Ненависная зависимость

— Я до сих пор считаю, что тебе было бы лучше в больнице, там тебе оказали бы профессиональную помощь, — заходя в гостиную, начал старую песню Брюс. — Посели на соседнюю кровать Альфреда с его выпечкой, — с ухмылкой сказала я, когда дворецкий подходил с подносом, полным еды. — И я готова там прописаться. Еле заметно улыбнувшись, Альфред поставил передо мной поднос. Если взять в учёт какими порциями меня начали кормить, то складывается впечатление, что меня готовят на убой. — Что мне с тобой делать? — как-то обречённо спросил Уэйн. — Любить, кормить, и никогда не бросать. — Ты цитируешь Гарфилда? — приподняв правую бровь, он аккуратно сел на диван. — Этот кот мой кумир! Ты что его смотрел?! — я аж резко села. — Может я открою тебе секрет, но я был когда-то ребенком. — Слушай, я тут поняла, что многое о тебе не знаю. Можно я задам пару вопросов? — Я ведь об этом пожалею? — Разумеется, итак, начнем. Ты или кто-то в твоей семье когда-то болел Синдром Дауна, Синдром Клайнфельтера — это хромосомное нарушение, страдающие этим синдромом мужчины бесплодны. С каждым перечисленным синдромом лицо Брюса становилось всё более хмурым. — Насколько я знаю, нет. В прошлом веке в моей семье рождалось много детей. Вот только многие из них были или незаконнорожденные, или же умирали. В основном в живых оставался лишь один наследник. — Ой как интересно, — запихивая себе в рот очередную булочку, воскликнула я.- А у тебя есть дети? — Нет, — очень быстро и резко ответил Брюс. Ой как хорошо, мой малыш будет единственным наследником. — Итак продолжим. Может кто-то болел на Дальтонизм, Муковисцидоз — это нарушение работы желез внешней секреции, повышенным потоотделением, выделением слизи. Мигрень? — Тебе в больнице что-то укололи, или ты доползла к моему бару, пока я был занят? — Что не так? — с самым милым и невинным выражением лица спросила я. — Почему ты спрашиваешь о наследственных болезнях? Когда люди хотят узнать человека поближе, они спрашивают о любимом цвете, предпочтения в музыке, кино. — Ты любишь черный цвет, музыка — классическая, кино — детективы. Так же ты спишь исключительно с левой стороны кровати, потому что она ближе к двери, и в случае опасности так будет быстрее добраться к пещере. А теперь отвечай на вопрос, — быстро протараторила я. — Нет, я абсолютно здоров за исключением того, что мне нравится такая ненормальная как ты. — Оу, это так мило. Но ты же понимаешь, что это не лечится? — с ухмылкой спросила я. — Последний идиотский вопрос: хотел бы детей? — Возможно, когда-то в будущем, мне ещё рано об этом думать. — Рано? Ты в десяти годах от облысения! — он, просверлив меня уничтожающим взглядом. — Нет, ну а что? Ты задумайся, импотенция появляется и у тридцатилетних. — Альфред присмотри за ней, пожалуйста, пока я её не убил. Дворецкий взглядом провел Уэйна, а затем сел на его место. — Не стоит пытаться предугадать его реакцию, просто скажите ему правду. — Я не понимаю… — Когда миссис Уэйн была беременной, она тоже стала есть намного больше, как и Вы последний месяц, — с лёгкой улыбкой немного сжав мою руку в жесте поддержки, сказал Альфред. — Как он к этому отнесётся? — Будет счастлив. Мистер Уэйн на самом деле очень хочет, чтобы у него была семья, просто боится, что не сможет их защитить так же как когда-то своих родителей. — Но ему тогда было девять, сейчас все изменилось. — Но не каждый человек, потеряв родителей, решает надевать по ночам костюм героя. Мистер Уэйн не обычный человек, но он больше всех заслуживает быть счастливым.

