Это судьба, котенок

      Очередная вечеринка с морем алкоголя, пьяными в хлам девицами, что так и липли ко мне, даже не замечая мою девушку, что нахально повисла у меня на шее и шипела на каждую мимо проходящую идиотку. Стрельцов флиртовал с очередной дурочкой, что таяла и глупо улыбалась от его слов. Миронова танцевала стриптиз на столе. Ярмончук с Заславским сидели и миловались на диване. Остальные разбрелись по дому. — Ну, Марк, поцелуй меня, чтобы эти девки поняли, что ты занят, и так на тебя не пялились! — девушка продолжала висеть у меня на шее и ныть.       Саша, моя девушка, высокая стройная длинноволосая блондинка с большими светло-карими глазами, маленьким носом и тонкими губами. Все бы с ней хорошо, да пить не умеет, много болтает и часто достает. — Нет, — губы растянулись в едкой усмешке. Девушка обиделась и улыбнулась, но заметив, что какая-то девка с хищной физиономией смотрит на меня, повернулась. — Тогда принеси мне выпить. Хочу коньяка и побольше! — удивленно приподняв бровь, хотел сказать, чтобы сама шла, но, с другой стороны, это был лучший момент смыться от нее.       Кивнув, от чего девушка расцвела и заулыбалась, пошел за коньяком, но не ей, а себе. Захватив с собой бутылку, пошел на задний двор, где обычно никого не было. Место, где мы обычно костер жгли, сейчас пустовало, потому я с чистой душой сел на бревно, налил коньяка и посмотрел на звездное небо. — Таким же звездным оно было, когда ты улетала…       Прошло уже полгода, как ты улетела в штаты. Многое изменилось в твое отсутствие. Слишком многое.       Помню, как рассказал о твоем отлете блондинке и Стрельцову. Твоя подружка впала в истерику. Из рассказов Кира я понял, что она долгое время пыталась связаться с тобой, но безрезультатно. Тебе удалось исчезнуть из наших жизней, и если сначала всем было хреново, то со временем о тебе перестали вспоминать. Забыли, как ты и говорила.       До сих пор помню, будто это случилось только вчера, как мы столкнулись перед университетом. Ты была первокурсницей, на вид милой, но колючей и агрессивной. Тогда ты не произвела на меня никакого впечатления. Да, я замечал тебя в университете, порой издевательски улыбался, но не считал тебя кем-то значимым.       Чуть позже по универу поползли слухи, что какая-то дикая и странная девчонка ни с того ни с сего начала крутиться возле Мироновой, популярной красавицы своего курса. Я и подумать не мог, что это ты, но, когда Стрельцов стал звать всех на вечеринку, я узнал, что именно ты та дикая и странная девчонка.       Стрельцов пошел к Мироновой, чтобы позвать ее и в благодарность затащить в постель, и взял меня с собой. Мне было плевать, я согласился.       Еще издалека я увидел тебя, маленькую задумчивую и безумно красивую. Ты даже не заметила, как мы подошли. Я помню, как ты смотрела на русого, будто он твой злейший враг, и как потом с ним разговаривала. В тот момент я посмотрел на тебя не как на идиотку со сдвигом, а как на интересную игрушку, имеющую характер и нрав. Ты заинтересовала меня, я тебя позвал. Стрельцов еще очень долго припоминал мне это и злился, а мне было все равно.       С тобой было слишком интересно играть. Ты ярко реагировала: смешно морщила нос, когда злилась, и была слишком сексуальной, когда дерзила. Ты очень редко искренне улыбалась или смеялась, будто воздвигла вокруг себя стену. Я хотел узнать тебя, но ты упорно сопротивлялась и отталкивала меня.       Опустив голову, зарылся пальцами в волосы. Коньяк не помогал забыться. Схватив бутылку, стал пить с горла, а над головой продолжало висеть звездное небо, которое ты так сильно любила рассматривать.       Первый раз ты искренне улыбнулась в моем присутствии и чуть открылась после той вечеринки. Ты улыбнулась — и весь мир для меня замер. — Слишком красивый, — поверь, котенок, я думал также, но сумел сдержаться и не ляпнул лишнего.       Я тебе абсолютно не нравился и знал об этом, но все равно поцеловал тебя в щеку, нарочно задевая уголок губ. Ты удивилась, замерла, в твоих глазах отразилось так много эмоций, что мне снесло крышу. Карие, почти черные, словно черный кофе.       