Дурман в голове

***

Центр Сеула. 22 час. Караоке-бар "Blue Rose". Пятерых парней, мемберов одной группы, разделяет всего пару метров и около восьми человек. Все они сидят за одной длинной барной стойкой, где двое барменов шустро разливают алкоголь, и, до сих пор не заметив друг друга, обсуждают свое и пьют. По залу разносятся звуки, исходящие из шумных компаний за столиками, и песни, которые зачастую поют неопытные в пении люди. — Ещё пару таких недо-певцов и я пойду на сцену: спою и выскажу им все, что о них думаю, — сказал Чонгук, выпивая залпом оставшийся в стакане виски. Чимин начал смеяться с таких слов парня. — Успокойся, — говорил Пак. — Они сюда пришли расслабиться.... — Что у них, между прочим, хорошо выходит, — подметил Тэхён. И Чон лишь хмыкнул. — Что ты видел? — посмотрев огромными глазами на младшего, непозволительно высоко для себя, спросил Юнги. — Я не уверен в этом, ведь мало ли почему они могли быть вместе голыми на кровати и мало ли, что белое и густое могло быть у хёна во рту... — Хоби говорил немного нервно и пытался убедить себя в своих словах, но как-то не особо получалось. Он облокотился о стойку и спрятал в ладонях своё лицо. — А~а, да кого я обманываю. Джин-хён сто процентов отсасывал Намджуну. Какое ещё может быть объяснение? — Хосок развернулся к старшему и надеялся, что тот прояснит немного ситуацию, но Мин на деле лишь всматривался в барную стойку и не издавал ни звука. — А может они и вовсе трахаются, ведь, всего на долю секунды, прежде, чем хён повернулся ко мне, я заметил его... Растянутый? Не знаю, как сказать по-другому, — Чон размахивал руками, пытаясь передать все свои чувства. — Растянутый анус, типа там прям дырка была. И ещё у него жопа прям красная была, как будто его по ней били. Короче вообще пиздец. — Думаю, они встречаются или типа того, ибо я тоже видел их сегодня, — наконец подал голос Юн. — Они в коридоре о чем-то говорили, потом Намджун грозился, что выебёт хёна, который позже его типа соблазнял. Кончилось же все тем, что Джун закинул Джин-хёна на плечо и унес, — закончил старший и помахал бармену, чтобы тот принес ещё выпивки. — Так, мы будем сегодня что-то обсуждать или тупо нажремся в хламину? — спросил Ким и поставил еще одну пустую стопку на стойку. Тэхён довольно быстро, по сравнению с остальными, пьянел, но прекрасно умел это скрывать, чего нельзя было сказать о Чимине, который пьянел так же быстро. — Ну, предлагай. О чем говорить будем? — задал ответный вопрос Пак и все так же медленно потягивал вино из бокала, чтобы не опьянеть сразу. Самым же стойким в их компании был Чонгук. Сколько бы парень не выпил, мысли всегда оставались ясными, а действия более менее обдуманными, хотя его организм и мог давать слабину в виде небольшой дрожи в руках и заплетающихся ног. — Может поговорим о Намджинах? — спросил Чон и выпил залпом ещё один стакан виски. — Допустим, они пара, я не возражаю. Они типа взрослые люди и имеют полное право быть вместе, — сказал Хоби и перевел взгляд на друга. — Но что насчет вас с Чонгуком? Вы теперь пара и тоже будете заниматься таким всяким? — А давайте лучше поговорим о другой гей-парочке? — перевел тему Ким и сделал хитрое выражение лица, прямо как он умеет. — Мы не пара... — сказали Юнги и Чонгук и в обоих компаниях повисла секундная пауза. — Ну, тоесть, мы пока не пара... Блин, я не это имел... А~а... — Мин положил голову на стойку и накрыл её руками, будто показывая, что он в домике. — Что со мной творится, Хоби? Я теперь пидр и буду сосать чужие члены? — ныл он, потому что не хотел верить в предложенную реальность. — И вообще, я же не гей. Мне девушки