***

На дрожащих ногах, хромая как последний инвалид, я спустилась в пещеру. Разумеется, нагребнувшись по пути раза три как минимум. Уэйн уже оделся в костюм летучей мыши, когда я, оперевшись об стену, вышла на свет походкой одноногого пирата. — Брюс, слушай, я должна тебе сказать что-то очень важное… правда, я очень боюсь. Фиг его знает, чего: новости самой по себе или твоей реакции… — тараторила я, смотря куда угодно, но не на Бэтмена. — Неужели случилось чудо, и ты решила извиниться за свои слова? Хотя нет, это слишком большое чудо. В любом случае у меня будет нормальная реакция, я уже привык к тому что ты постоянно несёшь какой-то бред, — усмехнувшись, он уже направился к бэтмобилю. — Я немножко… беременна, — с тяжёлым вздохом выдавливаю из себя я, краем глаза поглядывая на миллиардера, который резко остановился. — Что значит немножечко? — Я… Я беременна, — прошептала я, наблюдая как замер Бэтмен. Как-то стало подозрительно стрёмно. Мои глаза сверкают немым волнением, бегая по сторонам. А если Альфред был неправ? А если Брюс не хочет детей именно от меня? Нет, я конечно больная на всю голову, но если забыть об этом, то я настоящее солнышко. — Может, ты что-нибудь скажешь? — я буквально кожей ощущаю, как мой хриплый голос надламывается, а сердце в груди отбивает сумасшедший ритм, что становится даже немножечко больно. — Ты серьезно? — Нет блин, решила поприкалываться! — а вот теперь волнение уступает злости. — О беременности, как и о смерти нормальные люди не шутят! Я конечно к ним по жизни не отношусь, но конкретно в данной ситуации очень даже! — Это мой? — Ещё один подобный тупой вопрос, и ты станешь счастливым обладателем черепно-мозговой травмы! Кроме тебя, единственные мужчины, что окружали меня, были трупы. Слушай, я не адекватная, но не настолько же! Или же ты думаешь, что меня просквозило где-то в парке? Мою очередную тираду он прерывает просто, притянув к себе и обняв, как маленького ребенка. В этот момент я как никогда ощущала поддержку дорогого человека. — Я рад, правда… — усмехается Брюс. — Я даже представить не могу, что будет страшнее: если он будет похож на тебя или на меня. — Самым идеальным исходом будет, если характером он будет в Альфреда. — Так, стоп! — он резко отошёл от меня. — Ты же была ранена, что с ребенком? — Сказали, что с ним всё в порядке, и вообще судя по живучести, то он будет в тебя. — Я правда очень рад, — уже спокойно, с улыбкой сказал Уэйн.

***

Я пришла к Барбаре с огромной уверенностью рассказать обо всем, и пусть посылает меня на все четыре стороны. — Мой отец сейчас в своей комнате, я еле уговорила его лечь и отдохнуть. Они прокрутили какую-то гениальную схему с Бэтменом, и теперь Джокер подался в бега. Папа говорит: сажая его за решетку, я каждый раз думаю «Господи, пожалуйста, пусть это будет последний раз». Но фигушки. — А разве тебе не нужно…- я бросила взгляд на дверь, которая вела в комнату комиссара. — Помогать мистеру Уэйну? — Он сказал, что с делами справится сам, и чтобы сегодня я не лезла. — Слушай Барбара, я давно хотела… Мой боевой настрой уничтожил обычный звонок в дверь. Вот сволочи, я между прочим целую дорогу собиралась с силами! — Это, наверное, Коллин из дома напротив. Мы с ней сегодня идем на йогу. С милой улыбкой она пошла открывать дверь, а я опустила взгляд вниз, пытаясь собраться с мыслями. Неожиданно раздался выстрел, от чего я резко подняла голову и на пару секунд замерла на месте. Барбара падала на пол, а в квартиру вальяжной походкой зашёл Джокер с двумя своими ребятами. Двери сзади меня резко открылись и только этот звук заставил меня прийти в себя, и упасть перед девушкой на колени. Боковым зрением я заметила, как парни скрутили комиссара, но на данный момент меня больше волновало, что я не могу остановить кровь у Гордон. — У нее психическое заболевание, — с довольной улыбкой начал Джером, садясь на корточки возле меня. — Широко распространенное среди бывших библиотекарей, она думает, что превратилась в книгу, вот и бросается на пол… Конечно состояние данного экземпляра оставляет желать лучшего. Спереди огромная дыра … да, и вообще, она напополам разваливается. Честно говоря, не думаю, что в таком виде это издание будет хорошо расходиться. Хотя, если подумать, шансы на то, что она теперь в принципе когда-нибудь сможет ходить, крайне невелики, но это вечная проблема нудных книжек. Господи, какая же скука эти разговоры о литературе!

