Жертва феи

В маленьком, но все-таки независимом королевстве сегодня, впервые за долгое время, придворному ювелиру не до сна: он делает корону для принцессы. Прошло почти восемнадцать лет с тех пор, как он мастерил обручальные кольца для короля и королевы. Не спали и царский башмачник и портной, и придворный повар не сомкнул глаз. Не могла заснуть и принцесса. Всю ночь ворочалась она, лежа на мягком матрасе, укрытая сомнениями, комплексами и страхами. Долго тянулся путь домой, ночь казалась ей бесконечной. Утром на станции ждали принцессу король и королева в сопровождении стажа. Может, для приезжих было бы странно слышать, что важных лиц охраняет один человек, однако эта стражница была высокой и статной, сильнее и ловчее многих. К их общему удивлению из вагона вышли не только принцесса Яшма и её давняя подруга Тиара, но и две чужестранки: — Девочки, познакомитесь. Мой отец — король Везувиан и моя мама — королева Агата. А где бабушка? — Она ждет тебя дома. — Здравствуйте, ваше величество. — Это Хёрба. Хёрба лечит людей, она — фея целебных трав. — Доброе утро, ваше величество.  — А это — Каэр. Она помогала чинить мою кофту, помните, я рассказывала? Она умеет управлять дождём. Мы с ними в одном классе учимся. Они помогут мне собраться на бал. Представляете, у них уже есть Энчантикс! — Что такое Энчантикс, дочка? — Это значит, что они вдруг стали сильными феями, я тоже постараюсь такой стать. Девочки, а это командир стражи — Патина, она классная, мы давно с ней дружим. — Приятно познакомиться, вы можете звать меня Тиной. Ваше Величество, дорогие гости проходите в карету.

✷✷✷

Тонкие, острые башни дворца были видны издалека. Замок не был большим, однако находился внутри горы, что придавало ему величественности. Он был удивительным, особенно для тех, кто никогда не был на Эраклионе, потому что представлял собой здание, составленное из аметистовых кирпичей с витражами из чистого кварца, полы его были вымощены редкой зеленой яшмой. Каждый камешек мостовой, каждый магазинчик или домик был краше иных ювелирных изделий. — Какая ляпота. — Очень красиво… Вам не жалко тратить такие драгоценности на выкладывание тротуаров? У нас на Хоггаре такие дорого стоят. — Когда приедем в замок, Тиара может отвести тебя в парк. Там в земле можно найти много драгоценных камней, правда, не таких больших. — Парк — это наша гордость. Там много цветов и деревьев. Ещё там есть дендрарий и оранжерея с растениями Эраклиона. Это большая редкость. Озеленение дорого стоит. — Тиара, ты можешь сводить девочек в лавку, где продают талисманы, а потом, пожалуйста, проводи гостей в их комнаты и помоги Яшме подготовится к балу. — Да, ваше Величество. — Ваша Высочество, я могу помочь Яшме. — Спасибо, Тина, но у тебя так много работы. Безопасность на церемонии должна быть на высочайшем уровне, а выбирать угощения и следить за чистотой не входит в твои обязанности. Не стоит себя утруждать. — Я поняла, ваше Величество. Иностранок после прогулки поселили в спальни замка, а Тиара отправилась инспектировать чужую работу.

