Вы что совсем офигели????

POW Субаро – Постой!– она смеётся и бежит от меня дальше.– ИРА!– я поймал её за руку и мы повалились на траву.– Догнал!– Ира перевернулась на спину, тяжело дыша, улыбаясь, раскинув руки и говоря: – Всё, я устала играть. Давай просто полежим.– я сказал: – Давай.– Ира протянула к верху руку и сказала: – Знаешь Субаро, когда я вырасту то буду путешествовать по миру, одна.– я посмотрел на неё.– Я хочу убежать от всех, они меня держат как в клетке.– взгляд печальный. Я спросил: – И я?– она покачала головой и сказала: – Нет. Тебя бы я взяла с собой. Одного тебя.– она вскочила, дотронулась до моей руки.– Водишь!– она вновь засмеялась и побежала, а я пролежал принимая это несколько секунд, а после отправился за ней, вновь догонять… – ... Конец.– Юми закрыла книжку. Я обернулся на Иру и спросил: – Идём?– Юми улыбнулась и сказала: – Простите господин, похоже Ира уснула.– она лежит головой на руках и тихо дышит. Я заметил что она приоткрыла глаз, так чтобы Юми не видела и улыбнулась, а после вновь закрыла глаза.– Да и вам уже пора. Я отнесу её в комнату.– она взяла Иру на руки.– Доброй ночи, господин.– они переместились. Через пару минут я тоже переместился к ней. Она сидит на кровати. Я спросил: – За чем ты так сделала?– Ира ответила: – Сегодня звёздный дождь! Мы обязаны его посмотреть! Но он поздно и нас бы не отпустили, поэтому я «заснула»!– Ира засмеялась. Я сел рядом с ней.–Я уже читала эту книжку. Хочешь расскажу лучше?– я кивнул.– Однажды… – Перестань себя так вести! Несносная девчонка!– удар. Ира тут же схватилась за щёку, но не было крика или слёз. Кулаки сжались сами, я хотел подойти к ней, но меня опередили. – Мама! Иры не было в той комнате! Она была со мной и Юми. Мы делали цветы из ткани, смотри!– Света разжала руку Иры и оттуда выпали несколько маленьких цветков. Её мать смотрит странно. Она развернулась и пошла, говоря при этом: – Следи за ней!– Света повела Иру назад в комнату, приговаривая при этом: – Сейчас что-нибудь холодное приложим, болеть не будет. Не плачь, пожалуйста.– Ира слабо кивает, всё ещё держась за щёку. Аято и Райто смеются. Я поймал их обоих и спросил: – За чем вы это сделали?!– Райто сказал: – Ты же видел как её мать «любит»! Ха-ха! Жалкая простолюдинка! Ей не место здесь, пусть катятся к чертям!– они засмеялись, а я только занёс руку, как меня позвали: – Субало! Субало! Смотли, смотли!– Ира подбежала к нам, её щека заклеена, на лице улыбка. В руках у неё эти цветы из ткани.– Они как живые!– Ира посмотрела на Аято и Райто.– Не бей их!– я удивлённо посмотрел на неё и спросил: – Это почему ещё?! Из-за них тебе больно! – Ира сказала: – Но ведь им будет больно. За чем ты хочешь пличинить им боль?– я сказал: – Ира, они специально устроили бардак в той комнате, чтобы тебя наказали.– она опустила руки, взгляд погрустнел. Она сказала: – Не пличиняй боль, только потому что они сделали это мне. Это плохо!– Ира убежала. Я отпустил этих 2 и ушёл в сад. Почему она так делает? Я не понимаю. Я долго сидел в своём месте. Меня неожиданно погладили по голове. Я поднял голову и увидел её.– Субало, а почему ты здесь сидишь?– я удивлённо посмотрел на неё и спросил: – Почему ты так себя ведёшь?– Ира села рядом и ответила: – Я не люблю когда делают плохо. Не делай так, ты же холоший!– она улыбнулась, склоня голову на бок и закрыв глаза. Я хочу узнать её. Она ведёт себя по разному и я не могу понять что будет.– Эико сказала что ты смелый, но не говолит почему.– она засмеялась и поднялась.– Пойдём иглать в плятки!– она побежала назад… Так много воспоминаний. Она росла вместе со мной. Я видел её улыбку, смех, слёзы, грусть, гнев и множество чего ещё. Вновь вернулась. Уходит на какое-то время, а я остаюсь один в особняке. – Субаро.– её волосы спадают мне на лицо, а я пристроил голову на её коленях.