Vision of love

С момента, как Адам официально объявил, что мы будем выступать на "American Music Awords" прошла уже неделя, и работа кипела, как вода в чайнике. В офисе появлялись все новые и новые лица. Одни приходили пробоваться в танцевальную группу, другие - носили костюмы на примерку, третьи - обсуждали с нашими штатными осветителями, как удачней разместить софиты, чтобы шеф предстал перед публикой в "наилучшем свете". И в эпицентре всего этого был я, пытающийся настроить свой бас, но из-за гула, по децибелам превышающего рев двигателя самолета, все, что я мог - это крутить колки, представляя, как бы мог он звучать, если бы все присутствующие вмиг испарились. Но все наше беспокойство и суета не шли ни в какое сравнение с тем, что ощущал сам виновник торжества. Если каждый занимался своим делом, то он пытался объять необъятное и бегал туда-сюда, попутно наставляя всех на путь истинный. - Энди, неси эти тросы подальше, а то кто-то убъется, в конечном итоге. - Эээ... нет-нет, укрепите конструкцию еще, она шатается. - Пришейте сюда больше пуговиц и разбавьте этот траурный черный цвет чем-то, мне не нравится то, что я вижу. - Может, передохнешь? - предложил Монти, которому уже порядком успела надоесть мелькающая физиономия Ламберта. - Еще чего! И бросить все на произвол? Да ты знаешь, чем это может закончиться? Мелиса!? Где черти носят Мелису? Кто-нибудь видел ее? - Я хотя бы попытался, - развел руками Питтман, понимающе взглянув на Кэм. Наш хореограф Брук, спортивная шатенка, с обжигающим пламенем в глазах, ходила гуськом за Адамом, бурно жестикулируя и расписывая детали выступления. - И что нам теперь делать? Ты же обещала, что она придет,- раздраженно обратился к ней Адам. - Знаю-знаю, она и мне обещала. Пусть только заявится - уволю! Никогда не приходит вовремя на репетиции. То ее тошнит, то дурнит. Брюнет остановился, открыл список контактов и начал прокручивать ленту. - Все заняты. Как некстати. Кэм, твоя подружка случайно не танцует? - усмехнулся он, опуская руки и откидываясь на деревянную балку студии. Та отрицательно покачала головой и взяла несколько минорных аккордов. - Мо, не хочешь выучить пару движений? - шутливо произнес Парсенс, перетаскивая там-там мимо нас. - Ха-ха, юморист века, - скривился последний. - Тоооомми...Томми, Томми, Томми! - медленно повернулся в мою сторону Адам и начал плавное наступление. - Чего тебе? Мужики не танцуют - слышал о таком? - Да-да, слышал. Я тебе и не предлагаю, - продолжил он. - Твоя девушка еще не успела найти работу? - спросил он. Я отрицательно покачал головой. После того, как ее уволили, Линдси торчала дома, обзванивая знакомых на предмет свободного местечка в балете, но то, чего она хотела - не предлагали, а куда звали - сама отказывалась. - Отлично! - воскликнул он и сунул мне в руку свою мобилку. - Звони ей прямо сейчас! Я послушно взял у него телефон, набрал Ли и вкратце описал ситуацию. Чахнувшая от безделья девушка, с превеликой радостью согласилась и пообещала через полчаса уже быть у нас. Вот так к нашему цыганскому табору присоединился еще один человек. С Брук они сработались быстро, и та, после нескольких репетиций, даже пообещала забрать в свою труппу. Репетиции проходили каждый день с утра до позднего вечера, и домой я не просто приходил, а приползал. Этот изверг в овечьей шкуре, выматывал себя и нас до изнеможения. Но я не жаловался. Наоборот, это даже пошло мне на пользу. На переживания, обрушившиеся на меня снежной лавиной по приезду в этот город, просто не находилось времени. Даже если и закрадывались опасные мысли в начале дня, то уже к полудню Адам забивал мозг разными нюансами. Так что я был скорее благодарен ему, чем наоборот. Вопреки всем моим сомнениям и плохому