нравятся. Ну... и хён, — после этих слов, Чонгук немного покраснел. — Ой ли? — ставя слова Гука под сомнение, сказал Тэ. И младший посмотрел на него каким-то напуганным взглядом. — У тебя же девушки ещё не было. — Ну, как и парня в принципе, — хихикнул Чимин. — Я вот считаю, что нельзя утверждать, что ты натурал, пока не попробывал и с девушкой и с парнем, — пожал плечами. — Почему сразу чужие члены? У тебя вон Чонгук будет, — Хоби пустил еле слышный смешок, но Юнги все прекрасно услышал и зло посмотрел на друга. — Да ладно тебе, — смеялся младший. — Вот в смысле "будет"? С чего ты так решил? А вдруг нет... — А вдруг да, — добавил Хосок. — Как же задрала эта неопределенность, — чуть ли не выл Мин. Чонгук сидел и наблюдал за спором друзей о натуральности. Пак говорил, что нельзя быть уверенным, не попробовав все варианты. Тэ же говорил, что "пробуя" только девушек, он был уверен в своей ориентации и в том, что парни его не привлекают. Чим, возможно в шутку, а может и нет, предложил ему свою кандидатуру, чтобы подтвердить его убеждения. Ким лишь отмахнулся и назвал парня дураком, после чего получил дозу заигрываний. Гук смотрел на дурачащихся парней и улыбался. Немного позже он перевел взгляд и начал наблюдать за поющей девушкой. Она была симпатичной, с длинными волосами, стройной фигурой и бархатным голосом. Парень про себя отметил, что девушка довольно красива и мила на вид, и задумался. — Я пойду спою что-нибудь, — сказал Чонгук и, получив одобрительный кивок со стороны старших, встал со стула и пошел в сторону сцены. Гук шел и думал о себе, своей ориентации, любви к девушкам и о хёне. Голова неожиданно стала тяжёлой от всех этих мыслей. Он вышел на сцену и, подойдя к стойке с песнями, выбрал первую попавшуюся песню, которую возможно видел у себя в плейлисте. Парень взял микрофон и, оглядев зал, замер. Чон, проходя взглядом по бару, заметил Юнги. Хён сидел за барной стойкой, рукой опирался о неё и, положив на руку голову, смотрел на своего друга, говорил с ним о чем-то. Затем он, казалось, тяжело вздохнул и залпом выпил жидкость из стакана. Чонгук загляделся и сердце пропустило на пару ударов больше, по груди растеклось тепло, а в голове прояснилось. Мысль, которая пронеслась неожиданным осознанием, расставила все точки над "ё": "пусть натурал, пусть гей, но я хочу быть с ним". После, парень облегчённо выдохнул и, поднеся микрофон ближе к губам, начал петь. — Но ты ведь хочешь, чтобы с Кукки что-то получилось? — уже серьёзно спросил Хоби. — Не знаю... Я видел его совсем мелким. Он же ещё ребёнок. Да, бля, он парень в конце концов, — сказал Мин и, взяв стакан с алкоголем, выпил его залпом. — Ему 22. Он уже не ребёнок, — сказал Хосок и парень лишь хмыкнул. — И что с того, что он парень? Если к человеку тянет, то разве есть разница какого он пола? — Ты такой философ, когда выпьешь... — Юнги, я серьёзно. Подумай об этом и о том, хочешь ли ты развития всего этого. А завтра поговори с ним. Обязательно. — Да знаю я... — Юн отмахнулся от парня и, сложив руку на руку, положил на них голову. Мин не хотел сейчас о всём этом думать, ведь хотелось, наконец, отдохнуть, но, внезапно раздавшееся пение, перечеркнуло всё. Старший сразу же узнал голос Чонгука и по спине прошлись мурашки, тело замерло, он будто боялся пошевелиться. Казалось, стоит увидеть младшего и все рухнет, но этот голос был таким родным, а песня такой успокаювающей, что Юнги медленно развернулся и, увидев на себе взгляд черных глаз, будто попал в их плен. Сердце начало биться быстрее, дыхание стало тяжелее, а в голове помутнело. Гук будто причаровал его своим взглядом и голосом. Он