчик мой.

***

      Минхао закончил с расстановкой книг и вытер пот со лба. Распаковка вещей занимает гораздо больше времени, чем их сборы. Особенно, если не использовать при этом магию.       Выдохнув, парень оглянулся с улыбкой, чувствуя, что наконец вернулся домой. Он любил свою семью и свой родной город, но почему-то именно в Хогвартсе чувствовал себя действительно свободным и действительно собой.       Спальни пустовали, если не считать несколько чемоданов, стоящих у кроватей, — он приехал на пару дней раньше положенного, чтобы насладиться атмосферой пустого замка. Минхао всегда был эстетом. Пока те, кто приехал или прилетел так же рано, как и он, собрались в гостиной или пошли приветствовать людей с других факультетов, парень решил прогуляться по замку и сходить к Чёрному Озеру — его любимому месту для отдыха и поиска вдохновения.       По пути он не встретил ни одного студента, хотя слышал отдалённый смех и голоса. На улице всё ещё было тепло, поэтому Минхао расстегнул кофту, которую предусмотрительно взял на случай похолодания, и потянулся, смотря в небо.       Ничего не поменялось за время его отсутствия, и он шёл по старой протоптанной тропинке, оглядываясь вокруг. Честно, сейчас он немного скучает по возможности воспользоваться магловским плеером и наушниками, ведь техника рядом с Хогвартсом по-прежнему «умирала».       Озеро было тихим и спокойным, вода отражала небо, иногда искривляясь лёгкой рябью. Почти выйдя на берег, Минхао остановился у дерева, смотря перед собой. На берегу был человек.       Какой-то парень спокойно лежал на животе прямо на земле, явно не боясь испачкаться. Устроив подбородок на руках, он смотрел на водную гладь, покачивая головой, словно напевал в голове какую-то песню.       Чёрное Озеро было довольно популярным местом у студентов, но Минхао всё равно удивился тому, что кто-то пришёл сюда в такое время. И этого человека он точно не знал, хотя помнил всех своих однокурсников, не говоря уже о родном факультете. Да и длинные волосы вышли из моды после того, как Джонхан подстригся и перестал будоражить парней своим внешним видом. А этот парень явно за модой не поспевал, судя по лежащим на спине и плечах прядям.       «Попробовать поздороваться?»       Минхао колебался пару мгновений и неловко переступил с ноги на ногу, из-за чего ветки под ногами (он и забыл, что ещё не вышел из леса) предательски хрустнули. Парень вздрогнул, поднялся на локтях и посмотрел в его сторону. Посверлив Минхао взглядом несколько мгновений, он ухмыльнулся, поднял руку и… исчез, щёлкнув пальцами.       Моргнув пару раз, Минхао уставился на то место, где только что лежал исчезнувший волшебник. За пять курсов он уже успел ознакомиться с трансгрессией и даже посещал специальные курсы. Но до сдачи специального экзамена самостоятельно трансгрессировать он не мог, плюс — школьное правило о запрете трансгрессии в Хогвартсе. Этот парень не был студентом?       Постояв в замешательстве ещё пару мгновений, Су таки решился вернуться обратно в замок, заметив, что небо стало серым и «тяжёлым». Не хотелось бы попасть под дождь. Исчезнувший парень всё не выходил у него из головы.       Когда он подходил к воротам, мир резко завертелся, а Минхао чуть не оказался лежащим на земле, будучи сбитым с ног. Вынырнув из своих раздумий, он взглянул на человека, повисшего у него на шее.       — Давно не виделись, Хао! — радостно прокричал Сунён ему прямо в ухо. А дальше всё вернулось в нормальное русло: разговоры, летние истории, заселение, ещё несколько встреч со старыми знакомыми. К инциденту на озере он больше не возвращался.       Следующие пару дней пронеслись перед волшебником ураганом: развлечения, воспоминания о былом, тайная дискотека у старшекурсников, ночи за учебниками (он никогда не мог устоять перед возможностью узнать всё и сразу). Как-то неожиданно нагрянула и приветственная церемония. Он с умилением наблюдал за перепуганными первокурсниками, вспоминая, как сам впервые зашёл в огромную столовую, с восторгом смотря на парящие в воздухе свечи и звёздный потолок. Даже сейчас их вид заставляет его трепетать.       Директор Макгонагалл подозвала к себе старост всех факультетов, что-то им сказав, а затем оставила рядом с собой лишь старосту Когтеврана, о чём-то с ним беседуя. Разошлись они с кивками головы, а на её губах залегла довольная полуулыбка.       Выслушав приветственную речь и пронаблюдав распределение по факультетам (детишки так трогательно волновались, когда садились на стул), Минхао поднялся из-за стола, приготовившись следовать за старостой. Вону оглядывался по сторонам, пересчитывая новичков, а затем поднял руку, указывая следовать за ним. Затем последовала стандартная речь старосты, которую одинаково повторяют из года в год (и в которую Минхао уже который год не вслушивается толком), и первокурсники рассыпались кто куда.       — Остальных попрошу остаться, — негромко попросил Вону, но все его услышали. Ему никогда не приходилось повышать голос, Минхао не помнит его кричащим, хотя знает уже относительно давно.       Подождав, пока разбегутся дети, остальные рассыпались по гостиной: кто на диванах, кто в креслах, кто просто сел или лёг на ковёр; Минхао отодвинул себе стул от ближайшего стола. Все в ожидании смотрели на старосту, который пошёл в сторону спален и позвал кого-то. Вернулся он обратно уже с каким-то парнем в мантии их факультета. Только вот никто его не знал.       Присмотревшись, Минхао с трудом заставил себя не вскрикнуть. Рядом со старостой стоял тот самый парень, которого он видел у Чёрного Озера. Теперь он мог рассмотреть его получше. И снова взгляд зацепился за длинные (для парня) тёмные волосы, лежащие на плечах. Они были распущены, но Минхао мог рассмотреть несколько вплетённых лент и бисерных полосок, что придавало парню слегка экзотический вид, словно он не волшебник, а какой-то шаман.       Лицо у него явно было не европейское, и Минхао оставалось гадать, из какой же страны прибыл этот волшебник. Ведь сам Су за годы жизни в Британии не разучился думать по-китайски, а в его словах всё так же проскальзывал лёгкий акцент.       — Знакомьтесь, Вэн Джунхуэй, — начал Вону, и шепотки в гостиной стихли. Парень расплылся в приветливой улыбке. — Он долгое время пребывал на домашнем обучении и, сдав экзамены, поступил на шестой курс. Распределяющая Шляпа направила его к нам в факультет, и я надеюсь, что вы проявите должное уважение и дружелюбие.       Пару мгновений в комнате стояла тишина, которая прервалась негромкими приветствиями ото всех и тихим улюлюканьем от парней-старшекурсников.       — Хочешь представиться? — спросил Вону, повернувшись к новенькому. Тот пару раз моргнул, словно не осознавая сути вопроса, а затем кивнул. В гостиной снова повисла тишина.       Взяв палочку со столика, он что-то прошептал и приставил её к своей шее.       «Зачем ему заклинание рупора?» — подумал Минхао. Но это был не рупор. Джунхуэй заговорил на чистом английском:       — Думаю, повторять моё имя нет смысла, — начал он с неловким смешком, — зовите меня просто Джун, если вам так будет удобнее. Я долгое время прожил заграницей, но решил доучиться в этой школе. Я не очень хорош в английском, — ещё один смешок, — и без переводчика вряд ли бы мог представиться так же хорошо. Не сердитесь, пожалуйста, если я буду переспрашивать и просить говорить медленнее. Но я постараюсь улучшить свои навыки. Рад познакомиться, позаботьтесь обо мне, — закончив, он отвесил поклон в девяносто градусов, заставив студентов почувствовать себя слегка неловко от подобной формальности. Но вскоре комната наполнилась одобрительным гулом, а вышедшие из спален первокурсники во всю рассматривали новенького.       — Прекрасно, добро пожаловать, — улыбнулся Вону, поправив очки. — Пойдём со мной, я окончательно введу тебя в курс дела. Все свободны.       Атмосфера заметно смягчилась после этого, а студенты собрались в небольшие группы. Кто-то обсуждал Джунхуэя, кто-то обговаривал планы на предстоящий год. Минхао потянулся и решил составить компанию Джихуну, копавшемуся в книжном шкафу.

***

      Многое изменилось после прихода Джуна. Во всяком случае — Минхао так кажется. Джунхуэй был исключением из всех правил: оказалось, что он не использует палочку для колдовства, и ему надо напоминать об этом (а иногда и напоминать о том, что заклинания принято говорить); он довольно активный и энергичный, что обычно не свойственно студентам Когтеврана, привыкшим сидеть носом в книге; он дружит практически со всеми — даже привидения уже знают его в лицо и водят экскурсии по замку.       Минхао редко говорит с ним, потому что волнуется и не знает, с какой стороны подойти к этому «комку счастья». Иногда он думает, что место Джуна — Пуффендуй. Но он всегда отвечает вопросы Вэна, помогает найти нужный кабинет. И старается помогать ему с английским, насколько это можно. О случае возле озера они не говорили.       Как-то незаметно пропали украшения из волос Джуна, и они просто прямыми прядями лежали на плечах, когда ночью он читал какую-то книгу. Профессора снисходительно относились к студенту, и он не испытывал их доверие, удерживая авторитет.       Неожиданно он подружился с Сунёном из Слизерина — хорошим знакомым Минхао. Их можно было увидеть сидящими на подоконнике одного из огромных окон замка и болтающих о чём-то (Сунён впервые в жизни начал говорить медленно и разборчиво даже для себя самого). Бывало такое, что в столовой Джун мог оказаться у стола Слизерина, и не похоже, чтобы они сильно из-за этого переживали, несмотря на свою консервативность. Или Сунён и Мингю (а он когда туда прописался?) подсаживались к Вэну, заводя разговор.       — Как тебе Джунхуэй? Вы успели поладить? Ты не знаешь, где он учился раньше? — рассыпался вопросами Сунён, когда они отдыхали под стеной после очередного спарринга. Минхао очень радовался наличию дуэльного клуба в Хогвартсе, так как это было хорошим способом сбросить напряжение и пообщаться с друзьями в «неучебной» обстановке.       — Я ничего о нём не знаю, мы практически не разговариваем, — нахмурил брови Су, чувствуя слабый укол ревности. — Он вообще странный! Он не использует палочку и даже заклинания произносит через раз. Иногда мне кажется, что он вообще не знаком с правилами школы. И куда только профессора смотрят… — пробубнил он, смотря на свои ботинки и устроив голову на плече друга.       Джун действительно очень сильно выпадал из порядка, привычного Минхао и этим слегка… раздражал. Минхао иногда еле сдерживался, чтобы не крикнуть «Да зачем тебе палочка, если ты ею не пользуешься?» Он не думал, что сможет поладить со столь беспорядочным человеком.       — Как ты вообще с ним сдружился? — спросил парень.       — Не поверишь! Его ко мне притащил Кровавый Барон. Говорил, что нашёл заблудившегося парня и хотел напугать его, а обзавёлся очередной фанаткой, — о да, Джунхуэй проявлял какую-то маниакальную страсть к приведениям. — И мне пришлось вести его к вашей башне. А потом как-то разговорились… и пошло поехало… Кстати! А почему ты с ним не общаешься? Я думал, вам будет легко сойтись, раз китайский — ваш родной язык, — обернулся парень, вопрошающе смотря на Минхао и чуть ли не ёрзая на месте от нетерпения. А Су на секунду выпал в астрал.       — Что значит «китайский»?       — Он тоже китаец, ты не знал? — прыснул Сунён, упёршись спиной в стену. — Вы точно на одном факультете?       Ответа не прозвучало. Минхао никогда не испытывал особого желания сблизиться с новичком, потому что: не видел причины для этого; всё ещё бесился из-за того, что Джун ничего не делает по правилам, и ему это сходит с рук.       — Подумай над этим, Хао, он хороший парень, пусть и со своими причудами, — спокойно посоветовал Квон, дернув плечом, чтобы Су вышел из своего «транса».       «Ты тоже с причудами, но ты хотя бы не забываешь произносить заклинания», — мысленно пробурчал он, но кивнул.       — Если подвернётся случай. Вернёмся к нашим жабам. Ещё один спарринг?       Сунён прыснул.       — Спрашиваешь.

***

      Случай подвернулся через несколько дней. Минхао поздно вернулся из Хогсмида, застав Джунхуэя дремлющим на своей кровати, что было… нетипично.       «Ошибся спальней?» — подумал он и попробовал осторожно разбудить парня.       — Джунхуэй… Джун… Проснись, ты, кажется, ошибся кроватью, — тихо приговаривал он, раскачивая волшебника за плечо. Он не сразу осознал, что тихо бубнит на китайском. Похоже, сработало, ибо Джун слегка нахмурил брови и пробормотал что-то неразборчивое, выворачиваясь из-под руки Минхао. Это было даже мило. — Джу-ун, просыпайся.       Осознав, что от него не отстанут, Вэн приоткрыл один глаз, всматриваясь в незнакомое лицо перед ним. А потом, кажется, до него дошло, где он находится и что делает. Вздрогнув, он подскочил на кровати, чуть не упав с неё.       — Добрый вечер, — поздоровался он, найдя верные английские слова. Минхао отстранился, присаживаясь на край кровати.       — Ты, похоже, слегка ошибся, — улыбнулся он, заметив, как покраснели кончики ушей парня.       — Нет, я принёс рисунок. Ты забыл это после истории магии, а потом был наш урок, надо было вернуть, — тараторил Джун, забавно строя предложения и говоря с явным акцентом. Английский всё ещё сложно давался ему.       — Рисунок? — нахмурил брови Су. Джун потянулся к прикроватной тумбе и взял оттуда аккуратно сложенный лист бумаги. Развернув его, Минхао увидел набросок пейзажа, который он лениво рисовал, слушая лекцию.       — Спасибо, не стоило так напрягаться, — весело проговорил он, смотря в тёмные глаза Джуна. Он не был уверен, что даже при свете дня сможет различить, где заканчивается радужка, а где начинается зрачок.       — Это красиво, я вижу талант, — было что-то очаровательное в его странной манере говорить. Минхао сдержанно поблагодарил его, сжимая пальцами рисунок и осознавая, что ради этого клочка бумаги Джун проторчал в его спальне довольно долгое время. Кстати о разговоре…       — Сунён сказал мне, что твой родной язык — китайский. Это правда? — спросил он, стараясь говорить как можно медленнее. Вслушавшись в вопрос, Джунхуэй задумался над ответом, словно не знал, что сказать.       — Да, это правда, — выдохнул он и вопросительно посмотрел на Минхао, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Он казался таким ребёнком, что просто не верилось в то, что он на год старше.       — Тогда это многое облегчает, — усмехнулся парень. — Теперь я могу не бояться забыть родной язык, — добавил он на китайском, и Джун в изумлении раскрыл рот. В следующую секунду Су чуть не упал с кровати, пошатнувшись от того, что неожиданно оказался заключён в крепкие объятья.       — Я так рад, — тихо сказал Джунхуэй, в этот раз он звучал уверенно. — Спасибо.       — Тебе не за что благодарить меня, — неловко хохотнул Минхао, боясь разбудить других спящих студентов. — Можешь оставить рисунок себе. А теперь иди спать, уже довольно поздно.       Со сверкающими глазами Джун подскочил с кровати, впрыгнув в свою обувь. Осторожно свернув листок, засунул его во внутренний карман мантии.       — Спасибо, — сказал он ещё раз, и Минхао подумал, что Сунён может быть прав — есть в этом парне что-то милое и притягательное.       — Если нужна будет помощь — обращайся.       Некоторое время он просидел на кровати, пытаясь обдумать случившееся. Только сейчас он в полной мере ощутил смущение от таких крепких объятий (даже Сунён вёл себя более сдержанно), а в груди разлилось приятное тепло, заставляющее непроизвольно улыбнуться.

