Ice

      Давно, когда ещё не было привычной нам всем вселенной, когда люди не были подвластны столь сильному соблазну, было четыре королевства. В трёх из них было просто прекрасно: зрели урожаи круглый год, цветы были попросту везде, осенние листья украшали каждый сантиметр земли, но было ещё одно царство. Королевство холода, где никто не счастлив, где зима идёт круглый год и почти каждый день погибают люди, за всю жизнь так и не привыкнув к вечной мерзлоте. Как в нашей Антарктиде, а может и холоднее. Считалось, что если ты там рождён, то ты уже проклят, и тебе закрыты все дороги. Впрочем, и войти в земли холода невозможно — все пути заметены непроходимыми сугробами, от вида которых уже шарахаешься и бежишь прочь. Но Николаю повезло. Он был единственным сыном короля Весенних земель. За всю жизнь он испытал на себе все участи быть членом различных орденов, от самых малых до величайших, ведь принцу достаётся всё с рождения. Ты не отягощён работой, не таскаешь грузы на своей изящной спине и не продаёшь где-то на рынке фрукты с мыслью о том, что всё может быть украдено.Поэтому Гоголь весь день занимался, мягко говоря, ничем. Его жизнь состояла из двух вещей: сна и чувства бесконечного количества цветочных ароматов вокруг, Николая никогда не принуждали к чему-то, ведь он будущее нации, почти-что-король. Но несмотря на все прелести жизни, его тянуло туда, куда ходить было запрещено. Ведь слухи об этом месте были просто бесконечными, поговаривали, что однажды там вымерла половина армии, их съел злобный-злобный зверь. Принц всегда считал это байками, даже не пытался найти опровержение чужим словам, как и подтверждение им же. Но не мог отрицать, что все «пустые» запугивания лишь подогревают нескончаемый интерес к этому загадочному месту. Николаю уже семнадцать лет, он считает себя исключительно самостоятельным мужчиной, умеющим дать отпор любому чудищу, хоть и меч в руках ни разу не держал. Он не считает себя глупцом или необразованным, ведь его учили всю жизнь, а он даже не пытался слушать. Вечером, почти что ночью, Гоголь вылезает из своей кровати и спешно заплетает свои длинные волосы в косу, отмечая, что в жизни не делал такие вещи самостоятельно. Он одевается, постоянно смотря в зеркало и вспоминая наставления матери, о том, что он всегда должен выглядеть достойно своего статуса. Но выряжаться он не умел, точнее, умел, но не так как надо. Принц был самым настоящим позором семьи, так считала вся прислуга. Ведь люди, имеющие «голубую» кровь должны, точнее, обязаны выглядеть до абсурдного правильно. Николай был воплощением разрушения и хаоса, его наряды могли довести до обморока любую достопочтенную леди, Гоголь припоминает, что одну с бала даже вынесли. Закончив с одеждой, юноша выбирается из своей комнаты, а после — из замка, удивлённый тем, что сумел обойти всю охрану. Ещё бы, он знает их местоположение наизусть. Лошадь, к счастью, сразу же поддалась своему хозяину, потому он, взобравшись на неё поспешил в сторону места, что его манило. На дворе была уже глубокая ночь, когда Николай смог добраться до заветного места. Кроны вековых деревьев плавно колышутся на ветру, издавая некий скрип и шелест, похожий на шёпот, дорога впереди обрывается, становится слишком тёмной, Николай даже вынужден сщуриться и оставить коня на входе в темноту. Что кажется ему странным, так это то, что здесь всегда темно. Независимо от того, какое на дворе время суток. Гоголь уже бывал тут однажды, лишь мельком, но от мечты его увела стража. Отец не любит, когда его не слушаются, потому тогда, несколько лет назад, он просидел взаперти месяц, окружённый сотнями нянек так, что очень редко удавалось уединиться хотя бы в туалете. Лес непроницаем и Николай уже не видит, куда идёт. Он никогда не жаловался на свои органы чувств, но сейчас казалось, что они попросту отключены, а тело находится в состоянии транса. Сзади слышится хруст. Принц уже не знает чего, ветвей или чьих-то костей. Он медленно оборачивается, а потом кричит и бежит прочь, преодолевая сотни деревьев и слыша за спиной чей-то рык. Деревья бьют его по лицу своими ветвями и лишь тогда Николай понимает, что все рассказы не быль — самая настоящая правда, и сейчас он проводит свои последние секунды жизни. Сердце пропускает удар, ног не чувствуется, Гоголь просто останавливается, думая, что смог убежать. Но слышит выстрел. Грохот. И уже не может обернуться, падает на колени, хватаясь за голову руками и говоря себе то, что не говорил ещё никому. «Идиот». У принца от страха трясутся руки, ведь ему ещё надолго запомнится то, что он пережил