предчувствию, не покидающему меня с того рокового дня, все было спокойно. За мной никто не послал наряд полиции, и даже ни разу не позвонили. Ради интереса, через пару дней я прошелся мимо киоска с прессой и старательно пролистал все издания, но про Аарона так ничего и не нашел. Наверное, это могло показаться странным, учитывая величину позиции, которую занимал его отец, но я заставил себя думать, что чем меньше пишут, тем быстрее забудется. Глупо с моей стороны было так рассуждать, наверное. Каждый верит в то, что хочет. У всех своя правда. Ах да, забыл упомянуть еще об одном интересном факте. Ламберт оказался в своем репертуаре и нацепил-таки на меня не то кофту, не то жилетку, безобразно, на мой вкус, инкрустированную пайетками - чешуей серебряного цвета, от души украшенную на воротнике букетом из меха и перьев птицы, которую мне так и не удалось опознать. Когда я вышел из примерочной, даже самого "кутюрье" пробрало на смех, но признать свой промах публично - не в его правилах, поэтому он отвел меня немного в сторону и шепнул на ухо: "Как преподнесешь, так и воспримут". И вот настал первый "check point" в моей карьере. День икс. Линдси растолкала меня и буквально заставила позавтракать, так как кусок в горло не лез. Я не из пугливых, но вот эта ответственность давила на меня прессом. - Солнце, я не могу так долго ждать, пока ты очнешься. Брук ожидает меня для финального прогона через полчаса, а я все еще не вышла. Я убежала и забрала машину, так что скорее собирайся и подтягивайся. Номер такси я прикрепила стикером к холодильнику. Чмокнув меня в губы, девушка покинула квартиру, а я начал открывать все подряд ящики, чтобы найти свою счастливую пару джинсов. Почему счастливую? Да потому, что именно в них я был, когда пришел на первое прослушивание в глэм-бэнд. Я был очень удивлен, но перед самым выходом, когда я уже собирался вызывать машину, на дисплее высветилась фамилия Адама. - Я уже здесь, спускайся, - как ни в чем не бывало, бодрым голосом произнес он и сбросил. Я быстренько вышел на улицу и постучал в стекло его черного мустанга. - За что такая честь? - уточнил я, садясь на уже привычное место штурмана. - Возражения? - Адам посмотрел на меня исподлобья и завел мотор. - Нет, просто интересно, когда это ты записался моим шофером. Брюнет проверил хорошо ли я пристегнулся и тронулся с места. - Не льсти себе, Ретлифф, - одними уголками губ улыбнулся он, сосредоточив все внимание на дороге. - Меня попросил Мо заехать и проверить, чтобы ты ничего не забыл. - А то я на маленького похож, - пробурчал я и замолк. За то время, пока мы доехали до "Nokia Theatre", Адам не проронил ни слова. Я тоже не знал, что ему сказать, поэтому покинув машину, мы похватали свои вещи и направились по гримеркам. Мне было проще: от меня требовалось только собраться и отыграть, а вот ему нужно было еще пройтись по дорожке и бежать переодеваться. Отыскав нашего менеджера "на вечер", Адам провел меня и остальных членов группы и балета через миллиард комнатушек, оборудованных специально под каждого артиста, к нашей. "Тейлор Свифт", "Рианна", "Maroon 5", - читал я таблички, встречающиеся нам по пути. Не фанат такой музыки абсолютно, но кто бы мог вообще подумать, что я буду выступать с ними на одной сцене? На репетицию организаторы выделили ровно двадцать минут, и когда мы доигрывали, нам буквально в спину дышали работники театра. - Ну, все, я пошел, - сказал он, поправляя рукой идеальную укладку. Клянусь, его смоляные, зачесанные назад волосы, блестели так, что я видел собственное отражение. Костюм тоже сидел изумительно, подчеркивая все достоинства и скрывая мелкие недостатки. И все это он сам! От стилистов, предложенных ему, он отказался, воспользовавшись лишь несколькими советами того попугая на шпильках. Да, в те разы, которые он приходил к нам в студию, чтобы потрепаться с Ламбертом, он был одет, как обычный землянин, но первая встреча произвела на меня неизгладимое впечатление. И эта его гейская походочка от бедра, ужимки...