Wildly

Тёмные вибраниумные пещеры освещались прохладным голубым светом, который источал чудо-металл. Эти загадочные подземные ходы напоминали американские клубы с множеством неоновых ламп; такие же мрачные, с завораживающей таинственной атмосферой. Нижние ярусы Ваканды, с залежами вибраниума, были подобны иному измерению. Эта лёгкая неизвестность-неизученность всегда привлекала Шури. Скоростной лифт остановился на последнем ярусе и прозрачные двери разъехались в стороны, раскрывая перед девушкой вход в пещеры. Впервые за недолгое время Шури оценила наличие лифта в своей лаборатории, ведущему прямиком к залежам вибраниума. Принцесса вышла на платформу, по краю которой располагался недлинный коридор с вереницей прозрачных дверей, напоминавших огромные оконные рамы. Она задумчиво посмотрела вперёд, сжав между пальцев тонкую косичку из волос. Словно что-то мешало ей двигаться дальше. Четвёртый день подряд юная принцесса посещала это место; добиралась до предпоследней камеры и стояла рядом, не решалаясь заговорить с человеком, который в ней находился. Эрик Стивенс. Мужчина неподвижно лежал на кровати, подложив под голову правую руку. Он лениво смотрел на стены, выражая полное безразличие во взгляде ко всему, что окружало его в камере. Эта «коморка», как выражался бывший наёмник, начала докучать уже на второй день, и чтобы скрасить жизнь кузена, Т’Чалла предложил прогуливаться по территории Ваканды в сопровождении Окойе, на что Эрик лишь махнул рукой. Частичной свободы было недостаточно, но в разработках у Киллмонгера уже имелся подходящий план манипуляций, который он намеревался развернуть перед братом в их следующую встречу. Киллмонгер почувствовал взгляд снаружи и нахмурился, покосившись на затонированную поверхность двери. Такие стёкла устанавливались в американских полицейский участках, а именно — комнатах допроса, и их технология была до смеху проста: тебя видят все, но ты не видишь никого. — Эй, — небрежно бросил Эрик, — может, закончим играть в невидимку? Ответа не последовало, что только рассердило мужчину. — Два раза повторять не стану, — добавил он. Даже в нынешнем положении Стивенс не упускал возможности как следует посыпать угрозами, или выдать что-нибудь похожее на них. Его слова вызвали снисходительную улыбку на лице Шури, которой нравилось наблюдать за тем, как вёл себя Эрик, находясь в заточении. Она прислонила ладонь к стеклу и его поверхность в миг стала прозрачной с обеих сторон. — Ты ведь этого ждал? — спросила девушка. Киллмонгер показательно хлопнул. — Не думал, что смогу тебя увидеть, принцесса. — усмехнулся Киллмонгер, подойдя поближе. — Однообразное лицо твоего брата невыносимо, он приходит сюда каждый день и даже не понимает, что его благородно-озабоченный вид вызывает рвотные рефлексы. Шури промолчала, проигнорировав отпущенную Эриком колкость. Пререкаться с ним было бессмысленно — Стивенсу и так доказали многое. — Тебе не положено сюда спускаться, — мужчина прищурился, изображая презрение, — Т’Чалла не одобрит, верно? — А тебе не положено совать свой нос в мои действия, — огрызнулась девушка, уловив чужой блеф. — Что ж, сочту за привилегию, — ответил Эрик. Он показательно уселся напол, подперев ладонью подбородок. — Как долго я буду сидеть в этих пещерах? — Решение не за мной, — нейтрально произнесла Шури. — Но, сказать по-секрету, — она слегка наклонилась к стеклу и перешла на шёпот: — совет до сих пор не оправился от шока после твоего визита в Ваканду. Она засмеялась, и Эрик продемонстрировал средний палец. — Разонравились апартаменты? — издевательски спросила девушка. — Куда же мне, до вашего комфорта, — бросил Киллмонгер. Если бы Шури оказалась рядом, он бы запросто схватил её за волосы и притянул к себе, прошептав парочку внушительных угроз, чтобы эта наглая девчонка раз и навсегда прикусила свой длинный язык. — Но знаешь, принцесса, — добавил он, — забавно быть единственным узником в вашей продвинутой тюрьме. Шури покривилась. Она выглядела немного взрослее, когда синий свет вибраниума падал на её лицо. — Я пойду. Хотелось убедиться, не покрылся ли ты паутиной. Губы Эрика искривились в улыбке. — Передавай привет Т’Чалле.