Легенды и жизнь

      Рагнар уже давно не был в Вайтране. День был безоблачный и ясный, поэтому можно было хорошо разглядеть пики гор, вершины которых скрывались за облаками. Хвойные деревья дополняли величественную картину суровой природы Скайрима. В очередной раз Довакин ловил себя на мысли, что сидя в седле низкорослой лошадки, попросту любовался пейзажами, которые открывались его взору. Несмотря на холодные пронзительные ветра, частые вьюги и непогоды, природа Скайрима была преисполнена какой-то величественной и суровой красоты. Все эти горные пики, что устремлялись в небо, заснеженные вершины гор на которых с завыванием дули холодные ветра, густые леса, раскинувшиеся по всей провинции всегда заставляли задуматься о безграничности окружающего мира и наводили на самые разные возвышенные мысли.       Впрочем, совсем уж наслаждаться видами не получалось. Пятьдесят легионеров, двигающиеся на лошадях, все-таки создавали довольно много шума. Колонну воинов вела легат Рикке верхом на боевом коне. Рядом с ней так же ехало несколько офицеров легиона, позади же двигались остальные легионеры. Рагнар и Карджо ехали позади всех. Они не особо переговаривались с остальными легионерами, поэтому ехали, в основном, молча. Лишь один офицер Имперского Легиона долгое время ехал рядом с наемниками и поддерживал беседу. С Хадваром Довакин встретился еще в Хелгене. По иронии судьбы именно этот молодой норд оглашал имена пленников, которых вели на плаху. И быть бы Рагнару без головы, если бы не Алдуин... Вот уж воистину смешное совпадение, что Пожиратель Мира спас своего заклятого врага.       Тогда Рагнар сбежал вместе с Ралофом, хотя Хадвар также пытался ему помочь. В тот момент причин доверять легионерам у Рагнара особо не было и потому он предпочел общество светловолосого норда, с которым трясся в повозке. С тех пор они и не виделись. Лишь вчера в Солитьюде, когда Рагнар увидел легионеров, которые должны были сопровождать легата Рикке в Вайтран, он увидел этого имперского офицера. Хадвар его узнал и первым подошел поздороваться. В коротких беседах с имперским офицером и прошла большая часть пути. - Честно говоря, я думал ты сгинул там в пещерах вместе с Ралофом, - сказал Хадвар. - Рад, что ты искренне переживал, - улыбнулся Довакин. - Было тяжко, но мы выбрались. - Да уж. Потом в Ривервуде отлеживались? - спросил легионер. Рагнар нахмурился, ибо вопрос был неоднозачный. С одной стороны он уже в открытую воевал на стороне Имперского Легиона и преследований бояться ему уже было глупо. С другой стороны, семью Ралофа, которая приютила его, могли ожидать неприятности, вздумай Хадвар наказать жителей за укрытие беглецов. - В лесу, - небрежно ответил Рагнар. - Хах, в лесу. Это вряд ли. Наверняка Гердур была рада видеть своего брата. Хорошо, что вы спаслись, вот что я скажу тебе - улыбнулся легионер. Карджо нахмурился и бросил на Рагнара настороженный взгляд. Хадвар казался нормальным парнем, но уж больно он доброжелательно относился к людям, что по его мнению укрывали беглецов. - Знаешь, Рагнар, когда-то мы с Ралофом играли вместе в лесах Ривервуда. Он был мне все равно, что брат, - сказал Хадвар, глядя прямо перед собой. - Так ты из Ривервуда? - спросил Довакин. Кое-что, кажется, начинало проясняться. - Да, - кивнул легионер. - Дядя Алвор вырастил меня как своего сына. Признаться честно, давненько я уже не бывал дома и здорово истосковался по своей кузине. Дорти славная девчушка и сейчас, верно, уже совсем большая.       Поворот был, конечно, очень интересным. Рагнар знал Алвора из Ривервуда и его жену с дочерью. Вот только он и подумать не мог, что Хадвар оттуда родом. Ралоф тоже ничего не говорил про это. На краткий миг Довакину даже показалось, что легионер пудрит ему мозги, дабы выведать у кого они все-таки скрывались. Однако, потом он решил, что это совсем не имеет смысла и отбросил эти подозрения. - Так ты знал Ралофа? - спросил Карджо. - Ага, - кивнул Хадвар. - Ох и лупили мы бывало частенько друг друга. Потом мирились конечно. Славные были времена, Карджо. Я был совсем юн и влюблен в девчонку с соседней фермы. Тогда все казалось таким прекрасным и безмятежным. А теперь Гудрун уже замужем, а мы с Ралофом воюем друг с другом. Мда...       Сказав это, Хадвар пришпорил коня и оторвался немного вперед. Рагнар не стал его догонять и продолжил двигаться с прежней скоростью. Вообще норд был немного обескуражен этим разговором. Было видно, что Хадвара терзает тот факт, что он и его лучший друг теперь враги и, видимо, своими словами он хотел сказать что-то. Вот только Рагнар не очень-то понял о чем.       