Vision of love

Спать меня уложили уже в гостиной, а не комнате Эмета, как в прошлый раз, потому что хозяин возжелал спать на привычном месте. Линдси же оставаться отказалась - хотела тоже хорошо отдохнуть перед работой. А так как единственное свободное спальное место было занято мной, она быстро с нами попрощалась и убежала к себе. Я хотел еще с ней поговорить о том, что случилось сегодня в подъезде, даже отправил ее брата на кухню, чтобы не мешал, под предлогом того, что забыл выключить чайник, но она лишь прислонила указательный палец ко рту и загадочно улыбнулась одними уголками губ. Пообещала только, что наберет меня ближе к полудню, во время обеда, и узнает, как прошла беседа с Дженни. Всю ночь я ворочался и не мог заснуть. То мне было слишком жарко, то очень уж холодно. Я то стаскивал с себя одеяло, то вновь поднимал его к самой макушке, потом понимал, что задыхаюсь, и снова отбрасывал его в сторону. Мысли, в буквальном смысле, распирали мою голову. Я не знал, чего ожидать. С одной стороны, это ведь хорошо, что у меня появился один шанс. Проблема в другом. Если и на этот раз я облажаюсь, то клянусь, что выброшу свою «малышку» в ближайший мусорный контейнер и забуду о музыке, как о страшном сне. Потом я сам себя ругал за такие идеи, мысленно извиняясь перед «китти», так я называл свою гитару, с которой расставался, разве что, перед сном. Прозвище дал не я. Это все моя племянница. Бри еще очень маленькая, поэтому не может выговаривать слова полностью. Когда сестра приводила ее к нам в гости, она всегда забиралась на кровать и мучила мою «малышку». То струны ей оттягивала, то колкам сворачивала шею, а когда мы пыталась ее отобрать у любопытной племяшки, она переходила на ультразвук, тянула ручки и беспрестанно повторяла слово «китти». И как-то, прицепилось это прозвище. Поведение Линдси тоже не давало мне покоя. То она в открытую говорила, что я ей нравлюсь, то избегала. Хотя я бы тоже опасался такой личности, как я. Пока она меня видела только в усмерть пьяным и с синдромом жестокого похмелья. Она похожа на мотылька. Летит на пламя и не боится обжечься. Смелая. Может, я даже смогу ей по-настоящему понравиться. Многие утверждают, что я обладаю природным обаянием. Возможно, оно и спасло меня вчера? Иначе, как объяснить тот феномен, что она притащила незнакомого человека в свой дом. Окей, не совсем в свой, но не бросила же там, а теперь еще и помогать взялась. В общем, такое количество вопросов без ответов никак не поспособствовали крепкому сну. Рассвет я встречал, так и не сомкнув глаз ни разу за ночь. Решив, что заснуть у меня так и не выйдет, я приготовил себе какао с молоком, по счастливой случайности обнаруженного в холодильнике. С шестого этажа, а именно на нем располагалась квартира Эма, открывался просто шокирующий и одновременно прекрасный вид на знаменитые холмы Лос-Анджелеса. Вскарабкавшись на широкий подоконник, я подтянул ноги к груди, обхватив их руками, и просто наблюдал, как всходит красный диск далекой звезды над спящим городом, наполняя теплом и жизнью замершие улицы. Часам к восьми из своей комнаты выплыл заспанный Эмет. Смачно зевнув, он помахал рукой, приветствуя меня, и, шлепая босыми ногами, поплелся умываться и готовить завтрак. Делать мне сегодня было нечего. Спешить некуда. Только вот поговорить с этой Дженни. Поэтому, я пошел вслед за парнем и помог ему сварганить яичницу с овощами из пакетика и свежевыжатый апельсиновый сок. Оказалось, что Эму тоже нужно идти сегодня на работу, и через полчаса он уже сбежал, а я так и остался ковыряться вилкой в полупустой тарелке. Время тянулось долго. Очень долго. Казалось, что со вчерашнего дня