my all

Апрель во всю разошелся и уже успел окрасить Сеул зелеными цветами. Глядя на эту весеннюю красоту, Эльма сразу же начинает радоваться. Еще больше она радуется, когда понимает, что их группа еще не дебютировала, но уже набрала небольшую аудиторию. Девушки стали еще более дружными и хорошо поработали над дебютной песней. Скорее всего, именно эта работа их сблизила. Все резко изменились. Не только внешне, но и по общения стали совсем другими. — Нам нужно как можно чаще называть друг друга псевдонимами. — серьезным тоном проговорила Чжихе, привлекая внимание всех остальных. — Окей, мы поняли. — закатив глаза, ответила Юна. — Не так уж и сложно звать тебя Пай, Эльму-Эль, а Бору-Юнби. — Тогда почему ты их так не называешь? — усмехнулась Джу. — Это не так просто, как кажется. Как и в многих группах, девушки разделились. Хироми и Эль стали ведущими танцорами. Юна, Ли и Пай ответственные за вокал, а Юнби и Джу за рэп. Эльма также является обладательницей сильного и красивого голоса, а Хироми хорошо читает. Как и обычно, Эльма большую часть времени тратит на отработку определенных движений или связок. Так, проводя время в зале для практик, девушка совсем позабыла о словах младшей сестры, все больше вливаясь в работу. И вообще, кажется, она забыла о семье и остальных существующих людях. Каждый раз, оставаясь в зале, Эльма вновь и вновь отдается своему любимому занятию и даже не замечает все вокруг. До нее невозможно достучаться. Даже Чэнлэ, сколько бы он не старался, в итоге сдается и просто уходит. Чаще всего дримы заглядывают во время перерывов или после репетиций. Последняя неделя для Эльмы стала самой однообразной и короткой. Что — то похожее на типичный день типичного школьника. Дом — работа — дом. А для остальных девушек вовсе наоборот. Эльма успела заметить, что ее подруги сблизились с неокультурными, в особенности Чэнлэ и Юна. — Эль, идешь с нами обедать? — Чжихе встала с дивана и выжидающе посмотрела на девушку, которая отрицательно кивнула головой. — Но ты сегодня утром ничего не ела. Может, тебе что-нибудь принести? — Не, спасибо. — Эльма жестом показала, что все в порядке и Чжихе, нахмурив брови, неодобрительно глянула на подругу. — Обязательно перекуси. — сделав серьезное лицо, произнесла Пай и ушла из зала. Эльму совсем не интересует сейчас еда. Включив очередную песню, Чон начала танцевать, снова забывая обо всем. Она до сих пор считает, что может подняться выше и ей нужно это сделать как можно быстрее, пока она не перегорела. Никогда прежде она так не заваливалась работой. Она всегда находила время для отдыха, перекуса и встреч с друзьями. Сейчас даже хореографы стали утверждать, что Эльма перегибает палку и ей стоит хоть иногда отдыхать. Редко бывает такое, что Чон отвлекается на звук уведомления и даже отвечает на сообщения. Каждый раз, когда Лукас спрашивает, пойдет ли она в кафе, девушка отвечает, что занята и ей не до этого. А Лукас лишь шлет грустные смайлики и каждый раз обещает наругать девушку. У девушки самый настоящий пожар в голове. Куча разных идей, которые путаются между собой, а потом просто вылетают из головы. Именно за это Эльма ругает сама себя. Теперь у нее крутятся мысли о том, что она совсем близка к своей мечте о большой сцене. В общем, ее мысли можно разделить на две категории — работа и сон. Иногда, по ночам особенно, она думает, что все стало совсем плохо, когда начали сбываться ее мечты. Она почти перестала общаться со своей семьей и друзьями. Она перестала даже думать о том, как она будет жить дальше или о том, какие будут последствия после того или иного действия. Такие мысли действительно убивают…