сегодня. Огромная пасть и непропорциональное для обычного зверя тело, забрызганная в крови морда и волочащийся за существом шлейф слюны. Гоголь даже сглатывает и поднимается, опираясь руками о ствол чрезмерно большого дерева, уже начиная думать, что это не дерево вовсе. Но к его счастью у него просто всё поплыло. — Даже не буду спрашивать, что сопляк вроде тебя здесь делает. — Николай в ступоре поворачивается и смотрит на того, кому голос принадлежит. Если честно, он ожидал увидеть что угодно. Хоть зубастую птицу, хоть говорящее дерево, но прекрасного незнакомца увидеть был не готов. Тот обладал исключительно аристократическими чертами лица, достигающими плеч тёмными волосами, и был для Гоголя непривычно худ и молод. — Или больной, или в конец отбитый. А может просто комбинируешь эти факторы. — после этой фразы незнакомец молчит, поправляя воротник обрамлённой фиолетовой лентой рубашки, а после просто уходит прочь, оставив юного принца наедине с ещё горячим трупом. — Что это такое? — Голос Николая лишь немного дрожит, ведь он пытается унять в себе первобытный страх, захвативший, кажется, всё сознание. Светловолосый смотрит на лежащее в траве нечто, сражённое одним точным выстрелом. Голова Гоголя начинает кружиться и он чувствует, что готов упасть. — Что оно тут делает? Где я? Почему это всё происходит? Незнакомец лишь молчит, уходя куда-то в чащу леса, спрятав руки в карманы и даже не повернув голову назад. — Почему мне так страшно? Зачем я сюда пошёл? — у Николая просто что-то сломалось внутри и он шепчет, долго, протяжно, циклически повторяя все заданные несколько секунд назад вопросы и хочет найти ответ хотя бы на один. — Если продолжишь задавать вопросы, то станешь подобным им. — мужчина откидывает тёмную прядь волос, даже не оборачиваясь назад и, кажется, смеётся над происходящим. Будто он тут царь, повелитель и имеет права делать всё, что захочет. Тем более, лишать кого-то жизни. — У меня вырастут клыки? Я стану мерзким и ужасным? — принца пробивает истерический смех. Он на грани. Или она уже сломлена? Не важно, ведь сейчас его существование в полнейшей заднице, а он надеется увидеть здесь кого-то родного, упасть в его объятия с облегчённым выдохом. Но рядом всего один человек, в человечности которого Николай всё больше сомневается. — Меня никогда не примут назад, домой? Темноволосый оборачивается и смотрит на Гоголя, словно тот — кусок мяса. Но в этих глазах нет жажды, лишь разочарование во всех и всём. Он не зверь, а просто пленник этого места, выглядящий сильным, но вызывающим жалость. И Николаю хочется помочь. Но помогать некому. Даже самому своя помощь кажется бессмысленной. Ведь здесь нет понятия «помощь». Лишь «обоюдное согласие на жизнь». И то кажется неверным. — Мёртвым. — незнакомец говорит тихо, в голосе присутствуют нотки хрипотцы, но не слышится звонкости. Лишь усталость, которая стала синонимом к его имени. Но кого это сейчас вообще ебёт? — Я сомневаюсь, что напудренное нечто, просидевшее в папенькином замке всю жизнь сможет вернуться назад. Ведь здесь происходит, мягко говоря. — Пиздец? — не выдерживает светловолосый, ничуть не сомневаясь в необходимости сквернословить именно сейчас. Хоть он находится здесь совсем недолго, но полностью уверен, что пора показать, что он тоже взрослый и тоже знает «взрослые слова». — Это уже «очень мягко говоря». — он идёт вперёд, скрываясь в кустах, а Николай… Оборачивается в разные стороны, хватает в руки палку и просто бежит следом. Он не должен потерять этого брюнета, не смеет не ухватиться за последний шанс на возвращение домой, а ещё, если совсем на чистоту, готов прямо сейчас повиснуть у того на шее, ведь Гоголь почти-что-течёт. И это кажется мерзким. Но приятным. Принц запутался. Просто посеял, блять, рассудок на входе в лес. — Подожди. — его будто не слышат, продолжая свой путь.  — Остановись! — Гоголь снова повторяет одно и то же раз двадцать вслух. — Услышь меня. — это уже больше похоже на мольбу. Но человек впереди даже не останавливается и Николай просто падает в мёртвую траву и смотрит тому вслед. — Я не кучкуюсь со слабаками вроде тебя. — мужчина останавливается и, кажется, даже прислушивается к окружающим их звукам. — Но я дам тебе одну попытку. Не справишься — будешь сожран, справишься, но чудом — умрёшь от пули во лбу, если понравишься мне — останешься рядом и сможешь жить до того, как не наступит исполнение первого варианта. Один шанс. Всего один. Гоголю кажется, что он выпадает из реальности. Его жизнь никогда не зависела от него самого настолько сильно. И он поднимается. Но чувствует, что уже сломлен…