прошел целый год, а не двадцать четыре часа. Я сидел и медитировал, наблюдая, как секундная стрелка догоняет минутную и вновь уносится вперед. Ну почему в жизни все так несправедливо? Вроде, время является статичной величиной. В любой стране мира минута длится ровно шестьдесят секунд, тогда почему минута счастья пролетает, как одно мгновение, а ожидание - превращается в вечность? Последние минут двадцать я вертел в руках визитку, мысленно прокручивая возможный ход развития диалога, но, когда подошло долгожданное время, я почувствовал, что пальцы так сильно дрожат, что я не в состоянии даже набрать номер. Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, я все же справился с этой «сложной» задачей и замер в ожидании гудков. Трубку практически сразу подняли, и на том конце я услышал приятный женский голос. Представившись и убедившись, что девушка тоже в курсе того, кто я такой, продиктовал ей свои данные, и, наконец, решил разузнать все подробности. - Приходите в субботу утром. С собой возьмите документы, удостоверяющие вашу личность, ваш инструмент и что-нибудь покушать. Очередь будет не шуточная. Ждать придется долго. - А есть какие-то особые требования к исполнению? - поинтересовался я в надежде, что она подскажет верное направление. - Может подготовить что-то определенное? Дженни немного помедлила. -Знаешь, это абсолютно не обязательно, но если хочешь, я сброшу тебе несколько партитур, которые предложил разучить Монти для прослушивания. - Монти? - переспросил я. - Я думал, его зовут Адам. Или Адам - это его псевдоним, а Монти - настоящее имя? - да я настоящий Шерлок! Джен рассмеялась. - Неет. Монти - это его лид-гитарист. Он, кстати, тоже будет присутствовать там, и по секрету скажу, что его слово очень ценит сам Адам. Понравишься ему, считай, что на сто процентов в группе. Теперь уже я ничего не понимал. Зачем они устраивают прослушивание для гитаристов, если у него уже есть один. Или же… погодите! Я решил удостовериться и переспросить еще раз. - А о каком гитаристе конкретно идет речь? - Басисте, конечно. А тебе разве Ли не говорила этого? Мое сердце ёкнуло, попыталось выпрыгнуть наружу, но прочные ребра удержали его на месте. Черт! Черт! Черт! Линдси, я убью ее. Почему она мне не сказала, что речь идет об игре на басу?! Нет, я, конечно, имею представление, что это за зверь, но на нем играл Макс. Я просто прирожденный солист. Играть на втором плане не могу. Я не умею подстраиваться. Не умею и не хочу. Да, если честно, я ее и в руки-то не брал никогда. Друг предлагал пару раз научить меня, но я всегда отказывался. В следующий раз буду соглашаться на все. Барабаны, так барабаны, флейта, так флейта, даже контрабас сойдет, если это поможет мне найти работу в мире музыки. - Конечно, говорила. Я просто решил удостовериться еще раз, - соврал я. А что мне оставалось делать? Придется выкручиваться. На обычной гитаре я научился играть сам и на этой научусь. Тем более, принцип-то схожий. - Ну, хорошо, а то я уже перепугалась. Ли бывает такой невнимательной. Да уж. Кое-чему мне придется ее научить, но все потом. - Так, что там с нотами? Сбросите мне их на почту? - Да, диктуй, я записываю. После того, как я уточнил еще парочку интересующих меня моментов, я отложил телефон в сторону. Теперь задача усложнялась вдвое. Я не могу сейчас обвинять Линдси, ведь она хотела только добра мне, но из-за ее невнимательности, ей придется тоже не сладко. И для начала, ей нужно помочь мне найти новую гитару. Ведь должен я на чем-то учиться играть. Теперь придется ждать, пока она сама меня наберет. Свой-то номер я ей дал, а ее совсем забыл записать. Ждать, ждать, опять ждать. Не помню