***

      После этого разговора Минхао решил получше присмотреться к Джуну. Тот всё ещё был ходячим беспорядком, что заставляло нервно дёргаться левый глаз, но это казалось уже не таким раздражающим. Джунхуэй оказался не таким бездельником, которым казался поначалу, — его часто можно было увидеть засидевшимся за уроками или читающим английский учебник для начинающих. А ещё он часто играл с Вону в шахматы (самый верный путь к завоеванию сердца старосты), а по вечерам собирал вокруг себя первокурсников, рассказывая им какие-то истории, старательно подбирая слова. Иногда к посиделкам присоединялись и старшие, помогая ему говорить.       Как-то неожиданно в их гостиной появилось пианино, и вечера наполнились приятными мелодиями. Нередко к Джуну присоединялся Джихун, демонстрируя ему новые песни или тренируясь играть в четыре руки (а никто даже не подозревал, что он играет, а не только поёт в хоре). Как потом рассказал Вону — пианино у директора просили они втроём «для творческого развития студентов».       Самым проблемным предметом, по словам Вону, у Джуна было зельеварение — он совершенно не чувствовал меру и был тем человеком, у которого «две руки левые». Поэтому частенько из кабинета он выходил со всклоченными волосами и заляпанной одеждой. Ситуацию спасал Мингю, затащивший Джуна в Клуб Зельеварения, где объяснял, как делать правильно, и помогал добиться нужного результата, после чего следовала трогательная сцена: висящий на шее у Мингю и радостно смеющийся Джун и растерявшийся младший, осторожно приобнимающий его за спину (со временем он привык и даже начал крутиться вокруг своей оси, словно Джунхуэй ничего не весил). Девчачья часть факультетов умилительно вздыхала, наблюдая за этим, а преподаватель снисходительно улыбался.       Беспорядочный Джун уже стал частью порядка жизни Минхао.

***

      — Серьёзно, кто рассказал ему про дуэльный клуб?! — возмущенно кричал Су, заметив наблюдающего за чужим спаррингом Джуна. — Вряд ли он сможет даже использовать палочку, если он не осознаёт, как это делать! — Сунён отвёл взгляд в сторону и пожал плечами, показывая свою непричастность.       — Мингю!       — Почему сразу я? Он сам спросил, занимаемся ли мы чем-то, помимо уроков и походов в Хогсмид, — возмущенно воскликнул парень, скрестив на груди руки.       — Следующий поединок проводишь со мной, — спокойно заявил Минхао, отворачиваясь обратно к «арене», где Сынчоль пытался заморозить какого-то гриффиндорца. Мингю нервно сглотнул, но возражать не стал.       — Успокойся, Минхао, — послышался глубокий голос Вону откуда-то сзади.       — Ого, какие люди! — воскликнул Сунён и в следующую секунду повис на плече у невозмутимого (если смотреть со стороны) старосты. — Пришёл посмотреть, как Хао размажет Мингю по стёклам?       — Эй! — послышался возмущенный возглас.       — Нет, я решил присмотреть за Джуном — Макгонагалл попросила не давать ему влипать в неприятности, пока он не разберётся с окружением. Где-то тут должен быть Джихун, он тоже пришёл посмотреть, — услышав это, Квон быстро ретировался и затерялся где-то в толпе, откуда вскоре послышался вскрик — похоже, он чуть не уронил Джихуна на пол.       — Кто следующим хочет попробовать себя в дуэли? — спросил профессор после того, как Сынчоль сбил студента с ног и наколдовал на них верёвку, мешающую встать.       И с ужасом Минхао увидел воодушевлённо вытянутую вверх руку Джунхуэя. Мысленно прокляв Мингю ещё раз (десять), он хотел уже сам вызваться, как услышал, что профессор уже говорит с Джуном, стоящим среди арены.       — Ты наш новенький, да? Рад видеть такой энтузиазм! Ты знаком с правилами проведения дуэли? Они довольно просты: не убивать, серьёзно не калечить, дуэль заканчивается как только оппонент сбивается с ног и не встаёт в течении трёх секунд. Потенциально опасные и запрещённые заклинания использовать нельзя, — на всё это Вэн кивал, словно слышал уже сто раз. В руках он легко крутил палочку между пальцами.       — Кого же тебе назначить для первого раза… — мужчина осмотрел студентов вокруг него и щёлкнул пальцами в сторону одного парня из их факультета (видно было только затылок, сложно сказать, кто это): — Чангюн, помоги ему, пожалуйста. Только ничего сложного, пожалуйста, — парень кивнул и подошёл к Джуну. Они обменялись короткими приветствиями и разошлись. Джун обернулся и что-то спросил у профессора, получив утвердительный ответ, судя по кивку головы.       Чангюн был спокойным и дружелюбным парнем, поэтому Минхао не сильно переживал, что он нанесёт Джунхуэю какие-то серьёзные ранения. Гораздо опаснее был его друг, который выпустился пару лет назад. Все до сих пор с ужасом вспоминали эту помесь тёмной стороны характера Джонхана и роста Джихуна.       Вону устроился на подоконнике, и Минхао решил последовать его примеру, устроив голову на плече у старосты.       Джун сделал несколько прыжков на месте и размял руки. Преподаватель крикнул о начале дуэли.       — Экспеллиармус! — не успел он перехватить палочку, как она вылетела из пальцев, а среди зрителей пронёсся недовольный гул.       — Хорошая попытка, — негромко сказал Вону, и, взглянув на него, Су увидел довольную ухмылку на губах. Он что-то знал.       Следующим заклинанием Чангюн попробовал сбить парня с ног, но у него не вышло, так как тот ушёл с траектории и быстро перекатился куда-то вбок. Взглянув на один из гобеленов, Джун щёлкнул пальцами, и тот начал падать прямо на его противника. Вовремя заметив это, волшебник отскочил назад, а Джун уже на максимальной скорости рванул к нему.       «Зачему ему бежать прямо навстречу противнику, который может заморозить его одним заклинанием?»       Сложив пальцы «пистолетиком» и направив руки на дезориентированного Чангюна, Вэн громко крикнул:       — Депульсо! — и мощная волна оттолкнула Чангюна, заставив потерять равновесие. Быстро сконцентрировавшись, он крикнул «Брахиабиндо», и Джуну срочно пришлось освобождаться контрзаклинанием, пока его так и не заморозили — в верёвках.       — Импедимента! — и его противник словно застыл на месте, поднимая палочку, пока Джун добежал до него и свалил с ног, сев сверху. Посмотрев на преподавателя и ожидая объявления его победы, он не заметил даже попыток начать отсчёт последних трёх секунд.       — Осторожно! — крикнул кто-то, и Джун обернулся, увидев, что палочка противника направлена прямо ему в грудь. Он усмехнулся.       — Акцио. — Из ниоткуда у него в руках оказалась его палочка, которую он нацелил чётко между глаз студента, продолжая сидеть на нём. Зал на мгновение замер, а потом все дружно закричали начали аплодировать.       — Полагаю, это ничья! — крикнул профессор. — Можете подниматься, дуэль окончена. Вы хорошо постарались, я вынужден признать, что свои оценки вы заслужили.       — А разве можно колдовать без палочки? Это против правил! — воскликнул кто-то из толпы.       — А я разве говорил о таком запрете? — вскинул брови преподаватель, обменявшись с Джуном весёлыми взглядами. Поднявшись со своего противника, он с улыбкой протянул ему руку, которую Чангюн принял, поднимаясь с пола. Они вместе ушли куда-то за пределы арены, о чём-то переговариваясь.       Минхао громко выдохнул, словно не дышал на протяжении всего боя. Заметив это, Вону хмыкнул и спрыгнул с подоконника.       — Согласись, он неплох. Даже без палочки, — особенно без палочки. Казалось, она вообще ему не нужна и служит просто формальностью, данью уважения школьному уставу.       Су рассеянно кивнул, всё ещё находясь под впечатлением, и пошёл за другом к выходу из зала. Сегодня он уже не будет тренироваться.       — Вону, Вону, вот ты где! Как тебе Джунни? Скажи, он хорош, — из толпы вынырнул Сунён, таща за собой явно уставшего от такой жизни Джихуна.       — Хорош-хорош, отпусти моего студента, пожалуйста, — улыбнулся парень, услышав тихую благодарность от Джихуна, когда Квон изволил ослабить свою крепкую хватку.       — Кстати, в следующий раз в Хогсмиде за всё платит Мингю. Минхао, ты обязан там быть, — заявил слизеринец, ткнув в грудь парня пальцем.       — В смысле? Почему платит? — ошарашенно спросил тот, обескураженый такой щедростью.       — А он проспорил. Думал, что Джун провалится в свой первый раз, — с по-садистски довольной ухмылкой объяснил Сунён. Он заслуживал место в своём факультете, определённо.       В следующий раз в клубе Джунхуэй уже вовсю тренировался с Чангюном, показывая ему перекаты и трюки, которые он использовал во время дуэли. При взгляде на него Минхао чувствовал какую-то братскую гордость.       Меньше, чем через месяц, отношения устаканились, и они уже всюду ходили небольшой группой: Вону, Минхао, Сунён, Джун, Мингю, Джихун. Это не отменяло случайных вспышек драк, но чувствовали они себя более чем комфортно. А ещё часто ссоры спасал Джунхуэй, задававший случайный вопрос, вроде «Джихун, а что означает это слово?», и все тут же принимались находить объяснение. Вскоре он и вовсе перестал использовать свой переводчик.       — С таким окружением язык учится легче.       — Эй, а научи нас говорить что-то по-китайски, — попросил Сунён в один день, когда они засели в библиотеке, готовясь к проверочным тестам: каждый к своим. В такие моменты Минхао завидовал Джихуну, Джуну и Вону — они на одном курсе.       Вэн задумался, оторвавшись от своих конспектов (которые были смесью китайского и английского). Прикусив губу, он посмотрел по сторонам, а потом выдал:       — Вэн Джунхуэй самый красивый в мире!       Сунён попытался повторить это, но сбился на середине и попросил сказать ещё раз. Джун с готовностью повторил.       «И почему мне кажется, что тут есть подвох?» — Минхао увидел записку от Вону и прыснул.       — Эй, он же не обзывает меня как-то? — с подозрением спросил Квон, прищурив глаза (хотя куда их щурить?). После этого Су уже серьёзно засмеялся, пытаясь успокоить себя и напоминая, что в библиотеке шуметь нельзя.       — Что он сказал? — хором спросили Джихун и Мингю.       Не успел парень открыть рот, как его тут же закрыла тёплая ладонь хихикающего Джуна.       — Эй, так не честно, что он сказал?       — Вэн Джунхуэй самый красивый в мире, — прокричал Минхао, отцепив руку от своего лица. Кончики ушей Джуна снова покраснели, когда он уселся на своё место и смущенно уставился в конспект. Среди компании пронеслись смешки.       — Вот же хитрец. Ты уверен, что не хочешь к нам в факультет? — спросил Сунён, широко улыбаясь. — Мы с Мингю готовы принять тебя.       — Не готовы, — мрачно выдал Вону, смотря на них поверх очков.       — Ой-ой, волшебная картина: Чон Вону и ревность, — хохотнул Ким, и по библиотеке пронеслась ещё одна волна смеха. Раскрепостившись, Джунхуэй присоединился ко всеобщему веселью.       — А что значит «ревность»? — спросил он, и в зале повисла напряженная тишина.

***

      — По-корейски моё имя звучит как «Мун Джун», — задумчиво протянул Джун, когда лежал на оккупированной кровати Минхао и что-то писал на пергаменте. В последнее время у него вошло в привычку заваливаться в чужую спальню делать уроки. «Ближе к родному», — так говорил он, спрашивая через несколько минут перевод какого-то предложения. Поначалу Су это слегка раздражало, потому что часто приходилось отвлекаться от собственного домашнего задания. А потом он привык, приняв это как часть своей рутины.       — М-м, интересно… — автоматически протянул он, не отрываясь от учебника.       — Я просто пишу астрономию… и тут луна. Вот я и вспомнил, — пояснил Джун.       — Значит, теперь ты официально луна. Обнаружено новое имя, — пробормотал Минхао на китайском. В следующий раз, когда он так назвал Джуна, со стороны Сунёна послышались громкие возмущения: «Отлично, теперь у них есть свои китайские шуточки, которые я не понимаю!»       — Тебе нравится астрономия? — мимолётом спросил Минхао, наблюдая, как чиркает перо по бумаге. Уже за десяток лет в Хогвартсе писали ручками, но домашнее задание по некоторым предметам требовалось писать перьями и чернилами.       — На английском это сложнее, чем я привык, но это интересно, — ответил Джун, не отрывая взгляда от пергамента. — В том месте, откуда я прибыл, небо было очень чистым. Каждую ночь я наблюдал много созвездий, — Су оторвал взгляд от чужих рук и посмотрел на освещённое лампой лицо парня. В такие моменты Джунхуэй становился действительно прекрасным. Его черты смягчались, выражение лица казалось умиротворённым и слегка задумчивым, а огоньки тонули в тёмных глазах, тускло отражаясь на их дне. Когда Джун вёл себя спокойно, как-то внезапно вспоминалось, что он на год старше и, возможно, в несколько раз мудрее, но не демонстрирует этого так часто.       Когда Джун вспоминал что-то из своего прошлого «до Хогвартса», Минхао всегда замолкал и не перебивал, потому что такие моменты казались воистину волшебными.       — А где ты родился? — спросил он, заметив, что парень не собирается продолжать.       — Шеньчжэнь, — спокойно ответили ему. — А ты?       — Аньшань. Я переехал в Британию, когда мне исполнилось одиннадцать. В том же году я поступил в Хогвартс. А ты учился дома? — попробовал закинуть удочку он. Джунхуэй не распространялся о своей жизни, но попытка не пытка.       — Когда был маленьким — учился. А потом… всё было по-другому. Как переводится эта строчка? — Минхао без лишних слов понял, что Вэн хочет избежать этой темы, и спокойно придвинулся ближе, заглядывая в учебник. Всему своё время.       — Джун, Джун! — в спальню забежал первокурсник. Увидев склонившихся над книгой парней, он потерял былой запал. — Извините, я не хотел…       — Эй, всё в порядке, — обернулся Джун с привычной дружелюбной улыбкой на лице. — Что ты хотел, Джим?       Мальчик неловко сцепил ладони, перебирая пальцы.       — Ребята спрашивают, будет ли сегодня… сеанс…       «Что за сеанс?» — удивился Минхао, смотря то на Джуна, то на мальчика.       Сначала Вэн нахмурился в недоумении, а потом его лицо просветлело.       — А! Сегодня уже поздно. Передай ребятам, что завтра вечером я весь ваш, — сказал он. Джим вздохнул, буркнул тихое «понятно» и собрался было уходить, как его догнали сказанные дальше слова:       — Обещаю сегодня сыграть на пианино, если вы готовы подождать.       — Вау! — и ускорил шаг (переходящий в бег), исчезая в неизвестном направлении.       — Что это было? — спросил Су, изогнув бровь.       — Развлекаю детишек в свободное время, — отмахнулся Джун, возвращаясь к бумагам на кровати. Он действительно много времени проводил с детьми, рассказывая им сказки и легенды. Иногда он даже учил подсаживающихся к нему девочек играть на пианино.       На следующий вечер он нашёл Джуна в спальнях первокурсников. Они всей толпой лежали на сдвинутых кроватях (на самом старшекурснике, друг на друге) и смотрели что-то. Подойдя ближе, Минхао увидел… магловский планшет, на котором играл какой-то фильм.       — Что? — выдохнул он и в следующее мгновение собрал на себе взгляды всех детей в комнате.       — Код «красный»! — крикнул какой-то мальчик (кажется, тот самый Джим), и дети быстро слезли с Джуна, фильм был остановлен, а планшет спрятан кому-то под мантию.       — Джун… Это то, что я думаю? — спросил Минхао у сидящего на кровати парня. Тот скрестил ноги и с готовностью кивнул, даже не чувствуя себя виноватым. — Но ты же знаешь, что магловские вещи в Хогвартсе держать нельзя — они же ломаются…       — Джунни не виноват! — крикнула какая-то девочка, встав перед кроватью. — Мы сами попросили его показать нам фильм.       — Разве тебе не скучно целый год сидеть без возможности посмотреть любимое произведение? — спокойно спросил мальчик, взяв девочку за руку и встав перед ней. Минхао на секунду растерялся, не ожидая подобной реакции. Джунхуэй только развёл руками, мол, ничего не может поделать — это всё дети.       — Я должен рассказать старосте, — ледяным тоном проговорил парень и развернулся. — Это переходит все границы.       В спальне повисла гробовая тишина, дети снова собрались на сдвинутых кроватях, окружив парня. Он ласково провёл по волосам защищавшей его девочки.       — Всё будет хорошо.       Через несколько секунд послышалось громкое «Джу-у-ун!», и в спальню ворвался всклоченный Вону (такое чувство, словно Минхао выцарапал его из кровати). Дети снова повернули головы в сторону входа.       — Ну что я тебе про это говорил?! — парень встал прямо перед кроватями, уперев руки в бока. Минхао стоял за его спиной, надеясь, что староста не переборщит со своим гневом, и не придётся ремонтировать башню.       — Вону, это всё мы, — откликнулся один из первокурсников, но тут же замолчал под гневным взглядом старшего. Минхао на мгновение показалось, что Вону готов либо убить Джуна, либо разрыдаться на месте. Последнее не вязалось вообще никак.       — Я же просил предупреждать, когда ты собираешь детей на сеанс! — Джунхуэй виновато склонил голову, а Су опешил. — Не говори мне, что ты показывал им Кингсмана, не позвав меня и Сунёна. Я убью тебя прямо здесь.       — Нет-нет! — взмахнул руками Вэн, подскакивая на кровати. — Мы смотрели старого Супермэна. А ты был занят с дополнительным заданием, я не хотел отвлекать, — от страха он чуть ли не заговорил на чистом английском, даже не запинаясь.       — А теперь объясните мне, что это всё значит, — выдохнул всеми позабытый Минхао, пока Джун забирал у детей планшет и обещал закончить в следующий раз. — С каких пор техника в Хогвартсе перестала умирать со скоростью сгорающего феникса?       — Сейчас всё расскажу, — буркнул Джун, уклоняясь от подзатыльника старосты.       Оказалось, планшет был зачарован и заряжался от специального заклинания, поэтому спокойно работал в стенах магической школы. И несколько раз в неделю Джунхуэй собирал детей (и Вону), показывая им один из миллиона скачанных мультфильмов или фильмов. И, фактически, технику держать не запрещено, просто нет смысла её привозить, если она отключится. Так что никаких правил никто не нарушал.       — Он невозможен… — процедил сквозь зубы Минхао, рассказывая эту историю Сунёну и Мингю во время перемены между лекциями.       — Его бы точно приняли в наш факультет, Шляпа просчиталась в этот раз, — хихикнул Мингю, дав «пять» Сунёну.       — Не вижу ничего смешного…       Но во время следующего сеанса он лежал между Джуном и Вону, смотря «Маугли». Вокруг развалился десяток первокурсников и несколько второкурсников, даже парочка третьекурсников подтянулась. Кровати опять были сдвинуты, а все лежали чуть ли не друг на друге. И это было… тепло. В такой обстановке Минхао действительно чувствовал, что Когтевран — его вторая семья. И возможно, он даже должен сказать Джуну спасибо за это. Может, он поступил не так уж и глупо…