– Тебе пора.– я раскрыл глаза и спросил: – Куда?– она пропустила сквозь пальцы мои волосы и ответила: – Все воспоминания вернулись к тебе. Тебе нужно проснуться и жить дальше.– она убрала мою голову, встала и пошла прочь. Я вскочил и бросился за ней. Вокруг один свет. Она уходит туда, а я за ней. Она остановилась, обернулась и вытянула мне руки. Нет, только не вновь. Не хочу чтобы она исчезла. Я схватил её за руку и закричал: – Ир… ...ра!– я раскрыл глаза. Рука вздёрнута вверх, нет её рук. Яркий свет бьёт в глаза, но я уже привыкают к нему. – Он пришёл в себя.– – Тише. Ему не легче чем нам.– я попробовал подняться, меня подняли аккуратно за руки и усадили, прислонив спиной к спинке кровати. Тело болит, в голове каша, но в груди странно больно. Передо мной на краю кровати сидит Эико, она вся в бинтах, кроме головы, а рядом с ней стоит Ник, он не так сильно обмотан. Моё тело и руки тоже в бинтах, от руки идёт трубка, а по ней в меня стекает жидкость красного цвета.– Субаро… Как ты себя чувствуешь?– я ответил: – Хреного. Почему всё тело так болит? А где Ира? Как она?– Эико затрясло и она заревела. У неё мешки под глазами, всё лицо опухло. Ника трясёт, но он сказал: – Её… Она… Субаро, Ира умерла…– вся боль пропала, её вытеснила другая. В груди. Я не верю. Это розыгрыш. Она любит шутить.Вот сейчас появится скажет что я дурак и… и… и... Я дотронулся до щеки, она горит. Мокро. Я посмотрел на бинты, сырые. Слёзы сами текут из моих глаз, я не понимаю почему. Эико закричала. Ник обнял её, хотя и у самого капают слёзы… Прошло 4 месяца с событий той битвы. Бархатцы– бессмертие, Бессмертники– постоянство, Хиганбана,– смерть, Розы– любовь. Это цветы что растут на её месте. Они все разных цветов, но ярче всех белые, словно её пламя. Я очнулся спустя 1,5 месяца после случившегося. Света, Каима, Серёга очнулись первые. За ними её подруги. Ник. Эико. Я последний. Мне рассказали что первых поймали, пытали пытаясь выведать где была она, допытали почти до смерти, а после бросили перед ней. Её подруг так же поймали, пытали, ввели яды, галлюциногены, заставили убить её, а она вернула им сознание. Мой отец и её дед пришли после битвы, вытащили нас с того света. Все мы тогда лежали в белом огне. Её дед даёт мне её искусственную кровь. Он показал мне воспоминание. – Деда, я хочу попросить тебя об одолжении.– Ира серьёзно посмотрела на меня.– Ты сделаешь как я прошу?– я спросил: – А о чём оно?– Ира спросила: – Ты сделаешь?– я ответил: – Ладно, я попроб…– она покачала головой.– Хорошо, я сделаю всё что ты попросишь.– она резко провела по своей руке ножом. Я прижал её к дереву, сфера стала менее прозрачной.– Ты что творишь?!– она ответила: – Сделай подобие крови. Тебе это по силам.– я ударил в дерево и спросил: – Что должно случиться?! Отвечай!!– она спокойно сказала: – Я не знаю, но чувствую что это нужно. Деда, я не стану врать тебе просто так.– пробирка из моего кармана уже наполнилась её кровью и отправилась мне обратно в карман.– Я тебя прошу, сделай это для меня…– Когда я смог ходить, пришёл в её комнату. На столе я обнаружил фотоаппарат, тот которым снимали её день рождения. Листок был около него. «Да.» – Ребята, если вы смотрите это то со мной что-то произошло. Субаро, у нас была вторая ночь и ты спишь сейчас.– она сидит на крыше, её волосы постоянно лезут ей в глаза, из-за ветра, и она их поддерживает рукой с одной стороны. Она усмехнулась.– Наверное ты злишься что я ушла сейчас, ночью, но я вернусь, не беспокойся.– она стала спокойной и серьёзной.