Это судьба, котенок

      Зима незаметно опустилась на город, принеся с собой порядком растаявший снег и новогодние праздники. Я никогда не любила праздновать Новый год с семьей и в этот раз не собиралась, но Миронова, после тщательного выноса мозга, насильно заставила меня прийти, а заодно позвала Прохорова и Стрельцова.       Заранее обговорив с парнями место и разрулив организационные вопросы, блондинка сообщила обо всем мне, пообещав, что 31-ого заедет и заберет меня.       За час до выхода я стояла перед шкафом и выбирала одежду. Взгляд падал на излюбленные джинсы, но Миронова пообещала меня на куски порвать, если я в них заявлюсь. Откопав в недрах своего шмотья что-то нормальное, я занялась волосами и лицом. Выпрямив волосы и накрасившись, надела спортивное черное платье, длиной до середины бедра и с рукавом ¾, и обычные черные ботинки.       Когда пришло сообщение от Мироновой, я накинула куртку, закинула на плечо рюкзак и спустилась на улицу. К моему огромному разочарованию, рядом с моим домом стояла не Диана, а черная иномарка Прохорова, хозяин которой опирался на машину и спокойно курил, будто не замечая ничего вокруг. — Какого хера ты здесь? И где Миронова? — не церемонясь, я подлетела к брюнету и стала пилить его недовольным взглядом. Марк не спешил отвечать мне, а продолжал курить и рассматривать мою персону. — Садись в машину: нас уже ждут, — грубый ответ, полный холода и злости, неприятно резанул слух и заставил меня удивленно вскинуть брови. Пристально посмотрев на парня, негромко поинтересовалась: — С тобой все в порядке? — брюнет на мгновение замер, после чего едко усмехнулся и слишком грубо ответил: — Тебя это ебет? — опешив от подобного ответа, я уставилась на парня во все глаза.       Его взгляд был наполнен холодом, что невольно отталкивало меня, но я и не думала отставать от брюнета, отчего только сильнее начинала злиться. Марк выкинул тлеющий окурок, отвернулся, собираясь сесть в машину, но я не выдержала и, схватив его за рукав куртки, заставила посмотреть на меня. — Да что с тобой такое?! — не отпуская рукав его куртки, приблизилась к нему, почти касаясь носом теплой шеи.       Моментально среагировав, брюнет резко схватил меня за плечи и оттолкнул от себя. Замерев на месте, я широко распахнутыми глазами смотрела на конкретно злого Марка, и в данный момент он меня пугал. — Блять, Майер, ты можешь закрыть рот и сесть в машину так, чтобы не ебать мне мозг своими вопросами? — А ты можешь ответить так, чтобы я не волновалась? — удивленно вскинув бровь, брюнет рассмеялся мне в лицо. Поджав губы, я сжала подол платья. — Ты сейчас серьезно? — Да пошел ты, — жестокая улыбка показалась на лице парня, а меня будто ударили. — Майер, только ты рот открываешь, как хочется тебе вмазать, — резко подняв голову, мне показалось, будто между нами встала невидимая стена, которая не просто закрыла Марка от меня, а совсем отдалила. — Так вмажь, что тебе мешает? — я не кричала, не истерила, я просто до безумия хотела понять, что с этим несносным парнем. Брюнет устало посмотрел на меня, после чего совсем безразлично кинул: — Я не бью девушек, даже если они самые настоящие суки, вроде тебя, — обогнув машину, брюнет открыл дверцу и спокойно добавил: — Садись в машину.       Я до последнего не верила в происходящее. Мой мир медленно распадался на тысячи кусочков, причиняя невыносимую боль. Сглотнув, я все же села в машину. Всю дорогу никто из нас не сказал ни слова, что радовало и угнетало одновременно.       Когда я очутилась в доме Стрельцова, Миронова встретила меня теплыми и крепкими объятиями, и я просто растворилась в царившей здесь атмосфере. Совершенно не помню, что и сколько я выпила, но я смогла ненадолго заглушить в себе чувства, что так некстати проявляли себя рядом с Прохоровым. Кажется, я вновь совершила самую глупую ошибку в своей жизни.