***

      — Кто рассказал Джуну про квиддич?! — прокричал Минхао, наблюдая за летающим по полю в попытках удрать от бладжера парнем.       «Где-то я это слышал», — подумал Вону, сидя на скамейке и тоже смотря в небо. Сегодня поле занял их факультет, и Джун внезапно спросил, может ли он попробоваться в этом.       — Мингю! — возмущенно крикнул Су, обращаясь к другу, решившему составить компанию Вону и тоже посмотреть.       — Почему сразу «Мингю»? В этот раз это точно не я, я не хочу, чтобы этот идиот разбился, — запротестовал парень. Минхао медленно перевёл взгляд на Сунёна, который тут же завертел головой из стороны в сторону и замахал руками.       — Даже не думай, я не пойду на спарринг с тобой. У меня матч через неделю, а команда без капитана — не команда.       — Это был ты.       — И что? Ты хотел запереть его в вашей башне и сделать эдаким элементом декора? — возмутился Квон, сжав кулаки. — Он взрослый парень, Минхао, и он уже выиграл несколько дуэлей с ребятами из разных факультетов. Не думаю, что он не осознаёт своих действий.       Эти слова несколько приуменьшили гнев волшебника. Действительно. То, что Джун ведёт себя как ребёнок, не значит, что он является таковым. Да и лучше один раз упасть с метлы, чем не пробовать вообще.       — Успокоился? — спросил Вону, и Су смущённо кивнул, расслабившись. — Что надо сказать?       — Всё равно ты зря это сделал, — буркнул он в ответ.       — Минхао, — чуть нахмурил брови староста.       — Извини, что накричал, — тихо сказал парень, смотря в пол.       — Да ладно, не парься, — тут же отмахнулся Сунён, смотря на поле. — Предлагаю пойти и перекусить, не думаю, что Джун потеряется без нас. Кажется, он вошёл в раж.       — Да и Чангюн хороший капитан. И они неплохо сдружились в последнее время. Так что не пропадёт, — добавил Мингю.       Вернулся в башню Джунхуэй с заходом солнца. Волосы были растрёпаны и торчали в разные стороны (кажется, он потерял резинку), одежда потрёпана, на губах — блаженная улыбка.       — Это было потрясающе, — выдохнул он, падая на диван. — Чангюн пообещал взять меня в команду после следующего матча, если буду делать успехи.       Минхао не мог не улыбнуться в ответ, снова чувствуя то самое тепло при взгляде на счастливое лицо Джуна. Хотелось бы видеть его таким чаще.

***

      Рождественские каникулы пришли внезапно. Ребята разлетелись по домам, за исключением пары десятков студентов, которые остались по разным причинам. Минхао решил остаться по своему желанию, как и Джихун. А Джун сказал, что ему хочется встретить это Рождество в по-настоящему волшебном месте. Поэтому башня Когтеврана была в их распоряжении, если не считать ещё двойку-тройку студентов.       Они часто сидели в столовой. Обычно двое играли в шахматы, а третий читал книгу или вёл разговор. Сейчас играли Джун и обыгравший Минхао во время прошлой партии Джихун. А Минхао перечитывал старую книжку со сказками. Он как раз остановился на сказке о Дарах Смерти, как по столовой разнёсся громкий возглас:       — Ух ты, вот это волосы! — и Минхао даже не надо было отрывать взгляд от книги, чтобы узнать, что Джонхан подлетел к Джуну со скоростью дракона.       — Привет, я Юн Джонхан, ангел этой школы, — представился он ошарашенному Джуну. Тот беспомощно взглянул на Джихуна, на что тот лишь пожал плечами. — Когда-то я тоже носил длинные волосы, но на тебе они смотрятся вообще восхитительно. Только я их красил чуть ли не каждую неделю. А ну, погоди, — отойдя на пару шагов, посмотрел на Джунхуэя через «рамочку» из пальцев. А затем, достав палочку, выстрелил в него заклинанием.       Не успел Минхао дёрнуться, как волосы Джуна стали ярко-рыжими.       — Вау, всегда хотел глянуть, как это смотрится со стороны. Ты не против, если я ещё поколдую? — Джун щёлкнул пальцами, вызывая перед собой зеркало и осторожно касаясь рыжих прядей.       — Воу.       Приняв это за согласие, Джонхан взмахнул палочкой. И парни уставились на фиолетовую шевелюру Джуна и его перепуганные глаза.       — В этот раз ты перестарался, — прозвучал из-за спины Джонхана мягкий спокойный голос.       — Привет, Шуа, — поздоровался Минхао с устроившим голову на плече у Джонхана парнем.       — Добрый день, Минхао, Джихун, — последний тихо буркнул что-то в ответ, сетуя о забытой шахматной партии.       — Может, перестанешь пугать мальчика, Ханни? Смотри, кажется, он в панике, — поинтересовался Джошуа, обхватив Джонхана за талию и упираясь подбородком ему в плечо. — Хотя я бы попробовал какой-то менее вульгарный цвет.       — А можно? — откликнулся Джун, отрываясь от зеркала и смотря на выпускников сверкающими от восторга глазами.       «Серьёзно? Он может наколдовать зеркало из ниоткуда, но восхищается сменой цвета волос? Серьёзно?!»       — Всё для тебя, — заявил Джонхан, и волосы Джуна стали русыми, а потом приняли более светлый оттенок, делая его блондином. — Как тебя зовут, солнышко?       — Джун, — смущённо ответил парень, опуская голову и пряча покрасневшие щёки за волосами. Перед харизмой Джонхана устоять мог мало кто, а сам Минхао сейчас не мог устоять перед очарованием смущённого Джуна. Кажется, даже у Джихуна взгляд потеплел.       — Я Джошуа, очень приятно. Прости, что он так внезапно пристал к тебе, — губы Шуа растянулись в кошачьей улыбке.       — Ничего страшного, — улыбнулся в ответ Джунхуэй, смотря на старшего чуть ли не с сердечками в глазах.       «Мы его теряем», — пробормотал Джихун на ухо Минхао, и тот кивнул, смотря, как Джонхан снова взмахивает палочкой, а волосы Джуна приобретают глубокий каштановый оттенок.       — Мерлинова борода, я сотворил шедевр! — воскликнул он, и Джун не мог не согласится, будучи очарованным новым цветом. Джошуа утвердительно кивнул с довольной улыбкой.       — А можно его ненадолго оставить?       — Конечно, заклинание будет держаться ещё несколько недель. И ты обязан позволить мне поколдовать не только над цветом, но и над причёской, — заявил Джонхан, довольно ухмыляясь.       — Хорошо, — неуверенно ответил Джун, сомневаясь в безопасности сей перспективы. Джонхан и Джошуа ещё посидели с ними некоторое время, болтая ни о чём, а затем поднялись и вышли из столовой, направившись гулять по замку. Джихун расслабленно выдохнул, а Джун убрал всё ещё висящее в воздухе зеркало и вернулся к шахматной партии. Ему действительно шёл такой оттенок. И Минхао непроизвольно вспомнил, что пора бы ему сменить свой серебристый цвет на что-то более актуальное. А Джихун на следующий день заявился с сиреневым цветом волос, и грех не признать, что смотрелось это круто (что Джунхуэй и поспешил отметить). Каникулы проходили в действительно домашней атмосфере, что не могло не радовать.       Вернувшись вечером с консультации по Истории, Минхао зашёл в гостиную и собирался было идти в спальню, чтобы выспаться, но заметил лежащего на диване Джуна.       — Привет, — поздоровался он, проходя мимо, но ответа не услышал, что было странно, ведь Джун обычно подскакивал и принимался расспрашивать, как прошёл день. А тут гробовая тишина и тихое дыхание.       — Джун? Всё нормально? — спросил парень, перегнувшись через спинку. Джун дремал, почти свернувшись калачиком и упёршись спиной в спинку дивана. Он выглядел таким милым и умиротворённым, что Минхао непроизвольно улыбнулся. Похоже, он замёрз.       Бросив сумку на кровать, волшебник стянул одеяло и вернулся в гостиную. Джунхуэй всё ещё спал. Минхао тихо подошёл к нему и осторожно накрыл его до самого подбородка. Заметив копошение, Джун нахмурился и приоткрыл глаза.       — Хао? — его голос был слегка хрипловатым и больше похожим на шёпот.       — Это я, спи дальше, — поправив одеяло, парень собрался было уходить, как вдруг Джун резко схватил его за руку.       — Оставайся. Мне холодно, — пожаловался он, хотя ладони у него были горячими. — Ты тоже устал, я вижу.       Вздохнув, Минхао осторожно присел на диван, не вырывая руки.       — У тебя пальцы замёрзли, — сказал Джун, удобнее перехватив чужую ладонь.       «Да что ты говоришь».       — Иди сюда, — парень похлопал рядом с собой, отодвинувшись от спинки дивана. Поняв, что отказаться всё равно не получится, Минхао стянул обувь и залез под одеяло, касаясь холодными ступнями тёплых ног Джуна, что заставило последнего вздрогнуть.       — Уже передумал? — со смешком спросил парень.       — Нет, — заупрямился Джунхуэй и повернулся на спину, придвинувшись ближе и переплетя их ноги. Рассмеялись они уже вдвоём, а потом комната наполнилась тишиной, прерываемой потрескивающими поленьями в камине. Огонь начинал угасать.       Словно прочитав мысли младшего, Вэн щёлкнул пальцами, и в камине добавилось дров, из-за чего пламя приутихло, а потом затанцевало с новой силой. Пару мгновений они оба завороженно смотрели на огонь, пока Минхао не решил заговорить.       — Почему ты не используешь палочку, когда колдуешь?       Джун молчал, смотря в сторону. Посмотрев на Минхао, он приоткрыл рот, словно хотел сказать что-то, но не знал — что. Или не знал — как.       — Но это же не запрещено, — спокойно сказал он, словно у него не впервые спрашивали, и он ожидал подобного.       — Ну, да… просто это странно. Мы с первого курса учим заклинания, движения палочкой. А ты просто щёлкаешь пальцами. И то не всегда.       — Тебя это раздражает? — и Минхао почувствовал, как его сердце замерло, а потом подпрыгнуло в груди. Он не ожидал столь прямого вопроса, который ударит прямо в цель.       — Я не знаю, если честно. Просто это так непривычно и не вписывается в рамки, что…       — Минхао, — оклик заставил его замолчать и поднять глаза на старшего. Джун не повышал голос, а на его губах была тёплая снисходительная улыбка, словно он объясняет ребёнку самые азы. Именно ребёнком Су себя сейчас и ощущал. — Я понимаю. Я понимаю, почему тебе сложно смириться с этим — ты привык жить по правилам и учебникам. Но я хочу сказать тебе одну вещь. Ты же понимаешь, что у магии нет границ? Мы создаём их сами.       Столь простые слова, не раз повторявшиеся директором, когда он был на первых курсах, повергли его в ступор. А Джун продолжил:       — Меня так научили — не ограничивать себя, использовать всё, что я имею. А палочка отнимает у меня эту свободу и ставит те самые рамки. И это как… запретить дышать.       Последние слова ударили по парню сильнее всего. Он осознал, что всё время злился на Джуна только потому, что тот не вписывался в его порядок. И сейчас он ощутил самый сильный стыд в своей жизни, потому что он пытался навязать свои принципы чужому человеку просто потому, что его видение мира не устраивало Минхао.       — Успокойся, а то такое чувство, словно ты сейчас расплачешься, — хохотнул Джунхуэй, потрепав младшего по волосами и ласково проведя пальцами по щеке.       — Извини за мои мысли… Это было ужасно глупо…       — Эй-эй, вот теперь мне стало действительно неловко. Давай лучше восполним этот твой пробел в знаниях. Палочка с тобой? — Минхао колебался, не понимая, о каком «пробеле» может идти речь, если он практически отличник. Но палочку достал. Джун сел на диване, вытянув ноги.       — Смотри. Представим, что это магические потоки, которые есть во мне, — сказал он и слабо засветился. Присмотревшись, Минхао увидел светло-голубые жилки, тянущиеся по всему телу. — А теперь смотри, что я делаю с ними, — подождав, пока парень возьмёт себя в руки и сосредоточится, Вэн произнёс самое простое заклинание: — Люмос.       Жилки стали светиться чуть ярче, и свет этот стекался к руке, наполняя палочку, пока на ней не загорелся огонёк.       — Видишь? Я всего лишь силой мысли направляю свои силы в палочку, что делают все, кто пользуется магией. Это хороший ограничитель для неопытных волшебников, которые не знают меры. А теперь смотри, что может сделать опытный волшебник, — потушив палочку, он отложил её и щёлкнул пальцами. Снова свет собрался в его руке, только шарик света оторвался от пальцев и повис в воздухе. — И для этого не обязательно вообще двигаться. — Шарик погас, а затем снова зажёгся прямо рядом с Минхао, тускло светясь.       — Я могу двигать его куда угодно, — шарик пролетел по комнате, — а с палочкой такое возможно, если ты её кинешь куда-то, — хихикнул Джун, потушив свет. Голубоватые жилки на его коже исчезли, и он перестал светиться. — Теперь ты понял, как это работает? Мы сами загоняем себя в рамки.       — Это тебя дома такому научили? — восхищенно выдохнул Минхао, осознав, что это не несоответствие системе — это свобода от системы, свобода для новых открытий, для испытания себя. Теперь он понял, что ему бы следовало восхититься новым студентом, а не злиться без причины.       — Не совсем. Но это другая история. Будешь себя хорошо вести — расскажу, — хитро ухмыльнулся Джун, прищурив глаза (чем-то он напоминал лису), что заставило Минхао фыркнуть и скрестить руки на груди.       — Не хочешь вздремнуть? Выглядишь уставшим, несмотря на каникулы, — предложил старший, похлопав рядом с собой и приоткрыв одеяло в приглашении. Минхао сомневался пару секунд, а потом махнул на всё рукой и устроился рядом с парнем, улёгшись на бок.       — Не думай слишком много, ХаоХао, а то будет болеть голова, — улыбнулся Джун, устраиваясь удобнее и съезжая с подлокотника.       — Не зови меня ХаоХао, — буркнул волшебник, шуточно пиная чужую ногу под одеялом. И осторожно заправил за ухо несколько каштановых прядей, заметив, что Джун безуспешно пытается их сдуть с лица. Этот цвет действительно очень ему шёл.       Хмыкнув в ответ, парень повернулся к нему спиной, чуть поджав ноги. Минхао помедлил и перекинул через него руку, прижимаясь чуть ближе. Рядом с Джуном было тепло и светло. Он словно был той самой путеводной звездой, за которой следовали все путешественники, желая открыть нечто новое. Он был смелым (чтобы не сказать «безрассудным») и открытым для всего, лишённым ограничений и каких-либо рамок. Он действительно был свободен и прекрасен.       Уткнувшись носом в пахнущие шампунем волосы, Минхао прикрыл глаза, позволяя дрёме завладеть собой. Следующим утром он проснулся с Джуном в руках, только он перевернулся, уткнувшись носом в шею и ключицы, и перекинул ногу через бёдра младшего. Су улыбнулся, проведя пальцами по спутанным волосам, играясь с ними. Почему-то это ощущалось легко и правильно.       Во сне Джун легко улыбнулся. Погодите…       — Да ты притворяешься, — возмущенно заявил Минхао, перестав перебирать чужие волосы. Джун что-то промычал перед тем, как начал говорить внятно.       — Я не хочу вставать. Тут тепло, а мир вокруг страшный и холодный, — пробормотал, зарывшись носом в рубашку парня.       — Эй, ты уверен, что тебе семнадцать, а не семь? — усмехнулся Су, убирая руку с чужой головы и вытягивая вдоль тела.       — Не уверен. Руку верни, — огрызнулся Джун без особого упрёка. Хмыкнув, руку парень всё же вернул, начав заново перебирать каштановые пряди, аккуратно их распутывая и массируя затылок. Джунхуэй выдохнул, промычав что-то вроде «как приятно».       — И не сложно тебе с такими волосами? — поинтересовался Минхао, чтобы не молчать.       — Не-ет, я привык. Да и людям нравится, Джонхан почти стал фанатом, — тихо ответил Джун. Затем он поднял голову, упёршись подбородком в грудь младшего, и посмотрел в его глаза. Кажется, сердце Минхао пропустило удар — настолько милым и домашним выглядел Джун сейчас. Захотелось почесать его за ушком. — А тебе нравится?       — Конечно, — ответил, не колеблясь ни секунды. — Хочешь, заплету? Я не Мингю, конечно, но что-то умею.       Пару секунд в гостиной висела тишина, а потом Джун убрал голову с чужой груди и сел на диване, поправляя помявшуюся одежду. Вытянув руку, он согнул пальцы, в которых тут же оказалась расчёска. Минхао тоже сел рядом, потянувшись и зевнув.       — Я весь твой.       Остаток дня они провели на том же диване, за исключением того времени, когда они приводили себя в порядок и сидели в столовой, играя в шахматы. Вечером они снова улеглись на облюбованный диван, больше напоминающий постель сейчас. Джун принёс планшет и включил какой-то фильм, в который они особо не всматривались.       — А ты можешь научить меня? — спросил Минхао, отставив чашку с какао на стол.       — Научить чему? — переспросил Джунхуэй, оборачиваясь. — Я много чего умею, — усмехнулся он, поиграв бровями, за что получил удар в плечо и тихие возмущения от младшего.       — Будто ты не знаешь, — пробурчал он.       — Если ты про колдовство без палочки, то можно попробовать. Но заранее предупреждаю: не ожидай всего и сразу. На это может понадобиться много времени.       — Не беспокойся об этом. В нашем распоряжении чуть меньше, чем вечность, — улыбнулся Минхао, заметив обеспокоенный взгляд парня.       — Звучит долго, — улыбнулся волшебник в ответ и оглянулся, услышав чьи-то шаги.       — Я вернулся, — протянул Джихун, зайдя в гостиную. Парни дружно откликнулись с дивана.       — У нас тут кино-марафон, хочешь присоединиться? — спросил Джун.       — Звучит заманчиво. Сейчас переоденусь и спущусь, — и скрылся в спальне на несколько минут, за которые Вэн успел найти и включить какой-то другой фильм и принять сидячее положение, освобождая место. Когда Джихун сел рядом, Джун призвал подушку, хлопнув в ладоши, и устроил её на коленях парня, улёгшись следом.       — Это уже наглость, — пробормотал Ли, но попыток сдвинуть старшего со своих ног не предпринял, услышав смешок в ответ. Через некоторое время разных уровней глупости комментарии сменились тихим сопением, и Джихун обнаружил, опустив голову, что парень действительно уснул, устроившись на подушке поудобнее и подтянув к груди ноги.       — Минхао, он спит, — позвал он младшего, не зная, как действовать, потому что не привык к такого рода ситуациям. Он и общаться с людьми не особо-то привык, это Джунхуэй каким-то чудом умудрился свести его со своей шебутной компанией. И, честно говоря, он не особо-то и против.       — Разбуди его, если тебе неудобно, не думаю, что он обидится, — отозвался Су с другого конца дивана, даже не сдвинувшись с места и продолжив сидеть, обнимая колени.       Вздохнув, Джихун неловко коснулся плеча спящего.       — Джун, проснись и иди в кровать, — пробормотал он, заметив, что младший за ним наблюдает с какой-то хитрой полуулыбкой. — Джун.       Ответом стало невнятное мычание, и парень перевернулся, почти уткнувшись носом Джихуну в живот.       — Что он сказал?       — И мне откуда знать, я не расслышал.       — И что мне с этим делать? — страдальчески спросил Ли, закатив глаза. И снова бормотание в ответ. — Эй, кажется, он говорит по-китайски. Джун, что ты сказал? — спросил он и снова получил какое-то несвязное мычание.       — Он сказал: «Делай, что хочешь», — со смешком перевёл Минхао. Джунхуэй спал крепко, но иногда мог отвечать на вопросы (по рассказам Вону). Только делал это на китайском.       — Делай, что хочешь, значит… — пробормотал Джихун, задумавшись. — Эй, подай мне перо со стола, пожалуйста.       Минхао нахмурил брови, не понимая, чего собирается добиться старший, орудуя пером. А потом его осенило, и он коварно улыбнулся, потянувшись к столу.       — Спасибо, — сказал парень, приняв перо, и осторожно убрал волосы с щеки Джуна, заправив их за ухо. И легко провёл пером под ухом, заставив Джуна возмущённо (и смешно) фыркнуть и дёрнуться. Затем плавно скользнул по щеке, начав щекотать под подбородком и переходя на шею. Вэн недовольно застонал и попытался убрать «помеху», отмахнувшись рукой. И неустанно шептал что-то вроде «серьёзно, старик, отстань». Знал бы Джихун, как его только что назвали, — хихикнул Минхао.       Устав обороняться от щекотки, Джун перевернулся на спину и открыл глаза.       — Джихун, ты чего?       — Говори по-английски, я ещё не готов учить новый язык, — возмутился парень, продолжая легко щекотать пером кончик носа старшего.       — Спрашиваю: что такое? — исправился тот, зевнув.       — Ты уснул на моих коленях без моего разрешения, — недовольно заявил Ли, обвинительно ткнув в Джуна пером, напустив на себя «грозный» вид. Минхао рассмеялся, вытянув ноги и закинув ноги Джуна себе на колени.       — Ой-ой, не будь таким суровым, Джихуни, и люди к тебе потянутся, — подмигнул Вэн, умудряясь оставаться очаровательным даже в такой ситуации.       — Будто я этого хочу…       — Кстати! Завтра возвращаются Сунён и Мингю, — напомнил Джун, уворачиваясь от продолжающейся щекотки, которую Джихун продолжал уже автоматически.       — Ага, я уже устал ходить пешком, — кивнул Ли.       — Ты опять будешь эксплуатировать Мингю как транспортное средство? — скептически выгнул бровь Минхао, получив в ответ недовольное: «Тебе что-то не нравится?» — Нет, просто интересуюсь.       — Эксплуа… что? — недоумевающе спросил Джунхуэй, вынуждая Минхао возобновить свою работу переводчика. — А зачем эксплуатировать Мингю?       — Чтобы не зазнавался.       — М-м… — задумчиво протянул в ответ парень, ёрзая на подушке и устраиваясь удобнее. Минхао улыбнулся про себя, думая, что подобная домашняя атмосфера ощущается очень приятно.