– У меня нет видений, я не знаю что будет завтра, послезавтра, через неделю, но у меня внутри всё сжимается от чего-то. Мне страшно, я не хочу причинять вам боль, страдания, но терпеть это становиться всё страшнее и тяжелее. Я бы показала, рассказала всё что хочу, но я не могу или не умею. Ник, тебе придётся защищать отныне Субаро. Ты сильный, ты рассудительный и спокойный. Я могу отдать тебе в руки Эико, зная что только ты сможешь ей и ему помочь справиться. Тяжело было и будет, я не виню тебя если оступишься. Эико, только ты можешь стать для них поддержкой. Ты смелая, ты добрая и весёлая. Мои воспоминания тебе больше не нужны чтобы жить, создавай свои и живи каждый день будто он последний. Так ты сможешь справиться и помочь нашим пацанам. Субаро… Живи. Просто, живи. Я не прошу тебя быть сильным. Я знаю какой ты настоящий. Я заберу это знание с собой, но для себя ты обязан жить. Мир, он больше.– она поджала губы и опустилась руку. Волосы тут же закрыли её глаза, но не смогли скрыть слёз.– Субаро, я больше жизни люблю тебя! Поэтому, эгоистично прошу тебя, не замыкайся в себе! Проживай жизнь, как будто я рядом.– она зажала рот рукой, и подняла голову вверх.– Чёрт! Я реву. Хотела сделать для вас что-то типа слов врезающихся в память, а разревелась. Только я могу так!– она слабо рассмеялась.– Если увидишь мою сестру, передай ей что я люблю её и Серёга пусть следит за ней, чтоб не натворила чего-нибудь. Подругам скажи что хоть они и вели себя как клуши, они навсегда останутся для меня лучшими. Деде скажи что он стал лучом в этой семейке. Дяде Жене или Того скажи пусть измениться. Он поймёт. Юи, что стыдиться чувств не надо. Братьям, что память вернётся со временем. Я прочла что такие заклятия разрушаются со временем.– она поднялась.– Только тебе я скажу, что сильной я не была, меня делали сильной близкие. Ради тебя, них я пойду на что угодно. Мне пора, вдруг ты проснёшься и накажешь меня, за то что я не с тобой.– запись окончилась. Когда я показал её, все девушки ревели и кричали, Ник и её дед стояли со слезами на глазах. Мы в особняке отца. Наш частично уничтожен и разрушен. Пока я лежал, со мной постоянно кто-то был. Если была Эико, то она лишь молча сидела рядом. Лицо не изменялось, опухшее. Ник спокойно спрашивал обо всём, хотя самого трясло и едва не выворачивало наружу. Её сестра если не ревела и не расспрашивала об её днях здесь, то молчала и смотрела просто прямо. Серёга так же расспрашивал об её жизни. Каима наоборот что-либо рассказывала об ней. Её дед рассказывал о её детстве, делал различные уколы с микстурами, но сам он дрожал постоянно. Ещё он рассказал что повсюду начались восстания, высший совет свергнут. То как напали на неё увидели как-то все и их это подстегнуло. Многие миры освобождаются. Подруги были поддельности, но ревели все, так же, то расспрашивать о ней, то сами начинали говорить. Отец был, подходил смотрел на меня странно и уходил. Я спокойно отвечал или слушал, делал что нужно, но внутри пустота. Всем пришлось восстанавливаться. Сейчас осталось только пару шрамов. Когда я смог самостоятельно ходить мне рассказали это. – В этом месте море цветов и её энергетика. Они просто появились из ниоткуда. Не вянут, не срываются. Ярко зелёные бабочки сидят на стволе и в ветках. На дереве видны отпечатки ладонь её и Эико. Стая обычных волков постоянно кружит в этом месте, но никого не трогает. Один, молодой волк, подходит если придёшь и сидит. Уходишь, он начинает выть.– Все приходят, с одной песней. «Танцуйте, на моей могиле танцуйте». Ник сказал что она однажды попросила всех на её могиле слушать эту песню. Он и Эико сейчас в нашем особняке. Они постоянно со мной. В её комнату входим только мы трое, она закрыта для остальных, там же всё её оружие. Я живу как она и просила, хожу в школу, тренируюсь постоянно. Но внутри меня пустота, нет ничего. Вырвали, уничтожили, оставили одну оболочку. Я здесь. Стою перед цветами. Снаружи я всё тот же. На лице ничего не выражается, начинают бесить ударяю по чему-либо. Но внутри ничего не происходит. Я вновь осел на землю. Не могу больше. Здесь нет сил держаться. Я остаюсь здесь один и говорю, что происходит, как я живу. Ни при ком я не показывают как мне плохо. Воспоминания вернулись, теперь я хочу жить в них, видеть её рядом. Желание смерти пропало. Она забрала его с собой. Не могу думать об этом. Вот вновь я сижу здесь. – Скучно в школе. Одно и тоже. Все подряд лезут. Клуши, которым врезать хочется, хотя просто оставляю на них ожоги, они лезут со своими фальшивыми чувствами. Хрен взявшиеся откуда-то друзья, которым я ломаю пальцы.