Впрочем, вскоре его размышления прервал вскрик одного из легионеров. Они как раз выехали в долину, на тропу, что вела прямо к Вайтрану. Да и сам город уже виднелся на горизонте. Драконий Предел уже хорошо был виден даже с хвоста колонны в которой ехал Рагнар. Однако, вскрик у легионера вызвал вовсе не вид города, а огромные кости.       Драконий скелет до сих пор лежал на том месте, где его уже давно прикончил Довакин с помощью вайтранских воинов. Это был первый дракон, которого убил Рагнар, и именно его душу он поглотил, хотя и не сразу понял это. Величиной скелет напоминал большой дом и удивление легионеров можно было понять. Колонна замедлила шаг, ибо все воины смотрели на представшее им зрелище разинув рты. Несколько легионеров бросали взгляды на Рагнара. Довакин помнил их по битве в Корваньюнде и они, конечно, помнили как он поразил ту'умом короля-драугра. Очевидно, кости огромного ящера произвели на всех сильное впечатление. Легат Рикке подъехала к Рагнару и поравняла своего коня с его лошадью. - Это тот самый дракон, да? - спросила легат. - Да, - коротко ответил Рагнар. - Боги! Он просто огромен, - Рикке заметно удивилась. - И ты убил его? Один? - Нет. Этого прикончить помогли вайтранские ребята. - Да уж, воистину это большой подвиг, - кивнула легат в знак уважения к доблести воинов, что поразили страшного зверя. - Хах, да он даже не такой большой, - усмехнулся Карджо.- Помнишь того здоровяка недалеко от Данстара, брат? Вот это была страшная тварь, клянусь обеими лунами. Каджит тогда было решил, что это его последний бой и не увидеть ему больше теплых песков Эльсвейра. - Это правда? - спросила тихим голосом Рикке. - Что именно из того, что сказал мой друг? - вопросом на вопрос ответил Рагнар. - Это правда, что это не самый большой дракон? - Да, - сказал Довакин ровным голосом. Легат Рикке лишь покачала головой и пришпорила коня. Вскоре она уже снова ехала во главе строя легионеров, что приближался к Вайтрану.       Конечно, приближение такого крупного отряда не осталось незамеченным. К тому моменту, когда легионеры подъехали к конюшням перед воротами Вайтрана, на внешних вратах уже выстроились вайтранские стражники. Одеты были воины в кожаные чешуйчатые доспехи поверх кольчуг и традиционные закрытые шлемы, что носили все стражники в Скайриме. На круглых щитах была изображена лошадиная голова на желтом фоне. То был герб Вайтрана и ярла Балгруфа. Впереди всех воинов, широко раставив ноги, стоял имперец среднего роста, с лысиной на макушке и темными, серьезными глазами. Кай - командир вайтранской стражи нисколько не изменился после их последней встречи. Рагнар отметил, что имперец по-прежнему одевается так, чтобы никоим образом не выделяться среди своих воинов. А вот лысина, казалось, становилась больше.       Командир воинов Вайтрана стоял под каменной аркой, что возвышалась над дорогой к воротам города. Позади него выстроились с десяток воинов, которые были при мечах и щитах. - Приветствую доблестных воинов Империи от имени моего ярла! - громко сказал Кай. Легионеры остановились. Рикке повела своего коня вперед и приблизилась к лысеющему имперцу. - Приветствую не менее доблестных воинов Вайтрана от имени генерала Туллия, - сказала легат. - С кем имею честь говорить? - Меня зовут Кай, - слегка поклонился воин. - Командир стражи Вайтрана. - Я легат Рикке, - представилась легионерша. - У нас послание к твоему ярлу, Кай. Ты ведь не станешь задерживать воинов Империи у ворот города? - И в мыслях не было, - улыбнулся имперец. - Я здесь лишь чтобы поприветстовать вас и проводить до своего господина. Лошадей вам придется оставить в конюшнях. В городе нам лошадей держать, увы, негде.       Рикке раздумывала лишь мгновенье. Затем она соскочила с седла и зычным голосом приказала своим воинам следовать ее примеру. Легионеры с ворчанием начали слезать со своих коней, снимая с седел свои пожитки, которые теперь им придется тащить на себе. Рагнар и Карджо также спешились со своих лошадей. - То-то Скульвар будет сегодня счастлив, - хмыкнул каджит, снимая свою сумку с седла. Рагнар улыбнулся, представив как усатый норд будет бегать с лошадьми легионеров. Впрочем, Довакину туповатый конюх не очень-то и нравился, так что он не особо переживал из-за него.       