Котёнок и его Страж

Гостиная Райвенкло преобразилась. Вокруг камина стояли горшочки с песком, в которых зрели яйца алаки. Дракончики должны были вылупиться дней через десять. Пока от счастливых владельцев не требовалось ничего особенного – только иногда вынимать яйцо из горшка и держать в руках, чтобы птенец еще в скорлупе привыкал к хозяину. - Гарри, а почему яйца разноцветные? – поинтересовалась Блисс, баюкая в ладонях молочно-розовый кожистый шарик размером с небольшое яблоко. Гарет пожал плечами. - Не знаю… может, потому что дракончики тоже разноцветные? - Да? – оживилась Мэнди. – Дракончики разноцветные? Я думала, они все золотистые, как твоя Карина… А можно заранее узнать, какого цвета будет дракончик? - Обычно потемнее и поярче, чем цвет скорлупы. У тебя, я думаю, будет коричневый с золотым отливом, а у Блисс – ярко-розовый, как цветок шиповника. - Коричневый… - задумчиво протянула Мэнди, - ну ладно, тоже красиво… А у Падмы? Гарет покосился на торчащий из песка островок скорлупы. - Серебристо-голубой. А у Парвати, насколько я помню… ей ведь досталось лиловое яйцо? Так вот, у нее будет темно-синий, с серебряными блестками на чешуйках… - Как здорово… - вздохнула Мэнди, прижимая упругий теплый шарик к щеке, - Знаешь, Гарри, мне кажется, он шевелится внутри… - Кстати, а как узнать, он это или она? – встряла Блисс. – Ну, в смысле, дракончик – мальчик или девочка? - Пока в яйце – никак, - хмыкнул Гарет. – Только когда вылупится. У самцов гребни высокие и идут отдельными зубцами от головы до хвоста. И хвостовые шипы длиннее и острее, чем у самок. - Они не будут драться между собой? – встревоженно спросила Мэнди, пряча яйцо в ладонях, словно желая укрыть своего питомца от чужих, возможно недобрых, глаз. - Всерьез – нет. Будут играть, конечно – ну, как щенки или котята. Немножко будут кусаться, но не сильно. Мэнди перевела дух. - Тогда ладно. – Раскрыв ладони, она с нежностью вглядывалась в матово поблескивающий шарик, словно сделанный из молочного шоколада. Бедный Хагрид наконец убедился, что его мечта завести НАСТОЯЩЕГО дракона провалилась с треском. Закопченное яйцо покинуло камин, упокоившись под кустом бересклета. Пройдоха-собутыльник в лучшем случае упоминался как «проходимец» - и то если лесничий пребывал в благодушном настроении. Оказалось, негодяй все-таки изрядно порастряс кошелек Хагрида. - Семьдесят четыре галеона у меня выудил мошенник энтот!.. – жаловался полувеликан, не замечая, как за его спиной переглядываются трое первокурсников. – Ну, попадись мне, висельник клятый!.. - Хагрид, а ты не мог бы взять нас посмотреть на Пушка? – вкрадчиво осведомился Драко, которому надоело слушать гулкие стенания. Лесничий осекся. Подозрительно покосился на белобрысого слизеринца. - Ото хитрец! – от звуков басовитого хохота стена хижины содрогнулись. – В Запретный коридор решил проникнуть? - И в мыслях не было! – отбивался Драко. – Я просто хотел взглянуть на цербера живьем – когда еще выпадет такая возможность! - Нее, малый, - Хагрид ухмылялся, - не выйдет. Пушок страсть как чужих не любит. Ежели я бы его на привязи держал – другое дело. А так – кинется. - Даже с тобой? – не терял надежды Драко. - Даже со мной. Особенно со мной. Он, Пушок-то… защищать меня будет. Ежели кто рядом встанет – отшвырнет и собой меня прикроет. А тебе много ли надо? Косточки-то тоненькие, как у птенчика… Рон не удержался и хрюкнул в кружку с чаем. Драко свирепо покосился в его сторону. - Нет, Драко. Даже и не проси. Гарри, так говоришь, пусечка не сильно голодная вылупится? А молочко ей лучше холодное давать или гретое? - Теплое. И кашу. И фрукты… Хагрид, ты же и сам все знаешь! - Волнуюся я… - полувеликан покосился в угол, где для будущего питомца уже была оборудована настоящая детская – с уютной лежанкой, лоханью для купания и кучей игрушек. - А ежели кроха из дома выскочит… не простудится? - Ха-а-агрид… Это же дракон, они на ледниках спать могут без вреда для здоровья! - Ну все же… малышка такая… - Ничего не будет, не бойся. - Тогда я для пусечки еще горку сделаю, - решил лесничий. – Они с горок-то любят кататься? - Не знаю, - вздохнул Гарет. – У нас в Карсе снег выпадает только в северных областях, и то ненадолго. В Англии куда холоднее… - Так, прежний наш план никуда не годится, - рассуждал Драко, когда они с Роном и Гарри возвращались в замок. Рон поддел сапогом высокий сугроб, разлетевшийся искрящейся снежной пылью. - Придумаем новый, время еще есть… Все равно, пока дракончики не вылупятся… - И еще месяц после того, - встрял Гарет. - Почему? - Малыши будут сильно нуждаться в хозяине. Наверно, придется даже на уроки с ними ходить… - Вот профессора обрадуются! - Да уж… - Хорошо, что завтра выходной! Все-таки в новом расписании есть свои прелести! - Ну, должно же что-то компенсировать сдвоенную практику с Гриффиндором! После Рождества расписание уроков перекроили. Отменили классные часы, разделили занятия на лекции и практику. Лекции по каждому предмету читались раз в неделю для всего потока. Практические занятия могли быть как сдвоенными, так и обособленными. А в субботу уроков и вовсе не было. Не изменил своим порядкам только профессор Снейп. Занятия по Зельеварению проводились так же, как в прошлом году – опрос, теория, практика. Самым неприятным для райвенкловцев стали совместные уроки с Гриффиндором, от чего они были великодушно избавлены в прошлом семестре. К счастью, встречались они, кроме лекций, только на ЗОТИ, но одного совместного урока хватило, чтобы оценить сладкую парочку Финниган-Томас. Парвати, Лаванда и Салли-Энн сразу же отсели от них подальше, к райвенкловцам поближе. Вокруг парты Финнигана образовалось пустое пространство. - Смотри, Динни-бой, эти трусы разбежались, как зайцы! – хихикнул гриффиндорец. Гарет обратил внимание на его ауру и удивился. Симус, выглядевший самодовольным и уверенным, на деле вовсе не наслаждался ситуацией. Он не мог понять, как так получилось, что с ними, такими классными парнями, никто не хочет дружить. Это было неправильно, - Финниган думал громко, не пытаясь поставить защиту, он, похоже, и не подозревал, что Гарет читает его мысли. Это было неправильно и непривычно, ведь до школы у Симуса было много друзей, он был душой компании – почему же здесь не так? Гарет перевел оценивающий взгляд на Дина. «Ой, матушка моя!» «А с виду такой невинный мальчик, да?» Первую партию в этом дуэте вел вовсе не Симус, а Дин. Бешено ревновавший друга к остальным приятелям, в Хогвартсе он сумел-таки заполучить Симуса целиком, без остатка, и тихо наслаждался своей победой, не забывая, впрочем, прилагать усилия, чтобы ситуация не вздумала поменяться. «Глушак, - подумал Гарет, - ничего здесь не изменишь. Финниган не бросит Томаса, а тот не позволит ему заметить манипулирования. Придется терпеть и давать отпор, если полезут».