сидел на стуле и смотрел прямо в глаза поющему парню, который смотрел в ответ. Казалось, между ними летали искры, которые были видны лишь им. От такого "контакта" на душе Мина становилось легче, будто то, от чего он бегал - не погибель вовсе, а спасение. Хоби хотел было обратиться к другу, но, проследив за взглядом старшего, передумал. Стоило увидеть на кого такими искрящимися глазами смотрел Юнги и на лице Хосока появилась легкая улыбка. — Эй, — отвлёкшись от щекотания друга, сказал Чимин и указал тому на сцену. Парни начали искать на кого же устремил свой взгляд младший и, увидев хёнов, перегляделись. — Блин, чего делать? — спросил Тэ и Пак пожал плечами. — Там есть Хоби-хён. Думаю мы сможем ему объяснить, что не при делах. — Угу, — кивнул парень и, продолжая смотреть на младшего, наслаждался его пением. Чонгук закончил и в зале поднялись громкие аплодисменты, но он их как будто не слышал. Сейчас для него существовали лишь глаза старшего, к которым Гук начал быстро приближаться. Юнги же до сих пор был в трансе и, увидев наближающегося Чона, сердце начало биться ещё быстрее. Он хотел, чтобы младший подошёл ближе, но внезапно в голову ударил звук внутреннего голоса: "Это же Чонгук. Парень, алё.", и подступила неожиданная паника. "Ты дашь подойти ему ближе? Он же тебя сразу прижмёт вот к этой самой барной стойке, — Мин развернулся немного и посмотрел на стойку, — и будет вытворять всё, что только захочется, у всех на виду. Так что, лучше беги, парень." Последние слова эхом прозвучали в голове. "Беги, беги, беги". Юн сорвался и быстрым шагом направился в сторону туалета. Чон, увидев эту картину, нахмурил брови и подошёл к Хоби, который лишь помахал головой к знак того, что, якобы, ничего не знает, и помолился за друга. В следующую же секунду Гук побежал в сторону туалета за старшим. Нагнав парня и схватив за руку, он развернул того к себе. Мин быстро дышал и пытался спрятать взгляд. — Юнги, почему ты от меня бегаешь? — спросил Чонгук и, опустив голову, хотел заглянуть в глаза парня напротив, но тот начал мотать головой и снова опустил взгляд. Младший все также держал Юна за руку и немного погодя, взял его ещё и за другую, просто ожидая когда старший немного успокоится. — Какого хера? — тихо, еле слышно, сказал себе под нос Мин и поднял глаза на парня, который сразу отшатнулся от пронизывающего взгляда. Казалось, Юнги был зол, в бешенстве. — Какого хера ты творишь? — каждое слово давалось с трудом и, частично, он даже не понимал, что говорит, будто его язык начал жить своей жизнью. Чонгук смутился, ведь сам не знал, что он творит, и, опустив голову, почесал затылок. — Если ты о поцелуе и остальном... — Чон затих, ибо не знал, что говорить. — Именно об этом. Почему ты вдруг поцеловал меня? Ты обо мне подумал? — старший говорил каким-то обиженным тоном, будто ему это все не понравилось вовсе. — Я... Ну... — Думал: хочу ли этого я? — такие слова прошлись холодом по спине младшего. — О чем ты? Ты же сам отвечал мне и даже не пытался оттолкнуть, — не понимая, говорил Гук. Мин отошёл назад и отвёл взгляд. — У меня давно никого не было... — Юнги сглотнул, он не понимал почему это говорит. Не понимал перед кем оправдывается. Перед Чоном или собой. — Тело скучает по ласке... — Что ты сейчас хочешь этим сказать? — А ты просто пацан ещё и тебе спермотоксикоз в голову бьет... — Нет же! Ты мне нравишься, Юнги, — несмотря на страх, в который приводят слова Мина, голос не дрожал. — В тебе говорит желание, — Юн говорил, как резал, но от своих же слов было больно. Он ещё раз посмотрел на Чонгука, который просто немного выпал, и пошёл на выход из туалета.