С лошадьми разобрались довольно-таки быстро. Конюх поворчал немного, но потом все же начал пускать всех лошадей. Тут же началась раздаваться брань и крики, адресованные сыну Скульвара, бедолаге Йервару. Рагнар и Карджо оставили своих лошадок одними из первых, так как были ближе всех к конюшням. Убедившись, что их животинки надежно пристроены, наемники двинули к воротам. Легат Рикке разговаривала о чем-то с Каем, пока ее воины разбирались со своими конями. Когда Рагнар с другом подошли ближе, имперец их заметил. - Обливион раздери! Рагнар! - воскликнул он.       Довакин подошел к имперцу и они, с улыбками на лицах, пожали руку друг другу на воинский манер, взявшись за предплечья друг друга. Кай хорошо знал Рагнара, ибо не каждый день под стенами их города убивают дракона. Наемник же, в свою очередь, уважал имперца как воина и хорошего человека, ибо воистину Кай был достойным мужом. - А ты все лысеешь, развалина, - улыбнулся Рагнар. Кай в это время пожмал руку подошедшему каджиту, которого так же хорошо знал. - А что ты хотел. Столько беспокойств последнее время, имп их всех раздери! Тут не только полысеешь, - отмахнулся имперец. - Все время одни и те же отговорки, - сказал Карджо, хитро улыбаясь командиру стражников. - Да если бы, - сказал Кай, а затем добавил серьезным голосом. - Так это правда? Ты теперь воюешь за Империю, Рагнар? - Ну должен же кто-то наконец разобраться со всем бардаком, - невинным голосом ответил Довакин.       Воины все втроем рассмеялись. Легат Рикке с интересом наблюдала со стороны за диалогом старых знакомых, тактично не вмешиваясь. - Воистину я по тебе скучал, рубака, - сказал Кай Довакину. - Даже по тебе немного, мешок с шерстью! - Ты мне должен полсотни септимов. Ты ведь помнишь последнюю партию? - промурчал Карджо и Кай тут же раскашлялся. Несколько воинов из Вайтрана рассмеялись, услышав слова каджита. Вообще, легат Рикке заметила, что как только вайтранские воины увидели Довакина с каджитом, то напряжение заметно пошло на убыль. Было очевидно, что эту парочку тут хорошо знают. - Ты же вроде был пьян, - наконец прокашлялся Кай. - Вот именно. ВРОДЕ, - улыбнулся каджит. Рагнар знал, что после случая с медальоном его друг либо пьет, либо играет. И никогда не делает двух этих вещей одновременно. Зато периодически притворяется пьяным, дабы ввести в заблуждение своих противников по игре. Стоило отметить, что эта стратегия частенько приносило ему золотишко. - Ладно, потом обсудим, - подмигнул Кай, давая понять, что хочет отыграться.       Когда воины Имперского Легиона вошли в город в сопровождении стражников, большая часть жителей столпилась близ дорожки, дабы рассмотреть как следует необычную для этих краев процессию. Они выглядывали из домов, выходили из таверн, забывали, что хотели купить на рыночной площади, когда легионеры проходили мимо. Легат Рикке шла впереди рядом с Каем, гордо вскинув голову и являя всем своим видом все качества легионера: твердость, силу и характер. Рагнар и Карджо шли позади них, с закинутыми на спину щитами и заплечными мешками с нехитрым скарбом. Некоторые жители знали их и выкрикивали их имена, когда они проходили мимо.       Рагнару всегда нравился этот город. Солитьюд был столицей и потому, наверное, он такой чистый и красивый. Все его здания были из камня, а не из дерева как в Вайтране, дорожки так же были устланы камнем, повсюду виднелись богатые лавки и вычурные здания. Вайтран казался большой деревней по сравнению с Солитьюдом со своими деревянными домами и обычными дорожками. Вот только это был один из самых первых городов, что основали норды, попав в Скайрим. Воины Исграмора построили Йорваскр уже давным давно, выбрав место жительства рядом с огромной статутей птицы, до сих пор возвышающейся над Небесной Кузницей. Потом уже селение разрослось, у него появились надежные каменные стены и превратилось в настоящий город. История Вайтрана была полна славных деяний и примеров мужества его жителей. Видимо, все это накладывало какой-то невидимый отпечаток на город, и Рагнар чувствовал его. Каждый раз возвращаясь сюда, он чувстовал некую неподдельную радость, увидев так хорошо знакомую кузню девчонки Авеничи, лавку ее мужа Ульфберта и таверну "Пьяный охотник" в которой когда-то давным давно заночевал, только придя в город.       