того момента, когда превратился в Хатико. Слава богу, Линдси позвонила ровно в то время, в которое и обещала. Пересказывать наш диалог я не буду, так как ничего нового вы все равно не услышите. Она извинилась, что так затупила и обещала к вечеру раздобыть мне гитару. Все остальное время я потратил на поиски хорошего самоучителя в сети. Плохо не иметь музыкального образования, я вам скажу. Большинство книг было написано слишком заумно, явно не для новичков, в первый раз увидевших нотный стан. Раньше я все делал интуитивно. Теперь же придется потрудиться. На улице уже начинало темнеть, и мне пришлось включить настольную лампу. Я наглухо погряз в чтении. Вообще, я редко читаю, но это, скорей, исключение из моих правил. Никогда бы не подумал, что на басу можно выделывать такие штуки. Так, к приходу девушки, я уже немного разбирался в музыкальных терминах, и было чем похвастаться. Я оторвал взгляд от страниц и увидел, как она заходит в комнату, держа в руках гитару. - Привет! - поприветствовала она меня с порога. - Ждал? - Очень, - я подошел к ней, чтобы взять инструмент, так как руки чесались с утра, и не терпелось опробовать новые аккорды, но она не спешила мне ее отдавать, отведя руки за спину. - Что? - я удивленно на нее взглянул. - Сначала волшебное слово. Даже два, - начала шантаж Ли. Вот же знает, на что давить. - Спасииибо, - протянул я, одной рукой пытаясь отобрать гитару, но она не отдавала, - а какое второе? Девушка закатила глаза, изображая «какой же ты все-таки недогадливый, Рэтлифф». Догадливости мне это ни на йоту не добавило, скажу я вам. Тогда она придвинулась поближе и на ухо прошептала, что мне нужно чаще собирать кубик-рубик. Простите, что? Кубик-рубик? Причем тут он? - Глупый, он развивает логику, - улыбнулась она. - Ну, знаешь ли, меня вполне устраивает логика Томми Джо. Двадцать девять лет жил с ней, и горя не знал. - Пожалуй, я подарю тебе еще и шахматы. - Ты что, фетишист настольных игр или пропагандируешь их как религию? - Заткнись, хоть раз вовремя, - прошептала она, теперь уже наклонившись к другому уху. - Второе «спасибо» я хочу услышать завтра утром. Гитара медленно сползла на пол, выскользнув из ее рук, и она обвила ими мою шею, притягивая к себе. Странная женщина. То бежит сломя голову прочь, то сама на шею бросается. Но мне ли жаловаться? Я обхватил ее за талию, и последовал примеру, прижимая так крепко, насколько мог, без вреда для ее здоровья. ------ На следующее утро я проснулся и понял, что не один. Рядом, лицом в подушку сопела миниатюрная девушка, закинув одну руку и ногу на меня. Я аккуратно переложил ее конечности на свободное место и на локтях приподнялся, чтобы посмотреть время. Мои передвижения тут же были замечены. Брюнетка заворочалась в постели и открыла глаза, щурясь от ярких лучей солнца за окном. - Доброе утро, - хриплым голосом прошептала она и опять закрыла глаза. - Доброе, - улыбнулся я. - Я пойду кофе сделаю, а потом попробую познакомиться с новой подружкой, которую ты мне вчера принесла. Я уже хотел улизнуть из комнаты, когда услышал голос Линдси. - Стой, - остановила она меня, - ты не сильно увлекайся. - Почему? - удивился я. - Потому что на сегодня я записала тебя к стилисту. Я чуть не поперхнулся. - Стилисту? Я не ослышался? Я думал, ты шутила, когда в прошлый раз об этом говорила. Зачем он мне? Я замечательно выгляжу. И вообще, я иду пробоваться на место гитариста. Ги-та-рис-та. Кому какое дело до моего внешнего вида? Я буду стоять где-то за барабанами. - Дело твое, конечно. Я заставлять не стану. Просто перед человеком неудобно. Он отменил несколько встреч, чтобы уделить тебе пару часов времени, - вздохнула Ли