фу таким быть. И надо же, как только он появлялся в студии, он утаскивал Адама за собой, они закрывали прозрачную перегородку и выходили только тогда, когда ребята начинали бунт и готовились к штурму. Конечно же, ни о каком общении с этим типом и речи не могло быть. Поэтому и сейчас я его игнорировал, делая вид, что не замечаю его присутствия. Адам умыкнул позировать и проводить положенный в здешних кругах обряд приветствия, а я взял Ли за руку, и мы пошли быстро перехватить по сэндвичу. - Волнуешься? - спросил я, распаковывая ее булочку с копченой курицей. - Скорее нет, чем да, - улыбнулась она. - А знаешь почему? - Почему? - Потому что с появлением тебя в моей жизни, она стала насыщенной и красочной. У меня есть все, о чем я раньше могла только мечтать - замечательный парень и любимая работа, - ответила она и откусила кусочек с края. Я распаковал свой бутерброд и усадил Линдси к себе на колени. - А я вот немного волнуюсь, - честно признался я. - Не нужно, все будет хорошо. - Предчувствие меня редко обманывает, но раз ты говоришь, что все будет хорошо, то так и будет. Перекусив, мы пошли обратно в гримерку, к общему изумлению обнаружив ходящего из стороны в сторону Питтмана, нервно налаживающего острую бородку. - Что уже успело произойти, - вздохнул я, понимая, что мой внутренний предсказатель работает как швейцарские часы. - Да как бы тебе помягче объяснить, - воскликнул Мо и продолжил. - Полный пиздец! - Ого, помягче, - проронила Ли и отскочила к сидящему на полу в позе лотоса танцорам балета. - Так все же, - не унимался я. Ни разу не видел нашего музыкального директора в таком виде. Он разве что волосы на себе не рвал. - А то и случилось, что дятлы здесь работают. Вудди Вудпекеры! Знаешь, что они сделали с нашим оборудованием? Перепутали его с инструментами другого артиста, в итоге сбили все наши настройки. Томми - это конец, мне дурно, принесите мне валерьянки. Нам на сцену скоро, а у нас нет времени на еще один check sound! Я стоял в легком ступоре. Во-первых, от того, что играть было действительно не на чем, а во-вторых, я представил, как моей гитарке сворачивают шею неумелые руки местного персонала. - И что будем делать? - задал очевидный вопрос я. - Ничего! - В смысле ничего? - В прямом. Будем выступать под запись, изображая, что мы играем. Во всей сложившейся ситуации самым обидным было не то, что нам придется изображать игру на публику, а то, сколько сил и времени было потрачено, чтобы добиться слаженности. - Еще и Ламберту дозвониться не могу! И толку с того, что он везде носит с собой телефон?! - Он сказал, что будет смотреть выступление из зала, а потом быстро прибежит к нам, - сообщил "приятную" новость я. - Томми, ты только не переживай, - вставила свои пять копеек девушка. - Легко говорить! Вам все равно подо что танцевать. Ладно, не будем зря время терять, пойду на поиски Ламберта. Мо, расскажи остальным, и мы подумаем, что нам делать. Я выбежал в узкий коридор и устремился к проходу, над которым висела светящаяся табличка "Выход в зал". Черт, и как его найти среди пары тысяч приглашенных? На сцене прыгала под музыку какая-то "обезьяна", и из-за нее освещение над партером совсем отсутствовало. Пришлось ждать, пока выйдут ведущие объявлять новую номинацию. - Итак, в номинации "Лучший артист 2009 года" побеждает... - загадочно произнесла девушка, теребя в руках конверт. - Тейлор Свифт, встречайте! - радостно выкрикнула она, зал заметно оживился, а светотехники начали