***

      Осознание ударило в голову внезапно и без причины. Это был самый обычный вечер, не предвещавший ничего особенного.       Минхао сидел за столом в спальне и писал домашнее задание, пока Джун спал у него на кровати (в последнее время он зачастил с этой привычкой). Мантия лежала рядом, аккуратно сложенная, а сам парень лежал на боку, засунув руки под подушку. Глядя на его умиротворённое лицо с мягкими и элегантными чертами, Минхао просто подумал: «Я люблю его».       Эта мысль даже не испугала его, просто стала новинкой среди других привычных рассуждений. Ему нравилось быть рядом с Джуном, наблюдать за ним, учиться у него чему-то новому и помогать в элементарном. Джун стал для него чем-то родным и привычным, несмотря на то, что прообщались они от силы полгода. И вот — он уже не может представить себе жизнь без него.       Хмыкнув своим мыслям, Су продолжил исписывать тетрадь разнообразными рунами. Сделав свет лампы чуть поярче, он осознал, что уже довольно поздно, а он опять засиделся до ночи.       — Джун, уже ночь. Тебе пора бы перебраться к себе, — осторожно тронул он старшего. В последнее время Джуна часто сваливала дрёма. Учёба на шестом курсе, кажется, забирала слишком много сил. — Джун. Если ты не встанешь, то Мингю опять спрячет твои учебники.       — Нельзя! — вскрикнул Вэн, подскочив на кровати, что вызвало смешок у Минхао. Джун был милым в своей сонной рассеянности.       — Иди к себе, уже поздно, — повторил парень, глядя, как старший разглаживает щеку, надавленную наволочкой подушки. Протянув руку, он сам легко коснулся краснеющих следов. Уши Джуна опять покраснели (или так казалось из-за света лампы).       — Хорошо. Удачи с рунами, — сказал он, вставая с кровати и удаляясь из спальни с мантией в руках.       «Откуда он знает, что я писал руны?» — удивился Минхао. Вернувшись к тетради, через минуту он был прерван Вону, зашедшим в спальню.       — Ты Джуна не видел? Мне надо передать ему, что завтра первые занятия отменяются, — спросил он, тихо подойдя к столу, чем напугал Минхао чуть ли не до потери сознания.       — Предупреждать надо, что ты ко мне со спины подкрадываешься, — выдохнул он. — Джун пошёл спать, скорее всего, он в спальне.       — Спасибо, — ответил Вону, мазнув взглядом по тетради. — У тебя ошибка в третьей строчке.       И ушёл. По-английски. Минхао вздохнул, думая, что Вону явно заразился этим от Джихуна, который тоже был птицей вольной: приходил, когда хотел, уходил, когда хотел. И всё без предупреждения.       И вернулся к домашнему заданию, выискивая ту самую ошибку.       Джунхуэй не нарушил обещание, начав обучать Минхао колдовству без палочки. В этом ему очень помогла Выручай-комната, которую Джун нашёл случайно.       «Когда я впервые открыл её, там всё было сгоревшим и пахло дымом, ужас», — обмолвился он как-то во время тренировки в дуэльном клубе.       И теперь несколько раз в неделю они проводили пару-тройку часов в комнате, которая принимала вид, схожий с гостиной и библиотекой одновременно.       «Она меняется в зависимости от того, что требует человек. Правда, следы прошлого её образа всё ещё можно найти вокруг. Например, я недавно нашёл практически сгоревший учебник какого-то Принца. Пришлось его выкинуть», — вспоминал он, пока они сидели на полу на подушках и ели бутерброды, принесённые из столовой.       — Начнём с самого начала. Дыхательные упражнения, — сказал Джун, сев в позу лотоса. Минхао повторил движение. — Только не надо говорить мне, что ты крут и всемогущ, и такая простая вещь тебе не нужна.       — Да я и не собирался, — буркнул Су, получив одобрительную улыбку от старшего. Иногда Вэн излишне беспокоился о нём, словно о ребёнке.       — Тогда слушай. Закрой глаза и выдохни так сильно, чтобы твои лёгкие заболели. А потом сделай глубокий вдох. И не дыши как можно дольше. Слушай себя, слушай тишину, слушай то, что вокруг тебя. Ты должен почувствовать ту силу, которой обладаешь, чтобы использовать её. Смотри, — Джун закрыл глаза и выдохнул, просидев так пару мгновений. А затем сделал глубокий вдох, и Минхао показалось, словно огонь в факелах вокруг на секунду вспыхнул ярче, а потом успокоился. — Заметил? — спросил парень, приоткрыв один глаз. Минхао кивнул, осознав, что вспышка ему не почудилась.       — Ты можешь сидеть так сколько угодно, если ты помнишь — нам некуда торопиться. Я делал это упражнение несколько месяцев, прежде чем сдвинулся с мёртвой точки, и старик продолжил обучать меня, — весело сказал Джун, вставая с пола и двигаясь к ближайшему книжному шкафу. — Я буду тут, не волнуйся, — достав книгу, он упал на диван, откидывая волосы на спину.       Выпрямив спину, Минхао попытался расслабиться. Закрыв глаза, он выдохнул и медленно набрал в грудь воздуха. На уши надавила мягкая вата тишины. Он принялся слушать. Биение собственного сердца, тихий шелест страниц, потрескивание огня. Иногда он даже мог уловить дыхание Джуна. Но ничего особого в себе он не ощущал.       «Спокойно, всему своё время», — он выдохнул, почувствовав, как горят лёгкие. И снова вдох. Мягкость подушек, стена за спиной, шуршание бумаги под чужими пальцами. Это чем-то напомнило ему медитацию на первых курсах.       Минхао потерял счёт времени, растворившись в собственных ощущениях. «При отсутствии зрения остальные чувства обостряются», — вспомнилось ему. И действительно было в этом что-то интересное, так что в любом случае опыт не будет лишним.       Почувствовав на себе чужой взгляд, Минхао открыл глаза и повернул голову. Джун всё ещё лежал на диване, только устроил руки на открытых страницах книги и положил на них подбородок, смотря на младшего. В такой же позе он лежал у Чёрного Озера полгода назад.       — Ну как? — тихо спросил он, а его тёмных глазах снова тонули огоньки.       — Это интересно, я раньше не пробовал настолько отрешаться от мира и сосредотачиваться на собственных ощущениях, — ответил Минхао, улыбнувшись.       — Отлично, рад, что тебе понравилось. А теперь попробуем ещё один метод, чтобы оторвать тебя от формальностей, — заявил парень, соскользнув с дивана. — Ты знаешь, что не редко встречаются волшебники, которые не произносят заклинания для их активации, — дождавшись кивка, он продолжил: — А теперь угадай, что мы будем сейчас делать? Дай мне палочку.       Вытянув палочку из внутреннего кармана мантии, он протянул её старшему. Оглянувшись в комнате, Джун посмотрел на книгу на диване и направил палочку на неё. Книга взлетела и плавно опустилась обратно. А затем перелетела к нему в руки.       — Если тебе легче использовать пассы, то можешь пока не убирать их. Вспомни те ощущения, которые ты испытывал, когда произносил заклинание, и воспроизведи их, — стукнул пальцем по виску, — в голове. Попробуй поднять какую-то книгу в воздух.       И снова вернулся на облюбованный диван. Минхао поднял палочку с подушки и достал случайную книгу из шкафа. Положив её на пол перед собой, направил палочку.       «Вингардиум левиоса», — мысленно произнёс он, сделав привычное движение запястьем. Но ничего не произошло, а книга осталась лежать. Повторив заклинание мысленно, он не двигал рукой. Но результатом снова стало его отсутствие.       «Это сложнее, чем казалось. Как он делает это так легко?»       Выдохнув, Су попытался повторить всё то, что делал старший. Показалось, что книга на секунду сдвинулась с места. И ещё десяток (или три десятка) минут прошли в безуспешных попытках сдвинуть предмет.       — Подключи фантазию. Не обязательно использовать именно это заклинание. Магия не имеет границ, — подсказал Джун с дивана, переворачивая страницу (не используя при этом рук). Однако это не особо помогло, и в этот день они ушли ни с чем (кроме книги, которую парень забрал с собой). Примерно в таком же темпе проходили следующие несколько занятий. Пока Джун не решился спросить:       — Ты пробуешь проговаривать заклинание как вслух, только мысленно?       Минхао кивнул.       — Попробуй вообще не акцентировать внимание на словах. Не обязательно даже, чтобы это было привычным тебе заклинанием в привычной форме. Фантазируй. Я потратил целый день в своё время, чтобы научиться складывать одеяло, не используя рук. Зато после этого мне больше не пришлось выслушивать бормотание старика о своей медлительности и неряшливости.       «Старик» — учитель Джуна, как понял Минхао из тех отрывков, которые слушал. Похоже, Джун жил у него и учился, пока не переехал в Хогвартс. Интересно, что заставило его бросить столь перспективное обучение?       — Я попробую, — сказал Су, занимая своё привычное место у стены. Несколько минут он потратил на дыхательные упражнения, с которых теперь начинались его занятия. Это помогало сконцентрироваться, — заметил он.       Направив палочку на книгу, уже не произносил никаких слов. Просто представил, как она взмывает в воздух и прилетает ему на колени. Но не получилось.       Идея пришла через некоторое время. Минхао сосредоточился не на книге, а на себе. Он представил, как магическая сила передвигается по его руке, сосредотачиваясь в палочке, вспомнив, как Джун однажды зажигал огонёк на её кончике без слов. И от палочки тянулась «нить», захватывающая книгу и поднимающая её в воздух.       Пару мгновений не происходило ничего, а потом его рука слабо засветилась (как у Джуна, когда он рассказывал о своих навыках), и свет сконцентрировался на кончике палочки, тоненькой серебристой нитью потянувшись к книге. Он даже не шевелил рукой, полностью сосредоточившись на нити, которая обвязала книгу и… медленно приподняла её над полом.       — Джу-ун, — позвал он, не отрывая взгляда от книги, — что-то получается.       — Я вижу, — отозвался тихий голос с дивана, и Минхао обернулся, вздрогнув от хлопка ударившегося о пол предмета. Джунхуэй говорил непривычно тихо.       — Это не то, чего ты ожидал? — осторожно поинтересовался парень, скользя взглядом по чужому лицу. Джун выглядел каким-то отрешённым, словно задумался над чем-то. Моргнув пару раз, он посмотрел на младшего уже вполне осознанно.       — Нет, что ты, это очень хорошо, что ты нашёл путь реализовать заклинание без использования слов, — после таких слов невольно вспоминается, что он всё же умен не по годам. Несправедливо было считать его наивным большим ребёнком. — В своё время я такой же штукой баловался, а старик бесился, мол, энергию впустую расходую. Но это уже результат.       Минхао улыбнулся, ощущая прилив гордости. Он был рад, что их занятия не проходят впустую. Вону и Мингю уже начинали интересоваться, куда они пропадают всё время.       — Только не смей пользоваться этим без присмотра. Только тут и только при мне. Понял? — никакого упрёка в голосе Джуна не было, но звучало всё равно грозно и серьёзно. Минхао кивнул, осознавая, что лишние проблемы ему не нужны. — Давай тогда на сегодня закончим и разойдёмся. Я устал, да и Сунён уже прижимал меня к стенке и пытал, куда я тебя прячу по нескольку часов в неделю.       Улыбнувшись, Су поднялся с пола, положив книгу на стол. И протянул руку Джуну, чтобы тот встал с дивана. Встав, тот потрепал младшего по голове.       — Ты молодец, я горжусь тобой, — хаотичные движения перешли в более лёгкие касания, от которых по телу Минхао прошлись мурашки.       — Спасибо за всё, — выдохнул он, наклонив голову, когда чужая рука осторожно прошлась по щеке, потянувшись за прикосновением.       — Тебе спасибо, — прошептал Джун, убирая руку, и двинулся в сторону выхода. Минхао выдохнул и последовал за ним, чувствуя, как нити, схожие с его наколдованными, оплетают его самого. И он не хотел сопротивляться этому.       «Я люблю его».       Выйдя из комнаты, они чуть не напугали проходившего мимо Хансоля (дружелюбного парня из Пуффендуя) до состояния обморока.       — Вы серьёзно только что вышли из стены, ребят?!