***

Меня затащили в какой-то подвал и связали. Но держалась я молодцом, ну насколько позволяла данная ситуация. Ведь мне нельзя нервничать, хоть мне и пришлось оставить истекающую кровью Барбару на полу, но всё равно нельзя нервничать. Ей я сейчас ничем помочь не смогу, а вот ребенку навредить вообще легкотня. — Я начал чувствовать к тебе привязанность, — сказал подходивший ко мне Джокер, растянув свои губы в ухмылке-оскале. Может от любого другого человека я бы и восприняла эти слова как комплимент, но от него это звучит как явная угроза. Джокер чувствует себя одиноким в этом мире, потому что он не видит вокруг себя таких же психов, любые девиантные личности вокруг него преследуют такие цели как: деньги и власть, что ему не интересно. Мне страшно. Сердце стучит так, что отдает где-то в горле, дыхание сбивается. А Джокер лишь улыбается, холодно и жестоко, и от этой улыбки кровь застывает в жилах. Так, успокоилась! Приговор ещё не объявлен. Черт, и в данной ситуации я никак не могу освободиться. Руки связаны над головой, стянуты так туго, что верёвки уже начали натирать до крови, теперь при любом движении становится больно. — Какую новую игру ты начал? — я попыталась перевести тему. — О, — его глаза заблестели безумием. — Это будет очень интересная игра, в которой у тебя главная роль! — он отвернулся от меня, словно высматривая кого-то. — Я умру? — ай ладно, чего тянуть. Джокер замирает на месте, останавливается так внезапно, что я даже вздрагиваю. Не нужно было это спрашивать? — На что ты готова пойти, чтобы сохранить жизнь? — он снова повернулся ко мне и сделал несколько стремительных шагов вперед. — Ты достаточно хорошо меня выучил, чтобы знать, что я пойду на все. Он нависает надо мной, насколько это возможно в данной ситуации. — Это. Не. Интересно, — его горячее дыхание опаляет кожу. — Я собираюсь исправить данную ситуацию, — тихим шепотом на грани слышимости продолжает Джокер. — Ты оценишь, — он легко проводит пальцами по подбородку, а потом сжимает подбородок, заставляя приподнять лицо. — Я уверен. — А если ты ошибся? — Джокер выглядит почти обиженным, словно маленький ребёнок. Он достал нож и провел кончиком по моей щеке, оставляя не очень длинный порез. — Твоё лицо становится очень красивым, когда на нем появляется кровь, — завороженно шепчет Джером, надавливая пальцами на рану. — Уверен, вскоре, оно станет невероятно прекрасным.