и обратно уткнулась носом в подушку. - Это что, еще один твой знакомый? - Типа того, - пробурчала она. - Лаадно, - протянул я, - если знакомый, то ладно. Не хочу, чтобы ты из-за меня с кем-то ссорилась. - Тогда будь готов через час. - Час? Всего час? А нельзя позже? Я же не успею ничего, - нет, ну серьезно, у меня было столько планов на этот день. У меня жутко чесались руки. Мне кажется, даже снилось сегодня, как я репетировал. То, что произошло вчера ночью, было каким-то умственным помешательством. Эта девушка с самой первой минуты подействовала на меня, как красная тряпка на быка. Пока ее нет рядом, я нормально живу, но как только она появляется на горизонте, мое сознание превращается в ванильный пудинг, а думаю я совсем не головой. Вот и сейчас, я старался выделить больше времени для себя. Возможно, закрыться в комнате и играть. Но тут, откуда-то взялся этот стилист. Хорошо, в любом случае в этом есть один плюс. Мы не будем находиться с ней в замкнутом пространстве. Вчера она каким-то образом заставила брата где-то потеряться. Сегодня, я просто уверен, что к вечеру он вернется домой, и мне непременно нужно провести этот световой день не здесь. - Иди уже собирайся, - Линдси с размаху кинула в меня подушкой. Через час я стоял у входной двери умытый, одетый и расчесанный. Ли тоже выглядела изумительно для человека, который полночи бодрствовал. Брюнетка взяла меня за руку и повела вниз по улице. Около высокого здания из красного кирпича мы остановились, и она нажала кнопку на своем брелке. С диким скрипом жалюзи начали подниматься. Перед моим взором предстал просторный гараж. - Подождешь минутку? - спросила она меня, отпустив руку, и я кивнул, наблюдая за ее передвижениями. Расстегнув объемный рюкзак, она достала кроссовки и начала переобуваться. - А чем тебя не устраивала твоя прежняя обувь? - полюбопытствовал я. - Она неудобная, - Ли взглянула на меня снизу вверх и продолжила свое занятие. Завязав шнурки потуже, она вскочила на ноги и исчезла в темном помещении. Еще через минуту услышал рев мотора, и тут-то я и почувствовал, что вот она - смерть. Пришла за мной. Для многих это может оказаться откровением, но я действительно боюсь скорости. Да, у меня есть права, но это, скорей, было инициативой моих родителей. Они считают, что человек в жизни должен уметь все. Мой отец - водитель просто от бога. В его грёзах, я должен был уже иметь семью и развозить детей в школу на этой бедной колымаге, которую они с мамой подарили мне на двадцать один год. Но я тот, кто я есть, и пора бы им уже с этим смириться. Так вот, вернемся к реальной жизни. Мое сердце начало танцевать лезгинку от мгновенного выброса адреналина, когда увидел то, на чем появилась девушка. - Байк? - мне кажется, что я даже слегка подвзвизгнул. - Ага, классный, правда? - радостно спросила она, поглаживая разрисованную поверхность. - Я не сяду на ЭТО, - категорично заявил я. Линдси состроила гримасу негодования. - Почему это? Ты не веришь, что я умею водить? - Да нет, в это я, к радости или сожалению, верю. Я просто не сяду на это. - Эй, ты же рокер! Ты еще не забыл? Рокеры не боятся байков. Это же нонсенс. - Ну, значит я - исключение, - продолжил протестовать я. - Я боюсь скорости. - И что теперь? Останешься здесь или пойдешь пешком? Салон Мишеля в другой части города. Что за имечко-то такое - Мишель. - Он что, француз? - полюбопытствовал я. - Да вроде нет, - пожала плечами Ли. - Просто, знаешь же, как у них принято? Никто не называется реальными именами. Это как табу. - Ммм... Мне кажется, я понял. Псевдонимы для того, чтобы потом трудней было найти, в случае неудачной покраски или стрижки? Умно, очень