***

      В таком же плавном темпе закончилась зима. Они всей шумной компанией собирались в столовой или в дуэльном клубе, иногда поднимая на уши весь Хогвартс, когда Мингю и Сунёну приходила в голову очередная «гениальная» идея.       — Это в порядке вещей, у нас каждый год не проходит без какого-то знаменательного события, — пояснял Минхао. — Проделки Джонхана и Сынчоля помнят до сих пор, а Джошуа почему-то стыдится смотреть в глаза некоторым профессорам, хотя обычно даже не был причастен к их выходкам. А если ты услышишь крик на весь Хогвартс «да когда ж ты перестанешь?!» или «да заткнись ты уже», знай — это Джонхан опять донимал Чана расспросами, чей он ребёнок.       Такие истории были обычной частью их свободных вечеров. Минхао вспоминал о знатных подвигах старших, Мингю и Сунён вспоминали собственные приключения (и не только в стенах Хогвартса), Вону и Джихун просто удивлялись и бормотали что-то вроде: «Мне нужны новые друзья».       Это было весело, и Минхао почувствовал, что жизнь идёт должным образом. Ему нравилось быть рядом со своими друзьями, нравилось находиться рядом с Джуном, нравилось учиться и раскрывать собственный потенциал. Всё ощущалось легко и правильно.       — А кем ты хочешь быть, когда выпустишься? — спросил он одним вечером, лёжа рядом с Джуном на диване в Выручай-комнате после занятий. Они продвинулись уже гораздо дальше. Например, Минхао научился зажигать свет без всяких заклинаний и двигал предметы, не используя «нить». Пока что он делал всё с помощью палочки, но всему своё время.       — Не знаю, мне нравится тут, — тихо ответил парень, прижимаясь спиной к груди Минхао. Хоть он был старше, но почему-то в такие моменты казался маленьким и беззащитным. И Минхао хотелось согреть его, защитить и приласкать. Подвинувшись, он перекинул руку через талию старшего. Так было правильнее удобнее.       — Не думал, что найду человека, любящего школу больше, чем Вону, — хмыкнул он, услышав смешок в ответ. — То есть, ты ещё не определился?       — Нет, — вздохнул Вэн. — Я не хочу возвращаться в свой старый пустой особняк, о котором ничего даже не помню, — тихо добавил он, а Минхао задержал дыхание, вслушиваясь.       — Почему не хочешь?       — Я не чувствую, что мой дом там. Там только пустота и призраки прошлого, которое мне неведомо.       — Ты хочешь рассказать об этом? — спокойно поинтересовался Су, без какого-либо нажима или принуждения.       — Сейчас не могу. Потом. Я расскажу, — выдохнул Джун. Минхао не мог видеть его лица, но ему показалось, что он готов заплакать. Кажется, он даже чувствовал лёгкую дрожь, проходящую через тело парня. Он прижался носом к его затылку.       — Знаешь… Раз тебе тут нравится, ты мог бы тут остаться, — он двинул рукой, ища запястье Джуна. И мягко накрыл его холодную ладонь, проведя по ней большим пальцем, успокаивая.       — Ты предлагаешь мне быть вечным студентом? — хмыкнул тот, а в голосе слышалась улыбка.       — Нет же, — фыркнул парень. — Ты мог бы стать профессором. Как твой ученик, честно скажу: у тебя есть талант. Да и дети тебя любят, так что особого труда это не составит.       Некоторое время между ними висело молчание, но торопиться было некуда — времени ещё полно. Минхао осторожно поглаживал чужие пальцы, по-прежнему уткнувшись лицом в затылок.       — Звучит как идея, — задумчиво протянул Джун. — Ты только что осветил моё будущее.       — Когда ты так говоришь, я чувствую себя настоящим волшебником, — пошутил Су, умиротворённо улыбнувшись. — Только ты не сможешь продолжать разглагольствовать на китайском, как делаешь это сейчас.       — Это уже детали, — возразил парень. Помолчав немного, он осторожно убрал чужую руку со своей талии и перевернулся, улёгшись лицом к Минхао. — Я рад, что у меня есть ты. Ты и ребята. Вы все мне как большая семья.       Это было сказано так искренне, что Минхао готов был расплакаться от переизбытка эмоций. Но он просто обнял Джуна уткнувшись лицом в его грудь. «Это я тот, кто должен так радоваться», — думал он, чувствуя, как его макушки осторожно касаются тёплые губы. Это было правильно.       — Я же говорил, что они выходят из стены! Смотри, Сынгван, — воскликнул Хансоль, дёргая слизеринца за рукав мантии, из-за чего тот чуть не растянулся на полу. Тот сначала обернулся с возмущённым «ну что такое», а потом, увидев неловко улыбающегося Джуна и стоящего рядом с ним Минхао (которых секунду назад тут не было), закричал что-то вроде «Омайгад, валим отсюда!» схватил парня и рванул в неизвестном направлении, выкрикивая имя какого-то Сокмина.       — Скоро это войдёт у меня в привычку, — хихикнул Джун.       — Выходить из стен? — спросил Минхао, двинувшись в сторону Башни Когтеврана.       — Пугать младших и быть местным привидением, — рассмеялся парень в ответ. — Напомни мне рассказать об этом Сунёну, он точно оценит.       — Меня окружают одни дети, — закатил глаза Минхао, тихо цыкнув. Но не отпустил легко державшую его руку старшего, переплетя их пальцы. Кажется, он ещё больше полюбил детей, которые его окружают.       На носу были проверочные экзамены, поэтому всё чаще компания разношёрстных волшебников собиралась в библиотеке. Иногда могли нагрянуть Джонхан с компанией, несколько раз они пересекались с Сынгваном и Сокмином, к которым Сунён бежал здороваться и которых ласково называл «мои детки». Хансоль больше не содрогался от одного вида Джуна и Минхао и даже проникся после пары разговоров со старшим, во время которых Джунхуэй объяснил ему принцип работы Выручай-комнаты и попросил держать это в секрете, подмигнув. «Кажется, он собирает фан-клуб», — прошептал Мингю, наблюдая за ними.       — Где можно записаться? — шёпотом спросил Сунён, и все за столом рассмеялись.       — В очередь, сэр, — ответил Мингю, вызвав ещё больший приступ смеха у остальных. Джун тем временем распрощался с Хансолем и вернулся за стол.       — По какому поводу смех?       — Записываемся в твой фан-клуб, — ответил Вону, переворачивая страницу книги.       — Зачем? — сконфужено спросил парень, что повеселило даже Джихуна.       — Никогда бы не подумал, что глупость может стать чем-то милым, — сказал он.       — Я даже не знаю: комплимент это или оскорбление, — улыбнулся Джун, откинув косу (подарок от Джонхана) на спину. — Я пойду вздремну немного. А то скоро тренировка, а я чувствую себя мёртвой вороной.       Под гул прощаний и пожеланий удачи он собрал свои конспекты (прежняя смесь английского и китайского) и направился к выходу.       — Хао, — протянул Мингю, — помоги мне с Нумерологией.       — Серьёзно, Мингю? Зачем ты выбрал предмет, который не можешь нормально выучить? — возмутился парень, оторвав взгляд от собственных тетрадей.       — Да я только эту диаграмму не могу построить! — возразил Ким. — То же самое я могу спросить у тебя про руны.       — Я хотя бы учу их, а не пристаю ко всем со своим нытьём!       — Ребят, мы всё ещё в библиотеке, — отозвался Вону. — Если у вас есть о чём поговорить — идите в коридор.       Замолчав, Минхао опустил взгляд, услышав пыхтение Мингю рядом.       — Давай сюда твою диаграмму…

***

      Разошлись сегодня чуть пораньше, кто куда: Минхао пошёл играть в шахматы с Джихуном, Вону пошёл к директору, Сунён решил составить компанию Мингю, рванувшему на тренировочное поле, чтобы посмотреть, как занимаются ребята.       Вечер шёл спокойно, огонь тихо потрескивал в камине, неподалёку расселись на ковре первокурсники, играя во что-то. Кто-то из детей пытался играть на пианино, что даже неплохо получалось. Минхао откинулся в кресле и двигал фигурки палочкой. Где-то должны были пригодиться эти занятия в Выручай-комнате?       Пока они с Джихуном медленно, но верно выходили на ничью, со стороны входа в гостиную послышалось тихое бормотание, и в комнату вошли… Мингю и Сунён.       — Вау, хоть я тут уже бывал, но каждый раз удивляюсь этому потолку. Хочу себе такой же домой, — сказал Квон, собрав на себе взгляды присутствующих. — Хэй, мы пришли с миром, спокойно!       Услышав знакомый голос, Джихун тоже оторвал взгляд от доски и глянул на вошедших гостей. Сунён весь прямо сиял, а Мингю… а его не было видно, потому что на нём висел Джун. Обхватив за талию ногами и перекинув руки через плечи, он устроил голову на плече у младшего, поддерживающего его за бёдра. Если не присматриваться, то из-за волос можно было подумать, что он принёс девушку.       — Что это значит? — спросил Джихун, приподняв брови. Минхао просто рассматривал эту конструкцию «Отец и ребёнок. Отец на руках».       — Будто я знаю, — пропыхтел Ким (а Сунён сказал что-то вроде «Не ревнуй!»), чуть удобнее перехватив парня на себе. Похоже, Джун вообще не двигался. — Чангюн поймал нас на выходе с поля и сказал, что Джун какой-то вялый сегодня, и лучше бы присмотреть за ним. Чёрт, лучше бы я Джихуна на спине тащил, — пробормотал он, оставшись стоять.       — Я тебе это припомню потом, — отозвался Ли с кресла.       — Давай отнесём его в спальню, а то неудобно, наверно, — предложил Минхао, вставая с кресла. Эх, опять хорошую партию забросят.       Джихун встал следом, двинувшись к спальням, а слизеринцы последовали за ними под взглядами напряженных первокурсников, которые, наверно, наслушались кучу разных легенд про «тёмный факультет Хогвартса». Единственной правдивой чертой этого было то, что они действительно чудные на всю голову. Но это же Хогвартс, тут иначе невозможно.       Поднявшись в спальню, они подошли к кровати (Минхао), и Мингю попытался сгрузить старшего с себя. На что тот активно запротестовал, начав что-то бормотать по-китайски и уцепившись ещё крепче.       — Ну и кто тут старший, — вздохнул парень, сменив тактику. Развернувшись, он сел на кровать, устроив Джуна у себя на коленях, а руки — на его талии, чтобы не упал.       — Продолжай, — скомандовал Джихун, усаживаясь на кровать напротив. Всё равно было ещё довольно рано, в спальни никто не заходил. Сунён приземлился рядом с Мингю, осторожно убрав волосы с лица Джуна. Минхао же решил устроиться рядом с Джихуном.       — Мы пошли к раздевалкам, чтобы встретить его, — вещал Ким, устроив подбородок на плече у Вэна, чтобы хоть как-то видеть собеседников. — Только вся команда уже вышла, а он — нет. Мы решили завалиться в раздевалку — всё равно там уже никого не было. Зашли, а он на лавочке сидит. Рубашка почти застёгнута, мантия рядом лежит. Я присмотрелся и понял, что он спит. В прямом смысле. Мы с Сунёном попытались его разбудить, но безуспешно. И решили одеть и отнести к вам, сами разбирайтесь.       — Кто придумал загадки для этой статуи? — возмутился Квон. — Я думал, у меня мозг выкипит!       — Было бы чему выкипать… — пробормотал Джихун, со смешком уворачиваясь от полетевшей в него подушки, усиленной заклинанием.       — А так точно должно быть? — вернул к себе внимание Мингю. — Он всё ещё спит.       Успокоившись, Сунён посмотрел на Джуна, снова поправив его волосы. Ким, осторожно провёл руками вверх-вниз по спине старшего.       — Может, это переутомление? — спросил Квон. — Не волнуйся так, — положил руку на плечо слизеринца, успокаивая, — Вону говорил, что Джун много работает над собой в последнее время, чтобы хорошо закончить этот курс. Может, он просто переработал, а это — защитная реакция организма.       — Ненавижу слышать от тебя умные вещи, — откликнулся Джихун, — но ты прав. Вам просто лучше оставить его здесь и идти по свои делам. Мы с Минхао обо всём позаботимся, — младший кивнул, словно очнувшись от транса.       — Окей. Сунён, помоги снять его, он не хочет меня отпускать, — хохотнул Мингю, отцепляя ноги парня от своей талии. Сунён осторожно расцепил руки за шеей, бормоча что-то успокаивающее и подозрительно напоминающее змеиное шипение. Но Джунхуэй поддался, безвольно повиснув в чужих руках. Минхао поднялся с насиженного места, чтобы помочь переложить его на кровать нормально.       Как только слизеринцы покинули башню, снова перепугав младших, Джихун подошёл к мирно лежащему Джуну, перевернувшемуся на бок. Приложив ладонь к его лбу, осторожно потрогав виски и щёки, он сказал:       — Температуры у него нет. Может, действительно переутомился, этот оболтус может. Напомни мне заставить его пить травяной чай, — обратился к стоящему рядом Минхао. Тот с готовностью кивнул, делая мысленную пометку. — Ну, не думаю, что будет смысл торчать тут. Можешь сегодня перебраться на его кровать, всё равно они ничем не отличаются. Он спит рядом со мной. Давай доиграем партию. Я заморозил фигуры, так что никто не сможет их сдвинуть. Кроме Вону. Но не думаю, что он настолько глуп.       Взглянув последний раз на спящего парня, Минхао последовал за старшим, осторожно прикрыв дверь спальни. Всё равно он чувствовал себя обеспокоенным. Надо будет попросить Джуна чуть бережнее относиться к себе.       На следующее утро Джунхуэй проснулся, стоило только коснуться его плеча.       — Вау, ты не Вону и не Джихун, — сказал он, лениво улыбаясь и потягиваясь на кровати. Чем-то похоже на кота.       — По идее, я это я, — улыбнулся парень в ответ. — А вот ты опоздаешь на занятия, если не поторопишься и не освободишь мою кровать.       — Твою? — подскочив, Джун оглянулся по сторонам. — А как я вчера дошёл сюда?       — Ты не дошёл, тебя донесли. Мингю и Сунён, — пояснил Су, предвидя последующие вопросы. — Тебе бы стоило перейти в более щадящий режим, если ты хочешь дожить до конца курса.       — Оу, — единственное, что смог выдавить из себя парень, вытянув губы. — Тогда, мне стоит поторопиться, наверно, — сообразил он, вставая на ноги.       — Ага, если не хочешь опоздать, — подтвердил Минхао, махнув рукой и провожая Вэна взглядом. Он выглядел бледноватым. Сделав для себя пару выводов, в следующий раз, когда они снова должны были заниматься в Выручай-комнате, он заявил, что с сегодняшнего дня устраивает отдыхай-неделю.       — Вону сказал, что ты слишком много работаешь, — непреклонно сказал он, падая на диван и укладывая подушки поудобнее. Джун попытался что-то возразить, но был мгновенно прерван: — Не пытайся разубеждать меня, потому я видел, как Мингю тащил тебя на себе.       Вздохнув, Джунхуэй устроился рядом, притянув к груди ноги.       — Мы можем посмотреть какой-то фильм или мультфильм, — предложил он.       — Звучит как план, — согласился Су. — Только лень идти за планшетом.       Фыркнув, Джун щёлкнул пальцами, и гаджет появился у него в руках.       — Я зря кучу лет учился колдовать, чтобы просто так ходить пешком?       Закатив глаза, Минхао принял сидячее положение, наблюдая за тем, как старший подбирает фильмы.       — Есть идея, — сказал он, и из пола вытянулась металлическая подставка. Не зря же комната носит своё название. — Можно оставить тут планшет и спокойно лечь.       — Ого, да ты делаешь успехи, — одобрительно цыкнул парень, включая ролик. Минхао услышал заставку «Пиратов Карибского моря». Отодвинувшись к спинке дивана, он раскрыл руки в приглашении, которым Джун с готовностью воспользовался, упёршись спиной в грудь и переплетя их ноги.       — Готов лежать так вечно, — признался он, что вызвало у Минхао тихий смешок. Но отрицать он не стал. Так как фильм был полностью на английском языке, Джун иногда спрашивал перевод предложений, суть которых не понимал. Но китайские субтитры включать отказывался, оправдывая это тем, что хочет повышать свой уровень восприятия чужого языка.       — Хао, он сказал, что упал, но падать и не собирается. Это какой-то каламбур? — спросил он, смотря экран.       — Нет, это просто ещё один способ сказать «я тебя люблю», — автоматически пояснил младший, уже начав дремать, уткнувшись носом в макушку Джуна.       — Вау… — задумчиво протянул тот в ответ. — Тогда я тоже падаю для тебя, — спокойно сказал он, невозмутимо продолжая смотреть фильм. А сонливость Минхао как рукой сняло.       — Не смешно, — пробормотал он, хлопнув парня ладонью по животу, из-за чего тот хихикнул.       — Я и не смеюсь. Я упал, — тихо повторил Джун. — Очень удачно упал в твои руки.       Минхао закатил глаза:       — Почему-то романтические вещи от тебя звучат излишне пафосно, — недовольно заявил он, улыбаясь и чуть крепче прижимая парня к себе.       — Ничего не могу поделать, что делает с людьми любовь, — страдальчески протянул Джунхуэй, рассмеявшись.       — Это самое худшее признание, которое я слышал в жизни, — цыкнул Минхао. Джун закопошился в его руках, разворачиваясь.       — Ужас, постараюсь загладить свою вину, — сказал он с мягкой улыбкой, а его глаза, казались чёрной бездной, в которой Минхао готов был пропасть без остатка. Но у него не было времени, чтобы подумать об этом, потому что Джун осторожно коснулся его щеки губами. Даже не поцелуй, а просто касание. Минхао замер, чувствуя, как бешено бьётся сердце, а уши начинают «гореть». Джун, не теряя времени, коснулся губами его скулы, глаза, виска и оставил лёгкий поцелуй на лбу.       — Я прощён? — спросил он, продолжая улыбаться.       — Я подумаю, — выдохнул Минхао, мысленно простив Вэну все известные и неизвестные грехи. Почувствовав, как начинают краснеть щёки, он обнял старшего и сдвинулся ниже, пряча лицо у него в груди. — Вот как ты взял и так просто сказал это?       — Ну я же волшебник, — пошутил Джун, получив лёгкий шлепок по спине и недовольное пыхтение в грудь. — На самом деле, я очень боялся испугать тебя и хотел, чтобы всё прошло как можно легче. Шалость удалась, — довольно сказал он, и Су знал, что он сейчас улыбается, по-лисьи прищурив хитрые глаза.       — Я тоже упал, — тихо сказал он, чувствуя, как тёплые пальцы осторожно массируют его затылок, успокаивая. Он готов был провести вечность в руках Джуна, слушая фоном какой-то фильм и не обращая на него внимания.       — Тогда ты удачно упал в мои руки, — ответил старший, начав массировать шею, из-за чего по телу Минхао прошли приятные мурашки. Они лежали так, не говоря ни слова, пока не закончился фильм, и Джун предложил сегодня вернуться пораньше, ведь он обещал сходить с Вону в Хогсмид и помочь с покупками. Минхао распрощался с ним, смущённо поцеловав в щёку и решив напоследок посетить дуэльный клуб, чтобы развлечься. Жизнь окончательно повернула в нужное русло.