Вот и сейчас Довакин шел по городу с улыбкой на лице. Шлем он нес в руках и все знакомые могли его хорошо разглядеть среди легионеров. Проходя рынок, он слышал несколько громких приветствий и просто махал рукой, отвечая на них. По-правде, он даже не разглядел, кто это был. Таким образом легионеры прошли большую часть города и, наконец, воины начали подниматься по лестнице, что вела к Ветреному району и огромному дереву Златолисту, которое широко раскинуло свои ветви. Это место по праву считалось самым живописным в Вайтране. Широко раскинувшиеся ветви древа создавали некое подобие живого купола. Журчала вода в искусственном пруду, скамейки, расположенные тут и там, давали возможность людям посидеть и отдохнуть в тени необычного и красивого дерева. Рагнар и сам любил иногда посидеть минутку-другую на каменной скамье, пока хватало терпения выдерживать крики Хеймскара, жреца, что вечно кричал свои проповеди здесь же, у большой статуи Талоса.       Здесь их и встретил ярл Балгруф. Высокий норд со светлыми волосами выделялся среди окружавших его воинов и придворных не только своим обручем правителя на голове, но и воистину высоким ростом. Он был на голову выше любого мужчины в Вайтране, и это сразу же бросалось в глаза. Одетый в синий камзол, разукрашенный яркой и многоцветной вышивкой, с накинутым на плечи ярко-красным плащом, подбитым мехом, он являл собой вид воистину уважаемого ярла. - Приветствую воинов Имперского Легиона в своем городе, - с улыбкой сказал Балгруф и, шагнув к Рикке, поприветствовал ее на манер легионеров. - Приветствую тебя, ярл Балгруф, от имени генерала Туллия и всего Легиона, - ответила на приветствие легат, явно оценив осведомленность ярла о некоторых обычаях воинов легиона.       Балгруф кивнул в знак того, что приветствия приняты. Рагнар заметил, что позади ярла, буквально в двух шагах от него, стояла данмерка в добротных кожаных доспехах. Довакин сразу узнал Айрилет, хускарла ярла Вайтрана, с которой он в свое время сразил дракона, налетевшего на сторожевую башню. Данмерка посмотрела на него и явно узнала. Она подошла к ярлу и прошептала тому что-то на ухо. Балгруф выслушал ее, а затем тут же вскинул голову и уставился прямо на Рагнара. - Рагнар! - воскликнул ярл. - Неужто и вправду ты?! Делать было нечего и Довакин вышел вперед и склонил голову в почтительном поклоне, приложив кулак к груди. - Это и вправду я, господин. - Вот уж неожиданность,- покачал головой правитель Вайтрана. В его глазах отражалась пытливая работа ума, но вот только понять, о чем именно думает светловолосый ярл, было решительно невозможно. - Рагнар теперь в составе Имперского Легиона и прибыл сюда в составе нашего отряда, дабы передать тебе послание от генерала Туллия, ярл, - ровным голосом сказала Рикке, даже не взглянув на Довакина. Балгруф при этом кивнул каким-то своим мыслям. - Что ж, я с удовольствием его выслушаю, легат. Но чуть позже. Твои солдаты устали после долгого пути и, верно, голодны. Драконий Предел будет рад предложить воинам Империи кров и разделить с ними хлеб,- сказал Балгруф, отвернувшись от Рагнара. - Благодарю за оказанную честь и с радостью приму ваше предложение, ярл Балгруф, - сказала легат Рикке.       Все-таки зал Драконьего Предела был действительно очень большим. По всему помещению были расставлены длинные столы со скамьями для гостей. А от всех явств, что были расставлены на этих столах, глаза попросту разбегались, а животы начинали жалобно урчать. Жаренные козьи окорока в соусе, отбивные из лососины, даже стейки из мамонтовых хоботов. Орехи в меду и знаменитые сладкие рулеты, хоннингский мед, который, казалось, лился рекой.       В зале поместились все легионеры, которые пришли с Рикке, да еще и вся придворная челядь Вайтрана вдобавок. Управляющий ярла, Провентус Авеничи, постоянно бегал туда-сюда внимательно следя за тем, чтобы у всех гостей всего было в достатке. Солдаты были просто счастливы такой пирушке после лагерной еды и пайка легионера. Они громко разговаривали, смеялись и шутили, пока поглощали пищу и пили мед. - Ярл-то явно готовился к встрече, - прошептал Карджо на ухо Рагнару. Каджит, еще совсем недавно мучавшийся от похмелья, сейчас вообще не прикасался к кубкам с медом. - Похоже на то, - согласно кивнул Рагнар, отрезая себе солидный кусок мяса. - Чего нам ждать, интересно? - Не знаю, друг, но каджит будет трезв в этот день.       Карджо был прав и ярл Балгруф действительно был готов к визиту легионеров и хорошо к нему подготовился. Скорее всего, передвижение такого большого отряда заметил один из патрулей и незамедлительно доложил о нем в Вайтран. Балгруф не был дураком и прекрасно понимал, что рано или поздно ему придется принять одну из сторон. То, как сейчас привечали имперцев, давало надежды, что послание Туллия не останется без ответа и Вайтран все-таки примет сторону Империи.       