✷✷✷

Многое нужно было проверить: кухню, скатерти, серебро, свежесть штор и чистоту залов. Девушка обходила весь замок снизу доверху, но этот поход был прерван: — Тиара, зайди в нашу библиотеку как будешь свободна. — Мне разве можно туда? — Конечно. — Это очень срочно? Я иду в наше «хламохранилище», чтобы проверить разгребли ли они этот завал и выкинули все просроченные моющие средства. Просто до него идти, как до луны, не хочу опять возвращаться. — Почему ты не дашь поручение главному уборщику? — Я дала. Он уже отчитался, но я хочу один раз убедиться нормальный ли он. Ты чего такая грустная, принцесса? — Да вот, в библиотеке… — Ух, ты, вот это событие. — Да, и тут катастрофа со шкафом… — В смысле? Какой шкаф? Подожди. Ты про тот огромный антикварный шкаф в королевской секции про который ты говорила? Что ты умудрилась с ним сделать? Он же весит тонну. — Я хотела поставить на полку книжки, а она… ну, она… — Ты в порядке? — Да, но всё равно зайди. — Не переживай, я распоряжусь, чтобы там все наладили. — Не надо, лучше иди сюда скорее, пожалуйста. — Миледи, — высокий, немолодой приближенный обратился к Тиаре, — вам нужна помощь? — Сэр Седрик, — девушка сделала реверанс, — благодарю за предложение, но мне не хотелось бы быть бесполезной. — Обращайтесь. — Всенепременно, сэр. Они разошлись, а их все еще тошнило друг от друга. Тиару пробирала холодная дрожь, когда она видела его лицо. Это началось ещё тогда, когда он приходил на балы и стелился перед каждым влиятельным человеком, а потом «сжирал» каждого, кто уже потерял хватку. Тиара была тогда ещё маленькой, чтобы понимать причины и следствия, но что–то на уровне интуиции, говорило ей не иметь с этим «дядей» никаких дел. Это ощущение сейчас достигло своего апогея. Седрик всегда поддерживал элиту, которая была подгнившей. Как приближенная к королевской семье фея просто не могла позволить себе показывать свою нелюбовь к кому-либо — это бы отразилось на имидже Яшмы.