– волк вновь пришёл.– Ты специально его подослала, чтобы он следил за мной.– я сжал кулаки.– Лучше бы ты не помогала нам, а хоть раз задумалась о себе! Ты бы была здесь сейчас! Со мной. Мне тебя не хватает.– волк лёг рядом и опустил голову на землю.–Лучше бы не возвращала мне память, а наоборот стёрла её! Воспоминания приносят лишь боль! Я… я… я устал от этого всего. Ты держала всё в себе и я даже не представлял как это сложно.– я поднялся. Бабочки взлетели с цветов на ствол дерева, цветы встрепенулись и её образ пропал. Мне нестерпимо больно видеть лишь нарисованный энергией образ лежащей её здесь в крови, с раной в груди, с закрытыми глазами и улыбкой. Но я не могу не приходить сюда. Не знаю как это объяснить. Волк поднялся и завыл. Я пошёл назад к особняку. Следы боя не до конца убрали. – Здравствуй, Субаро.– её дед стоит посреди этого всего. Я подошёл к нему и получил очередную склянку с красной жидкостью. Искусственная кровь, её, другие я теперь никак не воспринимаю.– Этой хватит на пару дней, дальше опять принесу.– я едва кивнул. Открылся портал и он ушёл, бросив на меня странный взгляд. Ник привёл Эико на улицу и сказал: – Долго сегодня. Пойдём, скоро нужно будет ехать.– Эико не улыбалась с тех пор ни разу, как и многие, как Ник, как я. Она живёт и не живёт. Мало говорит и то только с нами, больше ни с кем. Часто плачет. Она подняла голову и тихо сказала: – Давай…– Ник прижал её к себе и сказал: – Я рядом, не волнуйся.– он отпустил её и Эико вошла в меня. Она сидит во мне везде, кроме особняков. Ник так же, только в форме кота ходит. Ник стал котом и мы пошли к машине. Я перестал ездить с остальными и приезжаю в школу отдельно. Мне приходится ездить через день, из-за того что я пропускал. На той машине, на которой я возил её в город. Сев на за руль, я выпил кровь и поехал. Ник сидит спереди. Эико появилась в сознании и сказала: – Как он и сказал… Хватит на пару дней…– я едва заметно кивнул. Всё ещё непривычно знать что в тебе кто-то другой. Я быстро доехал. Остальные уже здесь. Опять эти прилипалы. Я вышел из машины и тут же начали лезть все подряд. Достали. Пламя оттолкнуло всех и мы с Ником пошли к школе. В коридоре передо мной появился Аято. Он сказал: – Тебя искал этот хрыч…– рука на его горле и я сказал: – Молчи лучше.– Ник мяукнул и я отпустил его. Срываясь на него ничего не изменишь. Я прошёл в класс. На кота все смотрят коса, а мне плевать, вякнут что-нибудь и я сломаю пальцы им, вновь. Учителя ничего не говорят, не хотят проблем. Трусы. Бесит. Одно и тоже. На одном из уроков вспоминая появились в голове, хотя я из них и не вылезаю. – И зачем ты это учишь? Тебе ведь можно это не делать.Тебя не достают эти, учителя.– я пролистываю книгу, где кроме монотонных слов ничего нет. Ира опустила книгу, что читает, и сказала: – Вот поэтому я и учу. Со мной не хотят заниматься. Ты можешь спрашивать что хочешь и у кого хочешь, можешь учить всё что хочешь, тебе дают знания, ты развиваешься, а я нет. Им плевать что со мной. Она думает только об том как бы взять надо мной контроль, чтобы я делала только то что она хочет.– её взгляд изменился. Когда он становиться такой, Ира думает об плохом. Я спросил: – А почему именно это и именно сейчас, ночью?