***

Два часа спустя Все отделение полиции было на ногах. Барбара Гордон в тяжелом состоянии находится в больнице, а комиссар бесследно пропал. И единственный, кто знает его местоположение — это псих, разодетый клоуном, который почему-то сдался сам, и сейчас сидит в темной камере для допроса. Как только включают свет, Бэтмен со всей дури бьет его головой об стол. — С головы начинать нельзя, — щурясь от слишком яркого света, начинает Джокер. — А то жертва сразу же теряется, не успевает понять, что аааа… — Уэйн с размаху ударил кулаком по лежащей на столе ладони. — Видишь? — в его поведении выражается яркое мазохистское удовольствие. — Тебе нужен я, и я здесь. — Я хотел знать, что ты сделаешь. Ты не разочаровал меня, ты дал пятерым умереть, — он хвалит его, наклоняясь вперед и смотря исподлобья. — Затем, позволил Гордону занять твое место. Даже для таких, как я, это жестоко. Джокер выстраивает общение в неформальной и достаточно спокойной, дружеской форме. Не злится, не пытается запугать, он общается с ним достаточно адекватно, несмотря на ту серьезность и строгую позицию которую, выбрал Бэтмен. — Где комиссар? — все таким же непоколебимо строгим голосом спросил Темный рыцарь. — Эти идиоты из мафии хотят убрать тебя, чтобы прошлое вернуть. Но я знаю правду, — он уверенно закивал головой. — Ситуация необратима. Ты все изменил, навсегда. Уэйн понимает, что подобная модель общения выбрана не просто так. За все время своей деятельности Джокеру неоднократно приходилось взаимодействовать с людьми, и достигать своих целей. За счет чего выработалась конкретная модель манипуляций, с помощью лексических и невербальных инструментов. Это сработает с кем угодно кроме Бэтмена, он слишком хорошо его знает. Джокер выбрал простую форму коммуникаций без негатива, с определенным смыслом. И все это, чтобы отключить психологическую бдительность Уэйна, которая могла бы возникнуть при откровенном запугивании или провокации. — Зачем ты хочешь убить меня? Стоило Бэтмену это произнести, как Джокер расхохотался, его смех напоминал смех гиены. — Я? Я не хочу убивать тебя, — заливаясь от смеха, еле выговорил преступник. — Что я без тебя буду делать? Снова обворовывать мафию? Нет, — его голос резко стал серьезным. — Нет, ты дополняешь меня. — Ты тварь, убивающая за деньги. — Не говори, как все, ты не такой. Хотя и хочешь им быть, для них ты просто… псих, — он на секунду задержал взгляд на зеркальном окне. — Как я. Сейчас ты им нужен, а надоешь — они тебя выкинут, как прокажённого. Их принципы, их кодекс — всего лишь слова, забываемые при первой опасности. Они такие, какими мир позволяет им быть. Я покажу тебе. Когда дело плохо, эти… эти… цивилизованные люди сожрут друг друга. Я не чудовище, просто вижу их насквозь. Бэтмен резко подорвался с места, и схватив Джокера, впечатал его в ближайшую стену. — Оу, хочешь грубо? — все так же спокойно продолжил Джокер. — Пять минут осталось, придется сыграть в мою игру, если ты хочешь спасти одного из них. — Их? — Наш общий интерес, увлечение, — с наслаждением клоун растягивал каждое слово. — Моя милая блондиночка, которую ты почему-то постоянно у меня забираешь. Секунда, и в глазах Бэтмена загорается настоящая ярость, в которой, казалось бы, можно сжечь весь Готэм. Он с такой силой швырнул его на стол, что не услышать звук ломающихся костей было просто невозможно. Он оторвался от покалеченного тела лишь для того, чтобы подпереть дверь, дабы им никто не помешал. — Смотри-ка, а Уэйн знает о том, что у него появился конкурент? — заливаясь смехом, спросил Джокер, но вместо ответа его лицо поцеловалось со стеклом, оставляя на месте удара кровавый след. — Где они сейчас?! — прорычал мститель. — Так вот кто является твоим слабым местом, расскажи мне как это: за секунду потерять контроль над ситуацией, — чтобы заставить его заткнуться, Бэтмен врезал ему. — Где они!!! Говори!!! — ярость переполняла мужчину. — Выбери кого-то из двух: комиссара Гордона или её, — последнее слово он особенно выделил. Но вместо ответа последовал ещё один удар. — У тебя ничего нет, чем ты можешь мне угрожать, — отползая, продолжил он. — Все равно бесполезно, — Бэтмен схватил его за воротник и завел руку для ещё одного удара. — Не волнуйся, я скажу тебе где они… оба. — сплевывая слюну в смеси с кровью, продолжил псих. — В этом весь смысл, тебе придется выбрать, — из рта Джерома текла кровь, поэтому его кровавая улыбка казалась более безумной чем обычно. — Он в доме двести пятьдесят на пятьдесят второй Авеню, а она на Авеню Икс Систеро.