***

      С тех пор ничего не изменилось. Они всё так же собирались своей привычной шумной компанией, разнося дуэльный клуб под настроение. Джун всё так же менялся книгами с Вону и играл по вечерам на пианино с Джихуном. Он неловко поблагодарил Сунёна и Мингю за то, что донесли его до Башни тогда, презентовав им небольшие подарки из Хогсмида.       — Ничего себе! После таких благодарностей я готов тебя каждый день на руках носить! — воскликнул Сунён, вертя в руках хитроумную шпаргалку, которая становится невидимой при произнесении кодового слова.       Между самими Джуном и Минхао ничего не изменилось. Разве что словесные похвалы сменились лёгкими поцелуями, а в обычное молчание вклинилось тёплое «я падаю», ставшее их особенной фишкой. Всё ощущалось легко и свободно. Джун был достаточно терпеливым и ненавязчивым, а Минхао постепенно расширял границы, исследуя непривычную для себя территорию. Никогда ещё изучение не казалось ему таким интересным процессом.       — Ты точно правильно попал на свой факультет, — со смешком сказал Джун, дёрнувшись от щекотки, когда Минхао начал осторожно водить пальцами по его боку через ткань рубашки. Оказалось, что старший довольно чувствителен к прикосновениям, что только играло на руку. — Я вижу огонь любопытства и азарта в твоих глазах.       — Ты лежишь ко мне спиной и смотришь мультфильм, Джун, — цыкнул Су, но отрицать очевидного не стал — ему действительно было любопытно истрогать всего Джуна. — Зато вот я сомневаюсь что тебя распределили правильно. Тебе бы на факультет к Хансолю, Сокмину и Джису — вот где райская обитель. Ты бы там хорошо вписался.       — Эй, но я бы остался без Вону и Джихуна, — возразил парень, хихикнув, когда почувствовал лёгкий тычок в рёбра. — А, забыл упомянуть… куда же я без Сунёна? Я бы умер без него, моё сердце не выдержало бы тягостей одиночества!       — Ты драматизируешь, — пробубнил Минхао. — Королева драмы… Иногда я думаю, что ты в состоянии обойти Мингю в этом деле.       — А разве не обошёл? — поинтересовался Вэн, взглянув через плечо.       — Ты пытался, честно, — поощрил его Минхао, чмокнув в макушку. — Но тебе не переплюнуть его выходку на втором курсе.       — А что он сделал? — заинтересовавшись новой историей, Джун перевернулся в кольце рук и запустил ладони под свитер младшего, начав легко массировать его спину. Минхао прикрыл глаза от удовольствия и готов был мурчать в подушку. — Ого, да ты ловишь кайф. Если тебе это так нравится, я могу иногда делать тебе массаж, это полезно для растущего организма.       — Хватить обращаться со мной как с ребёнком, — пнул его Минхао, не открывая глаз.       — Каюсь, не буду. Так что там с Мингю?       — Коротко говоря: он расплакался из-за привидений, — со смешком сказал парень.       — Это почему? — недоумевающе спросил Джун, перестав двигать руками. Он возобновил движения, когда младший нетерпеливо передёрнул плечами.       — Да он разговорился с призраком их факультета…       — Кровавый Барон? Он, я его знаю, у него есть куча интересных историй! — с восторгом перебил Джунхуэй, дёрнув ногами. Су закатил глаза.       «Защитите этого ребёнка от серости наших дней», — мысленно вздохнул он, обхватывая парня крепче.       — Разговорился с призраком, и тот рассказал ему историю… ты знаешь историю Серой Дамы? — почувствовав, как Джун кивнул ему в грудь, он продолжил: — Эту историю он и рассказал. А Мингю разрыдался от осознания того, насколько это печально. Я потом его ещё полчаса успокаивал. Жаль, фотоаппарата у меня с собой не было.       — А вы с Мингю давно знакомы? — поинтересовался Джун, выводя пальцами какие-то узоры на чужой спине.       — Ага, с первого курса, — ответил Минхао, ударяясь в воспоминания. — Я всюду за ним таскался тогда, а он мне с английским помогал. Чем-то похоже на то, как Сунён и Вону с тобой возились. С Сунёном я познакомился уже позже, курсе на втором, где-то после случая с Мингю.       Вынырнув из воспоминаний, парень заметил, что движения на его спине остановились, а дыхание Джуна выровнялось. Чуть отстранившись, он заметил, что старший задремал. Улыбнувшись, Минхао мысленно порадовался, что спальня пустая, и его никто не разбудит. Развернувшись, он осторожно обхватил себя руками Джуна и тоже прикрыл глаза. Сон казался не такой уж и плохой идеей. Особенно с фоновыми диалогами мультфильма сочеталось просто прекрасно.       — Джун, ты точно хорошо себя чувствуешь? — внезапно поинтересовался Вону, когда они работали над домашним заданием в гостиной. Джихун на некоторое время отвлёкся от пианино, прислушиваясь.       — Конечно. Я даже успеваю выспаться, — заверил его Вэн, отрывая глаза от учебника.       — В том-то и дело. Ты в последнее время слишком много спишь, мало ешь и практически не расходуешь энергию. Это не выглядит здоровым, — серьёзно сказал староста, смотря на парня поверх очков.       — Сопоставь с тем, что не так давно он отрубился в раздевалке, — подсказал Джихун.       — Тем более. Может, сходишь в медпункт и обследуешься? — обеспокоенно спросил Вону. Под таким напором Джунхуэй почувствовал себя неловко.       — Да у меня всё нормально… — начал оправдываться старший, но был безжалостно прерван.       — Минхао! — крикнул Вону через гостиную.       — Что? — мгновенно отозвался парень, читавший в кресле у камина.       — Сегодня-завтра хватаешь вот это чудо, — ткнул пальцем на Джуна, — за шкирку и тащишь в медпункт на обследование. Начнёт упираться — попроси Мингю или Сунёна помочь. Можно припахать сразу обоих. Передашь, что мы с Джихуном попросили, и они Джуна на край света унесут. Мило улыбнёшься и скажешь «пожалуйста» — унесут в соседнюю галактику, — серьёзно сказал староста.       — Я и не знал, что ты жестокий манипулятор, — пробормотал Джунхуэй, нахмурившись и надув щёки.       — А ты как думаешь думаешь, у кого Минхао этим трюкам научился, — с гордостью усмехнулся Вону.       — Не забывай, кто научил тебя правильно принуждать, маскируя это просьбой, — снова откликнулся Джихун.       — Куда я влип… — вздохнул Джун, уронив голову на руки.       — Добро пожаловать в Хогвартс! — весело откликнулась троица, вызвав смех у всех когтевранцев в гостиной.       Но это не было шуткой, и в пятницу Джуна непреклонно и беспощадно отволокли в медпункт к нестареющей мадам Помфри. Она не стала задавать много вопросов, сразу же принявшись за осмотр. Взглянув на стоящего в сторонке Минхао, она спросила, приподняв брови:       — Тебя попросили присмотреть за ним или ты его… — сделала неопределённый жест руками, но её прекрасно поняли. Су кивнул, стыдливо отведя глазами. — Да у вас сейчас какой-то обморочный сезон. Экзамены… — вздохнула она.       — Джонхан опять приходил за отваром для Джису? — понимающе поинтересовался Минхао.       — Да, бедный мальчик почти стал похож на привидение, — посетовала женщина, отправив Джуна сесть на кушетку. — Если хочешь, можешь пока устроиться где-то. Только не мешай, прошу.       — Понял, — кивнул парень, снимая обувь и забираясь на кровать с ногами. Мадам Помфри уже собралась уводить Вэна, как он вдруг попросил подождать, быстро обернулся к Минхао и щёлкнул пальцами. На подушке кровати появилась книга, которую он читал перед тем, как повёл старшего в медпункт.       — Спасибо, — улыбнулся Минхао, махнув рукой. И принялся за чтение, пока ждал диагноза или его отсутствия. Полностью окунувшись в мир бумаги и чернил, он подпрыгнул на месте, когда над ним раздался привлекающий внимание кашель.       — Очнулся наконец, — насмешливо сказала женщина. Оглядевшись, Минхао заметил, что Джун сидит за её спиной и смотрит куда-то в стену.       — С ним всё нормально, если учитывать поверхностный осмотр. В организме я тоже не заметила ничего необычного, он совершенно здоров, — начала она, и парень уже было с облегчением выдохнул, но снова напрягся, услышав продолжение: — Но мне всё равно что-то не нравится. И я не только про его самочувствие. Он словно куда-то расходует всю энергию, из-за чего находится в состоянии постоянного переутомления. Я не заметила признаков наличия сглаза или чего-то подобного. Советую подойти к Минер… директору Макгонагалл и попросить помощи у неё. Не думаю, что она откажет. И лучше перестраховаться.       — Спасибо большое, — кивнул Минхао, вставая с кровати и обуваясь.       — Не болейте, — улыбнулась женщина.       Джун молча следовал за младшим, непривычно притихнув.       — Не расстраивайся ты так. Не думаю, что директор выгонит нас из кабинета. Тем более, мы следуем рекомендации мадам Помфри, а это она не будет игнорировать, — попытался успокоить парня он.       «Только бы не оказалось ничего серьёзного».       Джунхуэй попытался растянуть губы в улыбке, что плохо ему удавалось. Перед кабинетом директора они ненадолго остановились, настраиваясь и набираясь смелости. Не услышав за дверью никаких голосов и решив, что она сейчас не занята, Минхао постучался и вошёл.       Минерва Макгонагалл сидела за столом и спокойно читала какой-то свиток. Услышав шаги, она подняла глаза, смотря на гостей через стёкла очков.       — Мистер Вэн пришёл просить консультацию? — безошибочно угадала она. Несколько минут ушли на то, чтобы Минхао объяснил цель их визита, пока Джун разглядывал кабинет, не вмешиваясь.       — То есть, она боится, что это может быть какое-то магическое воздействие, я правильно поняла?       — Наверно. Она попросила обратиться к вам, — кивнул Минхао, чувствуя облегчение от того, что их не выставили за дверь.       — Мистер Вэн, — окликнула она парня, который тут же дёрнул головой, поднимая на неё взгляд. — Вы расскажете мне подробнее об этом?       Он кивнул, сглотнув.       — Могу ли я попросить вас подождать за дверью? — снова обратилась женщина к Минхао, который обменялся с Джуном взглядами. Медленно склонив голову, он развернулся и пошёл на выход. — Не волнуйтесь, я не сделаю зла собственным ученикам.       И снова он оказался в паучьих лапах ожидания, только в этот раз он даже не мог читать, осознавая, что дело принимает более серьёзный оборот, чем он предполагал. А если бы Вону не попросил силком отвести Джуна в медпункт? Насколько бы далеко всё зашло тогда?       Застряв в собственных тревожных мыслях, он снова потерял ток времени, строя теории и догадки, коря себя за то, что не обеспокоился раньше.       Он мгновенно выпрямился, когда дверь кабинета открылась.       — Можете заходить, — спокойно сказала Макгонагалл, и Минхао успокоился, решив, что ничего страшного не случилось, и опасность миновала.       Но спокойствие как ветром сдуло, когда, зайдя в кабинет, он увидел сидящего на диване практически синего Джуна, невидящим взглядом смотрящего в пол.       — Джун? Всё в порядке? — спросил он, зная ответ. Подойдя к парню, он присел на корточки, заглядывая в тёмные погасшие глаза. — Что с ним? Что-то случилось?       — Случилось, мистер Су. Но боюсь, что я не в праве это рассказывать, — ответила директор, закрыв дверь.       — Скажите. Я не могу, — почти шёпотом отозвался Джун, всё ещё смотря перед собой. Он выглядел так, словно сейчас упадёт без чувств прямо на месте.       Женщина вздохнула, снимая очки и подходя к столу. По телу Минхао пробежали холодные мурашки.       — Это проклятие, — начала она, и внутри у Минхао всё оборвалось. В голове стоял противный звон. — Я не могу понять его природу и причину возникновения, но оно давнее, возможно, с детства. Я бы могла попытаться снять его, но это практически невозможно — слишком сильно оно вжилось в тело, постепенно выкачивая из него жизнь. Если оно продолжит развиваться в том же темпе, то через год-два… события могут возыметь очень плохие последствия… — мягко исправилась она, словно в этой ситуации можно говорить осторожно.       — Это излечимо? — переспросил Минхао, смотря на женщину в надежде услышать, что всё будет нормально, и это легко исправить. Он не хотел вот так просто принять услышанное.       — Не хочу вас огорчать, — Макгонагалл поджала губы, — но сейчас я точно не могу ничего с этим поделать. Я постараюсь связаться со своими коллегами в ближайшее время и узнать, известно ли им что-то об этом. Я постараюсь сделать всё возможное, — заверила она, хотя это слабо помогло. Су снова посмотрел на отрешённого Джуна.       — Сейчас вам лучше отдохнуть. Я официально даю мистеру Вэну отгул до того времени, пока не найду решение этого… вопроса. А вы, мистер Су, — снова посмотрела на парня, — будете наблюдать за ним. Это моё вам задание.       — Экзамены, — шёпотом отозвался Джунхуэй. — Я же не смогу сдать…       — Экзамены это последнее, из-за чего вам стоит волноваться, — строго сказала женщина. — Думаю, я смогу устроить несколько опросов одному студенту, чтобы проверить его уровень знаний. А сейчас идите. И постарайтесь меньше напрягаться, мистер Вэн, это не пойдёт вам на пользу.       Минхао молча наблюдал, как парень встаёт на ноги, пошатываясь, кланяется директору и идёт к двери. Опомнившись, он поспешил следом. Но был остановлен чужой рукой, опустившейся на плечо.       — Я сделаю всё, что в моих силах, — пообещала директор, печально смотря ему в глаза. Кивнув, он выбежал из кабинета, догоняя Джуна, который остановился у стены.       — Джун… — осторожно начал он, положив руку на плечо старшему.       — Никому не говори, — тихо отозвался тот, смотря куда-то под ноги. Резко развернувшись, он схватил Минхао за плечи, крепко сжимая. — Не говори никому! Я не хочу, чтобы они знали, чтобы они беспокоились, переживали, думали, что мне конец. Я не хочу, чтобы они знали об этом, — быстро говорил он, а Минхао еле разбирал родной язык. Глаза Джуна блестели, словно он сейчас упадёт и расплачется.       Осторожно освободившись из хватки, Су мягко обхватил старшего руками, притягивая к себе и позволяя уткнуться лбом в плечо. Тело Джуна слабо дрожало.       — Я никому не скажу, — тихо заверил его парень, гладя по спине. — Всё будет хорошо, и они даже не узнают, что с тобой что-то случилось.       Джун сдержано всхлипнул, сжав чужую мантию в руках и навалившись всем телом.       — Я не хочу сейчас возвращаться, — тихо сказал он. Понятливо улыбнувшись, Минхао отстранился и взял его за руку. Джунхуэй послушно следовал за ним, не останавливаясь. В тишине они дошли до Выручай-комнаты, которая приняла вид их обычного зала-библиотеки. Доведя Джуна до дивана, парень мягко усадил его, присев рядом. Джун попытался прижаться как можно ближе.       Минхао не стал отстраняться, обхватив парня рукой за плечи. Он хорошо знал, что Джун был тактильным человеком и часто стремился прикоснуться к кому-то. И сейчас это ему было нужно даже больше слов.       Помолчав в раздумьях пару минут, он снова взглянул на обессиленного парня. И двинулся ближе к спинке дивана, потянув его на себя.       — Иди ко мне, — скомандовал он тихо. Джунхуэй сначала не реагировал, слабо понимая, чего от него хотят. А потом его глаза блеснули, и он быстро заполз на колени младшего, обхватив руками за шею и прижавшись всем телом. — Лучше?       Джун промычал что-то невнятное, что можно было рассчитывать за положительный ответ, так как он остался на месте. Минхао плавно устроил руки на его бёдрах, проведя по ним вверх, переходя к спине. И принялся осторожно разминать напряженные мышцы, чувствуя, как подрагивает тело старшего.       — Всё будет хорошо, — шептал он на ухо парню, продолжая двигать пальцами. — Давай уберём это, — мягко сказал он, стягивая мантию с чужих плеч. Джун расцепил руки, помогая стянуть её с себя. А потом снова прильнул обратно, вцепившись ещё крепче.       — Я боюсь, — сипло сказал он. — Я не знаю, что бы сделал, не будь рядом тебя. Я не представляю, как бы смог жить дальше без тебя, — продолжал шептать в шею, крепче сжимая пальцы. — Я боюсь, что ты уйдёшь. Но не хочу, чтобы ты видел меня таким.       — Джун, — тихо прервал его Минхао, почувствовав, как замерло дыхание у его шеи. — Посмотри на меня, — попросил он, мягко отстраняя парня от себя и заглядывая в покрасневшие глаза.       «Он всё равно прекрасен», — мельком подумал Су, убирая каштановые пряди (он решил оставить цвет) со лба свободной рукой, пока вторая устроилась на талии у старшего.       — Я не смогу уйти из-за такой мелочи. Не после того, как смог сказать, что ты мне дорог, — уверенно сказал он, чётко разделяя слова.       — Но тебе же только шестнадцать. Многое впереди и…       — Даже слышать не хочу, — грубо прервал Су, выравниваясь так, чтобы оказаться напротив лица Джуна, практически касаясь его. — Я не настолько ребёнок, каким ты можешь меня считать. И я вполне осознаю свои действия. Если захочешь поговорить о возрасте — продолжим в мои восемнадцать лет. А сейчас я делаю только то, что хочу.       Джун молча смотрел ему в глаза, нервно поджав губы. Он словно хотел возразить, но не решался. Решив не дать ему задуматься и запаниковать, Минхао продолжил:       — А я много чего хочу сделать, — сказав это, он коснулся губами щеки Джуна. — И ты не сможешь противиться, ведь, — поцеловал подбородок, — я знаю, чего хочешь ты, — прижался губами к шее, осторожно убрав волосы пальцами. По телу Джуна прошла крупная дрожь, а с губ сорвался громкий вздох. Руки вокруг шеи младшего сжались чуть крепче, притягивая его ближе.       — Хао, я…       — Подожди, дай мне договорить. Пусть я никогда не произносил этого всерьёз, но я действительно люблю тебя, Джун. Ты изменил мою жизнь, и я хочу, чтобы ты остался со мной, — закончил Минхао, отстранившись и смотря в блестящие глаза Вэна. Не сразу до него дошло, что это слёзы.       — Я тоже не хочу без тебя, — тихо признался тот, прижимаясь носом к виску и медленно целуя. — Я тоже люблю тебя, ХаоХао, — и ещё один (десяток) лёгких поцелуев.       — Не зови меня ХаоХао, — усмехнулся младший, вдыхая запах чужих волос и чувствуя, что готов остаться до самого конца.