играть прожекторами, выискивая сидящую в первых рядах блондинку. И тут-то мне на глаза и попалась знакомая макушка. Оказывается, Адам сидел практически рядом с ней и уже во всю поздравлял, любезничал и закидывал комплиментами кантри-певицу. Дождавшись, пока она уковыляет за своей наградой, я подошел в начало ряда, в котором сидел Ламберт, и начал издавать звуки, способные привлечь его внимание. "Псс, Пссс", - повторял я, как мантру, пока он не обратил на меня внимания. Округлив глаза, Адам одними губами произнес: "Что?", а я начал руками зазывать выйти ко мне. Он отрицательно покачал головой, показывая, что пока не может покинуть свое место. Тогда я начал надувать щеки и топать ногами, как в детстве, когда хотел заполучить шоколадную конфету с праздничного стола, а мне отвечали, что свою порцию я уже утоптал. Наверное, я немного переборщил в выборе своей модели поведения, потому что даже сидящие в зале люди стали обращать на меня внимание и шептать что-то Адаму на ухо. Конечно, он долго не выдержал и вышел ко мне. - Томми, что такого срочного? - спросил он, а я даже не знал, как ему правильно объяснить. Решив, что лучше сразу с конца, я сообщил, что сегодня он будет петь под минус. - То есть как под "минус"!? - А вот так! Подробности можешь уточнить у Монти, я не вдавался в детали, с меня хватило и этого. С перепуганными глазами Адам схватил меня и потащил обратно к гримеркам. - Ну! - на выдохе произнес он, когда мы буквально влетели в комнату. - Баранки гну, - перекривил его гитарист. - Что делать-то будем? - Выступать, других вариантов нет. Мы заявлены в программе, - пожал плечами Мо и добавил. - Я тут только что разговаривал с одним из "криворуких", и он пообещал, что сделает все, чтобы народ в зале ничего не понял. Мы синхронно кивнули, мол "продолжай". - Но, Томми, только не сильно возмущайся, хорошо? Я прям, не знал уже, что еще думать. Куда уже больше удивляться/возмущаться? - Они уже вмонтировали в конструкции клавиши. Прям на твоем месте. Вот я и подумал - ты же все равно будешь только изображать игру, может заменим сегодня бас на синтезатор? Я только что говорил, что хуже быть не может? Забудьте - может. - Мо, я не думаю, что они припаяли ножки и теперь ничего нельзя сделать. Почему ты не попросил убрать его, пока еще не поздно? - Уже поздно, - подтвердил он. Адам виновато взглянул на меня, а я попытался смириться со своей участью. Мало того, что я рассказал сестре и маме, что сегодня выступаю. Они ждут, что я проявлю себя с наилучшей стороны, как гитарист, а я выйду просто постоять, так еще и в каком виде! Не стоит забывать, что на моих плечах до сих пор как будто курицы насест устроили. Только не обычные такие курицы - гламурные. Перед выходом на сцену нас собрал Ламберт и провел краткий инструктаж. - Главное - не волнуйтесь, я все сделаю сам. The Show Must Go On! Все, что происходило в следующие пять минут я, наверное, запомню на всю свою жизнь, да что там, на несколько реинкарнаций вперед. Адам обещал шоу - он его сделал. Как только над площадкой погас свет, давая нам шанс принять свои позиции, а зал притих в ожидании финального взрыва, Ламберт плавной походкой черной пантеры выплыл на середину. Пассаж рояля, и в воздухе завис густой, насыщенный голос брюнета. Да, времени рассмотреть его выступление у меня было предостаточно. С вершины конструкции мне открывался великолепный вид на происходящее. Бросая испепеляющие, пропитанные вековой уверенностью взгляды, Адам перемещался от одного танцора к другому, успевая сначала обвивать их руками, как будто диким плющом, а затем отталкивал, как отработанный материал. В его выступлении было столько здоровой ярости и напора, что мне казалось, он не слышит самого себя. Некоторые ноты звучали