✷✷✷

В библиотеке Геонии было много секций, но королевская была особенной. Там хранились древние тексты, принадлежащие семье, документы, договоры, дневники, поэтому входить сюда даже слугам, было запрещено. Забота о порядке в зале ложилась на плечи наперсника правителя — самого близкого из приближенных. Тиара никогда не была в этой части замка, поэтому принцесса ждала у входа: — Мне точно сюда можно? — Конечно, возьми фонарь. — Зачем он мне? — Пойдём. Среди обычных каменных шкафов красовалась огромная дыра в стене: — Это… — Тайный проход. — … Ты уже туда ходила? — Я одна боюсь. — Так. Ладно, — девушка ступила на каменную лестницу, проверяя прочность грубых ступеней. Свет фонаря не помогал, потому что путался в клубах пыли и паутине. Пахло плесенью. — Эй, подожди, у меня же платье. — Здесь так воняет, лучше стой там, принцесса! — Наколдуй себе противогаз, — кричала Яшма, чтобы перебить звук своих каблуков, — я иду. В конце концов, им перестало казаться, что лестница не кончается, потому что они пришли в тупик. Тиару это взбесило — столько времени было потрачено зря. — Пошли обратно, короче. — Нет. Нет, это не может быть тупиком, — принцесса принялась ощупывать каменную стену. — Но я не чувствую здесь никакой иллюзии, а я не так плохо училась, чтобы так облажаться. — Нет, тупик не иллюзия, а подделка, — подцепив своими пальцами камень, Яшма смогла отодрать большой пласт кирпича от стены. — Дерево. — Дверь, замаскированная под кладку… Ну да, конечно. — Но ты была права: здесь нет магии. За фальшивой стеной была спрятана комнатка: разбитая и пустая, никому не нужная и неинтересная. Интригующий громадный шкаф, который тут бросили, и тот оказался пуст. — Как думаешь, что здесь делали? — Не знаю. Давай тут всё осмотрим. Может, мы сможем использовать это помещение для чего–то полезного. — Ну, хорошо, правда, тут не на что смотреть, хотя… — Ты что–то нашла? — Банка. Железная. — Там на крышке гравировка. Пу… Пу… — Пудра! Кто–то в твоей семье делал косметику? — Не припомню такого. Наверное, такое может быть. — Ладно, это всё равно не очень интересно для тайной лаборатории… — Ты права. — Знаешь, я думаю, тебе стоит вернуться, у тебя скоро примерка платьев. — А ты? — Скоро приду. Я слишком стара, чтобы бегать по лестницам, ха–ха. «Или не скоро» — подумала про себя Тиара, рассматривая дно банки с чудом сохранившейся надписью: — Состав: свинцовая пудра, — какая прелесть, — тяжелый вздох разнесся по комнате. — Придётся вытирать собою пыль, — бурчала фея, ощупывая шкаф со всех сторон, вскоре на дне что–то щелкнуло: — Потайные ящики — не оригинально. Под панелью были спрятаны древние тетради, которые скрючило время самым причудливым образом. Чернила поплыли, но в синих пятнах всё ещё угадывались буквы. Дневник содержал описание любовных похождений, коих у автора было великое множество. Мужчина явно был уже немолод и «покупал» расположение женщин за литры сладких речей и косметику в изящной банке. Пропорции изменялись в зависимости от возраста и предпочтений «объекта». Список «трофеев» начинался с доярки Энни, а заканчивался представителями знати. Странно было лишь то, что все его пудры, румяна, духи были ядовиты. Никто бы не принял подарок с откровенно опасным составом. Иные графини берегут свою красоту больше чести. Почему так произошло? Что здесь было, когда и с кем? Тиара никогда не слышала новостей об отравлениях косметикой. Изучение газет, журналов, некрологов за последние сто лет ничего не дало. Это было так странно, что не давало Тиаре покоя. Некто когда–то травил людей здесь, в её новом доме. Может, это всё было подстроено, чтобы очернить честь короля и королевы? Может, некто хочет начать народные волнения, заявив, что семья отравила кого-то, чтобы удержать власть? Тиара прекрасно знала, что самую безобидную новость можно рассказать так, что уже к вечеру будут пылать костры революции, чего светские ободранные кошки добивались последнее десятилетие. Весь день она разрывалась между обязанностями и поисками и уже не надеялась найти ответ, но всё случается, стоит только расхотеть. Обходя замок, сотый раз она заметила, как служанки вытирают пыль с рам в коридоре. До этого девушка проходила здесь так часто, что уже не обращала внимания на картины. Этот коридор был галереей портретов всех королей и королев, но самым главным полотном здесь был гобелен с генеалогическим древом. Корни его вплелись в ткань веков так глубоко, что юной девушке не пришло бы в голову искать столь старые газеты. Если тогда вообще были газеты. Никого теперь не осталось из тех семей, что помнят этого предка Яшмы. Истории о нём не передавались из уст в уста, из поколения в поколение. Он был беден, амбициозен и совсем не глуп. Сладкие речи напевал кавалер всем женщинам королевства, которые так ждали любви. Он был готов упасть к их ногам и расстелиться мягким ковром на лестнице, ведущей этих пташек прямо в ад. Джентльмен дарил леди косметику. С «сюрпризом». Старые графини и герцогини были готовы отдать всё, чтобы продлить молодость и забелить свое серое сморщенное лицо с пигментными пятнами прекрасной пудрой. Умирали они, кстати сказать, счастливыми, а он счастливо жил. Так бедный парнишка и дожил до титула Величества, пережив свою пассию — вдову и королеву Геонии. Тиара была единственной, кто полез в этот склеп, надеясь найти опровержение. Теперь ей придётся тащить эту тайну до своей могилы.