Я до сих пор не знаю, желание или глупость руководили мной, когда я звал тебя гулять. Помню, что хотел развеяться, но почему именно с тобой? В городе достаточно девушек, но они слишком простые, а я искал приключений на свою задницу.       Ты сопротивлялась, упорно настаивала, чтобы я ушел, в конец вывела меня из себя, но я все равно хотел провести время с тобой. Меня тянуло к тебе, как магнитом, а когда ты согласилась, я не мог найти себе места.       Интересно, ты помнишь наш первый поцелуй, котенок? Ты тогда так улыбалась, что я не выдержал. Твои губы были такими мягкими и податливыми, сладкими и теплыми. Мне снесло крышу. Я хотел большего, но ты отдельный случай, с тобой все по-другому. Девушка, с которой я тогда встречался, была рада моему ночному приходу. Пока трахал ее, видел твое лицо, котенок, и это сводило с ума.       Ты все же пошла на День рождения своей блондинки. Появилась там, обняла подругу и впервые я видел у тебя такую улыбку, широкую добрую и безумно счастливую. Но какой же тихой и грустной ты была, когда покидала салон моей машины. Мгновенно проснулось желание схватить тебя за руку и крепко обнять, но я так этого и не сделал.       Ты была неприрученной дикой кошкой, видящей в каждом угрозу, даже в подруге. Порой я отталкивал тебя, грубил, причинял боль. Ты нуждалась во мне, а я только усугублял ситуацию своим равнодушием. Я был таким безмозглым ублюдком, что и не заметил, как влюбился в тебя.       Никогда я так не убивался по девушке, пока не потерял тебя по своей же глупости. Когда узнал, что ты улетишь в штаты, подумал, что легко найду тебе замену. Увлекся какой-то дурочкой и совсем не замечал, как ты страдаешь и убиваешься. Ты знала, что у меня кто-то есть и молчала. Ты терпела, а я наплевал на тебя. Но даже после всего этого ты нашла в себе силы простить меня.       После твоей встречи с братом, я приревновал тебя к нему. Я такой урод, что меня убить мало. Помню, как мчался к тебе, хотел все исправить, но, когда увидел тебя в своей рубашке, все пошло совсем не по воображаемому плану. Я пугал и издевался, хотя хотел извиниться, но не сделал этого. А ты сопротивлялась до последнего, но сдалась мне во власть.       Мы переспали, и, признаюсь, это была лучшая ночь в моей жизни. Ты была порочной и невинной, нежной и дикой, смелой и стеснительной. В тебе так много сторон, что это безумно заводит. После той ночи я сумел извиниться, ты простила, а я осознал, что по уши влюбился в тебя.       Коньяк закончился, бутылка валялась в ногах, а я не пьянел. Только воспоминания о тебе набирали ход.       Помнишь, как мы дали друг другу обещание возле здания аэропорта. Ты плакала, а на душе кошки скребли. Только твои слезы причиняли мне боль. Я не мог насытиться твоими манящими губами и изящным телом, красивыми карими глазами и теплой улыбкой. Я хотел, чтобы ты осталась, но ты покинула меня. Я остался один и впервые в жизни мне было хреново без одной единственной девушки.       Все это время я грезил о тебе, продолжал ждать и надеяться, что ты вернешься. Как же я хочу увидеть тебя, твою улыбку и карие, почти черные, глаза, сводящие с ума. Безумно люблю, но без тебя я неполноценный.       От воспоминаний меня отвлек Стрельцов. Он появился неожиданно, в компании той самой дурочки. — Прохоров, тебя Саша ищет, истерит и мозг всем выносит, — я тяжело вздохнул, поднялся с бревна, не забыв прихватить пустую бутылку из-под коньяка. — Сейчас приду, — русый и его подружка вернулись в дом, и я снова остался один.       Невольно поднял голову и всмотрелся в небо. Звезды мерцали, притягивали своей красотой. Они были близко и далеко, прямо как Она. — Возвращайся ко мне, котенок… — опустив голову, провел по взъерошенным волосам рукой и вернулся в дом.       Очередная бессмысленная вечеринка с морем алкоголя, пьяными в хлам девицами и моей девушкой, что изрядно вымотала и достала.