Рагнар и Карджо сидели за одним столом с ярлом и его братом, так же как Рикке и офицеры легиона. Наемники сидели с краю и во всем гомоне, что царил в зале их услышать не могли и они, пользуясь этим, то и дело переговаривались. Довакина терзали самые разные мысли, но он решил пока их отбросить и сосредоточиться на еде. Паек легионеров оказался весьма неплох, но сравниться явствами на пиру у ярла конечно же не мог.       Рикке также с аппетитом уплетала угощения, но к выпивке не притрагивалась. Офицеры, глядя на своего командира, тоже не позволяли себе лишнего, хотя по их взглядам было понятно, что они не прочь опрокинуть кубок-другой. Зато брат ярла - молодой Хронгар опрокидывал одну чарку за другой, выкрикивая тосты за Вайтран и Империю. Это наводило на мысли, что правитель холда наконец решил на чьей он стороне. - Как у тебя дела, Рагнар? - внезапно спросил Балгруф, взглянув на Довакина. - Мы ведь с тобой не виделись как раз с тех пор, как Седобородые призвали тебя на Высокий Хротгар. Там по прежнему все так же спокойно?       Рагнару пришлось отвлечься от довольно аппетитного куска кровяной колбасы и ответить ярлу. Он знал, что в свое время Балгруф совершил паломничество к Седобородым. Он даже пытался обучаться ту'уму, но у него ничего не получилось. Впрочем, Арнгейр все равно был о нем хорошего мнения, ибо сказал, что ярл достойный человек. - Там все по прежнему, ярл. Все так же тихо, спокойно и ... величественно. - О да, - протянул ярл. - Помню как достиг вершины. Уставший и вымотанный, но бесконечно счастливый, что добрался до своей цели. Небо было чистым в ту ночь и я увидел все величие и красоту скайримского небосклона. Воистину ради такого вида стоило ползти по этим треклятым ступеням.       Рагнар согласно кивнул, ибо сам считал так же. На вершине этой горы даже дышалось как-то по другому. Вся суета и проблемы снизу как-будто пропадали из этого мира. Как можно было думать о каких-нибудь мелочах, когда Массер и Секунда кажутся такими близкими, что, кажется, протяни руку и ты коснешься обеих лун. - Я даже завидую тебе, если честно, - улыбнулся Балгруф. - Все-таки Седобородые сами призвали тебя к себе. Воистину, то был великий день для всего Скайрима. Такое, знаешь ли, не забывается. Скоро, наверно, барды станут петь песни о том, как небо потрясли голоса Седобородых, призывающих героя. - Не самая интересная будет песнь, ярл, - отмахнулся Рагнар. - С этим я поспорю, - не согласился ярл Балгруф. - Песнь выйдет, что надо. О чем же еще будут петь барды? О том, как герой Скайрима сражался в рядах Имперского Легиона? Как побеждал мятежников?       Вот теперь чувствовавлось, что ярл заводил разговор в нужное для себя русло. Рагнар мгновенно подобрался, поняв, что именно сейчас скорее всего будет решаться, какой именно ответ получит Рикке в ответ на послание Туллия. Рикке была солдатом и не любила всяческих интриг и прочей подобной чепухи, но сейчас даже она четко уловила, что теперь разговор становится серьезным. - Может и так, ярл, - пожал плечами Довакин. - Ярл Балгруф, еще раз благодарю вас за столь радушный прием, - тут уже легат Рикке решила взять инициативу в свои руки. - Вот только мои воины не пировать сюда пришли. Генерал Туллий отправил меня сюда с черзвычайно важным посланием. Я думаю, пришло самое время его рассмотреть, пока еще не весь мед выпит. Правитель Вайтрана откинулся на спинку своего резного стула и хитро улыбнулся. - Легат Рикке, я слышал о вас как о доблестном воине и самоотверженном солдате Империи, - сказал он. - Потому мне вдвойне приятнее, что именно вас генерал выбрал, чтобы доставить это послание. - Спасибо, ярл, - кивнула Рикке. Воительница и ухом не повела, услышав похвалу в свою сторону и с невозмутимым видом достала из своей сумки свиток пергамента, скрепленный лентой и запечатанный восковой печатью с изображением дракона Империи. Что там именно написал Туллий было неизвестно, но основное содержание Рагнар мог представить и без этого.       