***

      Ребятам они ничего не сказали, сославшись на обычное переутомление. Разве что не соврали, сказав, что Джуну выдали несколько дней на восстановление и отдых. Увидев, что все спокойно восприняли эту новость и начали отчитывать Джуна за то, что не щадит себя, Минхао успокоился.       Джунхуэй держался молодцом, что было мягко сказано. Когда они вышли из Выручай-комнаты, он довольно быстро взял себя в руки и снова начал улыбаться и шутить. Никто практически не заметил изменений в нём, а те, кто заметил, списывали всё на переутомление и тайно продолжали таскать ему травяные чаи из кухни. Он всё ещё устраивал кино-марафоны с друзьями и детьми и играл на пианино вечерами. И развлекал всех забавными историями из своего детства, которое, оказывается, провёл на окраине какого-то города, живя со своим учителем в небольшом уютном доме.       Минхао вёл себя максимально невозмутимо, ничем не напоминая Джуну о проклятии. Он всё ещё удивлялся тому, насколько стойко тот держался, и хотел помочь хоть так. И через пару дней стало легко не вспоминать об этом, если не учитывать то, по какой причине он не посещал занятия и выглядел бледноватым. Каждый вечер Джунхуэй исправно переписывал у Вону конспекты и делал домашнее задание. Всё шло своим чередом, разве что на ночь Джун теперь перебрался к Минхао в кровать, чуть потеснив его. Но так было даже спокойнее и приятнее, так что младший особо не возражал, лениво покрывая тело старшего поцелуями и лёгкими укусами и шикая на него, чтобы не разбудил остальных.       Всё тело, кроме губ.       — Маловат ещё, ХаоХао, — хитро улыбался Джун, держа палец на его губах. Впрочем, Су особо не страдал от этого. Ему нравилось, как расслабляется Джун в его руках, чувствуя себя в безопасности. Ему нравилось то, настолько беззащитным он может выглядеть и насколько активным становится в игривом настроении. Они никогда не переходили черты, останавливаясь в нужный момент и просто обнимая друг друга.       Он готов был жить так вечно.       — Я хочу подстричься, когда всё закончится, — заявил Джун, играясь в серёжкой в ухе у младшего, устроившегося у него между ног и прижавшегося к груди спиной.       — Радикально. И где ты будешь это делать? — спросил парень, переворачивая страницу книги, которую читал, и откидывая голову назад, чтобы устроиться на плече.       — Наверно, попрошу Мингю. Он в этом деле мастер, — задумчиво протянул Вэн, не выпуская украшение из пальцев.       — Кажется, грядёт день, когда я впервые за несколько лет увижу его в слезах. Напомни мне запечатлеть этот исторический момент, — хмыкнул Минхао, услышав смешок за плечами. Было уже довольно поздно, и гостиная практически пустовала, если не считать парочки засидевшихся студентов.       — Джонхан с Сынчолем спрашивали, куда ты пропал, — вспомнил Минхао, — мне Вону передал.       — Ого, правда? — удивился Джун, будто не у него в фанатах ходила треть Хогвартса. — Можно сказать им, что я заболел… Точно! Скажем, что я заболел, а потом меня просто положат на лечение. И вернусь я уже здоровый. Да, так и скажем, — довольно протарахтел Джун. Минхао даже не стал просить его говорить потише — всё равно по-китайски тут никто не поймёт.       — Смотри, — тихо сказал Джунхуэй через пару минут, указывая куда-то в сторону. Подняв глаза, Су увидел заснувшую в кресле девочку. — Это Линда, я её знаю, — пояснил парень. — Подожди, я отнесу её в спальню, а то завтра всё тело будет болеть от такого сна.       Плавно выбравшись из-за спины младшего, он встал на ноги и подошёл к креслу, осторожно поднимая девочку на руки.       — Она такая маленькая, — тихо сказал, перехватывая её поудобнее и прижимая к себе, чтобы согреть. Минхао не смог сдержать улыбки от такой трогательной картины. Джун всегда был очень нежен с детьми, за что те его и обожали.       Вернувшись, парень обратно занял своё место, обхватив Минхао руками и придвинув ближе к себе.       — Я тоже когда-нибудь хочу завести ребёнка. Они такие милые… — задумчиво выдал он, смотря куда-то в потолок. Минхао фыркнул.       — В мире много брошенных детей. Мы можем подарить кому-то семью, — поддержал он.       — Ты сам ещё ребёнок, какие дети? — рассмеялся Джун, легко раскачиваясь из стороны в сторону, утягивая с собой и Минхао, который уже распрощался с возможностью спокойно почитать.       — От ребёнка слышу, — прошипел он с шутливым раздражением.       — Маленький ХаоХао злится, — с умилением протянул Вэн, улыбаясь.       — Я тебя сейчас укушу, — пригрозил младший, и Джун поднял руки в знак поражения, но тут же вернул их на место, потому что пригрелся. Минхао развернулся и тоже обхватил его руками, прижимаясь щекой к груди. Джун выглядел бледным и сильно уставшим, но всё ещё был тёплым и нежным, искренне радуясь и улыбаясь всему, чему мог.       В последнее время Джун стал чаще говорить о будущем, словно боялся, что его могут отобрать. Он строил планы, делился мечтами. Пытался не отдаться липким сетям отчаянья, въевшегося в него вместе с проклятием. Минхао не мешал, поддерживая его мысли и давая советы, если те приходили в голову. И сам понемногу начал задумываться о том, как он сам хочет жить.       И часто его желания перекликались с мыслью о том, что рядом с ним в будущем всегда есть Джун.       Сова от директора прилетела днём, когда они сидели в пустой гостиной и играли в шахматы.       Открыв окно, Минхао забрал послание, впуская птицу погреться (весеннего потепления особо не наблюдалось, несмотря на конец апреля). На бумаге он увидел только короткое «есть разговор» и подпись Макгонагалл.       Переглянувшись с Джуном, они пошли за мантиями и поспешили к выходу из башни. До кабинета добрались в рекордные сроки, не произнеся ни слова.       — Проходите и садитесь, — спокойно сказала женщина из-за своего стола, проигнорировав приветствия. Парни подошли к дивану, опустившись на него и смотря на директора во все глаза.       — Я предоставила коллегам из Министерства результаты исследования, — осторожно начала она, подбирая верные слова. — Они потратили своё время на изучение и пришли к выводу, что проклятие на вас действительно с раннего детства. И его природа всё ещё остаётся загадкой. Вам что-то известно об этом?       — Я не помню своё детство, — ответил Джун, покачав головой, — всё, что я знаю о своей семье — её больше нет. А жил я всегда в доме у учителя. Вы его знаете.       — Да, знаю. И возможно, что это он помогал сдерживать проклятие, пока был с вами. И я боюсь, что из-за того, что он не смог избавить вас от этого, уже может быть слишком поздно. Проклятие слишком сильно слилось с вашим телом, став его частью. И остаётся только ждать неизбежного, — спокойно сказала она, наблюдая за реакцией. У Минхао зазвенело в ушах, и он совершенно потерял ощущение мира. А Джун снова был бледный и напуганный, как тот день, когда только узнал об этом. — Но. Есть вариант. И сможем ли мы им воспользоваться — решать вам. Чтобы мы смогли отделить проклятие от вашего тела и забрать его на изучение в Министерство, вам надо… умереть, — заявила она, цепко смотря на Джуна, который при последнем слове побледнел ещё больше, перестав даже дышать.       — Умереть?       — О, пусть вас не пугает так это слово. Я знаю мальчика, который умудрился один раз умереть, а потом своим воскрешением удивил всех, даже меня саму, — с улыбкой сказала женщина, и Минхао мог только поражаться её оптимизму. — Доктора умертвят ваше тело и извлекут потерявшее подпитку проклятие. А потом снова запустят ваше тело. Но, — снова сделала паузу она, — это не значит, что осложнения не возникнут. Вы знаете, что умерший мозг очень сложно привести в порядок. Может понадобиться время, много времени. И самое настоящее чудо. Я дам вам время на размышление о том, согласны ли вы на такой шаг. А потом вы подпишете несколько бумаг и как можно скорее отправитесь на лечение.       Минхао повернул в голову и столкнулся с ошарашенным и перепуганным взглядом Джуна. Это можно было понять — рискнуть и получить шанс выжить или просто ждать неизбежного, считая дни.       Слабо улыбнувшись, он мягко накрыл холодные пальцы старшего своими.       — Я приму любое твоё решение. И буду ждать столько, сколько потребуется, — с улыбкой сказал он на китайском. — Я люблю тебя.       Посмотрев ему в глаза ещё раз, Джунхуэй повернулся к директору.       — Я готов дать согласие уже сейчас. Скажите мне, что надо подписать и сделать, — уверенно ответил он, а Макгонагалл мягко улыбнулась в ответ.       — Я постараюсь позаботиться о том, чтобы всё прошло наилучшим образом, — сказала она. — Советую вам собрать вещи первой необходимости, так как несколько дней или недель вы проведёте вне Хогвартса и сможете вернуться сюда уже на реабилитацию.       Кивнув, Джун встал и подошёл к столу, взяв перо и принявшись читать лежащие там свитки. Дочитав, он расписался в каждом и вернул их обратно на стол.       — Не смею вас задерживать. Я пришлю сову, — сказал женщина, намекая на то, что они могут уходить.       Поклонившись, парни вышли из кабинета.       — Вот тебе и приключение каждый год. Лучше бы Джонхан что-то вычудил напоследок… — мрачно пробормотал Минхао.       — Не расстраивайся, Минхао, — положил руку на плечо младшего Джун. А в прошлый раз всё было наоборот. — Подумаешь, лягу на лечение ненадолго. Зато к началу лета уже буду на ногах и смогу слетать с тобой в Китай. Да и Сунён говорил, что его родители очень хотят познакомиться с его друзьями. Устроим летнее путешествие, — обнадёживающе мечтал он, успокаивая то ли Минхао, то ли себя самого.       — Хорошо. Я останусь в Хогвартсе, пока ты не поправишься. А потом полетим вместе.       — Как скажешь, — улыбнулся Джунхуэй, переплетая их пальцы.