✷✷✷

В тронном зале вовсю кипела работа: мастера полировали мраморные полы, каменные столешницы, люстры, лестницы, окна. У принцессы забот было не меньше:  — Яшма, сколько можно выбирать платье? Я уже четвертый раз кипячу воду для ванны. Бал уже вечером! — Прости, Хёрба. Я не специально. Швея очень старалась, не хотела её обижать, поэтому задержалась, пока она не была довольна платьем. — Самой–то хоть понравилось? — Да, очень. Оно просто невесомое! — Это важно? — Конечно. Принцесса обязана пережить церемонию посвящения: дойти до короны. Надеть тяжелые туфли из камня, браслеты ожерелье, взять скипетр. Говорят, это символизирует тяжесть правления, и если, допустим, царь не готов это выносить каждый день, то корону он не получит, но это будет потом, на площади при народе. Сегодня бал для графинь всяких. — Поэтому ты носила хрустальные туфли и тяжеленный венец, Тиара? — Да. Всю жизнь на это положила. Могла в этой короне сальтухи наворачивать одновременно катаясь на коне, играя на виолончели и разговаривая на языке жеодов с примесью трех диалектов. — А ты тоже так можешь, Яшма? — К сожалению, я умею разговаривать только на основных языках народов Эраклиона: алмазном, гранатовом, кварцевом, языке жеодов, шпатов, а наречие жемчугов и янтаря и гагатов я плохо знаю. Диалекты могу перевести со словарём. — А какой язык в Геонии? — Ну, кроме единого межгалактического языка, кварцевый, конечно. Ведь здесь в основном живут кварцы, аметисты и яшмы. — Я думала, здесь живут люди… — Хахах, здесь и нелюдей полно. — Тиара… Для нас принадлежность к группе камней, как принадлежность к расе. — Моя золотая, вы тут все такие разные, с точки зрения биологии вы не можете быть расой. — Это тут немного не так работает, уважаемый медик–биолог. Это на Линфее всё просто: в цветах родился — цветочник, в траве родился — травник или как там. — Тиара, ты сейчас получишь в лоб ковшом. Просто. — Без обид. Я поняла, что это была шутка с риском для жизни. — Ну, что вы там про кварцы и про расы говорили? Расскажите дальше, пожалуйста. — Когда ребенок рождается, он неосознанно выбирает себе из множества камень-покровитель. Например, мой камень-талисман — яшма, а у Тиары — кристалл. Это очень сложно на самом деле… Наука не может это объяснить. Камень родителей может быть связан с камнем ребенка или не связан. Это не похоже на наследственность или предрасположенность к магии. Такое только на Эраклионе бывает. — На что это вообще влияет? — Ну, это как знак Зодиака или темперамент. Вроде ни на что и не влияет, но я, допустим, не совместима с гагатами. Они такие мрачные, медленные, у них постоянно «вселенская скорбь». В их поселение — как на похороны. — А ты, Яшма, с кем не совместима? — Не то, что бы… У всех есть недостатки и достоинства. Кстати, Каэр, пока я не забыла, ты можешь одолжить мне облачко? Чтобы оно в руку помещалось. — Конечно. А зачем тебе? — Ну… Так сразу и не объяснишь. — Просто она вино пить не хочет. Как однажды попробовала эту гадость так и не пила ни разу. — Вино? — Не переживай, Хёрба, оно слабоалкогольное, но такое невкусное, что аж зубы сводит. — Зачем вы его пьете тогда? — На таких балах всегда его пьют. Это традиция, а традиции — проводник маразма в наши дни. — Тиара, я с тобой не согласна. — Твоё право, Хёрба. — А что ты до сих пор с этим вином делала? — Выливала. — И тебя никто не поймал? Так же нельзя, наверное. — Ну… — О, она мастер! У них рядом со столом всегда цветы стоят, так она постоянно в один и тот же горшок выливает. Лет пятнадцать уже. — Подожди, но как это растение ещё не загнулось от такого количества алкоголя? — Пф. Так оно из пластика. Мы его сразу поменяли, как начало умирать. Ладно, пойдемте одеваться. — А нам-то зачем? — Вы же тоже с нами идёте. — У нас и платьев-то нет. ¬– Есть у вас всё. Мы позаботились. — Примите это от нас с Тиарой. Тебе, Хёрба, — зелёное платье с агатом и янтарём. — А тебе, Каэр, — голубое с дымчатым топазом и аквамарином. — Мы не можем взять такие дорогие подарки. — Вам не нравится? Тиара, им не нравится… — Нет, они восхитительны, но это, правда, слишком шикарное платье. Оно же расшито настоящим аквамарином. — Во-первых, если вы не возьмёте, то мы расстроимся, во-вторых, нам ещё прически делать и украшения выбирать, в-третьих, нам выходить скоро, поэтому быстрее соглашайтесь. — У нас ещё два часа. — Принцессы приходят раньше. — Предвосхищая вопросы: потому что есть люди, которым скучно сидеть в своем особняке, и они приходят на час раньше, а то и на два. Приколы у них такие.