умно. Линдси улыбнулась моей примитивной шутке и приказала садиться за ней. - А какие тут автобусы ходят? - закусив губу, спросил я. - Ты же сейчас не серьезно все вот это вот? - Нуу… если честно, то мне не до шуток. - Да ладно. Сейчас мы быстро вылечим твою фобию. Садись, давай. Я буду осторожна как никогда. - Мы все еще об одном и том же говорим? - Ха-ха, Томми. Залазь, давай! – резким движением, она вручила огромный шлем, и мне пришлось надеть его. Взглянув с опаской на эту машину смерти, я, с лицом мученика, забрался на мотоцикл и схватился за ее талию. - Эй, не так крепко, иначе рискуешь еще больше. Я ослабил хватку и зажмурился. - И не закрывай глаза, иначе тебя укачает, - услышал я замечание брюнетки, которая даже спиной могла почувствовать это. Ох, не знаю, каким чудом мы доехали, но я был так рад оказаться ногами на родной земле, что когда увидел салон Мишеля, просто влетел в него, аж пятки сверкали. Я уже был готов на все. Стригите, красьте, да хоть татуаж бровей делайте, мне уже все равно. Я пару минут назад пережил такой стресс, что даже если выйду отсюда серо-буро-малиновым, с кольцом в носу и накладными ресницами, то мне будет без разницы. Слава всевышнему, Мишель пощадил меня, и все обошлось без ресниц, зато во всем остальном, мне досталось по-полной. Просидев полдня под яркими лампами, я стал обладателем роскошной копны обесцвеченных волос, по-модному выстриженных на одном виске, мягкой и розовой кожи, как у молодого поросенка, и таки идеальной линии бровей. Короче, когда я взглянул на себя в зеркало, я просто офигел. На меня смотрел совсем не я. Какой-то, если не денди, то точно метросексуал. Если еще учесть, что мне выдали пару вещичек из обширного гардероба Мишеля, то представьте эту картину. Они так непривычно и неприлично облегали все места, которые, по сугубо моему личному мнению, должны дышать, что превратили мою шикарную походку в марш пингвинов перед рыбалкой. Все это выглядело действительно комично. Обтянутые ножки-спички и мои криперсы, кажущиеся на пару размеров больше из-за своей массивности. Ах да, совсем забыл добавить. В завершение образа, мои глаза были щедро накрашены. И не просто так подведены. На них была целая тонна теней, карандаша, подводки и туши. Когда я видел девочек с подобным макияжем, то называл их пандами или енотами. Себя бы я назвал, скорей, шахтером, отработавшим смену в забое на глубине овер 1000 метров ниже уровня моря. Клянусь, что еще немного, и я бы не смог открыть веки. Нет, не могу сказать, что мне это совсем уж не нравилось. Я вообще в душе экспериментатор. Взгляните хотя бы на мои тату. Какой нормальный человек сделает себе такие? Так что уходил я оттуда уставший, но в принципе довольный. А на что мне жаловаться? Мишель, по старой дружбе, сделал все бескорыстно. Я не заплатил ни копейки, и если это мне поможет получить работу, то почему бы и нет. Линдси, похоже, тоже понравились мои метаморфозы. Она даже предложила мне сходить выпить кофе, от чего я, к слову, не мог отказаться. Это мой второй любимый напиток, сразу после пива. Все время она щупала мою длинную, налакированную челку, и подшучивала, что с ней я сразу стал моложе, лет так на десять. Можно подумать, я до этого на девяносто выглядел! Но когда она начала намекать на продолжение вечера, я плавно съехал на плохое самочувствие и занятость. Хорошего понемногу, знаете ли. Линдси тоже утомилась. Еще бы, сидеть целый день и ничего не делать, наблюдая за мной. Так что, мы сошлись на том, что она завезет меня сегодня домой, а сама займется своими делами. Я еще раз пожелал себе крепкого здоровья, забрался на ее байк, и мы погнали навстречу заходящему солнцу.