***

      Ребятам они сказали, что Джун улетит на некоторое время на лечение какой-то сложноопределимой болезни, а экзамены сдаст экстерном. Сунён долго обнимался с парнем, отчитывая его за все грехи и отказываясь отпускать куда-либо. Потом к старшему прилип Мингю, от переизбытка чувств легко подняв его в воздух. Вону и Джихун просто спокойно пожелали удачи скорейшего выздоровления, но с тех пор кто-то из них постоянно был с Джуном, разговаривая о разном или просто составляя компанию в чтении, игре в шахматы. Эта часть далась относительно легко.       Сложнее далось прощание, с которым решили разобраться заранее. Минхао просто обнимал Джуна и прятал слёзы, уткнувшись носом в грудь и слушая чужое биение сердца, медленное и едва различимое. Джун просто перебирал его волосы, легко массажируя голову, как он всегда это делал.       Когда в окно постучала сова, они переглянулись в напряженном молчании. Джун вытащил из-под кровати сумку и направился к выходу.       — Увидимся летом, ХаоХао, — улыбнулся он, помахав рукой и закрывая за собой дверь.       «Назови меня ХаоХао ещё раз, пожалуйста», — подумал Минхао, всё ещё смотря на закрытую дверь.       И потянулись бесконечные дни. Их сложно назвать серыми, так как рядом с Минхао всегда были друзья, развлекавшие его всеми силами. И он всё ещё готовился к экзаменам, которые уже дышали в затылок. Скучать не доводилось, но ночью он всё равно долго не мог заснуть от непривычного чувства пустоты под боком.       Чангюн с волнением поинтересовался, куда пропал Джун, ибо ни на тренировках, ни в гостиной, ни в спальнях его не было видно. Объясняя, что Джун улетел на лечение и скоро вернётся, Минхао сам успокаивался и убеждался в том, что всё будет хорошо, и ему просто нужно ждать. Он смирился с мыслью о том, что ему просто нужно время.       Вскоре он возобновил занятия в Выручай-комнате, самостоятельно пробуя поднять книгу в воздух, но уже без палочки. Он пробовал наставлять на неё палец, концентрируя силу в нём. Получалось не сразу и не всегда, но уже через некоторое время он смог поднимать в воздух лёгкие предметы движением пальца. Разбавлял скуку и одиночество самыми разнообразными способами.       Когда в окне показалась знакомая сова, он чуть не расцеловал несчастную птицу, забрав у неё записку и прочитав «у вас пациент в медпункте». Не надевая мантию и не поправляя растрёпанные волосы, он сразу же рванул за дверь, игнорируя взгляды однокурсников. Сейчас не до них.       Мадам Помфри встретила его с понимающей улыбкой. Директор Макгонагалл стояла рядом.       — Какой энтузиазм. Не стоило так торопиться, он никуда не убежит, — с улыбкой сказала она, оценив потрёпанный вид студента. — У меня есть хорошие и плохие новости. Давайте по порядку. Хорошо то, что он жив, и нам удалось избавить его от проклятия без каких-либо следов его пребывания в организме. Плохо то, что мы не знаем, сколько времени ему понадобится на восстановление. И я советую вам уйти, если вы не готовы встретить лежащее на месте растение с внешностью вашего приятеля.       Осознание того, что Джун жив, заставило Минхао отбросить все остальные мысли.       — Я хочу увидеть его, — уверенно заявил он, смотря на директора со всей решимостью.       — Я ожидала этого, — по-доброму вздохнула она с улыбкой. — Следуйте за мной.       Су шёл чуть позади, с нетерпением выглядывая из-за спины. Она отвела его в отдельную палату, наличия которой он не помнил. Не важно.       Джунхуэй ровно лежал на кровати и спокойно дышал. Минхао почти с восторгом наблюдал за тем, как поднимается и опускается его грудь под белой рубахой. Он выглядел бледным и похудевшим, но всё равно живым.       На глаза навернулись слёзы.       — Сейчас он вообще ничего не воспринимает, когда просыпается, — послышался из-за плеча голос мадам Помфри. — Он только открывает глаза и иногда принимает сидячее положение. Не более.       Понимающе кивнув, парень продолжал рассматривать Джуна.       — А можно до него дотронуться? — неуверенно спросил он.       — Можно, раз сильно хочется, — со смешком сказала женщина. Подойдя ближе, Минхао неуверенно вытянул руку и осторожно коснулся впавшей щеки. Тёплая. Еле-еле, но тёплая.       «Живой…»       — Спасибо большое, — развернувшись, он поклонился директору, смахивая слёзы. — Спасибо за всё.       — Я всего лишь сделала то, что должна. Я не оставлю своих учеников в беде, — улыбнулась она. — Думаю, сейчас вам лучше отдохнуть. Вы можете навещать его хоть каждый день. И ваши друзья тоже, — они подмигнула парню и развернулась, уходя из медпункта.       И он действительно приходил каждый день, сидя у кровати Джуна. Иногда он просто сидел рядом и молча рассматривал лицо парня, заново запоминая знакомые черты. Бывало, он рассказывал о том, что делал, пока Джун отсутствовал. Или просто читал книгу.       Остальные ребята тоже периодически заходили в медпункт и тихо между собой желали скорейшего выздоровления друга.       Очень сложно было, когда Джун просто сидел и смотрел перед собой. Или поворачивал голову и смотрел сквозь Минхао, словно не видел его вообще. В такие моменты становилось страшно, что он навсегда останется таким. Но мадам Помфри продолжала утверждать, что он хорошо справляется и идёт поправку.       В таком темпе прошло несколько недель, все уже давно разлетелись по домам, а Минхао остался в Хогвартсе, исследуя огромный замок в одиночестве. Часто он общался с друзьями по каминной сети или смотрел оставшиеся фильмы на планшете Джуна, запас которых, кажется, был нескончаемым.       Недавно Джун начал ворочаться во сне, хотя до этого практически не шевелился. Посчитав это за добрый знак, Минхао брал его за руку и успокаивал, рассказывая какие-то истории в сотый, наверно, раз. Вскоре он снова начал бормотать во сне. Иногда среди потока несвязного мычания Су различал своё имя и чувствовал, как тепло разливается в груди.       «Он выберется, он сможет».       — Ты не представляешь, как я скучаю по твоим глупым шуткам, которые ценят только Сунён и Вону, — сказал он однажды, поймав на себе невидящий взгляд парня. На секунду в его взгляде промелькнуло осознание.       — Хао… — сипло выдавил он на китайском. Похоже, его связки значительно ослабели после недель молчания, прерываемого лишь тихим бормотанием. Минхао вздрогнул и придвинулся ближе.       — Я тут, — обеспокоенно сказал он. — Джун, я рядом.       — Хао, я… упал, — хрипло выговорил парень, всё ещё смотря в никуда.       — Упал… Конечно же ты упал, — со слезами сказал Минхао, пересев на кровать и обхватив худое тело старшего руками. — Ты упал в мои руки, помнишь?       — Упал… — повторил Вэн ещё раз, рассеянно схватившись за рубашку на спине младшего. — Голова болит… сильно…       Подскочив, Минхао побежал за медсестрой, которая дала Джуну какой-то отвар и отправила его в искусственный сон.       — Похоже, он перенапрягся, — сказала она, успокаивающе похлопав Минхао по спине. — Ты бы взял себе отдых на пару дней. Я могу уследить за всем сама. А тебе надо бы отдохнуть.       Последовав её совету, парень вернулся в пустую гостиную и лёг на диван, глядя на письма от Джихуна и Вону на столе и прикрывая глаза. Он даже не заметил, как заснул.       Проснулся он от того, что кто-то трогал его сбоку, легко вжимая в спинку дивана. Приподнявшись на локте, он проморгался и осмотрелся, осознавая, что всё ещё в гостиной. Опустив взгляд на нарушителя покоя, он чуть не закричал.       Под его боком свернулся Джун.       — Джун?! — таки выкрикнул он почти в панике. Тело рядом с ним было вполне материальным.       Что-то невнятно промычав, Джун приоткрыл один глаз, как обычно делал спросонья.       — Хао, ты чего кричишь? — недовольно спросил он.       — Ты, ты, ты… Ты тут! Не в медпункте! — переволновавшись, Су забыл, как говорить.       — Да. Когда я проснулся, медсестра хлопотала неподалёку. Она осмотрела меня и сказала, что мне лучше оставаться в постели, раз я наконец пришёл в себя. Но я решил найти тебя. И нашёл, — почти шёпотом объяснил парень, прикрыв глаза и легко улыбаясь, словно гордился собой.       — Джун… ты проснулся, — не сдержавшись, Минхао почувствовал, как слёзы катятся по щекам. Навалившись на Джуна, он практически накрыл его своим телом, сжимая так крепко, словно парень мог исчезнуть в любой момент.       — Больно, Минхао. Я ещё готов к такому, — мягко отстранил его от себя старший, продолжая улыбаться и вытирая слёзы с глаз, по привычке играясь в серёжками в ушах. Каштановые волосы рассыпались по дивану, когда он удобнее устроился на спине.       — Извини, я просто так долго ждал. И ты тут, — всхлипнул Минхао, накрыв чужие руки своими.       — Да, Хао, я тут. И в этот раз ты от меня не отделаешься, — пошутил Джун. — Твоя очередь падать.       Подняв глаза и смотря на идеальное лицо Джуна с блестящими тёмными глазами, Минхао тихо пробормотал «уже упал» и начал покрывать его лицо мелкими поцелуями, слушая тихий смех.       — Какой сегодня день? Я забыл спросить.       — Двенадцатое июня, — рассеянно ответил Су, отстранившись.       — Воу, — вытянул губы парень. — Мне уже два дня как восемнадцать. Надо же, проспал День Рождения, — пробормотал он, — и подарки проспал.       — У меня всё ещё остался один, — сказал младший.       — Правда? Какой? — спросил Джун и широко раскрыл глаза, когда его губы накрыли чужие.       «Вообще-то, это не так работает. Он должен был дорасти, а не я», — растерянно подумал он, опуская ресницы и чуть прогибаясь под чужими руками.

Эпилог

      —Мистер Вэн! — услышав оклик профессора, он обернулся.       — Добрый день, — поздоровался с широкой улыбкой и сверкающими глазами.       — Как вам начало учебного года? Не разочарованы? — мужчина улыбнулся мягкой и нежной улыбкой, за которую его и обожала половина Хогвартса.       — Это интересно! Правда, заклинания оказались легче, чем я думал. Наверно, это из-за тренировок в детстве, — задумчиво протянул Вэн, чуть нахмурив брови, слегка подражая отцу.       Мужчина хохотнул.       — Ты же знаешь, что у тебя были хорошие учителя, — ласково сказал он. — Иди сюда, — присев на корточки, раскрыл руки для объятий и чуть не свалился на пол, когда на него навалились всем весом. — Как ты вырос-то…       — Стареете, профессор? — раздался звонкий голос сзади, и мужчина оглянулся, уже растягивая губы в приветливой улыбке.       — Я всего лишь на год старше тебя, Минхао, — сказал он, вставая и поднимая мальчика на руки. — О-ой, смотри, кто пришёл к нам с папой, — умилительно протянул он, двинувшись навстречу.       — Джун, я не думаю, что он не заметил, — улыбнулся Минхао, поудобнее перехватив девочку на руках.       — Мелисса! — радостно воскликнул мальчик, спрыгивая с рук Джуна и подбегая к Минхао. Девочка начала радостно улыбаться, потянув руки к нему. — Она больше не кашляет?       — Как видишь, нет, — улыбнулся Минхао, опуская девочку на пол, чтобы мальчик взял её за ручки, помогая стоять. — Температуры тоже нет, — сказал он, смотря уже на Джуна.       — Прекрасно, — улыбнулся тот, подходя ближе и приобнимая мужчину за плечи. — Они так выросли. Самуэль уже на первом курсе, — тихо сказал он, наблюдая, как брат играет с сестрой и что-то ей рассказывает.       — Только не плачь, пожалуйста. Дети сразу начинают рыдать вместе с тобой, — насмешливо попросил младший, устраивая голову на чужом плече и привычно обнимая за талию.       — Пап, а можно мне поднять её на руки? — спросил мальчик.       — Ну если ты не надорвёшься, — со смешком ответил Джун, прижимаясь к Минхао ближе и легко целуя в висок.       — Только будь осторожен, — добавил тот.       — Хорошо, Минхао-па, — улыбнулся Самуэль, подхватывая засмеявшуюся Мелиссу и кружась с ней вокруг оси.       — Ты зайдёшь в гости или пойдёшь к своим на факультет? — поинтересовался Джун.       — А можно к вам? — со сверкающими глазами спросил мальчик.       — Конечно, малыш. Будто мы тебя с родного дома выгнали, — хмыкнул Минхао, подходя к нему и забирая девочку к себе на руки.       — А мы на зимних каникулах полетим в Китай? — спросил мальчик на китайском, поравнявшись с Джуном и шагая чуть впереди, чтобы заглядывать родителям в глаза.       — Посмотрим на твои отметки, мистер Вэн, — подмигнул Джун.       — Но профессора меня хвалят! — воскликнул Самуэль, всплеснув руками.       — Да это ты просто до моих уроков не дошёл. Вот тогда посмотрим, как сильно будут тебя хвалить.       — Джун, — ткнул его локтем Минхао, — не запугивай ребёнка.       — Сдаюсь! — поднял руки тот. — Ладно, я подумаю над Китаем.       С радостным криком мальчик рванул дальше по коридору, оставляя смеющихся родителей позади.       — Он всё равно знает открывающее заклинание, — спокойно сказал Джун, забирая Мелиссу к себе на руки и тыкая её свободной рукой в маленький носик, который тут же нахмурился, а девочка спустя секунду начинала улыбаться.       — Люблю папу, — пролепетала она, махая ручками.       — Какого? Меня? — спросил Джун, хитро улыбаясь.       — Всех! — радостно крикнула она, из-за чего эхо пошло по коридору. Мужчины рассмеялись, продолжив идти по коридору.       — Что тогда будем делать с предложением Сунёна? — спросил Минхао.       — То же, что и всегда. Завалимся на недельку по пути.       — А остальные?       — Ты серьёзно? — закатил глаза Джун. — Пора бы уже привыкнуть, что если Мингю, Вону и Джихун резко начинают спрашивать, заняты ли мы чем-то, то это значит, что Сунён опять решил затащить всех к себе домой. Мелисса, ты соскучилась по Вону? — спросил он у девочки.       — Да! И дядя Джихун! — громко ответила она, хлопая в ладоши и доставляя проблем отцу с тем, чтобы нормально держать её.       — Кажется, я слышу треск сердец Сунёна и Мингю, — иронично усмехнулся Минхао.       — Переживут. Как насчёт на выходных сходить на озеро?       — Только если ты опять не начнёшь болтать с русалками и пугать детей. Или я тебя в том же озере и оставлю.       — Мелисса, папа меня не любит, — проныл Джун, притягивая девочку к себе. Увидев его «слёзы», она тут же принялась гладить его по голове и приговаривать «не плачь, всё хорошо, папа и Самуэль тебя любят».       — И всё-таки королева драмы, — вздохнул Минхао, обнимая Джуна за талию и махая рукой ждущему их у двери Самуэлю. Прошло много лет, а он всё ещё чувствует себя тем застенчивым шестнадцатилетним мальчишкой, мир которого перевернул странноватый длинноволосый парень.       — Знаешь, — тихо сказал он, — я всё ещё падаю.       — А я всегда буду ловить тебя своими руками, — привычно отозвался Джун.