✷✷✷

Это была чистая правда. Удивительно сколько людей пришли заранее. Многие пришли поесть, некоторые хотели посплетничать с кем-нибудь, а третьим было ужасно одиноко. В узких светских кругах ужасно редко что-то менялось, поэтому две юных особы сразу привлекли внимание. Многие захотели познакомиться с ними, поэтому вокруг каждой собралась целая толпа: — Рада знакомству, сэр. — Приятно видеть такую очаровательную представительницу молодежи. — Благодарю за комплимент. — Каэр, а как простите ваша фамилия? — Коразон. Каэр Коразон. –…Какая редкая фамилия… — А матушку вашу как зовут, просите за любопытство? — Да… — не успев договорить, девушка получила вилкой в бок, от чего у неё на глазах появились слезы. Тиара появившаяся из-за спины, собрала дворян в кружок и быстро прошептала: — Прошу прощения, милорд, мать Каэр погибла недавно… Она все ещё скорбит о ней, не может выговорить правильно ни их фамилию, ни её имя. Это такой шок для неё. — О, я не знал! Приношу свои извинения. — Нечего, милорд. Мы пойдём «попудрим носик» прошу простить. Каэр, пойдем. — Тиара, какой носик? Зачем ты ткнула меня вилкой? — Я потом тебе расскажу. Сейчас подадут горячее и всех пригласят за стол. Я должна все проконтролировать. — Дорогие гости, сейчас принцесса сделает важное объявление: выберет наперсницу или наперсника. — Это ты, Тиара? — Не, она выберет Тину. Они с детства дружат, и Тина не пыталась травить её всю жизнь. Всё очевидно. — Спасибо, что присутствуете на этом важном для меня приёме. Я давно выбрала. С этим человеком мы знакомы давно и в её преданности я уверенна на все сто. Она сильная, верная, смелая и добрая. Выпьем же за Тиару — новую Леди Роял Геонии! Вокруг начали громко хлопать. Сделав глоток, принцесса выронила из рук кубок. Упала замертво и только бархатный рукав платья зацепившийся за подлокотник не позволил её голове разбиться о гранитный стол. Вокруг начали кричать и носиться. Иные будто пытались помешать. Тогда травница решительно двинулась к принцессе, но старушка сморщенная и хрустящая как сухарь схватила фею за руки со словами, что девушка не сдвинется с места. Хёрба в разрешении не нуждалась. Травница в момент оказалась на столе и столь же стремительно достигла тела: — Это яд. Сильный. Нужно быстрее уходить отсюда, ваше Величество. Здесь я не смогу оказать неотложную помощь. — Агата, тебе придется нести бабушку. — Вы не уйдете отсюда с такой тяжестью. Оставьте меня, я уже старая… Помогите моей девочке. — Нет. Я сильная я помогу нести Яшму, но украшения придется снять. Каэр поможет вам, бабушка. — Уходите. Быстрее! Каэр, живо! — Если я уйду, то пузырь лопнет. — Хёрбе может понадобиться помощь. Я их задержу, чтобы вы сбежали. — Я понимаю, но я не могу бросить тебя одну, это же неправильно. Я хочу помочь! Не тяни меня! — Ладно-ладно. Иди сюда. Я расскажу тебе план. — Какой план? — Прости, ты поймешь меня. Алмазная грань! — фея дождя внезапно оказалась в прозрачном скользком кубе, который леди толкнула вниз по лестнице. — Спаси Яшму. Я задержу их. Пути назад не было, Тиара замуровала выход.

