In Time

Выходные действительно пролетели со скоростью равной второй космической: суббота началась вяло и закончилась точно так же, никто даже не поддержал идею Ричи пойти похмелиться, мол, — лениво ногами перебирать. — А в мою комнату вам, блять, было прийти не лениво, — пробубнил он, глядя в экран старенькой плойки, и поправил сползшие к кончику носа очки свободной от джойстика рукой. — Совсем охуел, очкарик?! Это и моя комната тоже! — Стэнли возмущённо кинул в Ричи подушку, а она мало того, что смогла спугнуть не ожидавшего подставы Тозиера с нагретого места, так ещё и отрикошетила в что-то читающего — или пишущего? — на полу Эдди. Ричи, судя по выражению его лица, достиг крайней степени возмущения и наверняка готов уже был выкрикнуть что-то про крысячью еврейскую морду, но его опередили. — Ёбаный ты, блядь, нахуй, какая тварь дрожащая это сделала? — даже Ричи опешил после этих слов, думая, что прокричавший их Эдди был похож на агрессивного кролика. — Я! Хотя вообще-то целился в кудрявого пидораса, — как ни в чём не бывало пожал плечами Стэн. Эдди с грустью посмотрел на перечёркнутый съехавшей со строки рукой некогда идеальный конспект по экономике, а потом перевёл злобный взгляд на балабола. — Я тебе сейчас вот эту ручку в очко засуну и через рот вытащу, чучело. Я эти конченные формулы битый час расписывал! — Боюсь, придётся взять что-нибудь побольше. Иначе Ричи может понравиться, — мрачно отозвался Стэн. У Ричи сердце удар пропустило: «Ну нихуя себе! Это пушистое мамкино создание умеет так похабно выражаться!» Тозиер театрально (и, к слову, весьма драматично) опустился на одно колено (десять миллиардов раз пожалев об этом, потому что перед глазами успело пару раз потемнеть, пока он наклонялся) и, сняв с большого пальца чёрное пластиковое кольцо, протянул его в направлении Каспбрака. — Выходи за меня? Возьми мои руку, сердце и… почку! В комнате повисла многогранная тишина: в ней слышался безграничный ахуй, непонимание, и вдобавок у кого-то заурчал живот. — Никогда бы не подумал, что ты — фанат БДСМ`а, — парень осуждающе выгнул бровь и сел на пол, чтобы закрыть все учебники и тетрадь: с него хватит. Ситуация в комнате оставалась прежней: всё тот же ахуй, стоявший на одном колене Ричи, блестящее лаковое кольцо у него в руке и, кажется (хотя нет, не кажется), еле сдерживавший злорадный смех Стэнли. Эдди закатил глаза, но с обречённым вздохом просунул безымянный палец левой руки в кольцо и, встав со всеми учебниками, направился в сторону двери. — Чё застыли-то? Призрака увидели? Так с Ричи вроде знакомы все, — хмыкнул он и захлопнул за собой дверь, начиная ржать как последняя скотина. За дверью послышался не менее громкий гогот и заунывный вопль Ричи: «А ну захлопнитесь, предатели!». Эдди отсмеялся и ушёл переписывать конспекты в их с Биллом комнату, периодически бросая задумчивые взгляды на чуть большеватое для него чёрное кольцо дуралея Ричи Тозиера.