– она встряхнула головой и ответила: – Первое, тебе это не нужно вот ты и не знаешь как это очень нужно мне. Второе, мне никто не мешает и не ругает. Третье, тебе нравиться приходить ко мне ночью и пока я тебя жду я читаю.– Ира закрыла книгу.– Ну так что, чем займёмся?Можем сходить посмотреть на звёзды, небо сегодня чистое или… – Эм… Сакамаки-сама. Я… я… я…– очередная стоит передо мной. Я поднялся из-за стола и пошёл из класса.– Вы мне нравитесь!– я бросил, не останавливаясь: – Бесишь, как все. Исчезни.– всхлипы.– Ещё лучше, иди ной.– надоело это всё. Они просто липнут. Я едва отсидел всю ночь и уехал. В особняк отца я не заходил, сразу отправился в сад. Ник перевоплотился и сказал: – Тоже самое что и вчера.– я проговариваю различные заклятья. Я погружаюсь с головой в эти занятия, это хоть немного отвлекает. Утро и часть дня у меня уходит на эти занятия, после я занимаюсь чем хочу до школы. Я возвращаюсь в наш особняк, в её комнату. Читаю книги с её пометками, изучаю её компьютер, а Ник рассказывает мне об его содержимом. Беру её рисунки и рассматриваю их часами. Я хочу понять как она жила после того как уехала отсюда. Я нахожусь здесь всего пару часов, а после иду на её место. Всё идёт по кругу. Но от этого ни хрена не легче. Она врезалась в мою жизнь и заставила измениться, а после исчезла. Вновь сижу около цветов. Бабочки не сразу садятся на цветы и здесь пусто. Я сказал: – Он не хочет принимать меня похоже.– браслет что она отдала мне, иногда искриться или обжигает меня. Он живёт своей жизнью.– Ты его хозяйка, не я.– я просидел здесь почти час. Вновь вспоминаю первые дни. – С чего вы взяли что она мертва?!?!?!– я закашлял кровью.– Сколько раз она уже это делала!!!! Она жива!!!– Серёга сказала: – Субаро, успокойся. Она… Ни где нет и следов её присут…– я закричал: – Это ничего не значит!!! Она жива!!! Вы говорите хрень!!!– он продолжил: –Луна цвета самой тёмной крови. До сих пор она не смогла вернуться в нормальный цвет. Да понимаю, её присутствие и луна, это не сильные доказательства. Нашли место где растут цветы испускающие огромную её энергию, летают её бабочки и слишком много крови. Если раньше Света могла её чувствовать, то сейчас ни кто это сделать не может. Субаро, мне больно это признавать, она мертва. Я не могу описать всего, но есть множество доказательств что её больше нет.– он ушёл. Я долго не верил, не принимал это. Но внутри что-то говорило что это правда. Когда я узнал больше, голос внутри заполнил всё. Но на смену ему пришло другое. До сих пор где-то внутри меня что-то говорит что она всё ещё жива. После мы уехали в особняк отца. Мне отключают сознание, по-другому я не могу заснуть. Утром в комнате появился отец. Он сказал: – Нужно поговорить.– я бросил: – Мне плевать.– меня остановили в дверях и сказали: – Нет. Нам надо поговорить, сейчас.– я цокнул, но сел в кресло. Он так и стоит.– Субаро, я понимаю что тебе тяжело, но…– я закатил глаза и переместился в сад. Он постоянно пытается об этом со мной говорить, но я не хочу. Полная чушь. Этих двоих ещё нет. Я сел под дерево и погрузился в воспоминания. – Субаро! Ты что делаешь?!– Ира выхватила у меня из рук нож.– Совсем что ли мозги потерял?!– я рассвирепел, резко прижал её к стене за горло и сказал: – Не твоё дело! Чего ты лезешь ко мне?! Ты мне никто!! Тебя не просят смотреть за мной, поэтому вали отсюда!– удивление сменилось на страх, он на печаль, гнев, а в конце на странное спокойствие. Ира оттолкнула меня от себя и сказала: – Как хочешь. На.– она бросила нож на пол.– Раз я никто, то я уйду.