✷✷✷

— Тебе некуда бежать, идиотка. — Тина. — Тиара, ты удивлена? — Что ты присосалась к Седрику? Нет. У тебя на лице написано, что ты — сучка. — Леди Роял Геонии, а так выражаешься. Лучше бы чистила её обувь — работа по способностям. — В твоей трудовой книжке написано, что ты охранник принцессы, но единственное, что ты умеешь — это сосать, — так что заткнись. Чармикикс! — Что ты мне сделаешь? Убьешь сумочкой? — Мраморный склеп, — нерадивая прислуга оказалась поймана в тесный ящик с толстыми стенками и узкой щёлкой для дыхания, потому что феи — добрые существа — они всегда дают шанс не умереть от удушья. Кроме того, если вы все же умрете, потому что вы настолько плохой, что не достойны нормальной щели, у вас уже будет элитный гроб. — Я не дам тебе пройти к Седрику. — Будто бы я спросила. Хрустальный дротик. Все иглы из кристаллов были отражены с помощью алебарды, но Тиара ни сколько не расстроилась. Изо всех дверей повыбегали охранники с оружием. — Сбежал все-таки, змеюка… Казалось бы, они точно должны были быть на стороне короны, но нет. Одни из них имели запонки, которые скрипя сердцем, мог позволить себе король, другие были худы и измотаны, по их лицу каждый день проезжал недосып и адовые переработки. Зажиточных толстосумов здесь было немного — пара–тройка бессовестных свиней — но остальных. — Отпустите тех, кого вы вынудили тут быть. — Мы? Разве не вы выделяете столь скудные средства? — Вы что их, едите что ли?! Я лично следила за распределением денежных средств и работой счетной палаты целый месяц. Знаете, почему вам не доплачивают? — обращалась она к солдатам. — Потому что ваши главные, зажрались, и до остальных финансирование просто не доходит. — Это неслыханная наглость! — Правда? Господин, тогда скажите, откуда у вас такие дорогие часы? О, да! Не вы ли хвастались моей маменьке, что подкупили судью? А, да, и свои простроченные пирожные эти, приторные, засуньте себе куда-нибудь, — по залу уже поползли недовольные перешёптывания. — Я, каюсь, никогда об этом не думала, но теперь… Я знаю, про каждого из вас, дядечки, такое! Боже. — Убейте её! — Сверкающая призма. — Она бредит. Схватите её. — Хрустальные дротики. О, а вы, сударь, до сих пор ублажаете директора школы, по привычке? Ведь ваш сын всегда ездил в «Лазурную бухту» за счет казны, а вы, сэр, сломали мою любимую лошадку, потому что катались на ней в усмерть пьяным, а потом говорили, что «тупая девка ничего не поймет». Хаха, а я поняла, представляете? Было видно, как охранники медлят. Эти бедные солдаты не хотели бы этого, но они думали, что у них нет выбора. Так и было. Не всегда мы выбираем то, что правильно. За спиной этих людей могут стоять те, для кого они — единственная надежда. Молодые люди просто не видят иного пути. Они напуганы: не знают, что будет завтра, поэтому пока они медлят, понимая, что если они пойдут против и проиграют — это конец. В сущности, солдатам плевать на себя, потому что эти люди пашут на работе, гробя свою жизнь. — Присоединись к нам снова. — В ваш «дружный» серпентарий я не ногой, Тина. –Я же не прошу никого убивать, просто выдай все грязные тайны королевской семьи и иди с миром. Скажем, что ты умерла от пыток. — О, нет, спасибо, я хорошая девочка. — Хм, как ты переобулась. Много лет была главной гнидой, а тут, как только появилась возможность стать Леди Роял, сразу переметнулась под крылышко королей. — Хах. Не вам говорить мне о предательстве. Вы воткнете друг другу ножи в спину при любом удобном случае. — Где гарантия, что они с тобой так не поступят? — Я ужасный человек, но они приняли меня совершенно разбитой, тогда как ваша шайка не полюбила меня, когда я блистала. Не считай меня идиоткой. — Значит, ты отказываешься? Ну ладно. Давно хотела его использовать… В её руках был маленький колокольчик, но он вызывал у Тиары неподдельный ужас внутри: — Откуда он у вас? Хотя чего я спрашиваю… На первый взгляд обычный, но стоило ему зазвонить… Этот колокольчик нельзя было получить никак иначе, кроме как из рук в руки. Тиара была уверена, что её родители спутались с Седриком, ведь этот элитный змеиный клубок всегда манил их. Наверное, у неё не было теперь и шанса. Этот трезвон сводил её с ума. Дело было даже не в том, что она всю свою жизнь жила с этим звуком. Он был ей вместо пытки. Колокольчик звенит — делай, как сказано. Колокольчик звенит — заткнись. Колокольчик звенит — брось все любимое, сострой мордашку и улыбайся. Ешь после звона, спи и вставай по звонку. Слышишь звон — беги! Опоздать? Не имеешь права. Только она и её родители знали, что это был особый инструмент против феи. Как водные звезды ослабляют фею огня Дракона, так и это звяканье, для всех безобидное, было для Тиары как топор в голову. — Схватить её. — Я не понимаю, зачем ты это делаешь, Тина. — Зачем? Ты серьёзно? — У тебя есть работа, дом, поддержка, семья… Что тебе ещё нужно? — О, ну, куда уж тебе понять. Маленькие принцесски, которые получают всё на блюдечке, не поймут мечты простой деревенщины. Яшма даже не хотела сидеть на троне! Я все отдала, чтобы быть наперсницей, но ты внезапно решила подлизаться к королям. Что тебе не сиделось у богатых родителей? — А ну да, конечно, в чужой шкатулке камни всегда ярче… Ты ошибаешься. — Оставь морали себе. Сейчас я узнаю, все секреты. — Спроси моих родителей. Они тебе ещё и доплатят за моё унижение. — Зачем мне твои? Тайны королевской семьи и принцессы — вот что важно. — Я лучше умру. — Это мы всегда успеем устроить. — Мне нечего рассказывать. — Тогда тебе не стоит бояться этого флакончика с чистейшей сывороткой правды. — Где ты его взяла? Это незаконно! Тиаре было за что переживать. Она бы без страха откусила себе язык, но чистая сыворотка правды потому и является запрещенным зельем, что показывает воспоминания даже едва живого. — Наденьте на неё наручники, чтоб не колдовала, а потом вколите ей сыворотку или силой влейте — неважно.