***

— Зайка, ты любишь меня? — его голубые глаза искрились неподдельной радостью, а в пшеничных волосах путались солнечные зайчики, делая его образ более неземным. — Люблю, — мягко коснулась его волос, зарываясь в них пальцами. Он улыбнулся, вызывая ответную улыбку на моем лице. — А ты? — Конечно, — он мягко провел пальцами по щеке, скользя по лицу теплым взглядом. На пару минут повисло уютное молчание, а затем он спросил: — Ты доверяешь мне? — Да, — его рука медленно скользнула со щеки вниз по шее, заставляя меня откинуть голову и наслаждаться его теплом. — Всю себя? — он медленно наклоняется, желая поцеловать. Прильнув к нему всем телом, жарко отвечаю: — Всю себя…       Резко сев в кровати, я начала жадно хватать ртом воздух. На коже выступил холодный пот, руки дрожали, а перед глазами стояло лицо блондина с теплой улыбкой на губах.       Чуть совладав со своим телом, спустила ноги на холодный пол и медленно, держась за стену рукой, поплелась на кухню. Очутившись в помещении, налила стакан ледяной воды. Ноги подкашивались, и я быстро осела на пол, зарылась трясущимися пальцами в волосы. Лицо блондина продолжало мелькать в голове, и я не заметила, как по щекам побежали слезы не то боли, не то злости, а сама я начала раскачиваться из стороны в сторону.       Я настолько сильно ушла в себя, что не увидела Прохорова, пытавшегося достучаться до меня. Стерев тыльной стороной ладони мокрые дорожки, я рассеянно посмотрела на парня. — Все нормально? — я молчала и смотрела на парня пустыми глазами. Сейчас я больше всего хотела остаться одна, но Марк не разделял это желание. Грубо схватив за локти, брюнет встряхнул меня и прошипел: — Если продолжишь молчать, я… — не дав парню договорить и не отдавая себе отчета, я слишком резко обняла его за шею, случайно повалив на пол.       Марк замер, а я, уткнувшись холодным носом в теплую шею, крепко обняла его. Он ничего не сказал и не стал отстранять меня, что несказанно радовало: близость его тела успокаивала. Какое-то время спустя я отпустила Марка и вернулась в прежнее сидячее положение. Сев, брюнет пристально посмотрел на меня и совсем тихо спросил: — Что случилось? — промолчав, обняла себя за колени. Я ощущала пронизывающий взгляд парня, но упорно продолжала молчать. Тяжело вздохнув, Марк поднялся с пола, подошел ко мне и, схватив за руку, потянул вслед за собой. — Пошли.       Марк необычайно бережно взял мое запястье, выключил на кухне свет и отвел меня в свою комнату. Сказав мне забираться под одеяло, сам парень пошел курить. Вернулся он быстро, плотно закрыл дверь и прошел к окну.       Марк стоял ко мне вполоборота, и мне открывался прекрасный вид на его шикарное тело, не скрытое футболкой. В полумраке он казался еще опаснее и сексуальнее, что, бесспорно, шло ему. Рельефное тело, шея и крепкие руки, украшенные разнообразными татуировками, призывали меня подойти к парню, коснуться его, но я не осмелилась и предпочла наблюдать издалека и незаметно. — Нравится? — от его хриплого, но спокойного голоса по телу прошла волна приятных мурашек. Подняв глаза, я встретилась с глазами парня, в которых горело пламя. — Думала, не замечу? — я промолчала, но не смогла сдержать смешок.       Поднявшись с кровати, неслышно подошла к парню, что пристально и с интересом рассматривал меня. Осторожно коснувшись его руки кончиками холодных пальцев, очертила контур татуировки. Брюнет напрягся. Не заметив никакого сопротивления, совсем невесомо, почти не касаясь, не спеша провела от руки вверх, прямо к шее. Став к парню совсем вплотную, медленно невесомо поцеловала его в шею. Марк вздрогнул, а я продолжала ласкать его шею, спускаясь к ключицам. — Майер, что ты творишь? — хриплый голос парня будто отрезвил меня. Резко отскочив от Марка, я шокировано уставилась на него. Видимо, он и сам не ждал от меня подобного. — Извини. Не понимаю, что на меня нашло, — зарывшись пальцами одной руки в волосы, прикусила губу и чуть тише добавила: — Лучше я к себе пойду.       Сорвавшись с места, желая быстрее покинуть эту комнату, я уже очутилась перед дверью, как брюнет грубо схватил меня за локоть и развернул к себе лицом, спиной впечатав меня в дверь. Его тяжелый горячий взгляд блуждал по лицу, чаще всего задерживаясь на моих чуть приоткрытых губах. — Это невыносимо, — опустив голову мне на плечо, брюнет обнял меня за талию, крепко прижимая к себе. — Я ни черта не понимаю, — меня не устраивало такое положение вещей. В данный момент я хотела закрыться в своей комнате и, свернувшись калачиком, тихо корить себя за случившиеся. — Я пытался отстраниться и не лезть к тебе, но ты будто чувствуешь и вынуждаешь быть рядом с тобой, от чего можешь пострадать, как в прошлый раз. Это угнетает и раздражает, — приподняв голову, Марк пристально посмотрел мне в глаза. — Тогда зачем останавливаешь, если так сильно ненавидишь? — Глупая, я не ненавижу тебя, — распахнув глаза, я отвела взгляд и, заламывая пальцы рук, нервно спросила: — Тогда зачем? Зачем просишь поцеловать, а после игнорируешь и оскорбляешь? — Прости, — мягко коснувшись щеки, Марк погладил ее большим пальцем. — Прости, котенок, — нервы сдали окончательно и, не выдержав, я притянула парня к себе за шею как можно ближе и поцеловала. Брюнет ответил моментально, обнимая крепче, позволяя раствориться в нем.       Подхватив под бедра и не разрывая поцелуй, он перенес меня на кровать и, мягко уложив на спину, продолжил сладостную пытку. Руки блуждали по телу, принося невыносимое удовольствие, задевая каждую струну души, разжигая взаимное желание, пробуждая таившиеся в глубине похоть и страсть.       Хотелось большего, безумно хотелось, но ни он, ни я не хотели признаваться себе в чем-то большем, чем просто спонтанное желание. Завтра все вернется на круги своя: сегодняшняя ночь всего лишь исключение.       Не разрывая такие теплые и крепкие объятия, я уснула, наслаждаясь близостью брюнета, мягко перебирающего мои волосы.