– кровь, я чувствую кровь. Она выбежала из комнаты, а я простоял так минуту осознавая случившееся. Когда я понял что произошло, я попробовал найти её. Но она за столько лет изучила особняк полностью, даже лучше чем мы с братьями и если ей захочется, её не найдут. Нет, не могу. Я ударил кулаком по стене. Трещины. Я искал её весь день. Сейчас уже за полночь. В особняке нет её сёстры, Юми. Нет никого кто мог бы помочь найти её. Я уснул от усталости, сидя около её комнаты. Меня разбудили, тряся за плечо и говоря: – Проснись. Проснись, Субаро!– я открыл глаза и увидел её.– Не спи здесь, если бы тебя застали у моей двери, то наказали бы.– она сидит передо мной, наклонив в бок голову. У неё опухшие и красные глаза. Я хотел вскочить, но что-то заставило меня этого не делать.– Я знаю что ты делал с этим ножом.– я спокойно отреагировал на эти слова, привыкнешь с ней ко многому.– Это плохо. Так нельзя поступать.– я сжал кулаки.– Причинять себе боль, не лучший способ не срываться на меня.– она подняла руку. Рана от…– Да, я сделала тогда себе надрез, чтобы понять. Ты накричал на меня.– я взял её за руку завёл в комнату и сказал: – Нужно замотать её.– она поддаётся, даже на то чтобы я замотал рану тканью. Когда я закончил Ира сказала: – Расскажи мне что тебя беспокоит, а не делай себе раны. Иначе я правда уйду.– она легла на кровать, а я лёг рядом.– Давай рассказывай… Они пришли. В это занятие я сжёг много досок, отрабатывая дальние удары. Сил нет. Я устал до жути. Ник сказал: – Хватит на сегодня. Тебе нужно отдохнуть. Иди.– я отправился в комнату. Я вновь пересматриваю фотографии и видео с её дня рождения. Моё фото. Она тогда обижалась, но всё равно меня сфотографировала и ставила условия. А я смущал её и она не смогла мне противостоять. Сейчас, я не понимаю себя. Совсем. Голова последнее время идёт кругом, но не понимают от чего. Инстинктивно я сжал браслет, иногда помогает. В этот раз помогло. Так странно, всё что происходит. Не могу понять. Всё это давит. Как же ей было тяжело всё это время? Как она держалась? Как улыбалась, вела себя спокойно и обычно? Воспоминания вновь появились в голове. – Уй.. Кхе-кхе… ди…– мне плохо, голова ватная и горячая, тело не может двигаться. Мне тяжело дышать, горло болит, кашель вырывается каждые несколько минут, не могу дышать носом.– Тебе… Кхе... нельзя здесь… Апчи!.. находиться…– Ира сказала: – Ага, так же как и тебе у меня ночью.– она сидит на краю кровати.– Это ведь просто простуда. Ну как просто, ведь ты никогда не болеешь. Виновного уже нашли. А ты теперь будешь лечиться.– Ира положила мне на голову мокрую ткань.– Легче?– я кивнул.– Ты меня не заразишь, так что мне можно находиться рядом, а вот твоим братьям нет. Они такие же как и ты.– я спросил: – Ты так и будешь здесь сидеть? Апчи!– Ира ответила: – Ага, буду развлекать тебя, чтобы скучно не было. Эико скажет если кто-то пойдёт, правда ведь?– она задала этот вопрос, самой себе. Ведь Эико живёт в ней и отвечает в её голове.– Спасибо. Субаро, рассказать тебе историю, а ты попробуешь поспать, я тоже много сплю когда болею?– я кивнул и закрыл глаза.– Жил один... Я резко раскрыл глаза и вскочил. Что-то не так. Здесь что-то происходит. Я переместился к Эико и Нику. Оба тоже что-то почувствовали, у них тоже удивление на лицах. За пару скачков, мы оказались в нашем особняке. Её комната. Ножи метаются по комнате, вещи просто так летают по комнате. В дверь просто так воткнулась катана. Мы кое-как, но успокоились их. Неожиданно в дверь начали скребсти. Я открыл дверь. На пороге волк, тот самых что сторожит её место, тот самый что ни так давно был волчонком, что она таскала вместе с волком. Он схватил меня зубами за руку и потащил куда-то. Эико и Ник следуют за нами. Особняк, лужайка, сад. Я понял куда он нас ведёт. Цветы. Оттуда идёт огромная энергетика. Во мне что-то творится, я не могу понять, но я хочу узнать что там. Меня тянет туда. Я смотрю под ноги. Осталось пару шагов. Сердце выпрыгивает. Странные звуки идут оттуда. Волк отпустил мою руку, я остановился и поднял голову…