✷✷✷

Лестница привела Каэр в небольшую комнату, где на скамейке лежало бледное тело принцессы, вокруг которого вилась травница: — Где Тиара? — Она там одна осталась… — Понятно. Так, самокопания потом. Мне нужны пять литров чистой воды. — Где её семья? — Они слишком переживают. Так инфаркт получить недолго. Это отвлекает. Яшму отравили смертельным ядом, он был в бокале, но вино она вылила в цветок, поэтому она ещё жива. — Что мне делать с водой? — Заставь её выпить. — Всё? — Конечно нет, сначала половину. Она в сознании, с горем пополам, поэтому я не знаю как, но влить в неё эту воду, чтоб она не захлебнулась, ты должна. — Так, ладно. Яшмочка, давай, будем пить водичку. Она такая горячая… Что потом? — Видишь на полу решетку? — Да. — Это канализация. Подведи её к ней и два пальца в рот. Потом опять напои водой, потом опять туда и так по кругу, пока вода чистой не станет. — Хорошо. Она может идти? — Не думаю. Тебе придется её тащить, но не верти её сильно, у неё и так голова кругом. — Поняла. — Она будет жить, но от яда будет долго болеть. Я не умею исцелять такое. Так прошла минута, вторая, третья… Невозможно было понять, сколько времени утекло, теперь принцессе стало легче. Она даже могла говорить.

✷✷✷

— Каэр, тебе не кажется, что что-то не так? — Определённо. Эти круги на воде… Замок потряхивает. Вдруг оглушительный звон поразил фей, и огромная гора блесток ссыпалась с лестницы. — Что это было? — Тиара… — хриплый голос даже не мог проползти по комнате. — Яшма, тебе нужно лежать. У тебя может закружится голова и ты упадешь. — Тиара. Она в опасности. Тиара, кажется, кристаллизировалась. — Что она сделала? — Тиара может создавать кристаллы. Много. Мгновенно. Она и сама может стать камнем. Чем больше кристаллов она делает, чем быстрей процесс, тем меньше их прочность. Кристаллы достигли этого места… — Они очень хрупкие. Если Тиара превратила себя в такое, то её… То она… Разобьется. — Каэр, отправляйся к Тиаре. Лети по той шахте наверх и выберешься наружу. Я защищу Яшму, если вдруг, что. — Не касайся кристаллов. Чем мутнее камень, тем он уязвимее. — Поняла.