***

— Билл, ты уверен, что тебе стоит завтра идти на пары? Честно, я бы в твоём состоянии предпочёл бы остаться в кровати… — Эдди мало знал о том, как вообще нужно морально поддерживать людей, да ещё и в подобных ситуациях. Жизнь должной социализации его не научила, к сожалению. Он перевёл тоскливый взгляд с удручённого лица друга на его предплечье, где красовалось не менее удручающее: 00:00:0:00:03:57:16. Билл судорожно расправил оба рукава рубашки, упёрся локтями в колени и уткнулся лицом в ладони. Эдди было очень жаль его, но, искренне сочувствуя своему другу, он никак не мог подобрать нужных слов. Каспбрак как никто знал, как для Билла было важно найти своего соулмейта. Чего греха таить — Эдди и сам последние лет двенадцать только и жил мечтами о том, как встретит своего соула: как успеет вовремя его спасти, как их время разделится на двоих, и таймеры синхронизируются, начиная обратный отсчёт для них двоих в унисон. Секунда за секундой. Для них обоих это была та самая невинная трепетная детская мечта — найти своего соула и прожить с ним до конца все предназначенные им судьбой годы. Но… у самого Каспбрака оставалось в запасе два с лишним месяца. Зима… это должна быть зима, и… Билл помассировал пальцами глаза, шумно выдохнул и встал, чем напугал Эдди и вывел его из потока гнетущих неспокойных мыслей. — Нет. У меня всё ещё есть шанс найти его. Последний шанс, — голос Билла дрогнул. — Я должен найти его и спасти. Любой ценой. Если он… если мой соулмейт будет в этом универе — я тоже должен быть там. Секундное видение, помнишь? Эдди устало улыбнулся и повернулся, чтобы встретиться взглядом со взглядом Билла. — Если это правда, то я, возможно, тоже смогу почувствовать? Смогу определить, где он, да? Пойдём, я… не хочу опаздывать. Билл вложил в эту фразу столько боли и тоски, что у Эдди не осталось никаких сомнений по поводу того, что Билл имел в виду явно не семинар по психологии. Он у них, кстати, был совмещённый. Три с половиной часа монотонного бубнежа профессора и абсолютно идиотских упражнений и тренингов действовали на нервы Денбро похлеще чем на нервы Эдди, который, к слову, даже позавтракать не успел. Но сейчас он тихо шёл рядом с Биллом, у которого последние двадцать семь минут на запястье с каждой секундой будто проходил электрический импульс по всему телу. — А давай… давай сходим кофе купим? Ричи рассказывал, что там обалденные синнабоны продаются по понедельникам и средам, — Эдди пытался его поддержать и отвлечь, он правда пытался. — Не думал, что ты так внимательно слушаешь болтовню Тозиера, — Денбро слегка усмехнулся и кивнул Эдди, чем несказанно его приободрил. Через двадцать три минуты они уже сидели в столовой другого корпуса и наслаждались завтраком. Да уж, разговоры о психологических проблемах человека вкупе с… не самым радужным расположением духа Денбро да ещё и на голодный желудок, что на самом Билле, что на Эдди сказывалось крайне негативно, не сулили ничего доброго. Вдобавок к этому мозги начали кипеть, так ещё и в желудке отвратительно заурчало у обоих парней ещё на середине семинара.

***

— Ну привет, педовка еврейская… — в тени здания библиотеки блёкло сверкнуло лезвие перочинного ножа, и у Стэна перехватило дыхание. Его грубо толкнул в грудь и прижал плечом к холодному бетону сучий Бауэрс. У Уриса похолодело всё внутри, когда мертвенно-холодное заточенное лезвие впилось в его горло, а Генри наклонился к его уху, близко-близко, и вкрадчиво зашептал: — Я, блять, не собираюсь верить в твои россказни про то, что тот рыжий дохляк — твой парень, понимаешь, сука, да? — Стэн не смог сфокусировать взгляд, в его глазах наверняка отразились вась ужас и осознание происходившего, вся отвага сжалась до размера атома: в глазах начало темнеть, а ноги предательски онемели, становясь ватными. Прерывистый выдох жаром осел на шее Бауэрса, на что тот только гадко ухмыльнулся и вдавил лезвие ровно в место сонной артерии, проводя холодным носом по линии челюсти пойманного парня, спустился к горлу, и через пару секунд встал ровно, чтобы убрать руку с плеча Уриса и ею же крепко схватить его за горло. — Если ты… — его голос нельзя было назвать приятным, а сейчас, когда он пытался заставить себя звучать как можно более «добрее», — при этом захлёбываясь в собственной желчи и дрожа от злости — это звучало до омерзения отвратительно. Настолько, насколько это вообще возможно. — Если ты считаешь, что я поверю, что такой, как ты, нужен этому неполноценному — тогда ты глубоко ошибаешься. И даже если нужен — пусть пососёт мой толстый хуй, еврейчик. Стэнли затошнило, а недостаток свежего воздуха усугубил ситуацию многократно. — От… отпусти, бля-ять, — Урис не мог сделать вдох, однако отчаянно цеплялся за свою жизнь и за чужую руку, сжимавшую его горло с силой ёбаной гориллы. Тщетно. Стэн впился чуть отросшими ногтями в пальцы Генри и ощутил, как его свободная рука инстинктивно дёрнулась, чтобы ударить Стэна по лицу, но из-за этого короткое лезвие ножа на треть вошло под кожу. Если лезвие задело жизненно важные сосуды… Кажется, таков будет конец его, увы, недолгой безрадостной жизни. Этот отбитый сейчас его убьёт, а Стэн так никогда и не скажет Ричи в последний раз, что он конченный идиот, а Эдди… и Билл. Билл…