Балгруф быстрым движением сломал печать и принялся читать Его брат то и дело пытался заглянуть и прочитать что там написано, но получалось это у него плохо. - Что ж, надо признать, что генерал Туллий довольно-таки убедителен в своих словах, - сказал Балгруф, дочитав содержимое пергамента. - Каков будет ответ, ярл? - суровым голосом спросила Рикке. - Ответ будет довольно прост, легат. Только вначале я задам свой вопрос, - сказал на это правитель. Было видно, что Рикке довольно-таки заинтересовалась подобной реакцией ярла, который раньше всяческим образом избегал конкретных ответов в выборе стороны. - Какой же это вопрос? - спросила воительница. Офицеры и Рагнар с Карджо буквально обратились в слух. - Как скоро легион сможет помочь Вайтрану? - спросил ярл. - Разве Вайтрану нужна помощь? - удивилась легат. - Когда мы шли по улочкам, я видела, что город в очень хорошем состоянии. Боги, да я даже нищих не видела, пока мы тащились от ворот до твоего зала, ярл. - С внутренними проблемами я и сам разбираюсь неплохо, - отмахнулся Балгруф. - Помощь мне нужна в другом. Как скоро легион приведет свои войска к моими стенам, когда Братья Бури придут, чтобы захватить мой город?       За столом наступила зловещая тишина. Вопрос был довольно конкретным и оправданным, вот только легат не могла сразу ответить на такой вопрос. Хотя бы потому что у нее попросту не было полномочий распоряжаться силами легиона в полной мере. Лишь один человек в Скайриме мог дать точный ответ на такой вопрос, но он сейчас был в Солитьюде. - Империя никогда не бросает своих союзников, - сказала Рикке уверенным тоном. - Если Вам понадобится помощь, ярл, то она непременно придет.       Балгруф сидел, подперев подбородок рукой. Было видно, что он крепко задумался. Его младший брат Хронгар с нетерпением заерзал на стуле, но говорить ничего не стал. Рагнар помнил, что он был гораздо воинственнее Балгруфа и старательно склонял брата присоединиться к Империи в этой войне. Неудивительно, что сейчас он был сам не свой от нетерпения. Рикке, впрочем, тоже с явным нетерпением ожидала ответа. Разве что, на стуле не ерзала. - Это хорошо, легат, - сказал наконец Балгруф. - Видишь ли, на днях ко мне заявился посол от ярла Ульфрика. Он принес мне топор. Ты ведь знаешь, что это значит, легат? - Он бросил вызов. Если топор был принят, то принявший его станет вассалом, - ответила Рикке. Рагнар тоже как-то слышал краем уха о древней традиции, когда одной из враждующих сторон предлагался топор. Если он был отвергнут, то быть войне; если же топор будет принят, то будет мир. - Именно так, - сказал Балгруф. - Я отослал топор обратно. Теперь Ульфрик знает, что я не встану на его сторону в этой войне. - Стало быть, ты присоединишься к нам, ярл Балгруф? - спросила Рикке. - Да, легат. Сейчас Вайтрану понадобится сильный союзник. Ведь неспроста же даже Довакин примкнул именно к Империи, а не к Братьям Бури. Я не стану игнорировать такой знак от богов, - ответил Балгруф. Рагнар же про себя отметил, что ярлу Вайтрана стало бы довольно смешно, узнай он его истинные мотивы. - Значит, решено, - кивнула Рикке.       А дальше был пир. Было видно, что Рикке здорово обрадовалась согласию ярла наконец-то присоединиться к легиону в войне против мятежников. Воительница даже позволила себе опрокинуть несколько кружек с медом. Однако, она все же ни разу не утратила контроль над своими людьми. Офицеры легиона то и дело одергивали солдат, которые начинали перебарщивать с выпивкой.       Когда бард Микаэль вышел в центр зала и заиграл на своей лютне "Век произвола", Рагнару на миг показалось, что крыша чертога просто рухнет от громких криков воинов, что подпевали барду. Под музыку лютни начали проводиться самые разные испытания: от борьбы на руках до банальных игр кто сколько выпьет. Рагнар попробовал свои силы с Хронгаром, младшим братом Балгруфа. Он был молод и силен, даже весь выпитый накануне мед, казалось только прибавил ему сил. Долгое время ни один из мужчин не мог взять верх, но потом все же Хронгар одолел Довакина. От радости он так кричал, что через некоторое время охрип, а когда выпил еще одну здоровенную кружку меда, то попросту упал на пол. Младший брат Балгруфа настолько преисполнился радости, что потерял сознание. Два воина Вайтрана утащили его под хохот оставшихся пирующих.       Карджо не пил, как и обещал. Каджит, утолив свой голод, почти все время проводил в беседе с хускарлом Балгруфа, данмеркой Айрилет. Рагнар не знал о чем они там болтали, но вид у обоих был очень заинтересованный. Рикке смеялась шуткам ярла Вайтрана, легионеры были попросту счастливы от осознания того факта, что они получили разрешение поучавствовать в такой пирушке.       Довакин выпил уже порядком меда и чувствовал, что захмелел. Голова становилась тяжелой, а тело словно налилось свинцом. Хотелось смеяться и много говорить. И что самое смешное, хотелось говорить об Элисиф. Норд внезапно понял, что будь правительница Солитьюда сейчас здесь, то он, пренебрегая все опасности, просто не устоял бы оттого, чтобы поцеловать ее. А то и вовсе увести куда-нибудь в укромное место, где не будет столько кричащих глоток. Хах, воистину это было бы просто замечательным окончанием этого славного пира. К Рагнару подошел Хадвар. Офицер был трезв, хотя по его лицу было видно, что он счастлив. - Наконец-то! Вайтран теперь с нами, Рагнар. Теперь-то мы победим!       