***

Гордон очнулся привязанным к стулу на складе с цистернами, на которых была наклейка Ц4. Напротив был циферблат, заведённый на пять минут. — Меня кто-то слышит? — прозвучал голос из телефона, что лежал на соседней цистерне. — Да, это комиссар Гордон. — Это Ада, подруга вашей дочери. Вы тоже связаны, и вокруг вас много бочек? — Да. — Комиссар Гордон, мне кажется, что у Вас больше шансов выжить чем у меня, поэтому… — послышался истерический смех. — Передайте Брюсу, что в итоге я все равно испортила бы ему жизнь. Что… — её голос дрожал и были слышны тихие всхлипывания. — Скажите, что я солгала по поводу беременности, что это была лишь неудавшаяся шутка. — Ты… Беременная? — Да. Знаете, это так странно. Я понимаю, что была бы хреновой матерью, но я бы очень хотела попытаться воспитать этого ребенка. Если найдете мой труп, сделайте все, чтобы Брюс никогда не узнал правду. Так же должны остаться записи в клинике, где я недавно была, их тоже уничтожьте, пожалуйста. — Ада, послушай меня, с тобой все будет в порядке… — Нет! — в её крике слышалось отчаяние. — Это Вы послушайте меня. Нас двое, и скорее всего мы очень далеко друг от друга. При таком раскладе на месте Джокера я бы поставила людей перед выбором, как он всегда и делает. Но это лишь иллюзия, созданная им же, он никому не даёт выбора, а значит решение уже принято. Двое не выживут — это не даст должного эффекта. Следовательно, один из нас умрёт, как только таймер начнет отсчет. Моя жизнь не принесет никакой выгоды в отличие от вашей. Вы являетесь символом закона и правосудия Готэма, поэтому Вас нужно уничтожить. Но не убивать, тогда Вы станете мучеником, этого Джокеру не надо. Поэтому он уничтожит Вас морально. Для этого он стрелял в Барбару, а теперь дал нам возможность говорить. Чтобы Вы, ожидая смерти, слушали человека, которого не сможете спасти. Поэтому слушайте и внимательно! Вас обязательно спасут, после этого у Вас будет очень мало времени, чтобы приготовиться к бою. Сразу же спрячьте свою семью так хорошо, что сам черт не найдет. Не доверяйте никому, Бэтмен единственный, кого Джокер не может перетянуть на свою сторону. Уничтожьте моё тело так, чтобы и костей не осталось. Это очень важно, — было слышно, как рвано она начала дышать, пытаясь унять эмоции. — Не забудьте ему сказать, что я не была беременна. — Ада… — Не надо меня утешать. Единственное что я хочу от Вас услышать — это клятва, что Вы не опустите руки. Отключите все чувства, и сделаете как надо. Поклянитесь! — Клянусь. — Можно кое-что спросить напоследок? — Да. — Как Вы думаете, это очень больно — сгорать заживо, — её голос потерял былую уверенность и начал дрожать больше обычного. — Просто я тут подумала… Ведь взрыв это — быстро и… Связь резко прерывается, а у Гордона такое чувство, будто на том конце уже умер человек. Мужчина пытался выпутаться, но его руки были связаны слишком туго. И вокруг как на зло нет ничего острого, чем бы можно было перерезать веревки. Комиссар снова и снова осматривал склад, в котором находился, но на глаза не попадалось ничего, что бы могло помочь выбраться. Циферблат начал обратный отсчет с отвратительным писком. Гордон неотрывно смотрел, как стремительно уменьшаются цифры. И когда на часах уже было три минуты, Бэтмен выбил дверь и как ураган влетел на склад. Комиссар заметил, как мститель на секунду замер, увидев, кто сидит на стуле. Но он, быстро взяв себя в руки, поспешил вытащить мужчину. — Джокер где-то спрятал девушку, она в такой же опасности, — сказал Джеймс по пути. — К ней уже выслан отряд, — сказал мужчина металлическим голосом, но почему Гордону показалось, что в нем промелькнуло то ли волнение, то ли страх. Они успели уйти всего за пять секунд до того, как случился взрыв. — Комиссар! — радостно воскликнул полицейский, выходя из машины. Он хотел сказать ещё что-то, но его телефон зазвонил, и мужчина поспешил принять вызов. — Это тот отряд, что выехал за похищенной девушкой. — Поставь на громкую связь! — приказным тоном потребовал Бэтмен. — Когда мы прибыли, тут как раз случился взрыв, — раздался голос из мобильного. — Мне очень жаль, но после такого не выживают, здание разрушилось словно спичечная коробка. — Нет! — сказал Бэтмен. — Пусть проверят все здание! — Нет, Бэтмен, — обречённо сказал Гордон, опустив голову. — Девушка была уверена, что умрет. Она знала… — Нет! — криком перебил его Бэтмен, и бросился к бэтмобилю. Он мчался так быстро как никогда, запрещая себе даже думать о том, что сказали. Машина оказалась на месте в рекордно быстрое время. Но единственное, что увидел Бэтмен, было лишь полуразрушенное пылающее здание. После такого правда не выживают.