***

— Билл! — звонко позвал друга Эдди в который раз и надёжности ради щёлкнул пальцами перед его лицом, привлекая к себе внимание. Эдди обеспокоенно покосился на закрытое рубашкой предплечье и потряс Денбро за плечо, боясь самому вот-вот потерять самообладание в угоду накатывавшей истерике. Они спокойно пили кофе и обсуждали, что те самые психологические процессы, которые они изучали на семинаре, можно разбирать до бесконечности, и вообще очень обидно, что им обещали лекцию по экстремальной психологии, а получили они три с половиной часа скукоты в виде разнополой логики и психологических эквивалентов заболеваний по книгам старушки Луизы Хей. Как будто им и так проблем мало. Но Билл вдруг просто затих на полуслове и начал смотреть самым пустым из всех своих пустых взглядов, что видел в его глазах Эдди за всю свою ёбаную жизнь. — Ох, чёрт, сколько времени? Неужели уже началось? Нет, Билл, ответь, ты что-то видишь? Что ты видишь? Ты меня вообще слышишь, Билл?.. Билл? Перед взором Денбро предстал библиотечный парк, чёрно-белые лавочки и едва ли зелёная трава, будто на всё вокруг наложили цветопоглощающий фильтр процентов на девяносто пять, и сверху глитчем залили. Такое чувство, будто он сейчас готов потерять сознание. Такое чувство, что он больше не мог дышать. Билл моргнул и ещё раз, видя искажённое яростью лицо этого ублюдка Бауэрса, и его будто прошибло осознанием. Он вскочил, роняя поднос с едой, стул упал позади. Билл побежал на выход, врезавшись по пути во вскочившего следом ничего не понимавшего Эдди и ещё нескольких вставших на пути третьекурсников. «Я успею, блять, слышишь?! Я успею к тебе, не смей умирать, Стэн!» Стремительно убывавший ход секунд начал отдаваться вибрацией по всей руке так, что та начинала неметь. Лёгкие невыносимо жгло от одновременного недостатка кислорода и притока холодного октябрьского воздуха. Блять, блять, блять! Библиотека совсем рядом! Вот вход в парк! Стэнли терял связь с реальностью слишком стремительно: то ли от стресса, то ли от страха, то ли от того, что лезвие ножа, как удавка, перекрыло поток крови, и мозг находился в кислородном голодании. Находясь на грани жизни и смерти, Стэн думал о таких глупостях… Ну и ладно, зато сессию закрывать не придётся, жаль только, что столько времени впустую потратил… Так и не сказал… Билл всей массой тела влетел в Генри, с размаху ударяя его в лицо и забирая с собой на землю как можно дальше от Стэна. Они вдвоём упали на траву. Билл потерял ещё одну секунду, мысленно молясь, чтобы эти действия не навредили его соулмейту. Агрессия заполнила его до краёв, и Денбро со всей силой сжал дрожавшие руки в кулаки, чтобы начать начищать ебало этому отморозку. — Конченный ублюдок! Какого хуя ты вообще решил, что можешь распоряжаться жизнью других, мразь?! — у Билла крышу рвало знатно. Лицо Бауэрса, лежавшего под ним, с каждым ударом всё больше заливалось кровью, Билл содрал кожу на костяшках, а крупные слёзы катились по его красным от злости щекам. Сзади послышались крики Эдди, и они будто мгновенно его отрезвили. Билл слез с Бауэрса, убедившись, что сейчас его максимум — захлёбываться в крови сосбтвенного разбитого носа. Билл обернулся и чуть сам не потерял сознание: на траве, оперевшись спиной о холодную стену, сидел Стэнли, плотно прижимая ладонью ткань ветровки Эдди к своему горлу, и дышал так тяжело, будто пробежал марафон. Эдди тоже запыхался от быстрого бега, но своевременно помог Стэну сесть и отдал свою одежду, чтобы Стэн потерял как можно меньше крови. Порез был неглубоким. Эдди… Чёрт, Билл же бросил его одного… Неужели он бежал за ним? Этот дохлый астматик бежал за лучшим бегуном штата Мэн и отстал на каких-то пару минут? Поразительно. — Блять, Стэн… — Билл на ватных ногах подошёл к Урису и опустился перед ним на колени, пытаясь оценить ситуацию. — Ох, Билли, — Стэн попытался ему улыбнуться, но смог лишь прохрипеть эти слова и закашляться кровью. Денбро уже спешил снять с себя рубашку, чтобы закрыть кровотечение, но Эдди его остановил жестом, при этом что-то крича истерично в свой телефон. Он звонит в девять-один-один? — Я тебе потом всё расскажу, ладно? В предплечье Билла Денбро будто разлилась жидкая лава, он смотрел прямо в глаза Стэнли Уриса. Только в его испуганные глаза. Оба парня были настолько поражены случившимся и не знали, что им делать дальше, что синхронный обратный отсчёт секунд на их руках — последнее, что в данный момент волновало их обоих.