Котёнок и его Страж

- А это – свадебные! – разулыбался Хагрид. Уже почти взрослая Лили Эванс стояла под руку с Джеймсом Поттером, буквально светящимся от счастья. Сама она выглядела чуть напряженной и улыбалась через силу, как будто сомневалась в правильности своего поступка. «Волнуется…» - подумал Гарет, вспомнив свою сводную сестру Цоэнь, точно так же нервничавшую на собственной свадьбе, хотя с Джоком, женихом, они были знакомы с детства. Позади Джеймса возвышался сероглазый брюнет – Сириус Блэк. Петтигрю и на этой карточке не было. Не было почему-то и Ремуса Люпина, зато присутствовало очень много незнакомых людей. - Это Фрэнк Лонгботтом, - тыкал пальцем Хагрид. – Это Алиса… они месяцем раньше поженились… - Гарри, можно я посмотрю? – взмолился Невилл. Гарет с готовностью подвинулся, уступая ему место. - Артур Уизли, - гудел великан. – А Молли тут нету… она с ребятишками сидела… Вот Джеймсовы родители… Со стороны Лили никого из родных не было. Мать с отцом тогда уже умерли… Сестру старшую приглашали, да она не пришла… «И слава Богу» - подумал Гарет, у которого не было ни малейшего желания снова видеть тетушку Петунию, пусть даже на снимке. - А вот уже с тобой… Гарет смотрел на колдографию и корил себя, что ничего не чувствует к этим людям. Лили и Джеймс Поттеры сидели на корточках, а между ними на игрушечной метле увлеченно крутился рыжеволосый малыш, перелетая от мамы к папе и обратно… Лица родителей светились нежностью и счастьем, было видно, что они очень любят друг друга и своего мальчика… вот только Гарет не мог отождествить себя с этим веселым зеленоглазым крохой… Не получалось, хоть ты тресни. Это была последняя карточка в альбоме. Гарет закрыл его и положил на стол. «Наверное, я бесчувственный. Это же мои мама и папа… они меня любили… а я…» «Котенок, перестань, - в голосе Стража слышалась одновременно строгость и заботливость. – Ты не помнишь этих людей, да и не можешь их помнить, так что тебе совершенно не за что себя корить». «Но они же…» «Умерли, не успев закрепиться в твоей памяти», - сурово подытожил Страж. - Гарри, это твое. – Хагрид подвинул альбом в его сторону. – Ремус для тебя собирал, чтобы память была какая-никакая… - Спасибо, Хагрид, - вздохнул мальчик. – И Ремусу передай от меня спасибо. - Передам, - улыбнулся великан. – Ремус рад-радешенек будет, что тебе понравилось. Он бы сам приехал на тебя глянуть, да оборотням надобно разрешение от Министерства, чтобы в Хогсмит попасть. А Министерство наше нелюдей шибко не любит… - Хагрид вздохнул. - Наше, блин, Министерство… - тихо процедил сквозь зубы Драко. Салли-Энн непонимающе глянул в его сторону. - Так… ничего… потом объясню! – отмахнулся слизеринец. Хагрид покосился в сторону Драко. Гарет потянул его за рукав. - Скажи пожалуйста… а кто живет в нашем лесу, что он зовется Запретным? Флетчер нервно икнул. Хагрид нахмурился. - Дак много кто… Из-за кентавров больше. Они шибко не любят, когда люди в ихние владения суются. - А почему? - Дак Гарет… тайны у них свои, обычаи чудные… - Хагрид откашлялся. – Не сильно-то я их понимаю. Вот Флоренц… мы с им беседуем иногда… дак он предупредит о чем-нибудь… туманно так… я к нему с вопросами, а он мне про звезды… мол, Марс сегодня красный, а Венера на заре высоковато стояла… поди пойми. - А о чем тебя предупреждал Флоренц? – встряла Блисс. - Да на единорогов какая-то тварь нападает, - вздохнул Хагрид. – Двое уже погибли… гадина какая-то, вроде вампира, кровь высасывает… А Флоренц говорит – типа двое их, но один у другого вроде как в рабстве… Я ему: «под Империо, что ли?» А он мне: «Юпитер, мол, плохо виден…» - Хагрид тяжело вздохнул: - Одно слово, кентавры! «Магнус, ты чего-нибудь понял?» «Котенок, это очень плохо! - в голосе Стража слышалась сильная тревога. – Единорожья кровь – это… это… как бы тебе сказать… В общем, дела хреновей некуда!» «У кого?» «У всех, - мрачно отозвался Страж. – Урод, вынужденный пить кровь единорога, не остановится ни перед чем. Будь осторожен вдвойне, котенок…» «А что значит «под Империо»?» «Есть такое заклятие, позволяющее порабощать других людей и принуждать повиноваться приказам. Оно находится в списке запрещенных…» - Непонятка какая-то с единорогами… - заметил на обратном пути Драко. – Кому и зачем могла понадобиться их кровь? Она же ядовитая! - Ядовитая?! – изумился Флетчер. – С чего ты взял? - Читал в одной книжке… как там… - Драко наморщил лоб. – А, вот! «И прикоснувшись губами к серебряной ране, проклят он будет во веки веков…» - Так ведь проклят, а не отравлен, - резонно заметила Блисс. - Кровь единорогов усиливает магическую мощь в несколько раз, - пояснил до сих пор молчавший Невилл. – Но каждый глоток сокращает жизнь на семь лет… и навлекает проклятие на всех детей, зачатых впоследствии. - Сквибы рождаются? - Хорошо, если сквибы… чаще уроды. - То есть… - Гарет задумался вслух, - получается, этому типу, который охотится на единорогов, плевать, что с ним будет потом? Ему нужно много силы именно сейчас… и она у него на что-то уходит, раз он уже двух единорогов убил… Интересно, профессор Снейп знает? – и тут Гарета пробило понимание. «Сны… холодный замок, плененное существо, заклинатель… да это же был Квиррелл!!! Он что-то напутал с ритуалом и не получил желаемого… а теперь сражается с тем созданием за контроль над собственным телом! Магнус…» «Кажется, я знаю, что это было за существо, - зазвучал в сознании голос Стража. – Я слышал о них… Книга есть в библиотеке, в Запретной Секции. Называется: «Ритуальная магия высших фейри». Там рассказывается о древних, невероятно древних созданиях, которые жили задолго до людей и даже до эльфов. Я читал, вот только мне наглости не хватило провести подобный обряд на себе» . «А Квирреллу хватило, и он напортачил…» «Ну так это же было описано высшими фейри и предназначено для них, а не для людей! - невесело хмыкнул Страж. – А этот ненормальный отхватил кусок не по зубам и теперь давится. Раз за единорогов взялся, значит, кусок очень уж сладок. Но похоже, и кровь не больно помогает. Разве только продержаться дает…» «Тот, белый, уже не нападает, только защищается. И на помощь не зовет. Но рубежи держит крепко…» «Видно, решил не тратить силы попусту. Нет, Котенок, больше я ничего вспомнить не могу. Надо добыть книгу, вот тогда…» «Добудем!»