Довакин лишь сказал ему что-то и дружески хлопнул по плечу. Из-за всего гама, что стоял вокруг, Хадвар скорее всего его не услышал, но на это Рагнару было уже все равно. Он поднялся по лестнице, что уходила вверх на второй этаж Драконьего Предела. Здесь стояли вайтранские стражники. Они пожурили его за то, что он поддался Хронгару. Рагнар пытался объяснить им, что боролся в полную силу, но воины, естественно, ему не поверили. Не мог же прославленный Довакин проиграть их Хронгару!       Во всяком случае, они без проблем пропустили его дальше и Рагнар смог пройти к широким дверям, что вели к самому знаменитому месту во всем Драконьем Пределе. Открыв тяжелые двери, Довакин почувствовал порыв свежего ветра. Перед его взором предстала широкая каменная площадка, которая заканчивалась огромным балконом. Именно здесь Олаф смог победить и пленить дракона. Это было легендарное деяние и Рагнар всегда хотел посмотреть на это место. К сожалению, в Драконьем Пределе ему доводилось бывать лишь пару раз и ни разу не выпадала подобная возможность. Сейчас же, все были заняты истреблением запасов еды и питья и никто не обратил бы на него внимания.       Рагнар прошел до самого края балкона, откуда открывался чудесный вид на просторы Скайрима. Могучие горные пики уходили вершинами в облака, а уже садившееся солнце окрашивало их в розовато-красный цвет, из-за чего представшая картина казалась норду еще величественнее. Он вдохнул всей грудью свежий воздух и почувствовал как у него слегка закружилась голова. - Крепкая штука, этот хоннингский мед, а? - раздался голос сзади. Рагнар обернулся и увидел ярла Балгруфа. Светловолосый правитель Вайтрана сумел подойти к нему и не быть услышанным. Рагнар мысленно выругал себя за то, что уж слишком расслабился и стал совсем неосторожным. - Да уж, верно сказано, господин, - согласился норд. - Вас там не хватятся? - Сейчас там уже всем все равно, где именно я пропадаю. Либо я отошел в свои покои, дабы проведать детей, либо зажал смазливую служанку в каком-нибудь темном углу, - рассмеялся ярл. Он тоже выпил и его щеки раскраснелись от меда и смеха.       Рагнар тоже хохотнул в ответ и снова посмотрел в сторону гор. Розоватая дымка все еще держалась у вершин, а в низинах гор можно было рассмотреть зеленые деревья густых лесов. - Я люблю здесь бывать, Рагнар, - сказал Балгруф. - Спокойное место. Стражники почти сюда не ходят и я могу в тишине полюбоваться этими прекрасными видами. - Завидую, - улыбнулся Довакин. - Не стоит, Рагнар. Быть ярлом как оказалось довольно скучное занятие, - Балгруф хохотнул. - Когда я был молод, думал, что правители всегда делают то, что хотят и никто не смеет им перечить. Захотел сражаться - собрал воинов и отправился в поход, захотел девушку - пошел и взял себе любую. Хах, вот ведь было наивное и светлое время! Это сейчас я понял, насколько это скучное и утомительное занятие. Эх, иногда мне кажется, что раньше даже дни были как-то длиннее и веселее. - Может оно и вправду так было. Времена сейчас не самые лучшие, - сказал Рагнар. - Нет, времена сейчас такие же как и всегда. Люди и только люди всегда или портят все, или же делают что-то особенно прекрасным и незабываемым. Ульфрик вот, например, искренне верит, что свободный от Империи Скайрим это истинное благо и самая наизаветнейшая мечта любого норда. - Ты сделал трудный выбор, господин, - тихим голосом сказал Довакин. - Но это решение верное. Скайриму нужна Империя. А Империи нужен Скайрим. - Конечно, - кивнул правитель и посмотрел куда-то вдаль. - Будь я моложе, я бы уже собирал воинов, чтобы помочь Ульфрику сбросить гнет имперцев и покарать проклятых талморцев. Талмор! Вот уж истинные виновники причин всей крови, что проливается сейчас в Скайриме. Чтоб эти златоглазые ублюдки в Обливион провалились! - Почему ты не принял топор, господин? - внезапно для себя спросил Рагнар. Норду было в общем-то все равно, по каким причинам Балгруф решил, что Вайтрану будет выгоднее сражаться на стороне Империи. Но этот неожиданный вопрос как будто сам возник в голове Довакина и попросился на язык. - Хороший вопрос, - покачал головой Балгруф. - Признаться честно, какое-то время я здорово колебался. Перевеса в войне сейчас