совершенно не так, как на репетиции. Словно гигантская волна цунами, он накрывал своей энергией присутствующих, попутно взбираясь по стальным балкам. Сымитировав довольно откровенную sex-сцену, от которой я, если честно, остался в легком шоке, с парнем в гипюровой повязке на глазах, он допрыгнул до Линдси. Но, не заметив небольшой ступеньки, споткнулся и загремел вниз. Затаив дыхание, я следил за всем происходящим, и не мог выразить своего восхищения от того, как он вышел из переплета. Перекрутившись в полете, Адам приземлился на бок и красиво встал на обе ноги, практически не сбившись. Он все карабкался, а я просто не мог оторвать взгляда. Смотрел, как зачарованный, пока мои пальцы делали вид, что нажимают на клавиши. До конца песни оставались считанные секунды. Вот он прошел мимо Монти и захватил пару высоких нот, вот уже возле меня и... Я ожидал всего, но только не этого. Вернее, когда я говорил ему: "Делай, что хочешь", мне и в голову не мог прийти ТАКОЙ вариант! Это было неожиданно. Нет, опять не так - я ОХРЕНЕЛ! С абсолютно бесстрастным лицом, Ламберт схватил меня несдержанным движением за шею и рывком притянул к своему лицу. Мой мозг даже не успел обработать информацию, как я почувствовал вкус его губ на своих. От спонтанности, я сам открыл рот, и он не оставил это без внимания. Помимо губ, я ощутил присутствие его языка, который исследовал все, что попадалось ему на пути, обжигая все внутри. Мне показалось, что этот поцелуй длился вечность, потому что в тот момент в голове шумело, а все остальные звуки ушли на второй план. Но выступление продолжалось, и Адам оторвался от меня и оттолкнул так же, как и танцоров. Как ни в чем не бывало, он допел песню, и зал раздался аплодисментами. Признаться, что было дальше, я помню плохо. Выходка Ламберта оказалась неожиданной не только для меня. Пока я сбегал со сцены, меня терзало ощущение, что на меня все смотрят и осуждают. Хитрый брюнет, как нашкодивший котенок быстро улизнул давать интервью, отставляя меня одного со своими мыслями и надвигающимися последствиями, которые не заставили себя ждать. - Блять, Томми, что это только что было? - услышал я голос своей девушки, быстро перебирающей ногами и пытающейся нагнать меня. - У Ламберта спроси, - ответил я, не желая останавливаться, так как единственным желанием было закрыться в темной коморке, где меня никто не мог бы достать. - Почему я должна спрашивать у человека, с которым почти не знакома, если я могу спросить у тебя?! - Может, потому что это была не моя идея? - хмыкнул я, дергая за ручку двери, ведущей в спасительную зону. - То есть ты хочешь сказать, что вы это не планировали заранее? - уже спокойней уточнила она. Я посмотрел на нее так, как будто она только что доказала теорему Пифагора. - А я о чем тебе говорил? - Долбанный пиарщик! - воскликнула она. - Он думал о последствиях? Исходя из того, что натворил Адам, я был собственноручно готов его придушить при первой же встрече, но когда Ли начала его обзывать, я ринулся в защиту. - Не нужно так. Мы сами разберемся, - перебил ее я. - Я видела уже, как ты наразбирался, - прошипела она. - Линдси, закрыли тему, - жестко произнес я и подхватил простую черную футболку, в которой приехал. - Еще скажи, что тебе понравилось! -Ли, я не хочу ссориться из-за этого. Оно не стоит того. Переодевайся и поедем домой. Девушка нервно начала собирать свои вещи и кидать в объемную сумку. Остальные участники нашего представления помалкивали, давая нам шанс выяснить отношения, но по их лицам было видно, что все они мне сочувствуют. Дожидаться Ламберта я не стал, так как понял, что он намеренно крутится в толпе, только чтобы не встретиться со мной. Ну, ничего, я тебя достану, засранец, и выскажу все, что накипело!