✷✷✷

Фея вылетела из шахты скрытой в камнях быстрее молнии. Картина, что она увидела, была тревожной. Из окна тронного зала торчали шипы. Мерклый кристалл разросся как наледь по каменным стенам. Он был предупреждением, но больше был похож на отчаянную мольбу о помощи. Фее было страшно зайти туда и не зря: зал превратился в узкую жуткую пещеру с колкими наростами. Даже трепет сердца заставлял камни позвякивать. Неосторожный мах крыльев, шелест юбки, ветер в волосах — всё несло смерть и разрушение. Крохотная трещинка. В обычной жизни её бы никто не заметил, не стал переживать, но сейчас… Как в тумане Каэр вышла из залы ничего не касаясь, не дыша. Даже её сердце не билось. Отойдя от двери фея помчалась быстрее молнии за единственным возможным вариантом — слезы Черной Ивы, которые она собирала для исключительно ужасного случая сейчас были необходимы. О, как она спешила. Даже стрелки часов так не бегут. Никто и никогда больше не сможет поторопиться так и опоздать. Зайдя туда снова, фея увидела на месте статуи горстку блесток. Ничего вокруг не имело больше значения. Огромная комната моментально сузилась до размеров крошечной блестящей горочки. Фея пыталась собрать все до единой, не смотря на все это магия не сработала. Эту боль нельзя было передать словами. Горячий дождь родился с потолка. Гром сотрясал воздух. От слёз в глазах не сразу можно было заметить холодные проблески, отражавшиеся в рамах, вазах и полированной мебели. Этот свет можно было почувствовать. Он ослеплял, и фее казалось, что она сходит с ума. Ей так хотелось видеть в этом сиянии человека, что парит под потолком. Каэр видела, слышала знакомый голос. Это было похоже на галлюцинацию. Внезапно все стало таким реальным. Мир будто разделившейся на до и после снова был склеен. Тиара была живой, из плоти и крови, и её новые большие крылья сияли, как никогда: — Ты чего ревешь тут? С Яшмой все хорошо? — Хорошо. С её семье тоже и с Хёрбой тоже. — А ревешь чего? — Потому что ты дура. Я так испугалась. Думала, ты умерла. Из-за меня. Тиара не любила истерик, однако сейчас была даже рада быть в объятиях. Она даже не знала, почему не против этих оскорблений и небольшого избиения. — На самом деле я тоже думала, что умерла, но сейчас я чувствую такой прилив сил! Мне так и хочется начать вершить судьбы! Смотри, что я отобрала у Тины. — Это… Ты же не хочешь сказать, что это сыворотка правды? — Да, это она. Я надеюсь, что пока отбирала бутылёк, успела что-нибудь сломать Тине до своей кристаллизации. Как думаешь, сможешь доставить в кровь? Сколько там её нужно? — Думаю, смогу уколоть каплей как иголкой. Она чистейшая маленькой капельки в крови хватит, чтобы они болтали не меньше часа. Зачем им такая большая бутылка? Её хватит на весь Эраклион. Боюсь даже подумать, сколько они за неё заплатили. И ты не боишься давать её мне? — В смысле? — Я же могу использовать зелье против тебя. — Зачем? — Ну, чтоб ты правду, какую-нибудь мне сказала. Интересно просто, что у тебя в голове. — Люблю тебя. –…Ой, да ладно. Улыбаешься стоишь. — Я серьезно. — Ну, ага–ага… Я тебя тоже, но если ты ещё раз спустишь меня с лестницы!..  — Считай это бесплатным лифтом…

✷✷✷

В конечном счете, все получили по заслугам. Крысы на бал больше не придут, их круг общения резко изменится. В рядах стражи, как и в светском обществе, тоже произойдут перемены. Принцесса стала принцессой, и Тиара даже ничуть не грустит, что ей для баланса вселенной пришлось чуть-чуть умереть.