никакого нет и силы сторон равны. Империя пытается давить Братьев Бури, но получается у нее это из рук вон плохо. Может Вайтрану и вправду лучше было б под знаменами Маркартского Медведя. Я ненавижу талморцев всей душой и желаю им скорейшей смерти, это правда. В этом мы с Ульфриком похожи. Но есть одно различие. - Какое? - спросил Рагнар. Норд понял, что впервые говорит вот так запросто с ярлом Вайтрана. До этого Балгруф выказывал ему уважение, но не более того. Сейчас же они стояли и беседовали как старые добрые знакомые. - Видишь ли, Рагнар все люди и меры смертны. Придет час и нас с тобой не станет на этом свете. Наши потомки будут знать о нашем существовании лишь по песням, сказаниям да скудным записям в пергаментах. Раньше мне было плевать, что там будет после меня, но вот теперь, глядя на своих подрастающих детей, я бы не хотел, чтобы они слышали историю о том, что их отец предал великую идею великого человека. - Идею? - Довакин не понимал о чем говорит Балгруф. - Тайбер Септим. Тот, кого мы сейчас называем Талосом, и тот, кого так люто ненавидят златоглазые ублюдки. Он ведь был Довакином, ты знаешь? - Что-то такое слышал, - пожал плечами Рагнар. - Он был Драконорожденным героем, как и ты. Он сковал Империю в горнилах жестоких воин и возвеличил ее. Он совершил такие славные подвиги, что наконец стал достоин того, чтобы встать в один ряд с богами. Воистину это самая великая слава и награда, которую может получить герой. Благодаря силе, мужеству, уму и характеру Талос смог сделать то, о чем остальные могли лишь мечтать украдкой под одеялом. Немудрено, что эльфы его не любят. В его Империи было место всем расам, не только нордам, как кричит об этом Ульфрик. Он ругается на Конкордат Белого Золота, но сам предает само дело Талоса. Буревестник славный воин и хороший вождь, но он ослеплен жаждой мести и ненавистью к эльфам. Лидер не может полагаться лишь на свои чувства, ибо это не всегда хорошо для его людей. Поэтому я не принял топор, Рагнар. Довакин молчал. Слова ярла бередили что-то в его душе, а голова внезапно прояснилась от хмеля. По какой-то непонятной причине правитель Вайтрана решил раскрыть свои мысли ему, простому воину с большой дороги, пусть и Довакину, который продает свой меч за деньги. - Я лишь человек, - продолжил Балгруф. - Не бог, не Драконорожденный, а обычный человек. Я могу лишь пытаться принимать верные решения, дабы с честью войти в чертоги Совнгарда, где смогу увидеть всех своих павших ранее братьев. Если бы я предал дело Тайбера Септима, его идею о могучей единой Империи, где все расы смогут жить в мире, где все будет по справедливости, то я был бы самым последним человеком. Поэтому я не принял топор, Рагнар. Ярл Балгруф подошел к парапету и взглянул вниз. Рагнар молчал, потому что попросту не знал, что говорить. Он никогда раньше не задумывался о таких вещах. Все, что он хотел знать, это против кого направить свой меч и получить награду за свою работу. То, о чем только что говорил ярл Балгруф, куда как выше этого простого стремления. - Хах, вот же развезло меня. Давно я так не прикладывался к меду, - улыбнулся Балгруф. - Прости, Рагнар, что решил поплакаться тут. Пора бы мне пойти в зал, пока там все не развалили. Рад, что нашлось время поболтать с тобой, Довакин.       Балгруф ушел, а Рагнар остался на балконе и стоял там, молча любуясь закатом, пока солнце совсем не скрылось за горизонтом и на небе не загорелись первые звезды. Воистину странные мысли снедали голову Балгруфа, но Довакин чувствовал, что тот пытался сказать ему нечто очень важное.       Когда он вернулся в залу, веселье почти полностью стихло. Повсюду валялись люди, свалившиеся на те же места, где пили мед и заснувшие там же. Он старался ни на кого не наступить и это даже отчасти получилось. Ярла нигде не было и искать его Довакин не стал, так как тот, скорее всего, отправился в свои покои. Карджо тоже нигде не было видно и Рагнар принял самое простое решение - найти себе место и спать до самого утра.

***

Несмотря на выпитый мед, пробуждение оказалось не таким тяжелым как в прошлый раз. Повсюду слышался топот бегающих туда-сюда людей и раздававшиеся команды. Что-то явно происходило, но Рагнар пока не мог понять что именно. - Проснись и пой, дружище, - Карджо был облачен в свои доспехи. Он бросил меч в ножнах Рагнару. Довакин поймал свое оружие и тщетно попытался вспомнить где он вчера его оставил. - Что происходит? - спросил северянин. - Огни сторожевых башен зажглись, брат. Псы Ульфрика идут на Вайтран.